Глава 18

Арман увидел все слишком поздно. И бросился вперед, поднимая руки, швыряя магией в падающую камнем девушку.

Но не рассчитал. Она была слишком тяжела для живого человека. А он попросту опоздал. Ужасно и отчаянно.

Отталкивая прочь адептов, стоявших в ожидании финиша победителя, Бэгли ринулся вперед. Но грохот разбивающегося тела был настолько ужасен, что молодой мужчина удивился, почему услышали не все. А только те, кто находился в непосредственной близости от разбившейся служанки.

Ругаясь, Арман запрокинул голову и увидел Маргарет, стоявшую на балконе. Девушка смотрела вниз, и он прекрасно видел ее лицо, полное самодовольства. Кажется, леди даже не осознавала того, что натворила. Он не мог себе представить того, как вернувшийся Тристан найдет на плитах перед зданием то, что осталось от его голема.

— Черт! — вырвалось у мужчины.

— Что произошло? — проговорил кто-то из учащихся, обернувшись на звук.

— Маргарет! — рявкнул Арман, глядя на то, как невеста его друга спокойно удаляется от перил. Скоро он не мог ее видеть, да и, впрочем, не хотел.

Она все хорошо рассчитала, избавившись от любимицы Де Вирра. Никто не осудит мага за то, что он уничтожил голема. Ведь голем был просто существом без души. Игрушка, глина, закаленная в огне и наделенная простыми навыками, но лишенная особых эмоций.

Вот только Бэгли прекрасно знал, кем на самом деле являлась Клэр.

Продолжая ругаться, он склонился над осколками тела. Целым осталось только платье горничной, и то, относительно, так как кусок глины, отколовшись под острым углом, разрезал юбку платья. А остальное, прекрасное лицо девушки, ее руки, ноги и туловище, сейчас представляли собой груду черепков, часть из которых была разбросана в стороны. И только чудом осколками не задело адептов, стоявших достаточно близко к месту падения.

— Эй, это же служанка Тристана! — заметил кто-то.

Бэгли быстро наклонился над Клэр, заглянув в ее погасший целый глаз. Где находился второй, он не знал.

— Надо же, разбилась! — раздался еще один голос, но большая часть учащихся так и не заметили произошедшего. Первый дракон, огромный, черный, уже шел к финишу, тяжело распластав крылья.

— Она была големом, — между тем, раздался голос кого-то из адептов, но Арман уже подзывал лакеев, стоявших неподалеку.

— Господин? — первый из подоспевших слуг увидел разбитую фиругку и ахнул. — Но как… — начал было он, вопросительно взглянув на Армана. Тот коротко покачал головой и велел:

— Немедленно соберите обломки и унесите. Не надо, чтобы лорд Де Вирр увидел это, когда прилетит. Я расскажу ему позже. — Отдав распоряжение, он быстро наклонился вперед и поднял крупный черный камень, похожий на кусок затвердевшего янтаря. Сунул в карман и отошел, ожидая, пока тело соберут.

Слуги повиновались. Второй лакей принес скатерть и самые крупные куски быстро побросали на ткань. После, завязав все в узел, мужчины понесли осколки прочь, а Арман поднял руку и начертил в воздухе руну, слушая восторженные вопли и крики адептов. Они повторяли имя Тристана, пока дракон, разорвав победную магическую ленту, делал торжественный круг над зданием академии.

Следом появился и Черногрив. Его никто не приветствовал и Сибер направил ящера прямиком в сторону загона, минуя площадь перед главным корпусом, где его, как проигравшего, никто не ждал.

Заметив это, Арман поспешил в сторону загона, прижимая ладонь к карману, в котором лежал камень. Он не видел того, как Тристан спустился с Дрейга и как ошалевшие от впечатлений адепты ринулись к своему кумиру, подхватив его на руки и подбросив в воздух. Толпа орала, выражая счастье и гордость от того, что драгоценный кубок и в этом году останется в академии. Женщины визжали и Арман слышал эти визги, быстро шагая вперед и думая о том, что расскажет другу, когда тот спросит о Клэр. В его праве и силах было открыть правду. Но он еще не знал, стоит ли ему рассказывать Тристану про поступок Марго. С одной стороны, брак с ней принесет Де Вирру богатство и достаток. С другой… Арман не пожелал бы никому, а особенно лучшему другу, жениться на подобной вероломной особе, способной на подлость и, возможно, даже на убийство.

