Глава 31

«Срочные новости! Побег из Сантора!

Как стало известно специальному корреспонденту нашей редакции, леди Серена де Виль исчезла вчера вечером и до сих пор не объявилась в академии. Ректор Кранстон отказался комментировать пропажу студентки.

Будем держать вас в курсе расследования.

Следите за новостями Столичного Вестника!

Искренне ваша, фифа Лин Акройд».

Следующие две недели мы учились, активно и небезуспешно подлизывались к Монмару, выпросили один не положенный второму курсу учебник для Миры с Катариной и, довольно переглядываясь, наблюдали, как меняется Морт.

Обычно хмурый и сосредоточенный, он всё чаще мечтательно улыбался, почти перестал ругаться и даже предложил нам тренироваться в Седьмой Башне под его чутким руководством. И под присмотром всего ведьминского факультета, включая, разумеется, предмет его воздыханий.

— Ну что, Эйнар, как успехи у моих девочек? — спросил он как-то с утра. — Ты их сильно не тирань: они вчера с таким энтузиазмом готовились к турниру, что в общежитие их отвозили ведьмы на мётлах.

— Стараются, — ответил Эйнар, почти не выказав удивления. Так, глаз немного дёрнулся, и всё.

— Ну, давайте, занимайтесь. Девочки, вечером жду.

— Да, тренер! — дружно откликнулись мы, не прерывая разминку.

Насвистывая, Морт удалился. Мы же дисциплинированно выстроились по росту, ожидая дальнейших распоряжений.

— Почему вы едете на турнир? — спросил Эйнар так сурово, словно мы подсидели его родную сестру и выпихнули её из команды участниц, лишив возможности выиграть главный приз.

— Потому что в прошлом году Серена обозвала Сантор «академией уродин», — отчиталась Бри.

— Восстанавливать доброе имя академии, — вздохнула Мира.

— Замаливать грехи перед Кранстоном, хотя он этого совершенно не заслуживает, — фыркнула Таяна.

Зелёные глаза боевика уставились на меня. Я тут же гордо задрала подбородок и вернула ему ещё более холодный взгляд.

— Три круга вокруг стадиона, затем к турникам! — последовала команда. — Про турнир можете забыть.

— С чего это вдруг? — возмутились мы.

— Живо! — прикрикнул Эйнар, так зыркнув в нашу сторону, что мы не решились дальше спорить. — И без разговорчиков!

Злые и едва не лопающиеся от огромного количества вопросов, мы со скоростью ведьм на мётлах пролетели немаленькое расстояние, проскочили размышляющего о своём Риварда и затормозили лишь у турников, где по очереди выполнили разработанный специально для нас комплекс. И лишь тогда, немного успокоившись, подошли к гадкому тренеру.

— Мы всё, — взяла на себя роль переговорщика Бри.

— Всё будет, когда я скажу, — откликнулся боевик. — По пятьдесят приседаний.

— У нас ноги отвалятся! — заупрямилась первая красавица, топнув пока ещё не отвалившейся конечностью.

— Выполнять.

Семнадцать закипающих от злости чайников выполнили и это. Выглядели мы как специальное подразделение особо жестоких убийц, нашедших свою цель. Все с ненавистью смотрели в одну точку. Точка же полностью нас игнорировала.

По завершении задания Бри посмотрела на меня и жестами показала, что она ни за что не подойдёт и не скажет ни словечка этому гадкому, бесчеловечному типу. Таяна демонстративно повела кулаками, показывая готовность вместо переговоров открутить голову самым наглым из присутствующих.

Пришлось брать огонь на себя.

Я подошла к Риварду и замерла по струнке смирно, ожидая или дальнейших указаний или надменного царского «свободны». Однако мужчина молчал. И даже не смотрел на меня, будто выполняя сложные расчёты в уме.

Кашлянула.

Никакой реакции.

— Тренер, — позвала вежливо и спокойно.

Тишина.

— Эйнар, ты издеваешься?

— Эйнар! — возмутилась Бри, присоединившись ко мне. — Что за шуточки?

— А теперь хорошо подумайте, девушки, что вы сделали не так, — произнёс боевик, смотря в сторону леса, откуда стали появляться первые студенты Морта. Он снова их тренировал на пересечённой местности. Хорошо, нам достался стадион.

— Нарушили субординацию, которую никогда не соблюдали? — уточнила я.

