Глава 15. Для тех, кто в «ТАНКЕ»

— Я хочу на это посмотреть.

— Нет!

— Нельзя лишать меня такого удовольствия, Хэлли! Это слишком жестоко даже для тебя!

В своем обычном картинном жесте Павиан прикрыл глаза рукой, а я задумалась. Вообще-то он даже мне свою жилплощадь для завершения моего коварного плана любезно предоставил. Вернее, для того, чтобы пожать плоды рук своих и насладиться возмездием.

Нельзя вот так просто эльфа разочаровывать.

Обычное карманное зеркальце с деревянной ручкой, которое сейчас было у меня в руках, было настроено на передачу изображения с большого зеркала, что находилось в нашей с Сурией купальне.

Хотя, громким словом «купальня» это небольшое помещение язык не поворачивался назвать. И все же это было лучше, чем вообще ничего.

Вообще-то купальни на этаже были общими — одна женская, другая мужская. Но нам с боевой драконессой посчастливилось иметь в покое свою собственную.

Правда, иногда там из кранов вылезали блудички, но я не в претензии.

Соединив магической связью два зеркала, я удостоверилась, что Сурия, прихватив все свои уходовые средства, отправилась чистить перышки, и приготовилась к фаер-шоу.

Засела я в покоях коменданта — дабы обезопасить себя от гнева Фурии, разумеется. Кстати говоря, вот у эльфа была купальня, так купальня — с огромным бассейном, водопадом, пальмами и прочими атрибутами роскошной жизни.

— Ты покажешь мне это зеркало, дриада! — заявил Пав. — Иначе я отказываюсь от нашего уговора!

Ссориться мне с ним было нельзя, а уж нарушать наш уговор, который был выгоден мне со всех сторон — тем более. Поэтому пришлось допустить эльфа до зеркальца.

Оно продолжало показывать наши нетерпеливые физиономии, отчего Павиан откровенно заскучал и принялся корчить рожи. Ну, вернее, как рожи — сам-то он думал, что это различные одухотворенные и возвышенные выражения его прекрасного лица.

— Свет мой, зеркальце, скажи, да всю правду доложи… — почему-то пришло мне на ум, пока я любовалась на представителя высшей расы.

Эти слова стали словно сигналом. Или заклинанием.

Потому что гладь маленького ручного зеркальца зарябила, а затем подернулась фиолетовым туманом.

А затем, уже из этого фиолетового тумана проступило лицо Сурии.

Мы с Павианом как по команде отпрянули, но затем стали смотреть еще внимательнее, ожидая какого-то глобального… зрелища.

Боевая драконесса, замотанная в розовое полотенце и с тюрбаном на волосах, стояла перед зеркалом в купальне нашего покоя и, что-то напевая, наносила себе на лицо крем из баночки.

Тот самый, который она презентовала мне, и которым я подменила ее крем.

Мне действительно было интересно, что она мне уготовила. Поэтому я ждала с нетерпением.

— Джерла-а-ас, любо-о-вь моя, — нещадно фальшивя, заливалась соловьем драконесса. — Джерла-а-ас, к страсти твоей готова я-а-а…

Затем она склонилась над раковиной, чтобы нанести на буковую палочку зубной гель, опять-таки, не ее, а презентованный ей мне в наборе. Очень хороший, отбеливающий гель. Освежающий такой…

Наверное, именно с геля она поняла, что что-то не в порядке.

И подняла голову к зеркалу.

Мы с Павианом дружно ахнули: резцы Сурии весьма заметно удлинились, отчего драконесса стала неуловимо смахивать на бобриху. Но этим дело не ограничилось — прямо у нас на глазах они покрылись лоснящимся мехом, отчего возникло очень странное, но не скажу, что приятное ощущение, что у Сурии во рту завелся какой-то пушной зверек.

Но это были не все метаморфозы. В силу вступил чудодейственный крем. Правда, почему-то подействовал он не на само лицо, а на брови Сурии, которые зазеленели и заколосились необычайно длинным и пышным образом.

Фурия молча отступила назад, расширившимися от ужаса глазами пялясь в зеркало. Она явно пришла в состояние шока, поэтому не до конца осознала все произошедшие с ней изменения.

На мой взгляд, пушистых зубов и кустистых бровей в качестве мести ей было более чем достаточно. Но тут подоспела тяжелая артиллерия — шампунь…

Сурия сорвала с головы полотенце, и…

И весь пятый корпус студенческого общежития потряс до основания удивительный звук, сочетающий в себе истошный визг и злобный гротанный драконий рык.