— Что, пришел поглумиться? — Сибер стоял перед воротами, глядя на то, как понурый Черногрив в сопровождении погонщиков, проходит через туман. Но услышав шаги приближающегося мага, обернулся и теперь в ожидании смотрел на Бэгли.

— Не скажу, что сочувствую твоему проигрышу, — быстро ответил Арман. — Но дело тут в другом, — и, не продолжая, достал из кармана камень, который протянул Де Уинну.

— Что это за… — начал было синеволосый маг, а затем вздрогнул и вмиг изменился в лице.

— Как? — только и спросил он.

— Боюсь, что невеста Тристана приревновала нашего голема к жениху, — спокойно ответил Арман, хотя внутри у него бушевала буря. Именно сейчас он принял решение о том, что Де Вирр узнает все. Не будет он покрывать Марго. Пусть выкручивается, как хочет, если только сможет.

— Стерва! — вырвалось из горла Сибера и он бросился было вперед, но Арман преградил ему дорогу, удивленный такой реакцией мага.

— Камень, Сибер! — напомнил он. — Проверь камень. Ты же должен почувствовать ее. А голем, — он вздохнул, — голем всего лишь оболочка. Она все равно не смогла бы долго жить в глиняном теле.

Но Сибер еще несколько минут грязно ругался и выглядел при этом так, что Бэгли невольно стало жаль молодого мага. В голову Арману даже забралась весьма глупая, как ему показалась, мысль о том, что Де Уинн что-то испытывал к своей невесте, раз так реагирует на произошедшее.

— Сибер, — проговорил он тихо, но уверенно, — она там? Ты чувствуешь ее?

Маг поднял на Бэкли взгляд, затем прижал к себе камень.

— Это все должно было произойти не так, — выпалил он. — Но я чувствую ее присутствие. Ты правильно поступил, когда принес мне камень. Я благодарю богов за то, что он не разбился, как тело голема. Но Марго…

— Оставь ее Тристану, — вскинув руку, Арман положил ладонь на плечо синеволосому. — Будь уверен, я расскажу, как все было. Сам знаешь, что с характером Триса наша леди легко не отделается. Он ведь был сильно привязан к Клэр. Точнее, к голему по имени Клэр.

— Думаешь, она рассказала ему правду?

Арман не ответил на вопрос. Лишь проговорил:

— Забирай камень и возвращайся назад. Ты нашел то, зачем прилетел. Если кто-то спросит, я передам, что ты отправился домой, вспылив из-за проигрыша. Все поймут, я уверен. — Бэгли усмехнулся, ощущая, как кривится рот от нерадостного оскала. — Теперь она твоя. Все, как ты и планировал.

— Да. Я хотел купить ее у Тристана, — кивнул синеволосый. — И полагаю, что должен в какой — то степени отплатить Де Вирру…

— Не вздумай! — рявкнул Арман, сорвавшись. Лицо его потемнело и Сибер, заметив реакцию молодого мага-адепта, улыбнулся. — Ты больше друг Де Вирра, чем сторонник короны, — заявил он. — Но за камень, спасибо. Я надеюсь, ты не скажешь своему приятелю, что Клэр жива.

— А я надеюсь, что ты как можно скорее уберешься отсюда и тогда все обойдется! — в тон синеволосому магу, произнес Бэгли, после чего развернувшись, заторопился назад, чтобы наравне с остальными поприветствовать Тристана и поздравить с победой.

И оттянуть время и правду о том, что случилось с бедной Клэр.

Он не увидел ее на балконе, пока делал круг победителя над замком. А ведь так хотел увидеть. Хотел, чтобы она разделила с ним его радость, ведь победа всегда приносит удовлетворение победителю.