— Вопросительная интонация меня несколько смущает. Вы девушки умные и понимаете расстановку сил. Ведите себя сдержаннее, — отчитал нас Эйнар и, бросив через плечо «свободны», направился к Морту.

— Это что сейчас было? — спросила Айрина.

— Намёк, что мы вконец обнаглели? — предположила Мира.

— Мы? С ума сошла, что ли? — возмутилась Таяна.

— Это точно что-то другое! — поддержала Крис. — Мы ведём себя как заечки, особенно последние две недели.

— Заечки, прыгайте в общежитие, душей всего пять, — решила я закончить этот странный разговор.

Однако он оказался непонятным и бессодержательным лишь для нас. И стал отправной точкой для цепи остальных событий.

Уже в обед этого дня мы получили первые направления на иномирные практики. Вечером меня вызвали к Недди, куда лично явился ректор и выдал свёрнутый вчетверо лист, приложив палец к губам, чтобы не вздумала прочитать его вслух.

Записка оказалась краткой, но содержательной: «Начинаем лечить студентов сегодня».

— Господин ректор, я не получила направление на практику в другом мире, — произнесла скромно, как положено нормальной студентке.

— Запросы распределяет специальный артефакт, он же выбирает студентов. Я никак не могу повлиять на его выбор. И раз уж ты обратилась ко мне с этим вопросом, хочу напомнить, что вы должны подготовить конспекты для отсутствующих в период практики, а затем помочь им с домашними заданиями. Проконтролируй, пожалуйста.

— Конечно. Всё сделаю.

— Отлично. А, и ещё, Серена. Я дал разрешение Никиасу вывести тебя на бал: Фойтисы устраивают небольшое торжество в честь помолвки старшей дочери. Я отпустил вас с одной ночёвкой, чтобы вы не нарушали режим в академии поздним возвращением. Твои родители, разумеется, извещены и также приедут. Как и её величество королева Изольда.

— Благодарю вас!

Я не запрыгала от счастья по нескольким причинам. Во-первых, неприлично; во-вторых, подобную радость стоит продемонстрировать там, где увидят Ник и соглядатаи. В-третьих, в кабинет как раз вошли те самые студенты, которых мне нужно избавить от проклятья на крови, а по официальной версии — для стандартного медицинского осмотра перед посещением иного мира.

— Я знаю, что вы не особо ладите с младшим Ривардом, но, пожалуйста, не выносите взаимную ненависть на всеобщее обозрение, не позорьте академию, — от дверей дал ещё одну рекомендацию господин ректор, работая на зрителей.

Он дождался моего кивка и испарился. Я же усадила парней, в два счёта провела «медицинское освидетельствование» и выдала доступ.

— Я так странно себя чувствую, — заметил один из парней.

— И я.

— Так и должно быть: я сняла спазмы в мышцах, вы чувствуете расслабление и облегчение. Можете идти.

— А…

— Пригласите, пожалуйста, следующую команду, — поторопила я любопытствующих. Вот не хватало ещё подробно объясняться с каждым, выдумывать отговорки, включать актёрский дар.

Старший курс состоял из одних парней: как они же мне и объяснили, девчонки повыскакивали замуж за своих однокурсников, не доучившись.

— Но почему? Образование — это ведь важно, — удивлённо уточнила я у пары особо разговорчивых старшекурсников.

— Боевые практики не для девушек, леди Виль.

— Серена, — исправила я.

— Серена, — с улыбкой повторил мужчина. — Мы не можем оставить девушек в беде, а девушки обычно неравнодушны к героям. Правила академии не запрещают личные отношения, но запрещают свадьбы и тем более беременность. Вот и выходит, что они не доучиваются.

Я рассмеялась.

— Ничего себе, как вы спасаете девушек от боевых практик. Беременностью! Кто бы мог подумать.

— О нет, это не то, что ты подумала! — воскликнул второй парень.

— Да нет, я всё поняла, просто пошутила, чтобы скрыть смущение, — произнесла доверительно. — Несколько неловко обсуждать такие вопросы.

Остальные тоже смутились, вспомнив, что я всё же леди и воспитана в более строгих правилах, а потому пообещали мне подарок из другого мира. Отказываться не стала — обожаю редкости.

— Только, пожалуйста, из приличного списка, — по-доброму пошутила я. — Драгоценности не принимаю, а вот лекарственные травы буду очень, очень рада видеть.

