Глава 12

Тристан был зол. Он и сам не понимал причину гнева, но тот факт, что Сибер Де Уинн интересуется его големом, его собственностью, и, ко всему прочему, выражает этот интерес при обществе, его выводил из себя.

Маг даже представить себе не мог, что способен так злиться. А, казалось бы, причина пустяк. Ну подарил Де Уинн цветок его горничной, ну и что в этом особенного? Пошутил, можно сказать, неудачно. И ведь никто их гостей и адептов не обратил на это особого внимания. Де Уинна знали, как человека с непростым характером. И от него можно было ожидать всего, чего угодно. И только Марго зацепила выходка синеволосого мага. Она не задумываясь высказалась в своем колком силе. Хотя, Сибер был не из тех, кто считался с чужим мнением. Да и не мог он интересоваться Клэр в каком-то ином смысле.

Шутка. Это все простая шутка и, возможно, попытка задеть его за живое через голема. Вот если бы Сибер подарил синий лотос его невесте, тогда это можно было бы счесть оскорблением. Но голем…

— Трис! — Маргарет потянула его за рукав и маг очнулся, бросив на невесту быстрый взгляд. Только после этого он понял, что успел вместе с девушкой подняться до дверей, за которыми начинались ее покои.

- Что с тобой, дорогой? — промурлыкала Маргарет сладким до приторности, голосом. — Переживаешь из-за предстоящих состязаний?

— Да, — солгал он, ощутив горечь на губах от сорвавшейся лжи.

— Не переживай, — она встала, тесно прижавшись к нему. Обняла за талию, заглядывая в глаза. — Самый опасный противник, как говорят, это Сибер. Но ты видел, что он вытворял сегодня на приеме?

Тристан видел.

Слова Марго всколыхнули было притихшую злость.

— Он подарил цветок этой твоей кукле, — она надула обиженно губы. — А еще и сказал такие глупости, что глиняные истуканы могут быть умнее живых девушек.

— Он дурак, Марго, — отрезал Де Вирр, не желая, чтобы невеста распространялась на данную тему. Но Маргарет было непросто остановить. И мужчина понимал, как ее задел тот факт, что Сибер подарил цветок не ей, признанной королеве Академии, а какому-то голему.

— Марго. Уже поздно. — Он сделал попытку отодвинуть от себя девушку, но она хитро улыбнулась и закинув руки ему на шею, привстала на носочки и потянулась к его губам, надеясь получить свою порцию внимания и ласки.

— Мне завтра рано вставать на тренировки, — легко коснувшись губами губ невесты, Тристан убрал ее руки со своей шеи и отошел на шаг назад, понимая, что совсем не желает продолжения поцелуя.

— Конечно, — она кивнула, но гримаса недовольства тронула красивые тонкие черты. — Я понимаю. Победа превыше всего. Тем более, что Его Величество прибудет для того, чтобы присутствовать на соревновании. И ты не можешь опозорить его проиграв.

— Не могу, — согласился маг.

— И не опозоришь, — она улыбнулась. — Как же я рада, что являюсь твоей невестой! — ее глаза заискрились. — Подумать только, я — будущая королева!

— Если бы у Его Величества был наследник, или наследница, — произнес Тристан, — я был бы только рад. Подобная ноша для меня как камень на душе.

— Глупости! — возразила девушка. — Ты, как никто другой, должен понимать, что власть — это все! И если бы сынок короля не умер в младенчестве, я бы не стояла сейчас рядом с тем, кто будет не только моим мужем и повелителем, но и правителем над всеми нами.

Тристан сдвинул брови, глядя на невесту. Он и прежде знал, что больше всего Марго в его персоне нравилось ощущать себя будущей королевой, монаршей особой. И ее родители вовремя подсуетились, организовав этот союз, который мечтали скрепить в будущем браком. Но отчего-то именно сегодня ему стало тошно от слов Маргарет. И как никогда прежде, захотелось уйти к себе и не видеть девушку с ее алчными глазами, предвкушавшими долгожданную власть.