Тристан не обратил внимание на то, что Сибер, верхом на Черногриве, свернул прочь от финиша. Не было смысла синеволосому магу преодолевать финальную черту, потому что победитель был определен. Снова он принес славу своей Академии. И Тристан уже предвкушал, что ему скажет король. Кажется, он оправдал надежды монарха. Снова.

Но, черт подери, где же его Клэр?

Тристан снова бросил взгляд на балкон. Ложа Де Вирров пустовала. Зато из соседней ему активно махала рукой, приветствуя, бывшая невеста. При этом Марго так улыбалась, словно между ними не было прежних недомолвок, и они по-прежнему собирались соединить свои судьбы на радость семьям. Вот только при виде холеного лица девушки, Тристан не испытал никаких эмоций. Разве только толику раздражения из-за того, что она — не Клэр.

«Удивительно, — думал он. — как быстро простая глиняная девушка запала ему в душу!».

Бросив еще один взгляд на пустующую ложу, Тристан заметил, что с верхнего балкона его встречает сам король.

Не удержавшись, молодой лорд поклонился своему монарху, а затем, заметив, что Его Величество демонстративно направился к выходу с балкона, направил Дрейга вниз. Он надеялся, что Клэр, как и монарх, спешит к нему, бежит, через ступеньки, чтобы поздравить, заглянуть в глаза, одарить своим теплом и без слов сказать то, что он хотел бы прочитать в ее сердце.

«У нее нет сердца!» — напомнил себе мужчина и нахмурился, не веря подобному заявлению.

Внизу его встречали. И на какие-то несколько минут, Де Вирр отвлекся от посторонних мыслей, принимая поздравления преподавателей и учащихся. Казалось, здесь присутствовала едва ли не вся академия, начиная от учителей и заканчивая прислугой. В какой-то миг кто-то из адептов крикнул: «Качаем победителя!» — и Де Вирра подхватили несколько рук, подбросили в воздух. Поймали и повторили все еще несколько раз, прежде чем он взмолился, смеясь, и попросил поставить его на ноги. Да и потом не было времени на размышления. Да, он не видел Клэр, но склонялся к мысли, что она просто не смогла пробиться к нему. Стоит где-то рядом и улыбается, глядя на происходящее. А затем толпа как-то разом стихла и расступилась, словно кто-то огромный разделил ее длинными руками, открыв проход, через который к Де Вирру, мягко ступая и улыбаясь, шел король.

Тристан опустился на колено. Его примеру последовали остальные, но Его Величество лишь развел руки в сторону и произнес:

— Я же говорил, что здесь я не совсем официально. Поднимайтесь с колен, — и подошел к победителю, протягивая ему руку, как величайшее монаршее расположение.

— Я рад, лорд Де Вирр, — начал он, едва Тристан встал, — что вы снова, в очередной раз, порадовали нас победой и великолепным зрелищем. Жаль, что ваш соперник не присоединился к нам, но надеюсь, вечером лорд Де Уинн все же вспомнил о том, что это всего лишь соревнование, и не более того.

Король говорил еще и еще, но Тристан слушал наполовину. Эти слова, немного видоизменённые, по смыслу повторяли речь монарха за прошлый, и даже за позапрошлый, годы. Но одобрение короля было приятно ему.

И все же, где Клэр?

Де Вирр на мгновение отвлекся. Скользнул взглядом по толпе адептов и учителей, когда заметил Армана. И лицо у друга было каким-то искусственно радостным.

Нехорошее предчувствие забралось в сердце мага. Но король продолжал говорить, и Тристан был вынужден слушать и внимать. За его спиной Дрейг отчего-то волновался. Спустившись вниз, дракон не уселся, как прежде, обвив лапы мощным хвостом, а нетерпеливо постукивал им по земле.

