Глава девятая
Расчеты по перемещению духа из одного зеркала в другое. Никак. Не получаются! Что не так с формулой? Кольцеобразная. Трехуровневая. Может, семь уровней попробовать? В форме пятиконечной звезды? Сложно. Запутаюсь. Но по-другому не выходит! Траектория, радиус, сила толчка, магический фон отражения… Да. Придется рисковать. Значит, семь уровней — пять лучей. Так… тогда…
Синие смеющиеся глаза. Нельзя о нем думать! Нельзя! Завтра — пробежка. Потом — душ. Уставать за день так, чтобы никаких снов! И никаких… поцелуев… Ох…
Дух Зеркала дрожит от страха. Она чувствует его боль и отчаяние сквозь метель. Крошечная, беззащитная тень — порождение магии. Должно быть какое-то объяснение! Должно быть… Что так сильно напугало Духа Зеркала? Что?!
Рычит, глазами алыми сверкает,
И даже Духа Зеркала пугает!
На пути его не стой,
Кто же это?
— А? Умница Дирре? Ну? Кто?
— Кто, Ларкин?
Ася, которая шла в своих мыслях, опустив голову, по коридорам Академии, встала, как вкопанная.
— Что, умница Дирре? Сдаешься? А?
— Сдаюсь, Ларкин! Сдаюсь! Ты придумал очень сложную загадку, так кто же это? Кто? Кто так сильно пугает Духа Зеркала?
Гном тяжело вздохнул, сгорбился, достал платок из нагрудного кармана бархатной алой жилетки и вытер набежавшую слезу…
— Не я эту загадку придумал, умница Дирре. Не я. Те, что я придумываю, вы сразу отгадываете! А эта — бабушкина. С детства помню. Маленький был совсем, а бабушка, значит, все загадки загадывала. А я ж старый уже, умница Дирре. Да. И бабушки нет давно. А сегодня — День ее рождения! Вот только сколько бы бабуле было, не скажу… Года… три назад сбился со счета. Но каждый год вспоминаю! Да. И загадки в честь нее загадываю!
Ася хмурилась. Морщила лоб. Что-то бормотала про себя.
— Ну, так как? А? Сдаешься, умница Дирре?
— Я… А загадай еще раз?
Рычит, глазами алыми сверкает,
И даже Духа Зеркала пугает!
На пути его не стой,
Кто же это?
— Злобный тролль!
— Вот видишь! Подумала, и догадалась! Умница!
— Почему Дух Зеркала боится тролля? Что рассказывала твоя бабушка, Ларкин?
— Ох, умница Дирре. Что-то рассказывала, как будто. Стар я…
— Ларкин, пожалуйста, вспомни! Это очень важно! Пожалуйста…
Гном вздохнул. Эту троицу: мага-отличницу, лисичку-оборотня и белокурого менестреля — он любил. Вежливые ребята. Добрые. Не шалят. Учатся хорошо. Хочется иной раз слово доброе сказать, да и загадки его они любят как будто. Профессор Гремми Вилл, тот тоже этих детей к себе приблизил. Душа-великан! Уважает он его очень. И вот теперь просят помочь, а он… Не помнит!
— Нет, умница Дирре… Не помню! Давно это было. Сказок-то бабушка много рассказывала.
— Ларкин, — Ася вздохнула, — Если ты вспомнишь — обязательно найди меня и расскажи. Обещаешь?
— Хорошо, девочка. Хорошо. А трудная была загадка, а?
— Ох, Ларкин… Ты даже представить себе не можешь, до чего же это трудная загадка…
И Ася пошла дальше, бормоча про себя что-то про формулы, расчеты и магический фон. Гном вздохнул и покачал головой. Академия у них, конечно, серьезная. И все-таки детям надо больше гулять. Хорошо кушать. А то какие-то они бледные. Совсем заучились…
Наступил понедельник, а занятия в Академии из-за взрыва в шахтах так и не начались. И даже задания, которые получили студенты для самостоятельной работы, преподаватели пока не проверяли. Пользуясь случаем, их четверка активно работала над проектом. Когда еще выпадет такая возможность? Последний курс, задания сложные, списки рекомендованной литературы, если размотать — можно застелить все длинные коридоры родной Академии! И когда диплом делать? Так что они решили пользоваться моментом, что неожиданно подарила судьба, и сделать как можно больше.
