Глава 22. Утро перед Игрой

Тёплая и шершавая ладонь накрыла мою шею, деликатно спустилась вниз и замерла приблизительно на середине спины, не дойдя до поясницы. Рой приятных мурашек пробежал по всему моему телу.

— До Игры осталось меньше часа, — шепнул Север, когда я разлепила ресницы и удивлённо посмотрела вверх.

Мысли в голове слегка путались, как после сильного возлияния, но вспомнилось всё сразу. Оказывается, я умудрилась уснуть стоя. Конечно, опёршись при этом почти всем весом на цварга, но всё-таки стоя. Уму непостижимо.

— Как?.. — только и смогла выговорить, прежде чем Север широко улыбнулся и тут же сообщил:

— Вчера твоё сознание было затуманено, поэтому я смог наслать на тебя нужные эмоции и усыпить. Как ты сейчас?

Прислушалась к себе. Хотелось пить, ноги и руки затекли, но в целом чувствовала себя очень даже неплохо, если учесть, сколько часов и в какой позе мне довелось проспать. Касс первым вылез из бутылочника, дождался, когда я выберусь вслед за ним, и даже отвернулся, пока надевала практически высохшую за ночь одежду. Что самое странное, впервые за всю мою жизнь кто-то видел меня голой, а я при этом не испытывала смущения и совершенно позабыла о шрамах на ногах.

Остров преобразился до неузнаваемости. За ночь множество деревьев попадало, где-то земля растрескалась, образовав глубокие рытвины, а местами, наоборот, сбилась в холмы. Разноцветная порода то тут, то там вздымалась вверх косыми пластами, будто кто-то на скорую руку нашинковал салат, скинул всё в миску, но поленился тщательно размешать. От земли исходили белёсые клубы пара, а выжившие деревья и кустарники полностью ощетинились светло-бирюзовыми иголками. Ярким одиноким пятном на голубом небосводе сияло Соло.

Касс эффективно и быстро расчищал дорогу, помогая себе хвостом, изредка оборачивался и подавал мне руку, командуя, куда я должна наступить. При этом из его рта вырывались крохотные облачка. «Вон туда по поваленному стволу и спрыгивай… шаг в шаг за мной… левее, ещё левее, на валун». Каким-то непостижимым образом он ориентировался в этом чужеродном пейзаже. Всю дорогу до берега передо мной маячила угловатая спина кадета и непропорционально длинный хвост с блестящим пятигранным шипом.

Я обдумывала, как начать диалог, очень уж хотелось обсудить то, что произошло ночью; но понимала, что разговаривать на бегу неудобно, да и тема не та для пустой болтовни… Только собралась с духом заговорить первой, как Касс издал торжествующий крик и бросился к странному объекту. Уже подойдя ближе, рассмотрела отлитые из вспененной пластмассы доски, соединённые друг с другом стяжками, педали, смешной круглый руль со множеством насечек и несколько тросов, которые протянулись от него к вертикальной перегородке, напоминающей по форме плавник.

— Не уплыл, не сдуло ветром и даже землетрясением не покорёжило! Большая удача, — радостно сообщил, оборачиваясь, Север. — Вивьен, помоги, пожалуйста. Надо это плавательное средство всего лишь на воду поставить. Он на зашитом в дно магнисе весьма устойчиво держится. А нам останется лишь крутить педали, как на катамаране, и осуществлять управление.

— Управление? — переспросила, пытаясь понять, что за чудо собрал Север. Ни экранов, ни бортового навигатора, ни встроенного компьютера или хотя бы джойстика не было видно.

— Ага, — кивнул цварг. — Вот это руль.

Он дёрнул ободок, а вместе с ним дёрнулся и плавник позади плота.

Совершенно ничего не понимая в этом изобретении, послушно помогла Кассу, а затем мы вскарабкались на борт.

— А это точно не опасно? — спросила запоздало, косясь на клубящиеся пары разреженной воды. Конструкция фактически парила в воздухе.

— Ты же плавать умеешь — и в мех-леве, и просто так, — отозвался спутник. — Благодаря использованным материалам у моего плота плотность ниже, чем у гуманоидов, поэтому мы плывём чуть выше. В крайнем случае просто упадём на несколько метров глубже и оттуда на руках выплывем. Но ты не переживай, наш «катамаран» весьма крепкий, и раз уж пережил сейсмическую активность, то до главного острова своих пассажиров точно довезёт.

Цварг похлопал по необычным доскам, а я наконец набралась храбрости:

— Север?