Сначала Де Вирр было решил, что дракон попросту устал. Они выложились слишком сильно. Оба. Но теперь ему казалось и это подозрительным. Чувство эйфории, было охватившее мага от осознания победы, стало отступать. На смену ему пришла тревога, которую просто излучал Дрейг, и что-то еще, заставлявшее его сердце биться быстрее от недобрых предчувствий.

Но где же Клэр?

Тристан снова бегло огляделся, уже почти мечтая, чтобы Его Величество закончил восхвалят своего наследника. А когда это все же произошло, и король с довольной улыбкой отошел назад, потом адептов ринулся вперед, явно намереваясь повторить предыдущий подвиг и снова подхватить победителя на руки.

Де Вирр не выдержал. Вскинул руки вверх, выдавливая улыбку.

— Спасибо всем. Но я бы хотел привести себя в порядок и отдохнуть… — а сам начал пробираться к Арману. Шагнул мимо Марго, подавшейся вперед, и остановился перед Бэгли, глядя тому в глаза.

— Что произошло? — спросил он тихо.

Шум толпы было просто невозможно перекричать, но каким-то удивительным способом Арман услышал, или понял.

— Ты победил. Поздравляю, Трис, — Бэгли обнял его за плечи. — Впрочем, я был в этом уверен.

Отстранившись, они посмотрели друг на друга и Де Вирр почувствовал, что волнуется еще сильнее, несмотря на то, что теперь Арман выглядел так же, как и всегда.

— Пойдем, — проговорил Тристан и направился прямиком через толпу, все еще ожидая, что вот скоро увидит Клэр. То ему казалось, что она внезапно вынырнет из моря адептов, то, что он видит ее там, вдали, у стены дома, то, что ее платье мелькнуло на дорожке, ведущей к загону, но каждый раз маг понимал, что ошибся.

Клэр нигде не было.

— Ты не видел мою горничную, — стараясь говорить спокойно и не выдать эмоций, спросил у друга Трис. К этому времени он уже вышел из толпы, получив несколько похлопываний по спине, дружеских улыбок и вздохов молодых адепток. Сегодня он терпел подобное обхождение. Просто не мог отказать в такой малости тем, кто «болел» за него. Но оказавшись за пределами шума и поздравлений учащихся, смог выдохнуть спокойно.

— Так что с Клэр? — уточнил он.

— Трис, — Арман сделал паузу, и они остановились перед лестницей. — Я знаю, что то, что я сейчас тебе скажу, очень неприятное известие.

Де Вирр почувствовал, что внутри у него все будто заледенело. Словно он попал в поток ледяного вихря, одного из тех, что жили там, под облаками и с которыми он был знаком не понаслышке, так как слишком часто поднимался в небо на Дрейге.

— Что уже случилось? — выдавил он жестко. Радость от победы сошла на нет.

— Клэр, — Арман и не мог подумать, что ему будет так тяжело и сложно рассказать о произошедшем другу. Он смотрел ему в глаза и понимал, что сейчас причинит Тристану боль. Теперь он в этом не сомневался. Но отступать было поздно. Да и не имело смысла. Де Вирр все равно узнает. Сейчас или позже. Финал будет один.

— Клэр упала с балкона, — решившись и стараясь говорить спокойно, произнес он.

Глаза Тристана сверкнули. В первую секунду он не понял то, что услышал. Затем начал бледнеть и покачнулся, проговорив холодно и зло.

— Что? Ты с ума сошел?

— Она упала и разбилась, Трис.

— Откуда? — он понимал, что спрашивает глупости, но просто не мог поверить в то, что ему сообщил друг.

— С балкона.

— Какого демона? — сорвался Де Вирр, ощущая, как темнота расцветает в его душе, словно черный цветок. А еще внезапно стало больно. Будто кто-то со всей дури вонзил в сердце острую иглу и провернул, причиняя боль, от которой стало даже трудно дышать.

Кажется, он покачнулся, но, стоило Арману протянуть ему руку, чтобы помочь, Тристан отпрянул от нее, как от ядовитой змеи.

— Издеваешься? Как она могла упасть? Что за чушь ты несешь?