Потому что светлые локоны Фурии, мало того, что обрели сочные морковные, огуречные и жвачные оттенки, так еще и представляли собой торчащие в разные стороны свалявшиеся колбаски.

Распутать которые вряд ли будет легким делом…

В следующую секунду Сурия широко открыла свой зубастый пушистый рот, а в следующую секунду изображение пропало.

Похоже, не в силах любоваться своим отражением, она применила свой коронный плевок и начисто сожгла поверхность зеркала купальни.

— Повелитель Природы… — прошептал Павиан. — Это было божественно!

И царапнул со стола большой лист бумаги.

— Вдохновение посетило?

— Да, Сурия Рендал — лучшая из муз, — ответствовал эльф, водя по листу карандашом. — Как думаешь, успеет она привести себя в порядок? Клубная вечеринка через час. Вот бы не успела, а?

— Если она не успеет, вечеринка просто не состоится, — пожала плечами я.

И, между прочим, была права.

Потому что боевая драконесса ни в жизнь не допустила б, чтоб событие, к которому она готовилась с таким тщанием, не состоялось.

— Говорят, она вызывала королевского целителя, — шепнул Павиан, низко склонившись к моему уху. — Потратив на это уйму бабушкиных денег, естественно.

Эльф в парадном мундире торжественно вышагивал рядом, не забывая трогательно поддерживать меня за руку.

Когда проходили мимо статуи Ольфозы и Аригуна, я с интересом отметила, что яйцо дракона гордо красуется на прежнем месте — то есть у него в ладонях. Радостью от счастливого возвращения яйца я не замедлила поделиться со своим спутником.

— Как же, нашлось яичко, держи карман шире! — ухмыльнулся эльф. — Они просто сделали новое, ректоресса лично распоряжение отдала. Тональ с кафедрой метаморфологии ответственными были. Между прочим, его при мне сюда водружали. Ругались почище пьяных орков.

— Зато получилось красиво, — оценила я. — Не отличишь от старого.

— Метаморфологи у нас сильные, — кивнул эльф. — И не скажешь, что они это яйцо не из мрамора, а из индрюшачьего навоза слепили и иллюзорной оболочкой покрыто.

От такой информации я сморщила нос и принялась обходить статую за километр.

— Да ладно тебе, дриада, — пихнул меня в бок комендант общежития. — Он уже застыл, так что теперь это мрамор практически в чистом виде.

Так мы и поднялись по лестнице, ведущей прямиком к заветной двери в заветной башенке, к которой я примеривалась уже давно.

— Фэсс Павиан Лейр… — полувздохнула-полупростонала Браниса, которая доблестно стояла на страже входа в башню. — Ваше приглашение…

Павиан с самым незамутненным видом протянул вампирессе целую стопку черных конвертов с кружавчиками.

Поклонницы его баловали, это без сомнений.

— А ваша спутница? — выдохнула сподвижница Сурии, не отрывая взгляда от эльфа, который действительно был чудо как хорош. — Совет клуба принял решение, что Хэллия Сенфрид…

— Ну, милая вампиресса, по этикету… Я же могу пригласить на данное мероприятие в качестве своей спутницы кого пожелаю, — ослепительно улыбнулся комендант общежития. — Вот я и выбрал на эту роль милую Хэллию Сенфрид. Пропустите нас?

Браниса хмурится и заглядывает в зал. Явно высматривает Сурию. Браниса колеблется.

— Потрясающее колье, — Павиан прикасается своими тонкими изящными пальцами к шее вампирессы. — Но эти бесспорно чудные и редкостные рубины не могут застить блеск ваших глаз, фэссарина Ромунгар. Так что, пропустите?

У нее против него — ни единого шанса. Находясь в полуобромочном состоянии, Браниса пропускает меня и Павиана в гостиную клуба «Таинственное крыло».

Да! Я здесь!

Хоть что-то идет по плану.

С трудом удерживаюсь от того, чтоб запустить свои магические посковички прямо сейчас. Потому что выдам себя. Обязательно выдам.

Чего-чего, а мне лучше не привлекать к себе сейчас много внимания.

Вообще никакого внимания, если уж на то пошло.