— Иди к себе, — он настойчиво, но мягко, подтолкнул невесту к двери. — Полагаю, тебе стоит отдохнуть, как и мне.

Маргарет подняла руку, положила ее на грудь Тристана, выразительно глядя ему в глаза.

— Я была бы не против, если бы ты зашел. Обещаю, что надолго тебя не задержу. Я ведь правильная невеста и прекрасно понимаю, что завтра у тебя напряженный день.

— И не только завтра. Так что, вынужден отказаться, — он поклонился, сделал шаг назад, отступая. Маргрет сверкнула недовольно глазами, но более ничем не выразила свое разочарование.

— Спокойной ночи, Марго! — он развернулся к ней спиной и поспешил через коридор, разрезанный светом светильников, прочь от покоев невесты. Сердце в груди отчего-то забилось быстрее. Странный жар предвкушения разлился под кожей, стоило ему вспомнить о своем големе. Клэр наверняка ждет его в покоях, как и положено верной служанке. Так что он быстро отпустит камердинера и исполнит то, что обещал — почитает ей в кабинете. А заодно присмотрится к странной глиняной девушке к которой его непонятным и невероятным образом, тянуло.

Словно она была настоящей и живой.

Впрочем, ее эмоции, ее поведение никак не вязалось в голове Де Вирра с поведением големов. В Клэр было столько жизни, столько энергии, что порой он забывался, глядя на нее. А когда осознавал свою ошибку, злился, сам не зная толком на кого. На себя, извращенца, который проявляет ненужный интерес к игрушке, или на нее, которая слишком хороша, чтобы быть големом.

Когда я пришла в покои хозяина, мистер Дженкенс уже хозяйничал внутри. Завидев меня, камердинер коротко кивнул и перебросившись парой ничего не значащих фраз, мы разошлись, выполнять каждый свое дело.

Мне предстояло расстелить постель для милорда, а Дженкенс взял на себя заботу о ванной комнате и одежде господина.

Все приготовления были выполнены задолго до возвращения Тристана и, когда я вышла в гостиную, Джеймс произнес:

— Полагаю, вы устали, мисс Клэр? Думаю, хозяин не будет против, если вы пойдете отдыхать в свою комнату. Ему хватит меня одного.

Я покачала головой, вспомнив про обещание мага. Хотя, прием определенно должен был утомить Тристана. Захочет ли он читать мне учебник, когда на часах уже стрелка подбирается к полночи?

Я не успела мысленно дать себе ответ на свой собственный вопрос, когда Де Вирр вернулся. Громко хлопнула входная дверь и мы с Дженкенсом вытянулись в струнку, ожидая появления милорда в гостиной.

— Доброй ночи, сэр! — почти одновременно проговорили мы.

Тристан вошел, на ходу ослабляя широкий галстук на шее. Бросил взгляд на меня, затем взглянул на камердинера и произнес:

— Ванну и чистую одежду.

— Уже готово, милорд, — ответил спокойным тоном слуга.

— Отлично. — Де Вирр направился в ванную комнату, и я уже было решила, что могу быть свободна, когда услышала его голос:

— Останься, Клэр. Ты мне понадобишься ненадолго.

— Конечно, милорд! — я присела в книксене, которого маг уже не увидел. Они с Дженкенсом исчезли за дверью, а спустя несколько минут слуг вышел, держа в руках костюм хозяина.

— Почищу, — сообщил он мне важно. — Милорд поставил пятно на рукаве.

Я кивнула, оставаясь при этом стоять на месте.

— Хозяин велел тебе подать ему халат через несколько минут.

— Что? — я, наверное, вытаращилась на Джеймса, потому что он покачал головой.

— У милорда нет предрассудков в отношении големов, мисс Клэр. Так что можете спокойно входить, хотя я предпочел бы сам выполнить свою работу. Но приказы господ не обсуждают. — Он кивнул мне, почти добродушно, и добавил: — Спокойных снов, мисс. Халат я оставил в ванной на вешалке.

— Спокойных, — я проводила мужчину взглядом и нервно сглотнула, когда дверь за его спиной захлопнулась. Все несколько минут, которые мне было велено ждать, простояла каменным истуканом. Затем решительно шагнула вперед и постучала в дверь, со страхом ожидая того момента, когда войду в ванную комнату к обнаженному мужчине.