Асины расчеты окончательно зашли в тупик. Никто никогда не переманивал Духа из одного зеркала в другое. Дух уничтожается, зеркало — на переплавку и создаются потом и новое зеркало, и новый дух. Конечно, она это знает, но…
Тогда, когда они должны были переместиться в детский дом, Дух ей помог! Зеркало старое. Руны в раму вплетены недостаточно эффективно, нанесение серебра без последних разработок. Уже и заклинания во время нанесения используют и зелья в раствор добавляют. И все же Дух отозвался. Потянулся, откликнулся на ее призыв и изо всех сил постарался выполнить просьбу! А ведь ему было трудно. Она должна отплатить тем же. И она добьется своего! Надо только попробовать семиуровневый расчет…
Гриим тоже не отставал — работал до глубокой ночи. Гном решил использовать стекло с добавлением настоящего горного хрусталя, а отражающий слой сделать — не серебряным, как было принято, а золотым. Мастеровой уверял, что они будут лучшими проводниками магии пути, чем те, что использовали до этого.
Конечно, материалы, которые он собирался использовать, существенно увеличивали стоимость экспериментального образца, но лорд Эсбен сообщил, что королевство Семи Морей скупиться не будет. Так отчего бы не попробовать? Гриим свое дело знает. Им невероятно повезло, что гном согласился работать вместе с ними в команде. Главное, чтобы Рокк — мастеровой группы демона Иля, его друг и соперник, ничего не пронюхал!
Сирин писал музыку. Трогать менестреля в этот момент было не только бессмысленно, но и опасно. Он махал руками, мычал что-то под нос, а если его отвлекали — рычал. Да так, что даже Рики ему завидовала.
Ася сама дала другу поручение — написать такую музыку, чтобы дух перешел в другое зеркало. Расчеты — за ней. Но…так никто не делал. Это риск. И спасибо другу, что не отказал.
Рики — рисовала, придумывала раму для зеркала. Такую, чтобы и все дополнительные функции в узор вплести, и красиво было! Зеркало должно было уменьшаться и увеличиваться, что существенно осложняло задачу…
Работы Рики Асе всегда нравились. Ничего лишнего. И пусть ее стиль резко отличался от эльфийского, она — единственный искусник на потоке, который мог вплести в раму режим невидимости. Они бы уже давно со спецслужбами контракт подписали, заказ почти сразу поступил, однако комиссия оставила вопрос о разрешении на повторное рассмотрение. Оно и понятно — не только в благих целях возможно использовать такое… Совет строго следит за тем, чтобы новые разработки не пошли на пользу преступникам и черным магам.
В общем, так или иначе, все были при деле. Все, кроме Аси. Расчеты не шли. А когда они не идут — надо отвлечься. Потом она к ним вернется и обязательно что-нибудь придумает. А как отвлечься? О синих глазах ректора она запретила себе думать, друзья заняты.
Загадка Ларкина никак не шла из головы. «Рычит, глазами алыми сверкает, и даже Духа Зеркала пугает…» Алые глаза. Те, что появились в зеркале и так сильно ее напугали тогда, были красные. Налитые кровью, они сверкали, будто угли во тьме. Но… они не были… злыми. Скорее — грустными. Ноги сами понесли девушку обратно, в ту часть Академии, где утром она встретила гнома-распорядителя.
Запах свечки, блеск зеркал,
На носу…
— Осенний бал!
— Правильно, умница Дирре! Бал скоро. Платья, танцы! Об этом тоже думать надо, девушки, а? А то все учитесь, учитесь. Совсем вы с Рики бледные стали! Надо вам гулять побольше…
— Ларкин, ты не вспомнил?
— О чем, умница Дирре?
— О сказках твоей бабушки!
— Ах, это… Вот что вспомнил — книга была у нее. Очень старая книга, значит, со сказками.
— И где она?
— Умерла бабуля, умница Дирре. Давно уж умерла… А сегодня у нее день рождения был бы…
— Книга, Ларкин! Книга где?!
— А… книга. Книгу я, значит, подарил.
— Кому?
— Библиотеке Академии, — гном поднял вверх указательный палец и перешел на шепот, — А библиотекарь наша, мадам Валли Ленски, очень, значит, благодарила меня. Да. И книга та — старинная. Она хоть и сказки, а имеет эту… как ее…
— Художественную ценность?
— Да! Точно! Все-то ты знаешь, умница Дирре! — расплылся гном в счастливой улыбке.
— Ларкин… — Ася старалась успокоиться, но получалось плохо. — Где сейчас эта книга?