— М-м-м-м? — Парень одновременно ловко крутил педали и поворачивал руль, всматриваясь в туман.

— Я хотела поговорить о вчерашнем…

Касс пожал плечами.

— Да не о чем говорить, Вив. Если думаешь, что я за тобой следил, то это не так. Мой детектор показал, что в этой части будет изменение залегания магниса. Я как раз проверил лодку, и шварх меня дёрнул пойти на звуки музыки к костру, чтобы посмотреть, как развлекаются остальные кадеты. Грегори поступил подло и низко, пользуясь своим положением племянничка ректора филиала. Как только найду его, поговорю с ним по-мужски.

— Я не об этом! — Закусила губу, не зная, как объяснить всё то, что вчера испытала.

В какой-то степени была даже благодарна корицелле, ведь без неё никогда не призналась бы себе в том, насколько сильно хочу близости с Севером. Мне и в голову не приходило подозревать его в слежке. А что касается Грегори… Да, нехорошо вышло, но, в конце концов, себе-то я смогла сказать «нет». Да и не в духе ларка подмешивать афродизиак в напиток, скорее уж какая-то девушка подумала, что он наливает морс себе, и хотела привлечь его внимание таким диким способом. В любом случае, меня сейчас совершенно не волновал лейтенант Грешх-ан. Все мысли были о том, что случилось, а точнее, не случилось, в тесном пространстве бутылочника.

— Север, — облизала обветренные губы, — я о том, что произошло между нами…

И тут же осеклась, потому что собеседник, как мне показалось, раздражённо дёрнул кончиком хвоста. Луч Соло отразился в одной из пяти граней шипа.

— Между нами ничего не произошло, — упрямо заявил Касс, не оборачиваясь и продолжая рулить катамараном. — Вивьен, я всё прекрасно понимаю. Ты была под наркотиком, тебе было безразлично, где и с кем. У людей нет такой мощной регенерации и очистки крови, как у цваргов, поэтому твоё поведение более чем объяснимо.

«Да ничего ты не понимаешь!» — в сердцах мысленно воскликнула я. Позиция мистера «Совершенство» злила меня ужасно.

— Да послушай же наконец! И изволь повернуться, когда с тобой разговаривают!

Север послушался и спокойно сложил руки на груди, ухватив руль хвостом как раз за одну из выпуклых насечек. На его лице не отражалось ни грамма эмоций. Вселенная! Да если бы не моя память и кровоподтёк на скуле Севера, можно было бы подумать, что всё произошедшее мне приснилось, настолько обычно выглядел Касс. Чуть съехавшая в сторону толстовка, из-под которой торчит тонкая ключица. Недовольно поджатые губы. Чуть подёргивающиеся крылья носа. Вот, пожалуй, и вся реакция невозмутимого упрямца.

— У тебя действительно за ночь почти всё зажило, — пробормотала удивлённо вместо того, что собиралась сказать.

Парень кивнул.

— Послушай, Вив. Мы уже почти доплыли. До ежегодной Игры осталось от силы полчаса. Если хочешь наорать на меня за то, что оказал эмоциональное влияние, давай после матча, а?

Он внезапно устало потёр лоб, а я осознала, что проспала остаток ночи и утро, а вот юноша не спал ни минуты.

— Да-да, конечно, — ответила озадаченно. Что-что, а само эмоциональное воздействие вообще не беспокоило меня. — Только знаешь, я не имею к тебе никаких претензий. Абсолютно!

— Хорошо, — кивнул собеседник, возвращаясь к своим педалям. — Тогда готовься к высадке прямо сейчас, здесь до женского корпуса ближе. Буду смотреть на твою Игру из-за зрительского ограждения. Удачи.

Не прощаясь, спрыгнула на берег и бегом кинулась к себе, чтобы переодеться и захватить механический левитационный костюм. На бегу краем глаза отмечала, как сильно за ночь досталось непосредственно территории Академии. Очевидно, главный остров трясло существенно меньше, чем соседний, но и тут были видны признаки сейсмической активности. Коротко поприветствовала донельзя изумлённую моим ночным отсутствием Синтию.

— Привет, прости, очень спешу, нет времени общаться, — бросила ей, натягивая мех-лев поверх непромокаемого термобелья.

Ожидала, что миттарка накинется на меня с расспросами — где, мол, была, почему заявилась лишь после рассвета… Но соседка удивила:

— Ох, Вивьен, я так рада, что ты в порядке!

— Что? — Пальцы дёрнули за язычок молнии, но, как назло, застёжку заело.