— А напомни-ка мне, Хэллия-дриада, почему ты в меня еще не влюбилась? — громко интересуется Павиан, внимательно глядя наглыми глазами.

И сильнее, чем требуется, сжимает мою руку.

Нет, я, конечно, не знаю точно, как там положено по этикету, чтоб кавалер держал даму, но инстинктивно это чувствовалось.

Вообще-то у нас с ним был уговор — он открыл мне Сурьин комод, а я пошла с ним на эту вечеринку, чтоб сдержать натиск студенток, которые ищут его внимания.

Совершенно необязательно так правдоподобно строить из себя влюбленного. Но Павиану, видимо, доставляло особенное наслаждение злить дам, которые хищно смотрели на него, не смея подойти.

Так что эльф приобнимал меня за талию, смотрел сияющими глазами и вообще всячески демонстрировал свой пламенный интерес к моей персоне.

Какие уж тут поисковички! Какое там попытаться незаметно осмотреть помещение клуба!

Наша с Павианом блестящая пара мгновенно оказалась в центре внимания.

Внимания Сурии Рендал.

Надо отдать драконессе должное — с помощью целителя или без, но всего за час она сумела привести себя в порядок. С зубами у нее было все в порядке, с бровями тоже. Один нюанс — очевидно, что-то не заладилось с волосами-колбасками. Поэтому голову Сурии украшал роскошный блондинистый парик из длинных гладких волос, которые были совсем не похожи на ее — короткие и пушистые. В том, что это не ее натуральные волосы, просто приведенные в долженствующий вид, сомнений быть не могло.

— Хэллия, дорогая! — улыбка драконессы была больше похожа на оскал. — Явилась без приглашения? Несмотря на то, что все участники «ТАНКА» были против этого?

И она обвела рукой обозримое пространство. Собравшиеся в зале были в основном драконами и драконессами, но присутствовали и представители других рас.

Членов клуба «Таинственное крыло» отличало наличие тяжелого перстня на большом пальце правой руки. И, судя по их недоуменным взглядам, о своем протесте против моего присутствия здесь они узнали только что.

— Я пригласил Хэллию, фэссарина Рэндал, — светящийся довольством комендант даже немного поклонился.

— Вот как, вот как… — Фурия злобно прищурилась и нервно провела рукой по своим гладким волосам. — Что ж, раз ты пришла, дорогая, это автоматически делает тебя желающей вступить в «ТАНК». Выдержишь испытание — возьмем тебя в члены клуба. Впрочем, сомневаюсь, что ты сможешь справиться, хотя, конечно, его выдержать — раз плюнуть…

Да, да, я в курсе, что она самым бессовестным образом брала меня на слабо. Но я понимала, что дороги назад нет. К тому же мне действительно нужно было членство в этом клубе. Для дела.

— Я бы не твоем месте поостерегся, дриада, — Павиан дернул меня за рукав. — Она же просто горит желанием взять реванш, не надо, правда… Не надо.

Но сейчас меня и сами шеликуны бы не остановили.

— Что за испытание? — настороженно поинтересовалась я.

— О, ничего особенного, — довольная Фурия хлопнула в ладоши. — Всего-то сыграть со мной, как с президентом клуба, в «Вопросы и команды». Три раунда — и ты в клубе.

Название игры звучало безобидно, но именно от этого дурное предчувствие охватило меня. Сурия Рендал и безобидность, как известно, вещи несовместимые. Но отказываться было уже поздно.

Боевая драконесса действительно самым что ни на есть наглым образом взяла меня на слабо — заинтересованные члены клуба и те, кто мечтал ими стать, обступили нас со всех сторон. На лицах окружающих читались самые разнообразные эмоции, от искренней, неподдельной жалости, до ничем не прикрытого злорадства.

— Вопрос или команда? — поигрывая веером с таким изяществом, словно это был кинжал, который она хотела вонзить мне в сердце, поинтересовалась Сурия.

— Ну… — задумалась я. — Пусть будет вопрос.

Краем глаза я углядела, что Павиан поморщился и закатил глаза к потолку.

— Ты девственница? — с ухмылкой спросила боевая драконесса.

Заинтересованная толпа студиозов ловила каждое ее слово. А затем все уставились на меня так, словно дырку хотели протереть.

Шепотки, хихиканье, сдавленный смех.

Ну, не то что бы я стеснялась отвечать на этот вопрос, однако как-то не планировала сообщать данную информацию всей этой толпе, во главе с Фурией, довольной, что втянула меня в свою игру.

