7
На следующее утро в ноль семь сотен Главный амфитеатр Академии Флота был забит до отказа. Первый курс в полном составе выстроился ровными шеренгами на гигантском пласталевом настиле плаца. В воздухе висело ощутимое напряжение: вместо привычных учебных объявлений на центральном голографическом экране горел алый герб Высшего Командования.
Я стояла во главе своего звена. Справа вытянулся Тео, слева — Лео, а чуть дальше, сжав челюсти, чеканил подбородок Вэйлор. Его аэранская гордость всё ещё кровоточила после вчерашнего провала в симуляторе.
Гул в зале мгновенно стих, когда на высокую трибуну вышли Рексар Дрейк и Профессор Хорн. Командор был при полном парадном мундире — тяжелая черная ткань с серебряными витыми знаками различия Жнеца. Его янтарные глаза медленно скользнули по шеренгам, задерживаясь на доли секунды на мне, и от этого взгляда по спине пробежал знакомый ледяной импульс.
— Курсанты, — раздался над амфитеатром низкий, раскатистый голос Дрейка. — На этапе адаптации вы проходили подготовку в раздельных секторах. Этот период окончен.
По залу прокатился тихий шепоток. Курсанты переглянулись.
— Кайранский поток успешно прошел фазу первичной стабилизации биометрических и эмпатических параметров, — сухо продолжил Хорн, сделав шаг вперед. — Дирекцией Академии и Высшим Советом Флота принято решение о полном объединении потоков. С сегодняшнего дня кайранцы переводятся в общий корпус.
Экран за их спинами вспыхнул, отображая новые списки звеньев и обновленные расписания боевых дисциплин.
— С этого момента все практические занятия, тактические маневры и выездные полевые стрельбы будут проводиться в смешанных составах, — Дрейк оперся руками о трибуну, его голос зазвенел сталью. — Для тех, кто забыл: кайранцы — естественные био-эмпатические хищники. И если вы не научитесь держать свой эмоциональный фон в «холодном режиме», вас раздавят на первом же совместном вылете. Никаких скидок на расу, дом или происхождение не будет.
Вэйлор за моей спиной едва заметно дернул плечом. Для Аэранов, привыкших считать себя доминирующей расой Академии, появление физически и эмпатически превосходящих кайранцев прямо в их обучающих блоках было тяжелым ударом по тщеславию.
— Командиры звеньев, — Дрейк посмотрел прямо на меня. В его голосе на секунду проскользнула едва заметная, бархатная интонация — едва уловимый перепад тона, который я моментально подметила благодаря своей привычке ловить малейшие изменения в его поведении. — Получить обновленные списки личного состава у своих иксинов. Через два часа — общий сбор на взлетной полосе штурмового отсека. Свободны.
Шеренги мгновенно пришли в движение, оглашая зал шумом сотни шагов и оживленными спорами.
Я вглядывалась в светящиеся строки планшета, почувствовав, как внутри всё сжимается в тугой узел.
Дрейк и Хорн перекроили структуру потока до основания. Они не просто подселили к нам кайранцев — они намеренно разбили нашу человеческую тройку.
— Майя... — тихо произнёс Тео, заглядывая через моё плечо. — Нас развели. Меня перевели в «Гамму-3» старшим навигатором, Лео забрали в «Бету-2» канониром-техником.
— Что?! — Лео резко выхватил свой планшет, сверля экран возмущенным взглядом. — Да они издеваются! Какая ещё «Бета-2»? Мы же сработались! Кому в голову пришло разрывать сыгранное звено?!
— Командованию, — ровно ответила я, хотя пальцы едва заметно сжали торцы планшета. — Дрейк проверяет, сможем ли мы работать автономно, без привычной поддержки.
Я перевела взгляд на список своей группы «Альфа-1».
Вэйлор оставался в моём подчинении — Дрейк явно хотел дожать аэранского аристократа, заставив его подчиняться человеку. Но куда больше тревожила первая строчка в блоке пополнения.
Курсант Дариус Ворн. Раса: кайранец. Специализация: тяжёлый штурмовик / боевой эмпат.
Память моментально подкинула сводки из закрытых архивов. Семья Ворн — один из древнейших кайранских кланов, известных агрессивной био-эмпатией и абсолютным неприятием слабости. Дариус был не просто курсантом. Он был природным хищником, для которого человеческая биометрия — не более чем шум и лёгкая мишень.