И все, что было минуту назад, ликование от победы, счастье и даже гордость перед своим королем, померкло на фоне потери, которую он еще не мог осознать, но которая уже давила, резала изнутри.

— Скажем так, — Арман начал нервничать. — Ей помогли. Но прошу, — он вскинул руку и положил ее на плечо Де Вирра, сжав так, что побелели костяшки пальцев. А вот Тристан не ощутил боли. Ничего. Будто он сам превратился в голема. — Прошу, не надо сейчас устраивать сцен.

— Кто? — проревел Де Вирр, ощущая, что срывается, уходит в темноту, позволяя своей силе вырваться. Почти вырваться.

— Черт, — проговорил тихо Бэгли и добавил, замечая, что на них уже не смотрят, как прежде с улыбками, а косятся испуганно и непонимающе. — Давай поговорим у тебя. Я обещаю, что расскажу все, но не здесь. Не там, где тебя увидят те, кто впоследствии станут твоими подданными.

— Плевать, — перебил друга молодой маг. — Говори немедленно…

Арман увидел такую решимость и ярость в глазах Тристана, что понял: если расскажет сейчас, Де Вирр сорвется и может натворить дел. В присутствии всех адептов, преподавателей и самого короля. А он, будучи его другом, не мог допустить подобного.

— Внутри! — четко произнес Бэгли и рванул к двери, понимая, насколько нелепо выглядит его бегство. Но и черт с ним. Пусть смотрят. Уж лучше все решат, что они дурачатся, чем он позволит Де Вирру прибить Марго на глазах у всей Академии. Даже признавая, что девушка это заслужила, Арман не желал зла другу.

Он не сомневался, что Де Вирр пойдет за ним. Не побежит. Это исключено. Но пойдет. Тяжело, зло. И тогда они поговорят. В его покоях, или там, где никто не сможет их увидеть. Он позаботиться о том, чтобы установить полог не слышимости.

По лестнице взбежал так, как бегал, наверное, только в детстве. Дверь в покои Тристана не закрыл, остановившись посреди гостиной и тяжело дыша, ожидая, когда друг присоединиться к нему. Впрочем, ждать пришлось недолго.

Войдя, Де Вирр с такой силой захлопнул дверь, что зазвенели стекла в оконных рамах. Взгляд мага потемнел и Арман невольно попятился назад. Таким он Тристана еще не видел. Ни разу в своей жизни.

«Неужели, это из-за Клэр?» — подумал он и понимание захлестнуло молодого адепта. До него только теперь начало доходить, насколько была сильна привязанность Де Вирра к той, которая на первый взгляд была всего лишь големом.

«Неужели… — подумал он с запинкой, — неужели Трис ее любит?».

— Арман, — Тристан шагнул вперед. От его напряженной фигуры веяло силой и холодом. Бэгли поймал себя на мысли, что впервые чувствует страх. И боится он гнева своего друга. Того, кого по сути, предал, считая, что делает ему во благо. Но сейчас Де Вирр хотел знать только имя того, кто уничтожил его горничную. И по крайней мере, это он мог рассказать. А вот открыть Тристану правду о том, кем на самом деле являлась девушка, пока не мог. Расскажет подобное — подставит ректора, которому тоже некогда обещал, нет, даже клялся, молчать.

Внутри у молодого мага все разрывалось между желанием открыть истину и долгом.

— Кто? — Тристан подошел ближе. Арман устоял. Не попятился и даже выдержал пристальный взгляд мага.

— Только поклянись, что не станешь делать глупости, — попросил он.

— Что? — насмешливо спросил Де Вирр. — Что ты сейчас сказал? Какой-то урод только что разбил моего голема, мою Клэр. И я должен это проглотить?

— Она была просто големом. Ты еще купишь себе таких сотню, если пожелаешь! — сделал попытку Арман.