— Пусть будет команда, — поменяла свое решение я.

— Без проблем! — честное слово, драконесса ухмылялась сейчас похлеще, чем самый отъявленный шиликун. — Сыграем в одну старую драконью игру для малышей. Ты должна добраться до во-о-он того сундука.

И она показала в противоположный конец зала, где на специальном камне покоился небольшой сундучок с интересным декором — маленький золотой дракончик обвил его крыльями и хвостом, явно защищая от посягательств на содержимое.

Я не я, или тут есть какой-то большой подвох!

— Ах да, забыла сказать, что она называется… Пол — это лава! Такая интересная игра…

При выкрике Сурии художественный наборный паркет в форме ромбов просто перестал существовать! Исчез!

А его место заменила кипящая и плещущаяся раскаленная вулканическая масса. Гости вечерники тут же отпрянули назад, но им-то, в отличие от меня, ничего не грозило — паркет, на котором они стояли, был надежно защищен охранными чарами.

Я утерла пот с мгновенно покрывшегося испариной лба — градус в зале мгновенно повысился — оно и немудрено. Раскаленный жар, что исходил от лавы, было сложно терпеть. В остальном же пространстве клуба всех, включая Фурию, овевал приятный освежающий ветерок.

— Или все-таки предпочитаешь вопрос? — мило улыбнулась драконесса.

Я предпочитала поскорее оказаться подальше от вызванной ею прямо в полу башни кипящей и бурлящей ярко-оранжевой жидкости, но Дриадрья Праматерь вряд ли будет ко мне настолько благосклонна, чтобы перенести меня отсюда.

— Не предпочитаю, — стиснув зубы, сказала я.

— Тогда вперед! У тебя ровно десять минут, — с торжествующим видом добавила Сурия.

Подавив в себе резкое желание вцепиться в ее криво сидящий парик, и первым делом выкинуть в лаву его, я задумалась.

Лава, лава… Что я тут могу сделать с моим маленьким потенциалом?

Разумеется, есть огнеупорные заклинания, это область боевой магии, но у меня на них просто не хватит сил. Вот магистр Аэлмар бы справился с этим заклинанием за полминуты: подумалось почему-то.

Эх, мне б сюда мой драгоценный мешочек с травами и кореньями — были там кое-какие полезные экземпляры…

— Твое время на исходе, дриада! — торжествовала Рендал. — А значит, не видать тебе членства в «ТАНКЕ», как собственных ушей!

Ну уж нет, драконесса! Меня просто так не взять!

Я вскинула вверх правую руку, призывая все свои силы (и Дриадью Праматерь заодно). Паркет рядом со мной задрожал и вспучился. Через несколько мгновений узорные ромбы разлетелись в разные стороны под натиском мощных ветвей серебристой липы.

Ствол вырос вверх, под самый потолок, после чего склонился вбок и надежным деревянным мостом протянулся над кипящей лавой. Прямиком к заветному драконьему сундучку, обвевая макушкой камень, на котором он стоял.

Каких сил мне это стоило — лучше не говорить. Да и времени было не особо много — я опасалась, что жар от лавы сожжет дерево.

А потому легко взобралась на сплетение ветвей и, балансируя по склоненному липовому стволу, прошлась над озером лавы.

Жар, пышущий в лицо, был неприятен. От него пот стекал по вискам, и приподнимались легкие шелковые юбки моего платья.

Но выбора как бы не было. Особо.

Наконец, я добралась, легко спрыгнула на заветный камешек и схватила в руки сундучок, который оказался весьма тяжелым.

В то же мгновение лава исчезла, а со стороны наблюдающих послышались бурные аплодисменты.

Но лучшей наградой для меня, конечно, было кислое лицо Фурии, которая не преминула снова выкрикнуть: «Вопрос или команда?»

Какой она мне вопрос задаст, я уже знала, поэтому выбрала второе. Хоть и оно явно не сулило мне ничего хорошего.

— Тогда… — с затаенной ухмылкой продолжила драконесса. — Достань то, что лежит в сундуке, надень это на себя и не снимай до конца вечера.

Звучало уже угрожающе!

Тем более, прежде чем я смогла открыть сундук, золотой дракончик успел пребольно цапнуть меня за палец.

После чего я достала из сундучьих недр огромную шутовскую шляпу, украшенную перьями, листьями и цветами.