— Дариус Ворн... — прошептал Лео, прочитав имя над моим плечом. С его лица мгновенно слетела вся возмущённая спесь. — Майя, он же тебя сожрёт. Он на адаптационном этапе чуть не отправил в медотсек двоих тарков просто потому, что они слишком громко дышали рядом с ним.
— Не сожрёт, — я свернула списки и посмотрела на друзей. — Дрейк дал нам два часа. Тео, Лео — принимайте свои звенья. Покажите им, на что способны люди, даже когда нас разделяют.
Я развернулась и направилась к штурмовому отсеку, ощущая, как иксин на запястье фиксирует участившийся пульс.
Встреча с кайранцами и Дариусом Ворном должна была состояться прямо на взлётной полосе.
Взлётная полоса штурмового отсека встречала оглушительным гулом прогревающихся тяжелых челноков и запахом раскалённого металла. Огромные бронированные ворота ангара были полуоткрыты: полупрозрачная полоса силового поля удерживала внутреннюю атмосферу корабля-гиганта, за которой простиралась ледяная бездна открытого космоса и близкий кластер мерцающих туманностей.
Курсанты моей группы «Альфа-1» уже начали собираться у матового борта десантного челнока. Четверо тарков — монументальные, покрытые костяными щитками бойцы во главе с Гаррадом — молча проверяли крепления тяжелой брони. Напротив них, держась с надменным изяществом, расположились Аэраны. Вэйлор стоял, скрестив руки на груди, и его ледяной взгляд мгновенно зафиксировался на мне, как только я подошла к шеренге.
— Командир Марлоу, — произнёс Вэйлор с едва заметной язвой. — Поздравляю с расширением полномочий. Надеюсь, ты знаешь, как управлять теми, кто не привык слушать приказы землян.
— Узнаешь прямо сейчас, Вэйлор, — спокойно ответила я, застёгивая уплотнитель перчатки. — По местам.
В этот момент гул двигателей на секунду перекрыли тяжелые, размеренные шаги. На взлётную полосу вступила четверка кайранцев.
Они двигались с идеальной, почти синхронной грацией природных хищников. Впереди шёл Дариус Ворн. Высокий, с безупречной осанкой, в тёмно-серой броне штурмовика без знаков различия. Его золотисто-янтарные глаза сканировали пространство перед собой. В них читалось холодное, абсолютное превосходство.
Когда кайранцы остановились перед нашим строем, воздух вокруг будто уплотнился. Мой иксин на запястье выдал короткую, предупреждающую вибрацию: датчики зафиксировали резкий перепад био-эмпатического давления.
Дариус медленно оглядел тарков, затем Аэранов и, наконец, опустил взгляд на меня.
— Человек, — его голос прозвучал тихо, но вибрирующий инфразвуковой подтон заставил металл моей брони едва ощутимо зазвенеть. — Значит, рапорт Хорна не врал. Нам действительно поставили в командиры землянку.
— Курсант Ворн, — я сделала шаг вперёд, сокращая дистанцию и не сводя с него взгляда. — На этом корабле нет землян, аэранов или кайранцев. Есть звено «Альфа-1». Моя фамилия Марлоу, и с этой минуты ты выполняешь мои приказы.
Дариус чуть наклонил голову. На его губах появилось подобие тёмной, опасной усмешки. Он сделал полшага ко мне, и его био-эмпатический импульс ударил прямой наводкой — не визуально, а на физиологическом уровне: дыхание перехватило, а сердце попыталось сорваться на панический ритм.
— А если я решу, что твоя биометрия слишком слаба для руководства штурмовой группой? — прошептал он, проверяя мою выдержку.
Я удерживала «холодный режим», выравнивая дыхание и буквально силой воли заставляя пульс оставаться ровным. Мой взгляд оставался ледяным.
— Тогда ты вылетишь из группы ещё до того, как челнок оторвётся от палубы ангара. И рапорт о твоей непригодности к командным учениям подпишет лично Командор Дрейк.
На секунду между нами повисла острая, звенящая тишина. Дариус пристально вглядывался в мои зрачки, пытаясь найти хоть каплю страха, но не обнаружив ничего, кроме жесткой решимости, медленно отступил на шаг.
— Принято... командир Марлоу, — с едва заметным акцентом произнёс он и встал в строй.
Вэлор за моей спиной тихо хмыкнул, а Гаррад из расы тарков впервые с уважением наклонил массивную голову.
Динамики ангара заскрипели, и раздался сухой голос Дрейка по общей связи:
— Звено «Альфа-1». Посадка в челнок через тридцать секунд. Вылет на внешний полигон «Сектор-9» — остероидный комплекс на прицепе главного корпуса. Ваша задача — зачистить заброшенный технологический модуль и удержать позицию. Время пошло.