— Ну, землетрясение! — Она всплеснула руками. — И такое сильное! Даже здесь, на главном острове, здания трясло так, что рессоры скрипели! Не представляю, что творилось на соседних.

— А почему ты решила, что я осталась на соседнем? — спросила, продолжая бороться теперь уже с магнитными заклёпками на сапогах.

— Так лейтенант Грешх-ан заходил несколько раз, про тебя спрашивал. Очень волновался, сказал, что последний раз видел тебя у костра… Ну, там, где ребята праздники отмечают. — Она махнула рукой, как будто говорила о чём-то само собой разумеющемся.

Мои пальцы дрогнули. В голове тут же возникли ночные картинки: обнажённый ларк, наши обжимания недалеко от костра… Интересно, как много кадетов уже в курсе моего вчерашнего позора?

— А больше Грегори ничего не говорил?

Закусила губу, унимая сердцебиение. Ладно, моя репутация ничего не стоит. Не страшно, если меня будут считать девушкой лёгкого поведения. Но очень не хотелось, чтобы во всей этой неприглядной истории полоскали имя Севера, ведь именно с ним я ушла в ночь.

— Конечно, говорил! — изумилась Синтия, а её светло-голубые глаза стали просто огромными. — Вивьен, вся Академия жужжит о том, что Орэль сломал себе ключицу сразу в нескольких местах и лежит у Нейта под капельницей!

— Что?!

— Так землетрясение же, Вив! Он был на острове, когда всё началось, на него упало дерево...

— А-а-а… — протянула озадаченно, пытаясь сообразить, что всё это значит.

— Пятеро! Осталось всего лишь пятеро игроков, — словно подталкивая мои отчаянно тормозящие мозги, продолжала причитать Синтия. — Нет, ну где это видано! Команда столько лет и с семью игроками уступала синтезатору, а тут… Не представляю, что будет делать лейтенант Грешх-ан! Где он за полчаса до старта игры найдёт еще одного игрока, когда полгода никого не мог подобрать? Ах, бедный, бедный капитан команды... Заранее знать, что проиграешь, это так ужасно! А ведь столько кадетов возлагают надежду на эту игру!

— Да уж, бедняга… — отозвалась эхом, справившись наконец с мех-левом, и крикнула: — Я на Игру, догоняй.

Спорящих Грешх-анов увидела ещё издалека. Правда, это были не братья, а дядя и племянник. Младший что-то доказывал старшему, отчаянно жестикулируя, но его эмоции наталкивались на гранитную стену спокойствия ректора Юнисского филиала. В какой-то момент то ли ветер подул с моей стороны, то ли сработал безупречный ларкский слух, но оба резко обернулись на меня. Грегори кратко выдохнул и, чётко печатая шаг, направился прямо ко мне.

— Вивьен, прости меня, ради Вселенной! — без предисловия начал он. — Я совершенно не распознал, что ты находилась под корицеллой. От тебя так умопомрачительно пахло желанием, мне казалось, что ты делаешь весьма настойчивые намёки…

Мотнула головой.

— Сейчас не об этом… — попыталась остановить его речь, но кадет настойчиво продолжал:

— Не об этом, но это важно. Там, у чана с ягодным морсом, я столкнулся с Тунирой, но не хотел говорить тебе, чтобы не портить настроение.

Вспомнилось то мимолётное ощущение у костра, как будто кто-то недобрый сверлит взглядом мою спину. Тунира, ну, конечно же… Пиксиянка обещала мне отомстить…

— … По всей видимости, она решила, что корицелла подействует на меня и я вновь захочу завязать с ней отношения.

«О, нет, Грегори!» — воскликнула мысленно, осознавая всю глубину коварства интриганки.

«Мечтаешь, чтобы он предложил тебе напиток, да? Он потрясающий, согласна. Очень страстный и нежный, особенно если его подольше промариновать отказами. Но второй раз тот же трюк у тебя не пройдёт. Трахнет по-быстрому, да и потеряет интерес».

Пиксиянка действительно считала, что я «мариновала» её ненаглядного возлюбленного, и подлила корицеллу в напиток специально, чтобы Грегори набросился на меня. Своим извращённым, больным умом она подспудно понимала, что между нами всё ещё ничего нет. С одной стороны, это уберегало меня от её мести, а с другой — способствовало тому, что она лично решила подлить афродизиак в стакан ларка. Тунира, очевидно, рассчитывала, что после пьяного и дикого соития либо Грегори потеряет ко мне интерес, либо я разочаруюсь в нём как в мужчине, потому что к такому я, определённо, не была готова. В данной ситуации во благо нам послужило то, что злосчастный морс достался всё-таки мне, а не Грегори. Не представляю, что обезумевший от похоти, тестостероновый ларк сделал бы, если б принял афродизиак сам…

— Грегори, ты ни в чём не виноват. — Отрицательно покачала головой. Что случилось, то случилось. — Как твои раны?