— Постараемся тебя удивить!

Тут в мою светлую голову пришла коварная мысль — воспользоваться служебным положением в личных целях. И в интересах Арратора, конечно, но это если совсем обобщить или потерять совесть.

Боевые маги курсируют между мирами достаточно часто, а старшие курсы бывают в редких, закрытых для нас, второкурсниц, мирах. Вот и буду допрашивать их по возвращении — вдруг что и услышу. И от подарков отказываться не буду. Никогда не знаешь, что может пригодиться.

Реализовать задуманное оказалось легко и просто: молодые люди радовались возможности пообщаться с юным и симпатичным лекарем, охотно рассказывали мне безобидные мелочи о мирах, в которых были; привозили небольшие подарочки. В том числе и травы, за которые Мира с Катариной грозились носить меня на руках и зацеловывать, не в силах выразить свой восторг приличнее.

Коллекция подарков разрасталась с каждым днём. В основном это были безделушки, которые мы с девчонками с огромным энтузиазмом исследовали и любовно устраивали на специально выпрошенной у кастеляна полочке. Но иногда, после тактичных намёков, попадались и настоящие сокровища.

Например, учебники по зельям. Их подарили сразу три, и все — из разных миров. Счастью не было предела! Особенно когда оказалось, что большинство трав нам знакомо.

Мира с Катариной почти не спали, но ходили счастливые и постоянно шушукались, а затем и вовсе пропали в лаборатории с профессором Хмоль, экспериментируя. Даже получили официальное разрешение не посещать вечерние тренировки, полностью сосредоточившись на своей специализации.

Когда я принесла им два мешка, под завязку набитых пучками различных растений, к шабашу этих зельеведьм присоединилась ещё и профессор Куантро. С тех пор и лекции, и практикумы обе преподавательницы вели с ещё большим энтузиазмом и восторгом. Хотя и прежде казалось, куда уж больше? Но если люди влюблены в свою работу, нет предела человеческой и профессиональной радости.

— Зря ты им всё отдала. Нужно было и себе отщипнуть, — жадничала Таяна.

— У нас слишком мало времени, чтобы проверять всё самостоятельно. Куантро с Хмоль протестируют эти учебники и травы в два счёта, ещё и девочкам нашим доступ дадут — что, собственно, уже и произошло. Кроме того, они нас теперь нежно любят. А травок добудем ещё, если нужно. Не волнуйся, — утешила я.

— Может, тогда и ведьмам немного выдать из следующих поставок? — не отрываясь от учебника по начертательной магии, спросила Айрина. — У них есть свой подход к травам, вдруг он сработает.

— А это мысль! — обрадовалась я.

— Ни за что! — хором прокричали Мира с Катариной, одинаково выпучив глаза. — Это всё наше! Травы — нам! Серена! Мы твои подруги, а не они!

Их пришлось успокаивать уже куда дольше, объяснять и уговаривать. Кое-как сошлись на том, что я буду делить травы под их чутким присмотром, потому что ведьмам они не доверяют. Но и, справедливости ради, себе не доверяют тоже.

«Это ведь временно, да? И ради благой цели? А потом всё будет доставаться нам, да?» — постоянно бубнили они мне на ухо.

Я едва держалась, чтобы не просветить их о скоротечности бытия. Подарки мы получаем до поры до времени — пока ректор не проведает о моей наглости и не обяжет студентов приносить разные полезности ему или кастеляну. Или ещё кому-нибудь, но не нам!

Кажется, жадность заразна.

День пролетал за днём, бал приближался. Я ждала его с огромным нетерпением.

По согласованию с руководством академии, нас с Никиасом должны доставить в поместье Фойтисов за полчаса до начала мероприятия, и ни минутой раньше.

К моему ужасу, отменить вечернюю тренировку ради такого случая никто и не подумал. Более того, де Луар сообщил, что я буду до последнего работать в лекарском крыле, так что одеться, накраситься и сделать причёску мне придётся в личных покоях, любезно выделенных леди Фойтис.

Полчаса на сборы к балу!

Полчаса!

Сказать, что это издевательство — ничего не сказать. Единственный бал за полгода — и такие условия! Сплошной стресс и несправедливость!

Когда я рассказала об этом девочкам, Таяна вызвалась пойти и лично разобраться с ректором и его методами. Однако её порыв, хоть он и был приятен, всё же пришлось остудить.