«А ведь ты уже Тристана без одежды!» — напомнил кто-то ехидный внутри. И только в горле пересохло. Сейчас я бы не отказалась от стакана чистой родниковой воды. А еще, от тарелки глины. Любой. Так как сильно захотелось есть, а нас, големов, забыли покормить. Нет, перед приемом мы поели и достаточно плотно. Видимо, это была норма для нормального слуги. Только мне хотелось еще. Или это от нервов?

— Сейчас, — раздалось за дверью и прежде чем я успела хоть что-то предпринять, Тристан возник на пороге, в наброшенном на плечи халате, с волосами, мокрыми после купания. Подняв взгляд, встретилась с его синими глазами. Де Вирр застыл на месте, глядя на меня. Что-то в его взоре мгновенно изменилось. Глаза потемнели, мужчина поджал губы и как-то резко втянул воздух, вцепившись рукой в дверной косяк. Несколько долгих секунд мы смотрели друг на друга и мне показалось, словно воздух между нами наэлектризовался. Кажется, даже волоски на затылке приподнялись, а внутри стало тесно. Неожиданно дыхание сдавило, словно чья-то рука легла на грудь и не было сил сбросить это наваждение. Кажется, я так и стояла бы, пялясь на Тристана, если бы он не пришел в себя первым.

— Позволишь пройти? — спросил голосом, в котором отчетливо прозвучали удивительно сладкие хриплые нотки.

Опомнившись, отошла назад, опуская глаза. Проклятый камень, заменявший голему сердце, застучал так, что я постеснялась бы его назвать камнем. Когда я волновалась, будучи еще в своем мире и в своем живом теле, в груди точно также стучало сердце, как теперь этот камень.

Де Вирр прошествовал мимо меня, направившись прямиком в кабинет. Я шагнула следом, понимая, что вопреки моим подозрениям, мужчина не передумал. А может, просто данное обещание вынуждает его делать именно так?

— Располагайся, — уже в кабинете, маг указал рукой на диван, и я присела, сдвинув чопорно ноги, с прямой спиной. Тристан занял место за столом. Подтянул лениво книгу, но, прежде чем начать читать, посмотрел на меня.

— Я постараюсь читать не все, а только то, что может иметь значение, — произнес он. — В учебниках порой много лишней информации, которая лично тебя вряд ли заинтересует.

Меня интересовало все, но вслух я произнесла:

— Как скажете, милорд.

Он смерил меня быстрым взглядом. Бросил коротко:

— И не сиди так, будто лом проглотила. Я разрешаю тебе облокотиться на спинку дивана.

Кивнув, так и поступила, ощутив невероятное облегчение от смены позы. Вот не знаю, как остальные големы, но я уставала, даже вопреки ожиданию. Ведь, если поразмыслить, големы были не живыми. А значит, им не нужен отдых и сон. И тем не менее, мы ели. Пусть, глину, но ели. И после обслуживания гостей на приеме, я ощущала себя уставшей. Было желание поесть и поспать. А еще принять душ, чтобы смыть усталость и грязь этого напряженного дня.

В итоге получалось, что големы не такие уж неживые, как может показаться на первый взгляд.

— Так, — Тристан открыл книгу и пролистал первые страницы. Я вспомнила странные письмена, которые назвала рунными, но полюбопытствовать не стала. Иначе он поймет, что я открывала учебник, прежде чем принесла его из библиотеки.

— Признаюсь, мои познания о големах сводятся к минимуму, — сказал Де Вирр. — Прежде я не приобретал себе в личные горничные тебе подобных.

— А что говорится в книге? — спросила просто.

— Сейчас, — он принялся читать, но не вслух, как я надеялась, а про себя. Мне оставалось только ждать и следить за магом. И незаметно для себя самой, мне понравилось смотреть на Тристана. Сейчас, расслабленный и немного утомленный приемом, он казался совсем простым мужчиной. Его спокойная поза, взгляд, скользивший по страницам учебника, и руки, державшие книгу, отчего-то заворожили меня сильнее, чем подарок синеволосого Сибера, ждавший меня в моей коморке.