— Она не была для меня просто големом, — произнес Тристан сухо. — Ты просто не знаешь всей правды. А теперь, наверное, слишком поздно что-то менять. А я, — он зарычал, вдруг опустив голову, но почти сразу вскинул ее и Бэгли удивленно встретил злой темный взгляд друга, — а я был дураком. Я ведь поверил ей…

«Что он несет?» — подумал про себя Арман и внезапно понял, что скорее всего, Клэр рассказала Тристану всю правду о себе. И, судя по реакции Де Вирра, он поверил голему. Или захотел поверить.

— Так кто ее убил? — голос Триса проскрежетал.

Арман вздохнул. Но Марго ему не было жаль. Подлость простить нельзя. А убийство тем более. Девушка наивно полагала, что просто избавилась от големе, бесчувственной игрушки. Но что, если бы она знала, что Клэр — живая. Остановило бы ее это?

Он подумал и понял, что нет. Просто Марго не стала бы действовать настолько открыто, как сегодня. И еще раз убедился, что не такую бы супругу желал другу. И уж точно не хотел бы видеть эту леди во главе королевства, разделившую трон с Де Вирром.

— Марго, — выдохнул он решительно, заметив, как мгновенно изменился в лице Трис.

Эмоции, отразившиеся на лице Де Вирра были такими яркими и так быстро сменяли одна другую, что Арман невольно приподнял брови, отмечая, как недоверие, было проступившее в глазах Де Вирра, вдруг сменилось яростью, злостью и гневом.

— Что? — прохрипел он.

— Я видел это лично, — подтвердил Бэгли. — И это была она. Твоя невеста.

Еще несколько секунд Де Вирр стоял, молча глядя на Армана, а затем круто развернувшись, четким и быстрым шагом направился к двери.

— Трис, нет! — попытался остановить его друг.

— Не пытайся меня остановить, — бросил ему молодой мужчина. — Пожалеешь!

Ответом была хлопнувшая дверь. И снова зазвеневшие в рамах стекла.

Арман выскочил следом за магом и остался на месте, глядя вослед уходившему другу. Понимал, что надо хотя бы попытаться не дать Де Вирру совершить ошибку и, в то же время, понимал, что тот имеет право на месть. И он надеялся, что Марго отделается легким испугом. Ведь Трис не был убийцей. И женщин он никогда не бил.

Хотя, сегодня, даже сам Арман не пожалел бы для Марго хорошей порки.

Тристан и сам не понимал, что с ним происходит. Но в душе поселился гнев и ярость такой силы, что он просто не мог их контролировать. Не мог и не желал.

Клэр больше нет. Теперь понятно, почему Дрейг так волновался. Вероятнее всего, дракон и сам не понимал, что с ним происходит и что является причиной этого беспокойства. Иначе он бы передал хозяину тревогу и объяснил бы все, как есть. Но нет.

Удивляло и то, что его дракон чувствовал Клэр. Возможно, каким-то непостижимым образом, они оказались связаны с ней через его, Де Вирра, магию. Впрочем, сейчас это было последним, о чем хотел бы думать Трис.

Направляясь через коридор, он хотел только одного. Найти Марго и убить.

Знал, что не сделает этого. Не сможет. Но его душа и сердце требовали мести. А еще он хотел найти обломки той, которую полюбил. Найти и оплакать.

— Милорд! Этот полет был просто удивительным. Вы…

Он услышал обрывки фразы краем уха. И даже не повернулся, чтобы взглянуть на говорившего. Просто продолжил идти вперед, отмечая, что адепты постепенно наполняют здание. И он тек между ними, словно корабль по волнам ненависти, выискивая ту, которая уничтожила его Клэр.

Его поздравляли, пытались коснуться и с удивлением отходили в сторону, едва завидев мрачное выражение лица мага.

— Де Вирр? Что с вами?

Кажется, это ректор. Слова Бэгли каким-то удивительным образом воздействовали на Триса. Он остановился и посмотрел на директора Академии, пытаясь увидеть его. И понимая, что не видит. Злость пеленой застила глаза.

— Вы в порядке, Тристан? — взволнованно поинтересовался ректор.