Ох, это страшилище точно испортит мою прическу! И придаст самый глупый на свете вид… Однако делать нечего — я сама в это ввязалась. Не знаю, подготовила Сурия все эти команды для кого-то из новичков, или для меня персонально, но за свои зубы, брови и волосы она точно мне отомстила.

Испытывая неприятное ощущение, что у меня на голове прочно обосновался целый замок, я увидела рядом Павиана.

— Выглядишь ужасно, — не стал лукавить эльф-комендант.

— А ты умеешь поддержать, — скривилась я и потянулась, чтобы потрогать верхушку шляпы, однако пальцы до нее не дотянулись, что расстроило — очевидно, высота у этого головного убора немаленькая. — Зато я стану членом клуба, получу перстень и буду иметь неограниченный доступ в эту шеликунячью башню!

— Если выполнишь третью команду Сурьки, — с сомнением ответил Павиан.

А драконесса, к которой в это время подбежали девушки из ее свиты и с заговорщическим видом зашептали что-то сразу на оба уха, выслушала их и с ужимкой сказала:

— Тебе так идет эта милая шляпка, Хэлли. Ты в ней — ну просто красавица! А теперь перейдем к третьему раунду нашего мини-испытания! Вопрос или команда, Хэлли?

— Команда, — обреченно ответила я.

— Совсем ты у нас неразговорчивая, а всем здесь так хотелось хоть немного твоей откровенности, — фальшиво протянула драконесса. — Ну, что ж, мы тут с членами клуба посоветовались и все вместе придумали для тебя последнюю команду. Чтоб завершить испытание достойно, сама понимаешь. Тебе нужно поцеловать первого, кто зайдет в эту залу. Только по-настоящему, по-взрослому! В губы! Поцелуешь недостаточно глубоко — совет клуба не засчитает команду!

Что ж, от нее нужно было ожидать чего-то подобного.

— Первым сюда зайдет этот… вампир-неудачник с некромантии, — склонившись ко мне, быстро шепнул Павиан. — Я услышал, как Сурькины прислужницы доложили ей, что все идет по плану — его по-быстрому пригласили на вечеринку и уже привели сюда. Он там у дверей уже топчется, ждет, когда его запустят. А ведь я предупреждал, дриада, не связываться с Сурькой…

— Эл Куртоль? — удивленно подняла брови я, и эльф кивнул.

Что ж, коварства и изобретательности Сурии не занимать… Хорошо еще, что она сюда болотника не притащила или кого похлеще. Грязевого демона, например…

А тут просто вампир, который не был мне так уж противен. В отличие от того же моего жениха — леприкона Туни. Не к ночи будет помянут.

Поцелую молодого вампира, от меня не убудет. Все ради великой цели — рассчитаться с долгами нашей семьи. Хотя, если подумать, где долги, а где поцелуи? Да ладно, что там. Чмокну его разочек по-легкому, да и дело с концом!

Поэтому я застыла около двери наизготовку. Все замерли в ожидании.

А когда она распахнулась, то бросилась вошедшему на шею, и прильнула к нему. Перед этим, правда, закрыла глаза. Для храбрости.

Губы Элайи неожиданно оказались твердыми и горячими, а его сильные руки легли на мою талию, крепко прижимая к себе. Я тонула в этом поцелуе — нет, я парила, позабыв обо всем на свете.

Даже о том, за нами жадно наблюдают несколько десятков глаз. И о том, что изначально все это затевалось с совершенно другой целью.

Было только всепроникающее, ненасытное наших касание губ и языков. Вовсе не невинно, как я хотела это сделать.

Даже близко не.

Именно так, как и сказала Сурия. По-взрослому. По-настоящему. Страстно. Мучительно. Сокровенно.

Как меня не целовал еще ни один парень. Да все эти детские поцелуйчики, которыми я успела обменяться с парочкой своих ухажеров в Кюлисе, ни в какое сравнение не шло вот с этим…

Этим!

Возмутительным и наглым захватом. Которого я отчаянно хотела сама.

Он будто хотел испить меня. Высушить своим жаром. Своим ответным порывом.

Нет.

Вампир Элайя Куртоль не смог бы поцеловать меня так. Никогда.

Поэтому, в следующее мгновение оторвавшись от мужчины, который явно не хотел меня отпускать, я с ужасом увидела перед собой того, кого больше боялась — проректора академии, фэсса Джэрласса Аэлмара.