— В этом. Как его… Ну там, значит, где все очень старые книги в нашей библиотеке хранятся…
— В старом фонде?
— Да! Нет, ну все-то ты знаешь, а?
— Ларкин, мне нужна эта книга. Но если она в старом фонде, без разрешения мне ее не дадут.
— Так обратись к ректору, значит. Скажи — для диплома надо или для работы какой. Магистр Торлин тебе разрешение выпишет.
— Некогда, Ларкин, понимаешь? Некогда! Пойдем!
И Ася, схватив старого гнома за руку, потащила несчастного в библиотеку.
— Погоди, умница Дирре! Куда ты меня тащишь?
— Это же твоя книга, Ларкин!
— Моя.
— Ну вот. Ты попросишь, и мне ее дадут! Мне очень. Очень нужно ее прочитать, поверь!
— Погоди, девочка, погоди… Это, значит, уже не моя книга, раз я ее библиотеке подарил. И, значит…
— Ларкин! — Ася сложила руки на груди, — Ну не оставишь же ты меня без нужной информации только потому, что влюблен в мадам Валли Ленски и поэтому не хочешь идти в библиотеку?!
— Ах ты… Умница Дирре… А как же ты, значит, догадалась?
— Догадалась.
— А я, значит, тоже кое о чем догадался, умница Дирре, — улыбнулся смотритель.
— О чем? — Ася нахмурилась.
Щека горит, дрожат коленки,
Потому что рядом…
— А? Умница Дирре?
— Ректор… — девушка покраснела.
— То-то же! Ладно, девушка-красавица, я не скажу никому. Только к мадам Валли Ленски я не пойду. А ты вот что. Я библиотекарю напишу записку. И ты ее передашь. Я там напишу, чтобы книгу тебе дали, значит. И вот еще что. Надо за чистотой следить и порядком! И за красотой в Академии. Бал Осенний на носу! Вот ты, Дирре, мне поможешь. Я старый… А в библиотеку надо цветы отнести. Для украшения перед балом. Чтоб, значит, красиво было. И ты так ей и скажи — распоряжение смотрителя. Для украшения библиотеки. Поняла?
— Поняла! Давай цветы и записку!
— Мадам Валли Ленски! Мадам Валли Ленски…
Ася чувствовала себя глупо, прижимая к груди огромный букет еще не распустившихся голубых горных маков, цветов, что у гномов считались обязательными на брачных церемониях. У этих цветов на каждой чашечке по семь лепестков, это приносит удачу. Чем больше на свадьбе венков и гирлянд — тем трогательней и чище будут отношения между супругами. Букет был таким огромным, что девушка разве что не падала под его весом. Библиотеку украшать — как же, как же…
Именно поэтому Ларкин то краснел, то бледнел, отправляя ее с письмом к заведующей библиотекой.
Студентка пыхтела, спотыкалась, но тащила букет. Что не сделаешь ради жажды знаний. Ну, и Ларкину хотелось помочь. Он добрый, да и чувства к гномихе у него искренние.
Вот она — вожделенная стойка библиотекаря!
— Мадам Ленски!
Она положила букет и только сейчас поняла, что библиотека пуста: ни студентов, ни библиотекаря.
Странно…
И куда все разбежались?
Посмотрела в окно. Надо же — уже темнеет. Это сколько же времени?
Уже поздно? И все закрыто? А дверь?
Ася вздрогнула, когда услышала приглушенные голоса.
Оставив цветы как есть, заметалась между столами. Что же делать? Куда бежать? В последний момент девушка юркнула за стеллаж с книгами. Затаилась. Сердце билось так, что казалось — оно ее выдаст.
— Конечно, господин ректор, — раздался голос мадам Ленски. — Я подготовила вам книги по производству магических зеркал.
— Благодарю. Можете быть свободны.
Ася про себя усмехнулась: чтобы мадам Ленски да оставила свою библиотеку на откуп кому бы то ни было… Да такого просто не быва…
— Слушаюсь, господин ректор, — сказала библиотекарь.
Девушка осторожно выглянула из-за стеллажа. Гномиха, удивленно приподняв брови и с сомнением оглядевшись, подхватила цветы — как легко у нее это получилось! — и спешно ушла. Спустя минуту, в библиотеку вошел декан факультета мастеровых, великан Гремми Вилл.
— Вы просили меня подойти, магистр — прогрохотал он.