Я вдруг подумала, что бы почувствовала, подари мне лотос не Сибер, а Тристан? И отчего-то щекам стало жарко, а каменюка в груди напомнила о себе, задрожав.

Признаться, я думала, что маг отругает меня за то, что приняла цветок Де Уинна. Но Де Вирр и словом не обмолвился о произошедшем. Видимо, правильно истолковал действия соперника. Сибер пытался вывести Тристана из себя. И подаренный мне цветок был вызовом для Маргарет, девушки Де Вирра, не иначе. Ее он хотел задеть, а не извинится передо мной.

Подобный вариант поведения синеволосого показался мне правильным. Нет, ну право же, не мог этот Сибер заинтересоваться мной, големом, как женщиной!

Я даже фыркнула от подобных мыслей. Настолько неправдоподобными они мне показались в данный момент. Нет. Здесь все замешано на соревнованиях. Соперники всегда пытаются выбить друг друга из равновесия. Вывести из себя. Видимо, Сибер решил действовать грязными методами, хотя, что можно ожидать от подобного человека!

— Вот этот параграф может тебя заинтересовать!

Голос Тристана вывел меня из состояния задумчивости. Я моргнула, понимая, что все это время пялилась на хозяина, но он сделал вид, что не замечает этого интереса. Сверкнул глазами и опустив взгляд, начал читать.

— При создании голема часть магии создателя входит в его тело. Наполняя глину, маг вдыхает в голема жизнь и в какой-то степени привязывает его к себе, как к создателю. Но это действует лишь до момента, когда голема покупают. И магия нового хозяина вытесняет магию создателя, оставляя после себя лишь ничтожную часть. Впредь, голем живет за счет маны своего господина. — Де Вирр снова взглянул на меня, озадачив вопросом: — Ты помнишь того, кто создал тебя, Клэр?

Я покачала головой. Да и откуда мне было знать, кто слепил это тело?

— Впрочем, какая сейчас разница. Ты принадлежишь мне. Все, что было прежде, не имеет значения, — он перелистнул страницу.

— Вот еще любопытный момент, — добавил и прочитал, — новый хозяин привязывает голема к себе своей магией. При использовании голема более трех месяцев, у игрушки появляется подобие зависимости от маны владельца. И если хозяин решит продать голема или подарить, ему следует прежде убедиться, что в големе не осталось более его маны.

— Это как? — удивилась я. — Мы ведь без магии умрем!

Де Вирр усмехнулся.

— Да. Но не сразу. Впрочем, этот вопрос меня тоже пока не волнует, но я возьму его на заметку. Пока продавать тебя не собираюсь.

— То есть, без мага я не смогу существовать? — озадачилась я. И как мне это прежде в голову не пришло! А я еще думала получить свободу. Ха! Только не в этом проклятом теле!

— Не волнуйся, Клэр, — приободрил меня маг. — Ты не останешься без хозяина. И если я решу тебя продать, то только надежному и хорошему человеку…

Он продолжил говорить что-то еще, а я уже не слышала слов.

Продать.

То, что он сейчас говорил, свидетельствовало о том, что от меня в конце концов, избавятся. И почему-то именно сейчас от таких слов стало дурно. Я хотела свободы, а не того, чтобы меня передаривали кому не попадя. Вот наиграется Де Вирр со своим приобретением, а потом отдаст. И ведь желающие уже есть. Сибер мне открыто заявил о своем желании выкупить меня у Тристана. Да еще и похвалился, что у него есть нечто важное, за что Де Вирр меня ему чуть ли не на блюдечке с золотой каемочкой, да вприпрыжку сам преподнесёт ему! По крайней мере, когда синеволосый говорил об этом, взгляд его горел уверенностью. Так что, кто знает, надолго ли Тристан еще останется моим хозяином. И ведь не сбежать мне. Без вливания магической маны мне не жить. Рассыплюсь и умру. А умирать второй раз я не собиралась.