— Группа, на борт! — отдала я приказ, первой поднимаясь по металлическому трапу десантного челнока.
Тяжелый десантный борт оторвался от палубы ангара, прошел сквозь синеватую пленку силового поля и вылетел в открытый космос, взяв курс на внешний астероидный модуль.
В десантном отсеке царил полумрак, разбавляемый лишь тусклым янтарным светом аварийных плафонов. Восемь тонких биометрических фиксаторов надежно удерживали нас в креслах вдоль бортов. Корпус челнока вздрогнул, когда маневровые двигатели дали импульс, ложась на курс.
Состав звена расположился с четким расовым разделением, которое я пока не могла сломать: слева от меня сидели тарки во главе с Гаррадом, справа — аэраны, а прямо напротив опустилась четверка кайранцев.
Дариус Ворн молча откинул голову на подголовник. На его лице не отражалось ни единой эмоции, но мой иксин на запястье продолжал тихо вибрировать, фиксируя эмпатическое поле, которое кайранец сознательно или бессознательно транслировал на весь отсек. Это было похоже на невидимое давление — тяжелое, давящее на виски и провоцирующее безотчетную тревогу.
Лео и Тео остались в ангаре со своими новыми группами. Теперь за моей спиной не было привычной поддержки — только девять высокомерных, чужих и потенциально опасных курсантов, привыкших смотреть на землян свысока.
— Вход в зону поражения через две минуты, — раздался в надголовных динамиках сухой голос пилота. — Полигон «Сектор-9». Внешний технологический модуль астероидной базы. На объекте зафиксированы автоматические охранные дроны класса «Цербер-Т». Задача — зачистить главную рубку и удержать терминал данных.
— Дроны класса «Цербер-Т»? — подал голос Валориан, один из аэранов. — У них же броня со сдвоенным кинетическим щитом. Чем мы их брать будем? У нас только стандартные учебные импульсники!
— Импульсники настроены на сбой электроники, — ровно ответила я, вызывая на встроенный в перчатку экран схему астероидного модуля. — Нам не нужно пробивать их броню. Наша задача — выбить сенсорные блоки и отключить центральный узловой сервер.
— Теорией делишься хорошо, Марлоу, — глухо отозвался Дариус, медленно открывая золотисто-янтарные глаза. — А в бою ты тоже будешь читать нам инструкции из академического справочника?
— В бою я буду отдавать приказы, Ворн, — я перевела взгляд на кайранца. — Гаррад, твоя группа — первая линия заслона на входе. Вы держите узкий коридор и закрываете нас щитами. Вэлор, твои аэраны берут верхние вентиляционные галереи и обеспечивают подсветку целей. Кайранцы идут со мной в центральный зал.
Вэйлор скривился:
— Ты отправляешь нас в вентиляцию? Аэраны — высшая штурмовая раса, а не разведчики в трубах!
— В этих «трубах» высота потолков четыре метра, Вэлор. С вашей скоростью реакции и ускоренным восприятием оттуда идеальный обзор. Будете сбивать дронов сверху раньше, чем они успеют развернуть турели. Если не согласен с тактической расстановкой — рапорт о смене командира подашь после высадки. Если выживешь.
Гаррад издал короткий, низкий звук, похожий на рокот тарского мотора — у них это заменяло сдержанный смех.
— Приказ понят, командир, — басом прорычал Гаррад. — Тарки держат коридор.
Дариус лишь едва заметно прищурился, не произнеся ни слова, но давление его эмпатического поля чуть ослабло. Он принял расклад.
Корпус челнока содрогнулся от жесткого толчка — магнитно-захватные механизмы борта мертвой хваткой впились в пласталевую обшивку астероидного модуля. В отсеке вспыхнули синие огни разгерметизации.
— Десантирование через пять секунд! — рявкнул пилот. — Внимание, на объекте пониженная гравитация и разгерметизация!
Фиксаторы с кликаньем освободили плечи. На затылке щелкнул датчик среды: тактический нейро-костюм моментально среагировал на перепад давления. Из воротников наших бронекостюмов за долю секунды выскочили легкие прозрачные визоры, закрывая лица, заблокировав внешнюю среду и пустив автономную подачу кислорода.
Я выхватила из кобуры учебный импульсный пистолет и первой шагнула к выходу.
Металлический десантный трап с шипением опустился в непроглядную тьму заброшенного шлюза.