Из-под ворота мех-лева товарища выглядывала розовая полоска. Такие же украшали шею и щёку молодого человека, да и сбитые костяшки кулаков говорили сами за себя. Грегори поморщился.

— Нормально. Хотя до сих пор ещё никто не вызывал меня на бой с такой наглостью. Север крепкий парень, знатно меня исполосовал, но если бы не его хвост, я скрутил бы его в три счёта. Впрочем, я уже побеждал, когда к драке подключились ребята.

Кивнула, ничуть не сомневаясь в словах собеседника. Лейтенант неожиданно замер. Крылья его носа затрепетали, он глубоко и шумно вдохнул воздух. Затем наклонился ко мне ближе и ещё раз вдохнул. В глазах яблочного цвета промелькнуло понимание.

— Значит, он, да? — угрюмо спросил Грешх-ан.

Не знаю, что именно учуял и понял ларк, но было бы странно, если бы от меня не пахло Севером. Как-никак мы проспали в обнимку большую часть ночи и утро. Вселенная! Мне и самой казалось, что нет-нет, но я улавливаю его аромат.

— Да, Грегори. Он. Прости.

В воздухе повисла густая, тягучая тишина. Парень мотнул головой, примиряясь с действительностью. Видимо, до сих пор ещё ни одна девушка не предпочитала ему другого так открыто. Уверена, Грегори сейчас вспомнил и моё «нет», и то, как я зарылась пальцами в его волосах, нащупывая несуществующие рога… Он всё прекрасно понял… Поёжилась и, чувствуя, что время неумолимо бежит вперёд, уточнила:

— Как насчёт Орэля? Ты уже решил, кто будет шестым в команде?

Собеседник помрачнел.

— Никто. Замены, к сожалению, нет. Ты знаешь об этом лучше кого бы то ни было.

— Но играть впятером невозможно! Мы просто не закроем всё поле…

— Нет, возможно, — продолжал упрямиться капитан команды. — Тяжело, конечно, но возможно. Я попросил у дока дополнительные ампулы со стимуляторами. Вот, кстати, держи. Это твои.

Машинально взяла протянутые шприцы-пистолеты, сунула в один из карманов и всё же возразила:

— Грегори, ты должен взять шестого игрока. Игра впятером — заведомый проигрыш.

— Думаешь, я сам не знаю?! — рыкнул в ответ тот. — Орэль сломал кости из-за меня! Он оттаскивал меня от хвостатого, и я его оттолкнул. Если бы не я, всё было бы хорошо. Этот проигрыш будет на моей совести!

«Ох, дура-а-ак!» — чуть не завопила я, но вовремя остановилась, так как понимала — в таком тоне с капитаном команды и старшим по званию точно не разговаривают.

В этот момент откуда-то со стороны зрительского щита громко и с очень плохо скрываемой агрессией прозвучало:

— Грегори!

Мы одновременно обернулись и увидели острый разворот угловатых плеч и поблескивающие в полуденных лучах рога цварга. Касс был явно зол. Очень и очень зол.

«Как не вовремя!» — мелькнула в голове досадная мысль. Судя по тому, как заскрипел зубами ларк, он подумал о том же самом. С одной стороны, лейтенант совершенно точно не станет объяснять кадету Кассу, что и почему произошло ночью у костра, а с другой стороны, выяснение отношений с помощью криков — не в духе ларков. Скорее всего, грядёт ещё одна драка. Вот только этого нам сейчас не хватало! Бросила взгляд на коммуникатор: пять минут до начала игры.

— Возьми его, — наконец предложила решительно.

— Кого? — Капитан команды перевёл удивлённый взгляд на меня.

— Его , — повторила с нажимом, одновременно пытаясь поймать взгляд Галактиона.

Швархи бесхвостые! Если эти двое и захотят вновь сцепиться, то наверняка несколько раз подумают, стоит ли это делать при ректоре филиала.

— Хм-м-м, Вивьен, у меня складывается впечатление, что ты совсем меня не слушала, когда я рассказывал тебе про доверие в команде, — прошипел Грегори сквозь зубы.