— Да, сэр! — нашел в себе силы ответить Де Вирр, удивляясь тому, как спокойно говорит. И вдруг в напряженной тишине, возникшей внезапно в холле, куда спустился маг, прозвенел голос Марго, еще не подозревавшей о том, что ей грозит.

— Тристан! Вот ты где. А я все искала тебя, хотела поговорить и объяснить одну неприятную ситуацию, — услышал он.

Боги! И почему он раньше не замечал, насколько противно звучит ее голос?

Брошенный на лицо Марго взгляд подсказал ему, что девушка уже все поняла. Видит, что он знает правду. Стоило бы отдать должное ее выдержке — на лице бывшей невесты не дрогнул ни один мускул. Только глаза… Глаза стали чуть больше, и он прочитал в них затаенный страх.

Но вокруг было слишком много народа. Она понимала это, как знала и то, что он не тронет женщину. Не посмеет. Но как же чертовски чесались руки в первый раз в жизни ударить ту, которая слабее. Но которая нашла в себе силы убить его Клэр.

— Маргарет, — он подошел прямо к ней, оставив между ними ничтожное расстояние в один короткий шаг.

Девушка сглотнула и подняла глаза, по-прежнему не избегая его взгляда, открытая и ждущая того, что последует.

— Не знаю, что сказал тебе Арман, но это была случайность, — проговорила она спокойны тоном.

Адепты, заинтересованные происходящим, перестали галдеть и внезапно сгрудились вокруг пары благородных магов.

Тристану было плевать, как он выглядит со стороны. Да, он понимал, что ни один будущий король не имеет права терять себя в глазах верноподданных, но гнев и боль утраты были сильнее разума. Прежде Де Вирр сам бы никогда не подумал бы, что ему будет так больно терять кого-то.

Марго, вдохновленная его мрачным молчанием, продолжила:

— Да, она упала и разбилась. Возможно, я виновата в этом в какой-то степени. Отчасти, — девушка было улыбнулась, но встретив взгляд Де Вирра, улыбка ее увяла, как цветок. — Я возмещу тебе убытки. Всего-то делов. Купим две, — она хмыкнула, — нет, три любых голема, какие только захочешь. Я умею признавать свои ошибки и, если была неосторожна, то готова все исправить.

— Это уже не исправить, — проговорил он голосом, от которого могли бы замерзнуть стекла.

— Тристан? — окликнул мага ректор Бэгли, но Де Вирр его не услышал. Или сделал вид, что не слышит. Наклонившись еще ближе к застывшей девушке, он произнес прямо ей в ухо, но так, чтобы услышала только она одна.

— Тебе никогда не видеть трон, пока я жив, Марго. Ни тебе, ни твоему роду. Уж я позабочусь об этом, когда взойду на престол. И, пока учишься здесь, ходи осторожно рядом с балконами. А еще лучше, избегай их, потому что не ты одна можешь быть такой неловкой.

Сказав это, он распрямился, чувствуя, что желал бы сбросить тварь с самой высокой из башен академии. И зная, что не сделает этого.

Клэр не вернуть. Ее осколки все, что осталось от живой, прекрасной девушки, которую он полюбил всем сердцем. Его Клэр. Кажется, часть души оставила его вместе с ее смертью. Как же Тристану хотелось взвыть, подобно дикому зверю. Упасть на колени, сгрести осколки и прижать их к груди. И выть. Выть не переставая, пока боль, выворачивающая наизнанку, не оставит его. Не ослабеет.

Вместо этого мужчина отшатнулся от бывшей невесты, словно от прокаженной. Марго больше не существовала для него. И Тристан знал, что исполнит свое обещание, когда станет королем.

Если станет.

— Да что здесь происходит? — ректор протиснулся вперед. Потянулся было к Де Вирру, но тот шагнул вперед, мимо расступившихся адептов, и вышел из здания.

Он и сам не знал, куда несут его ноги. Шел, не ведая пути, пока не остановился перед загоном, где отдыхал его дракон.