Тьма встретила нас звенящей тишиной разгерметизированного отсека. Подошвы моих тактических ботинок с мягким металлическим щелчком мгновенно активировали магнитные присоски, компенсируя пониженную гравитацию полигона.
— Пошли, — отдала я команду по внутренней связи звена.
Гаррад и трое тарков выскочили на металлическую решетку шлюза первыми, тут же перекрывая проход массивными ростовыми щитами. Вэйлор и аэраны с невероятной, смазанной скоростью — прямое проявление их ускоренного восприятия — метнулись вверх, зацепившись за технологические балки под самым потолком четырехметрового коридора.
Кайранцы во главе с Дариусом двигались за мной след в след, словно тени. В темноте их янтарные глаза ярко светились сквозь прозрачные визоры.
Вдруг на стенах заброшенной галереи вспыхнули алые огни аварийных турелей. Из темных ниш под потолком с сухим металлическим лязгом выдвинулись три сферических корпуса.
— «Церберы»! — рявкнул Вэйлор по связи.
Прежде чем дроны успели захватить цели и развернуть импульсные стволы, аэраны уже совершили свои выпады. Для любого человека их движения казались смазанной вспышкой: Вэйлор в мгновение ока оказался прямо над первой турелью, выпустив точную очередь из импульсника прямо в сенсорный окуляр. В пониженной гравитации и на гипер-рефлексах аэраны сработали раньше, чем сработал вычислительный процессор системы защиты.
Первый «Цербер-Т», искря и потеряв ориентацию, рухнул на настил.
— Отлично, верх чист! — крикнула я. — Гаррад, продавливаем центральную дверь! Дариус, за мной!
Тарки мгновенно сомкнули тяжелые ростовые щиты, образовав непробиваемый стальной таран. Стыки их брони глухо гудели, когда массивные тела принимали на себя редкие рикошеты от оставшихся турелей. Гаррад шагал первым, методично продавливая путь сквозь завалы из покорёженных перекрытий.
За их спинами двигались мы с кайранцами. Дариус и трое его соплеменников шли безупречным «клином», прикрывая мои фланги. В пониженной гравитации их движения казались нереально плавными, почти гипнотическими — природный баланс био-хищников позволял им двигаться бесшумно даже на магнитных подошвах.
— Впереди гермодверь центрального узла с блокировочным модулем, — мой голос чётко звучал в динамиках общего канала. — За ней — терминал данных и основная группа дронов.
— Дай мне тридцать секунд, — встрял Вэйлор, спрыгивая с верхней балки прямо перед блокиратором. Из его нейро-костюма на запястье выдвинулся тонкий дешифровальный штекер. Благодаря ускоренному восприятию аэранец перебирал зашифрованные комбинации кода с сумасшедшей скоростью. — Десять секунд... пять... Есть!
Тяжелая пласталевая створка с грохотом ушла вверх.
Центральная рубка встретила нас морем пульсирующих алых огней. В центре зала, над главным терминалом, зависли сразу четыре «Цербера-Т». Их сдвоенные кинетические щиты уже мерцали полной мощностью, а сенсорные окуляры сфокусировались на дверном проёме.
— В укрытие! — рявкнула я, перекатываясь за ближайшую консоль.
Зал накрыл шквал импульсных зарядов. Синий свет вспышек ослеплял сквозь визоры. Один из тарков зарычал, когда кинетический удар отбросил его щит и вмял нагрудную пластину.
— Они перекрывают весь сектор! — крикнул Вэйлор, зажатый под потолком у самой двери. — К терминалу не подступиться, щиты дронов перекрывают друг друга, создавая сплошную сферу!
— Кайранцы, — тихо, но отчетливо произнес Дариус по внутренней связи группы. — Сканируем циклы. Ищите точки перегрева.
Дариус и трое его соплеменников замерли, мгновенно сфокусировавшись. Своими тепловыми рецепторами кайранцы считывали малейшие изменения среды сквозь визоры. В пониженной гравитации их био-эмпатический анализ работал с филигранной точностью: они фиксировали раскаленный выхлоп охлаждающих клапанов дронов и микро-сбои в работе их приводов.
— Правый дрон! — резко выбросил Дариус. — На третьей секунде пальбы у него отходит боковая панель охлаждения! У того, что слева, идет задержка перезарядки на полсекунды!
Иксин на моем запястье фиксировал, как подскочил пульс кайранцев от предельной концентрации — чистый расчет хищника, замечающего уязвимость раньше самой жертвы.