Ася старалась не дышать. С полки на серебряной ниточке спустился крошечный изумрудный паучок. Девушка подставила ладони: «Иди, иди сюда… Тихо! Слушай… Слушай вместе со мной…»
— Зачем вам книги по производству магических зеркал?
Шелест страниц. Тихий смех.
— Буду изучать. Теперь это моя должность, и пусть преподавать технологию производства волшебных зеркал я не собираюсь, знать обязан. И желательно не в общих чертах, а подробно. Иначе меня держат за дурака! Согласитесь…
— Ну, почему же сразу… — вздохнул профессор.
— Почему? Что ж… Поясню. О том, что допросить Духов Зеркал Правды было можно, я узнал от студентов. Узнал слишком поздно, когда сделать уже ничего нельзя. Я чувствую себя глупо. И не безосновательно, как считаете?
— Допросы Духов Зеркал — дело не простое… Это отнимает много сил. И потом — зеркала разбились! Вдребезги. Взорвались и рассыпались на тысячи мелких осколков. При таком раскладе и вовсе могло ничего не получиться.
— Дух — погиб, потому что разлетелось Зеркало?
— Нет, конечно. Но из крошечного осколка его выманить трудно.
— Вы никогда не задумывались, профессор, зачем я здесь, в Академии?
И вновь тяжелый вздох великана.
Ася прижалась ухом к книжным корешкам, чтобы лучше слышать. Паучок побежал по серебряной ниточке вверх. Ноги затекли. Девушка пошевелилась, и книга упала… хорошо, что прямо в руки.
— Кто здесь? — голос мага. — Вы слышали, Гремми Вилл?
— Нет, магистр. Я ничего не слышал.
— Ничего?
— Нет…
— Ну, хорошо. Итак, слушайте. Слушайте внимательно! Расскажу вам, зачем я тут на самом деле.
Недоверчивое покашливание великана. Ася нахмурилась. Почему все так относятся к северному магу? С таким… явным подозрением? Он помог спасти Сирина и Детский дом, не отчислил ее и Рики за явное нарушение правил. Он…хороший! Благородный. Сильный! И… красивый…
— Немногие знают, что у меня… особые отношения с подгорным народом. Гномы доверяют мне, после… эммм не важно. Доверяют. И еще — они доверяли архимагу Шимми Барбину. А гномы, как вы, наверное, знаете, просто так не доверяют никому.
— Я бы сказал — их доверие трудно завоевать, это правда, — голос великана стал тише, — Скажите. Вы считаете, что архимаг Шимма Барббин…
— Погиб? Не знаю. Трудно сказать. Очень надеюсь, что нет.
— Мы… все на это надеемся. Но… Спасибо за откровенность.
— Правитель гномов вызвал меня.
— Даже так?
— Именно. Я специализируюсь на решении… деликатных проблем, которые не следует выносить на всеобщее обозрение.
Ася закрыла рот руками, чтобы не вскрикнуть. Что творится в Академии? И что она может услышать еще? Кто же ты… Кто ты, северный маг, поселившийся в ее сердце?
— Вы же принц?! — в голосе Гремми Вилла прозвучало искреннее удивление.
— Принц, — грустно согласился магистр Торлин.
Повисла пауза.
— Почему Шимми не пришел к нам? Не собрал Совет?
— Он был уверен, что в Академии тролль.
— Кто?!
— Тролль.
— Тролли навеки заключены под гору, в яму без дна. Их держит заклятие! Они никогда, слышите?! Никогда не выберутся оттуда!
— «Никогда»… Вы любите сказки, профессор?
— Что?!
— Сказки! На мой взгляд, сказки — это самый правдивый и достоверный взгляд на историю. А знаете, что все беды и несчастья в сказках начинаются как раз со слов: «никогда» и «на веки вечные»!
— Неужели вы думаете, что…
— Я не знаю. Однако Шимми Барбин явно был в этом уверен, а он… скажем так, не самый слабый маг среди известных мне миров. Бывший ректор Академии отправился за помощью, а затем пропал. Далее — происшествие в Зале Правдивых Зеркал. Взрыв в шахтах. Слишком много совпадений, не находите?!
— И вы запретили студентам работать над зеркалами правды, потому что…
— Потому что дети могут пострадать.
Ася прижалась лбом к оббитым медью переплетам. Душно. Жарко. Она чувствует, как пылают щеки. От страха, любопытства и стыда…
Подслушивать, конечно, не хорошо. Но… подумать только! Тролль… Тролль в Академии?!