— А что, милорд, если я скажу вам, что не являюсь големом на самом деле? — осторожно спросила мага.

Он хмыкнул.

— То есть? — и положил книгу на стол.

— Ну, допустим, можно предположить, что я живая, настоящая, просто заключена в этом глиняном теле, но с живой душой! — решилась на правду.

Тристан не понял. По его взгляду увидела. Взглянул с подозрением и проговорил, спустя несколько секунд:

— Что произошло с тобой, Клэр? Как ты сломалась? Или это брак? Маг, который создал тебя, был ли он в своем уме?

— То есть, вы исключаете возможность подобного? — тихо спросила я.

— Голем с душой? — синие глаза сверкнули и погасли. Будто на черном небосклоне упала звезда. — Не припомню ни одного подобного случая.

— И все же, — я встала. Нервно облизнула губы, осознав, что сейчас выпалю ему все как есть, на духу. И пусть думает, что хочет. Не поверит, значит, черт с ним. Профессор Бломфильд мне в помощь. Тот хотя бы не отрицал подобную возможность. Хотя, на то он и профессор, чтобы быть умнее ученика-адепта.

— Хочешь сказать, что ты — живая? — Тристан невольно наклонился вперед, нависнув над столом. Книга о големах была забыта, и я уже жалела о том, что не позволила ему дочитать и снабдить меня важными сведениями. И дернула же меня нелегкая свернуть на эту тему! Но еще я поняла, что если сейчас пойду на попятную, то возможно, больше не решусь.

Набрав полные легкие воздуха, выпалила:

— Милорд, я, наверное, вас удивлю. Но прошу поверить мне.

— Клэр? — он весьма волнительно изогнул темную бровь, отчего лицо его приобрело выражение загадочности.

— Дело в том, милорд, что я не поломана. Я просто не из вашего мира, — я вскинула руку, опережая возглас удивления, готовый сорваться с его губ. Жестом прося о молчании, и продолжила: — Я возможно, умерла в своем мире и каким-то образом переместилась в этот. В чужое и не живое тело. И зовут меня вовсе не Клэр.

Показалось, или маг вздрогнул.

«Поверил?» — мелькнула мысль-надежда.

— И как же тебя зовут в таком случае? — быстро спросил Де Вирр.

— Алина, — ответила я еле слышно. Прозвучавшее вслух собственное имя мне самой в этот миг показалось чужим и далеким. — Алина Волкова, милорд, — уже более уверенно закончила я и посмотрела на мага с вызовом в глазах.

Пусть только посмеет усомниться в правдивости моих слов!

— Чем обязан такому позднему визиту? — Арман Бэгли застыл на пороге, разглядывая ночного гостя.

Сибер Де Уинн вместо ответа поднял вверх бутылку с вином и пару бокалом, которыми и отсалютовал молодому магу. При этом на лице его не было даже намека на улыбку. Черты казались более острыми. Взгляд напрчь лишен и намека на опьянение, несмотря на то, что во время приема он выпил не один бокал вина.

Маг казался вполне трезвым и твердо держался на ногах.

— Надо поговорить, — заявил Сибер и, не дожидаясь приглашения, вошел в комнату адепта. Огляделся, оценивая обстановку, затем увидел столик, стоявший напротив горящего камина и, поставив на него вино и бокалы, поднял вверх руки. Прочертив в воздухе яркую алую руну, заставил потушенные свечи вспыхнуть с новой силой, и гостиная Бэгли наполнилась светом.

— Слишком ярко, — проговори синеволосый. Плавно, словно дирижер, опустил руки и огонь стал менее ярок, отчего помещение погрузилось в приятный полумрак.

— Я не ждал гостей, — проговорил Арман, но дверь закрыл и подошел ближе, следя за тем, как незваный гость опускается в кресло.

— Но надеюсь, я не сильно помешал? Ты ведь один? — уточнил синеволосый.

— Правила академии запрещают приводить женщин после полуночи, — ответил Арман и сел напротив Де Уинна. — А у нас с этим строго.

Сибер рассмеялся.

— Не смеши меня. Знаю, если бы ты пожелал, никакие правила не остановили бы!