— Вэйлор, слышал?! — гаркнула я. — Аэраны, работаем по окнам перегрева!
— Принял! — отозвался Вэйлор.
Аэраны включили свое ускоренное восприятие. Для них время словно замедлилось: пока дрон уходил на ту самую полсекундную перезарядку, Вэйлор и его пара уже сделали три точнейших выстрела импульсниками прямо в открытые вентиляционные щели «Церберов».
Электроника дронов замкнула, щиты схлопнулись.
— Гаррад, добей! — скомандовала я.
Тарки шагнули вперед и сфокусированным залпом в упор разнесли дезориентированные машины. Один за другим «Церберы-Т» с треском рушились на пол рубки.
Через тридцать секунд в зале воцарилась звенящая тишина. Слышно было только наше тяжелое дыхание в динамиках и тихий гул остывающего терминала.
Я подошла к центральной консоли и вставила ключ-чип. На главном экране вспыхнула зелёная надпись:«СЕКТОР-9 ЗАЧИЩЕН. ТОЧКА УДЕРЖАНА».
Дариус медленно опустился на одно колено, выравнивая дыхание и восстанавливая пульс после предельной концентрации. Он поднял на меня взгляд сквозь визор.
— Неплохо среагировала, Марлоу, — тихо произнёс кайранец, и в его голосе больше не было откровенного пренебрежения. — Для человека.
— Отличная работа, «Альфа-1», — я оглядела своё звено: перепачканных, тяжело дышащих, но целых тарков, аэранов и кайранцев. — Закрепить периметр. Ждём десантный борт.
Первыми к выходу направились тарки. Гаррад, проходя мимо меня, на секунду задержался и опустил тяжелую ладонь в бронированной перчатке мне на плечо — жест скупой, но для их расы значащий больше любых слов благодарности.
— Хороший бой, Майя, — пробасил он. — Твой замысел с габаритами вентиляции сработал.
Аэраны уже кружили у трапа, убирая оружие в кобуры. В их движениях больше не было сквозящего пренебрежения — только сдержанная, профессиональная собранность.
Вэйлор замер у самого входа в челнок, дождавшись, пока я подойду ближе. Он щелкнул фиксатором, убирая визор бронешлема, и впервые посмотрел на меня не сверху вниз, а прямо — как на равного боевого офицера.
— Увязать в один алгоритм щиты тарков, наше восприятие и выдержку кайранцев... Это было чертовски красиво, Марлоу, — произнес он, и в его голосе впервые прозвучали искренние уважительные нотки. — Признаю: твоя сообразительность и находчивость спасут нам шкуры еще не один раз.
Он протянул мне руку в тактической перчатке — редкий, почти немыслимый жест для гордого аэранца по отношению к человеку.
— Лиан, — коротко добавил он. — Для своих — просто Лиан Вэйлор. Считай это официальным предложением перемирия, командир.
Я пожала его ладонь, ощутив крепкое, уверенное пожатие.
— Принято, Лиан.
Я улыбнулась, чувствуя, как с плеч спадает дикое напряжение последних тридцати минут. Едва аэраны и тарки поднялись на борт, рядом со мной остался Дариус.
Кайранец снял блокировку визора. Его янтарные глаза смотрели прямо, без прежней холодной отстраненности, хотя иксин на моем запястье все еще улавливал волны его глубокой внутренней выдержки и сдержанного интереса.
— Ты отдала приказ кайранцам прикрывать тебя, а не аэранцам с их реакцией, — тихо спросил Дариус, пока мы шли по десантному трапу. — Не боялась, что мы сыграем на твоих эмоциях и сбежим?
— Я читала отчеты по вашей физиологии, Ворн, — ответила я, глядя ему в глаза. — Ваш био-эмпатический анализ считывает пульс, гормональные всплески и любую эмоциональную брешь. Вы видели мой абсолютный самоконтроль и знали, что я не отступлю. Мне нужно было только, чтобы вы удержали заслон, пока аэраны работают по дронам.
Дариус чуть заметно усмехнулся — уголок его губ дрогнул, разрушая привычную маску ледяного спокойствия:
— Значит, справочник Академии всё-таки пригодился. Узнала, как читать хищников?
— Узнала, как с ними работать, Ворн.
В десантном отсеке нас встречал молчаливый гул двигателей. Впереди ждало возвращение на флагман, разбор полетов у куратора и новые миссии, но главное уже произошло: «Альфа-1» больше не была набором враждующих фракций. Они приняли меня как командира.