Рычит, глазами алыми сверкает,
И даже Духа Зеркала пугает…
Завтра она снова придет в библиотеку и попросит у мадам Валли Ленски книгу Ларкина. Девушка тихонько опустила руку в карман мантии. Письмо от смотрителя было на месте.
— Пострадать? — раздался голос великана через какое-то время.
— Конечно. Подумайте сами…
— Тринадцатый тролль! — выдохнул декан факультета мастеровых.
— Вы должны помочь мне, Гремми Вилл. Необходимо, чтобы преподаватели не осложняли расследование. Все слишком серьезно, чтобы я тратил свое время еще и на это!
— Хорошо.
— И я надеюсь, что мне не надо предупреждать о том, что эта информация — секретна?
— Конечно…
Тяжелый вздох. Удаляющиеся шаги.
Ася стояла и думала о том, что как только магистр уйдет, ей нужно будет незаметно выскользнуть, и…
— Ассилия, вы не голодны?
Девушка застыла. Голос звучал… совсем близко. И обращался этот голос не к кому-нибудь, а к ней — студентке седьмого курса Академии Магических Зеркал, Ассилии Дирре.
— Я… Что? А… вы…
— Я чувствовал вас. Поэтому ничего из того, что вам не стоит слышать, я все же не сказал. Однако… Давайте сделаем так. Я не выгоняю вас из Академии, а вы никому не рассказываете о том, что услышали. Ну как? Сдержите слово? Конечно, я не имею в виду самых близких друзей. Понимаю, это невозможно. Но больше, обещайте мне — никому! Иначе начнется паника, что сильно осложнит расследование. Что касается вас и ваших друзей — уверен, вы мне поможете.
— Да, магистр Торлин. Простите меня. Я…
— Поужинайте со мной, Ассилия. И отказа я не приму, так как вы в некотором роде все же провинились!
— Я… да… конечно.
— Куда бы нам отправиться? В прошлый раз вам понравилось?
— Да. Очень.
— Милое место, но там вы уже были, а я не прощу себе, если вам, Ассилия, станет скучно. Чтобы доставить девушке удовольствие, ее нужно удивить. Особенно если она очень смелая и чрезмерно любопытная. Как вы.
Щеки вспыхнули. Коленки затряслись. Руки вспотели…
— Ассилия… Вам плохо? Может быть, воды?
Маг подошел к графину с водой. Налил. Протянул ей. Пить. Глоток за глотком — пока не успокоиться хоть немного. Как же… бьется сердце!
— Скажите, вы были когда-нибудь у гномов?
— В гномьем городке?
— Нет. Внутри горы.
— Нет, конечно! Туда кроме гномов мало кому удается попасть.
— А хотели бы?
— Еще бы! Очень!
Она чуть стакан от восторга не выронила! О том, что у подгорного народа существует целый мир, тщательно скрытый этим самым народом от посторонних глаз, ходили легенды. А сколько она читала об этом сказок! Сказки… Надо будет обязательно прочитать книгу Ларкина…
— Ассилия! Ассилия, вы слышите меня?
— Я? Да…
— Я стараюсь изо всех сил, но завладеть вашим вниманием не так просто. Вы все время куда-то исчезаете… Вас что-то тревожит? Доверьтесь мне…
— Нет! То есть… Спасибо, нет, все в порядке. Просто…тяжелый день.
— Это правда. Поужинаем в подгорном мире. Мы заслужили с вами маленький отдых!
Озеро. Дорожки, по которым они с Рики бегали по утрам. Она бегала, чтобы забыть его. Дурочка… Его нельзя забыть! Невозможно…
Огромная луна отражается в водной глади. Дорожки блестят серебром. Может, это какой-то особенный песок? Чем посыпают их гномы, короли подземного царства?
— Ассилия…
— Да?
Поцелуй. Еще один. Долгий. Нежный.
Магистр Торлин открыл портал недалеко от студенческого городка. Специально, чтобы никто не заметил. Ей так нравились его порталы! С ажурной аркой из хрустальной изморози.
— Жаль, что как студентка — ты само совершенство.
— Почему?
— Мне не за что вызвать тебя в свой кабинет…
— Предлагаешь что-нибудь натворить?
— Ха-ха-ха-ха-ха… Не стоит. Учись. Лучше как-нибудь я еще раз украду тебя.
— Укради.
— Тебе пора.
— Хорошо. Я пойду?
— Я провожу тебя.