Несколько минут, долгих и унылых, мужчина просто смотрел на высокие двери, не понимая, что с ним творится. Боль была слишком сильна. А он не пытался подавить ее и как-то побороть, выпустив наружу.

В какой-то миг услышал громкий удары крыльев и невольно отошел назад, запрокинув голову к небу. Успел увидеть, как Черногрив, тяжело поднимаясь вверх, устало взбивает крыльями воздух. На его спине сидел Де Уинн. Тристан узнал соперника по цвету волос. Но сейчас ему было плевать на все. И тем более, на Сибера.

Пусть катится ко всем демонам. Пусть улепетывает с позором, как проигравший. Хотя, Тристана меньше всего радовала победа, которая далась ему с таким трудом и привела к большей потере в жизни. Ведь, если бы днем ранее Де Уинн выиграл чертов кубок, сейчас его Клэр была бы жива. И плевать на то, что Его Величество были бы не довольны своим наследником. Он и так не особо стремился к власти. Нет, даже мечтал о том, чтобы на его место нашелся другой преемник. Но теперь ему было все равно.

Тристан проводил взглядом синего дракона, исчезнувшего из виду, затем подошел к загону и начертил руну, открывая дверь.

Он понимал, что ему надо увидеть осколки. То, что осталось от Клэр. И чувствовал, что не может этого сделать сейчас. Позже. Когда боль станет легче, если это вообще возможно.

Дверь открылась, впустив его сначала в туман, а затем и в магический мир Дрейга, который ощутив приход хозяина, покинул свое гнездо. Опустился рядом, не обращая внимания на оживленных обитателей загона. Распластал крыло, будто приглашая Тристана забраться к себе на спину.

Маг поднялся. Сел и опустив голову, прижался лбом к мощной шее своего зверя. И почти сразу почувствовал тепло, исходящее от Дрейга.

«Мы потеряли ее, — сказал он, мысленно обращаясь к другу. — Я потерял ее», — добавил уже для себя.

Дрейг фыркнул и взлетел. Он перенес хозяина в свое гнездо, где сел, распластав крылья и часто чадя дымом. Грудь ящера вздымалась. Он еще не отошел от перелета и соревнований, и Тристан слышал, как часто и мощно бьется большое сердце крылатого друга.

«Я чувствовал ее прежде, — ответил внезапно Дрейг. — А теперь нет. Она словно удаляется от нас. Будто кто-то уносит ее прочь, хозяин!».

Тристан вздохнул.

Дрейг как-то странно чувствовал гибель Клэр. Возможно, зверь улавливал ее душу, ведь драконам было подвластно то, что не доступно простому пониманию, даже самого из сильных магов.

«Она мертва, Дрейг, — подумал он. — Или снова переместилась куда-то. В другое тело. В иной мир!» — о, если бы у него был шанс отыскать ее снова!

Де Вирр даже вскинул голову и сел прямо, ощутив, как сильнее забилось его сердце.

Что, если он прав и Клэр просто снова переместилась? Умерло лишь глиняное тело, пустая оболочка. А она была живой! Она пришла к нему из другой жизни и иного мира.

Что, если…

Он боялся ошибиться.

«Что ты чувствовал, Дрейг?» — спросил он дракона, лелея надежду и ругая себя за подобную слабость.

«Она ушла, — сказал в ответ ящер. — Покинула свое тело, но не умерла. Но сейчас Клэр отдаляется от нас!».

«Другой мир?» — предположил Де Вирр со страхом.

«Она по-прежнему здесь, хозяин!» — ответил мысленно Дрейг и опустил голову на край гнезда, прикрыв глаза. (3303c)

Сердце внутри Тристана забилось сильнее. Отчаяние и надежда снова проснулись в нем. Он не совсем понимал, что пытался донести до его ума дракон. Эти существа всегда изъяснялись загадочно. Но главное он понял.

Клэр жива.

Разбилось только пустое тело и теперь душа девушки на пути к новому телу. А это значит, что у него есть шанс снова найти свою любовь. И он сделает все, что сможет. Все, что в его силах.