— Слушала и слышала, — перебила, наблюдая, как цварг стремительно приближается к нам. — И именно поэтому прошу тебя взять Севера Касса в команду. Сам посуди, он не побоялся бросить тебе вызов при твоих ребятах, достойно продержался, не знаю, сколько там минут. А ещё он цварг, а значит, физически сильный и ловкий. Уж точно сильнее меня и, возможно даже, выносливее!

— Грегори! — Север окликнул собеседника ещё раз.

Он был уже в десяти шагах от нас. Сжатые в кулаки руки, мечущийся хвост и шип, прочерчивающий глубокие борозды на земле, красные капилляры глаз.

— Ты бесхребетная и беспринципная тварь… — произнёс кадет, закатывая рукава.

Прикусила губу от отчаяния. Что же он не сообразит — здесь не место и не время для разборок!

— Север, погоди, ты всё не так понял!

— Вивьен, отойди в сторону! — прорычал тот, не слушая меня.

К счастью, в эту секунду над нашими головами раздалось сухое:

— Что здесь происходит? До начала Игры меньше пяти минут.

Ректор благородно сделал вид, что не услышал оскорблений в адрес племянника, хотя с его слухом он должен был прекрасно различить последние реплики.

— Лейтенант Грешх-ан берёт в команду кадета Касса, — обмирая от собственной наглости, заявила я.

Три пары глаз с изумлением уставились на меня. К чести старшего офицера, он первым справился с шоком.

— Грегори, это правда? — по-деловому уточнил командор.

Несколько бесконечно долгих секунд ларк испепелял меня взглядом.

«Он недостоин играть с нами», — говорила вся его поза.

«Ларки уважают силу. Ты сам сказал, что он сильный боец», — так же без слов ответила ему.

— Да, — наконец выдохнул Грегори, невольно поджав губы. — Я хотел бы взять кадета Касса в команду, правда, есть небольшая проблема. У нас нет готового мех-лева для цварга. Костюм Орэля ему не подойдёт ни по размерам, ни по настройке частиц магниса. Можно было бы подогнать, но у нас нет времени.

Север как-то странно смотрел то на меня, то на Грегори, но ничего не говорил вслух и не спорил. Уже за это была ему от души благодарна. Командор Грешх-ан выглядел озадаченным. Он явно не ожидал услышать, что за пару минут до итоговой Игры племянник введёт нового игрока в команду.

— А что на это скажет кадет Касс? — уточнил Галактион.

На скулах Севера заходили желваки, но юноша ответил предельно спокойно:

— Если нужен дополнительный игрок, я готов. Могу выступить в верхнем слое. Я отлично плаваю, а там достаточно кислородных лакун, чтобы обойтись без мех-лева.

— В верхнем слое?! Ты хочешь быть охотником?! — Грегори аж закашлялся, но я подхватила идею друга.

— Могу играть в паре с Севером.

Капитан команды несколько секунд переводил взгляд с меня на Касса и обратно. Ему совершенно не нравилось моё предложение, хотя бы потому, что на охотников приходится большинство снарядов, а новичок ни разу не тренировался с командой.

Над полем прокатился низкий звучный сигнал гонга, означающий, что до старта осталось менее одной минуты. Зрители — а на берегу собрались ребята со всех курсов — заволновались и зашумели. Замелькали самодельные флаги и цветные диодные ленты, раздался треск хлопушек, зазвучали пока ещё слабенькие, но явно подбадривающие аплодисменты. Девушки принялись выкрикивать имена игроков, среди которых наиболее часто слышались «Грегори» и «Гавриил». Ветер подхватил и принёс в нашу сторону шуршащие конфетти и запах гари от хлопушек, а также аромат жареного попкорна и сладкой газированной воды.

— Выдай ему пояс с энергетическими капсулами и стимуляторы. Грегори, давай скорее! И все быстро на поле! — коротко приказал ректор, одновременно делая знак Дрэго Келлану, чтобы тот заблокировал зрительский сектор.

Гигантский купол из жидкой биопластмассы, отдалённо напоминающий мыльный пузырь, уплотнился и чуть потемнел, отрезая нас от многочисленных свистков и криков. Перестал отвлекать и запах. Несмотря на очевидную враждебность, капитан команды отдал Северу всё необходимое и даже больше. Мы заходили в воду втроём. Справа — ларк, слева — цварг. Оставшиеся игроки уже заняли свои позиции.

— Я бы тебя ни за что не взял в команду, если бы не Вивьен, — тихо, но чётко проговорил лейтенант, не поворачивая головы.

— Если бы не Вивьен, я бы ни за что не принял участие в вашей дурацкой Игре, — парировал кадет.