— Возможно, — легкая усмешка тронула губы Бэгли. — И все же, что тебя привело сюда.

— Хочу попросить помощи в одном немного личном, деле, — Сибер откупорил бутылку и разлил вино. — Угощайся. Я привез ее из дома. Из личного погреба моего отца.

— Могу поспорить, она стоит целое состояние, — равнодушно ответил Арман.

— В точку! — синеволосый маг протянул один бокал собеседнику, а второй согрел в ладони. — Я был у твоего отца. Он и его слуги не разглядели то, что находилось прямо у них под носом.

— Клэр? — произнес Бэгли и взгляд Сибера вспыхнул ярким пламенем.

— Ты знал? — уточнил он.

— Скажем так, догадывался, — Арман попробовал вино и кивнул: — Недурственно. — Но лицо его приобрело оттенок крайней задумчивости. — Я почувствовал нечто такое, но решил пока не говорить отцу, так как сильно сомневался в правильности своих ощущений.

— А зря! — Сибер вздохнул. — Я ощутил ее почти сразу. Как только мы встретились. Но тоже не с первого момента понял, что это и правда она. Мы искали ее долго. Твой отец бросил все силы, пытаясь отследить девушку. А я, едва вернувшись в наш мир, тоже потратил немало времени.

— А она оказалась так близко, — Арман сделал еще глоток и отставил бокал. Вскинул взгляд и посмотрел на синеволосого. — Тристан не отдаст ее. А если расскажешь правду, тем более. Он слишком предан королю, сам понимаешь.

— Он и не должен узнать правду. По крайней мере, не до того момента, как я верну нашу пропажу назад. Что касается голема, в теле которой она сейчас застряла, я выкуплю ее. И поверь, отдам все, и даже больше, только чтобы она была моей.

— Понимаю, — повторился Бэгли.

— Время близится. Скоро все встанет на свои места, и я должен буду представить свою невесту королю. Правда откроется, но сначала просто необходимо достать ее душу из этого тела.

— Чем я могу помочь? — уточнил Арман. — Ты ведь пришел, чтобы просить меня о помощи?

— Да. Вы с Де Вирром весьма дружны. И если ты посоветуешь ему не упорствовать, а продать мне Клэр, он прислушается.

— Это вряд ли, — пожал плечами маг. — Как ты сам недавно предположил, я пытался выкупить голема к Триса. Но он еще не наигрался со своей новой игрушкой. Мне кажется, стоит подождать. Когда девушка надоест Трису, он с радостью продаст ее мне, а уже я, в свою очередь, перепродам ее тебе. Но на это уйдет время…

— Время, которого нет, — Сибер встал из-за стола, оставив бокал. Прошелся по комнате и развернувшись к Бэгли, произнес: — Я заберу ее. Сразу после соревнований. Если Де Вирр не продаст ее мне, ему же хуже. Украду. И ты мне в этом поможешь.

— Я? — взгляд Армана стал немного удивленным.

— Именно, ты.

— Я ценю дружбу с Тристаном. Кроме того, он будущий король и пока является наследником престола…

— Это пока. Смену власти еще никто не отменял, — прервал Армана синеволосый маг. — В общем так. Говори Де Вирру что хочешь, но покинуть вашу академию я должен вместе с Клэр, — он замер, произнеся снова незнакомое имя. И отчего-то ему показалось, что невесте оно подходит больше, чем ее собственное. Вот только простая Клэр ничего не значит в этом мире. А его невеста…

— Или я украду ее. А если придется, даже устраню со своего пути Де Вирра.

— Вот уж нет. Этого не позволю я.

— Я предупредил. Так что, придумай повод, чтобы Тристан захотел избавиться от своего голема. Ты меня знаешь, Бэгли. Я всегда добиваюсь того, что мне нужно.

Он прошел к двери и уже на пороге обернулся:

— Надеюсь, вино поможет тебе посидеть в тишине и поразмыслить. — Взгляд Сибера стал жестким. — Спокойных снов, Бэгли, — закончил он и вышел, тихо прикрыв за собой двери.