— Но… увидят!
— Смотри!
Маг взмахнул рукой и стал… Невидимым!
…
— Явилась, наконец!
Девушка вскочила с кровати, обернулась лисицей, бросилась под ноги, повалила на ковер, не больно, но довольно обидно прикусила за ухо…
— Ты хоть понимаешь, как я волновалась?! — лисица вновь обернулась красивой стройной девушкой с огненно-рыжими волосами.
Изумрудные глаза Рики сверкали в темноте. Как… как драгоценные камни подземного царства. Сокровищница гномов! Ах, как там было красиво! А сапфировая комната! Как…
— Эй?! Ты слышишь меня, Аська?! Ты… Ась…
Рики мгновенно переменилась. Села рядом. Обняла за плечи.
— Ты в порядке, Аська? Да где ты была? Ась? Может… обидел кто?
— Нет! Что ты… Нет…
— Фууууф…. Тринадцатый тролль! Напугала. Ну рассказывай, подруга! — Рики снова обернулась лисицей, свернулась калачиком на коленях, уставившись изумрудными глазами прямо в душу…
Так… Так смотрят только лисицы! В самое сердце. Даже страшно…
- Представляешь, я столько всего узнала! Только это тайна…
Негромкий смех был ей ответом.
— Что?
— Вкуссный ужин, — повел носом зверь. — Бокал белого вина. О! Поцелуи! Спасибо хоть предупредила, — лисица кивнула на маленькое зеркальце, висевшее над дверью.
Зеркала оповещаний висели в каждой комнате. С их помощью студентов информировали о чрезвычайных ситуациях в Академии, или просто об изменении в расписании. Пользоваться ими в личных целях было строго запрещено, но Рики… сломала защиту, и они наладили связь друг с другом. Очень выручало, когда подруга убегала в лес на всю ночь. Иногда оборотням это необходимо. Если не чувствовать себя зверем, не сможешь обернуться, и наоборот. Жизнь оборотня не так проста, как кажется на первый взгляд. Если бы не зеркало — Асе пришлось сильно волноваться. И вот… Первый раз она сама предупредила Рики, что задержится. Вот только… Не объяснила, почему.
Ася уткнулась носом в подушку. Как? Как она расскажет? О чем? О том, как ужинала с магистром Торлиным? Даже в мыслях язык не поворачивается назвать его Иваром. По имени. Имя. Имя любимого мужчины. Его глаза. Губы. Дрожь в коленях, жар в груди, и счастье, бешеное счастье, волнами перекатывающееся где-то в самом центре солнечного сплетения, как? Как можно рассказать об этом? И… надо ли рассказывать? А вдруг… Вдруг счастье обидится что о нем кому-то рассказали и… исчезнет? Как бы ей хотелось ничего никому не рассказывать!
— Ассилия Дирре! — раздается возмущенный рык.
— Прости, Рикки, прости!
— Это же просто невозможно любопытно! Что у вас было?!
— У кого?
Хорошо, что в комнате темно — не видно, как вспыхнули щеки.
— Даже так?
Для лисицы темнота — не помеха! Огненно-рыжий зверь свивается в кольцо, зеленые глаза требовательно горят в полутьме. Только кончик пышного хвоста подрагивает от любопытства.
Ничего от нее скроешь! Ну и ладно… В конце концов, ближе Рики у нее никого нет. Не справедливо будет, если она умолчит о своей первой любви…
— Мы целовались! — признается Ассилия с таким видом, будто они там черные зеркала делали — не иначе.
— И?… И как?..
— Волшебно, — неожиданно для самой себя признается девушка. — Словно крылья вырастают. Того и гляди — полечу.
— И вы потом?..
— Ужинали. В подземной столице Гномов.
— И как там? — зашевелились острые ушки. — Попасть под гору, в саму столицу, место закрытое и оттого таинственное — мечта! Ох, и счастливая же ты, Аська!
— Там… Не знаю. Там был он. И…
— Слушай, где моя подруга? Отвечай, подменыш!
Ася на мгновение надулась, но потом рассмеялась. А ведь, действительно, за одним человеком не заметить целого города. Да что там города! Она бы и Вселенной не заметила.
Они еще немного повозились и почти уже засыпали, как вдруг услышали за дверью чьи-то шаги. Секунду спустя к ним постучали.
— Кто?!
— Майк!
Ася и Рики вскочили, распахнули дверь:
— Что?! Что случилось?
- Сирин… Его похитили!