— Девочки, до Зимнего бала я должна излечить как можно больше студентов и сделать это как можно незаметнее. Сами понимаете, стандартная комиссия перед практикой в другом мире — самое подходящее время. Так что деваться некуда. Совпало не очень удачно, но что поделать?

— Причёска — не проблема, — выступила Крис. — У меня есть чудо-средство из другого мира, оно даже законно ввезённое, так что спокойно возьмёшь с собой. Или я уложу тебе волосы — там дел минут на десять максимум, у меня рука набита. Потренируемся заранее, и всё.

— А макияж? Мы не можем здесь её накрасить, ведь Серене придётся идти через всю территорию Сантора, а это прямое нарушение правил, — напомнила Мира.

— Если вас будет переносить Эйнар, можно попросить сделать это от двери женского общежития, — заметила Бри.

— Скорее всего, мы встретимся в кабинете ректора и уже оттуда перейдём, — развела я руками.

— Тогда сделаем традиционный вариант «отсутствующего» макияжа, пока Крис будет вить тебе локоны. А ты уже добавишь цвета там, у Фойтисов, если останется время, — решила Таяна. — Хотя твоя главная задача — не поражать всех своей красотой, а разобраться во всём этом безобразии и нас спасти. Информационный вакуум меня нервирует. Папа отчего-то не отвечает на мои вопросы, мама пишет о балах и моде, брат вообще забыл о моём существовании — целый месяц ни ответа ни привета.

В день икс, как назло, не заладилось абсолютно всё, что только могло не заладиться. Мы даже умудрились поспорить с Недди, хотя обычно работали душа в душу. Она настаивала, чтобы я подлечила одну девочку; я же боялась раскрыть дар, особенно в условиях полувоенного положения.

— Ты обязана, Серена! Дар даётся нам свыше не для того, чтобы мы его заперли и позволяли людям страдать. Её исключат, если она не выйдет отсюда здоровой.

— Недди, ты знаешь, мне нельзя! — горячилась я. — Нельзя! Запрещено!

— Святая Эйри! Ну когда ты начнёшь принимать решения, не оглядываясь на родителей? — в сердцах высказалась моя наставница и, бросив полотенце на мою только что излеченную ногу, торопливо выскочила за дверь.

Слова упали на благодатную почву.

Я и без того много думала о том, что не использовать дар — это преступление. Пойти на сделку с совестью ради того, чтобы выжить, не так просто, когда тебя с пелёнок учат дышать ради Арратора и его людей. А для такой правильной девочки, как я, — вдвойне тяжело.

Но деваться некуда. Излечить девушку не проблема, но не привет ли это от её величества? Недоверчивая, подозрительная и жестокая фурия запросто может дополнительно проверить меня таким вот образом. Доверять нельзя никому.

Что же касается родителей, а больше даже отца и старшего брата, двух главных интриганов семьи… Я действительно живу их идеями и интересами. Я их разделяю. И всегда ставлю интересы семьи выше собственных.

Это правильно. Это хорошо. Так должно быть.

И да, я знаю, чего хочу. Или, вернее, кого. Но ведь нельзя. Нельзя.

Лечить нельзя.

Любить нельзя.

Врать нужно и можно. Такова участь аристократии. Мы — винтики огромного, хорошо отлаженного механизма.

Мне не исполнилось и двадцати, а на моих хрупких женских плечах уже гранитная скала обязанностей и ответственности. Я почти не отдыхаю, не расслабляюсь и не получаю от жизни удовольствия.

И это я ещё, хвала Эйри, не принцесса или королева!

Ужас в том, что, вне зависимости от успеха предприятия, дальше будет только хуже. И время, проведённое в КАМ и Санторе, я буду вспоминать как самое очаровательное, весёлое, восхитительное и относительно свободное.

Прав ли Оганер де Луар? Я рождена для того, чтобы править? Я не смогу жить жизнью простой жены и матери, аристократки, леди-учёной? Мне всегда нужен будет адреналин от придворных и политических интриг, как ему самому?

Чем дальше, тем больше я в этом сомневаюсь.

Но нам с Эйнаром не оставили выбора. Мы — дети двух сильнейших родов Арратора. И сами — сильнейшие. Семья матери младшего Риварда обеспечит поддержку соседнего королевства при смене власти. Я смогу раскрыться и исцелю огромное количество людей. Полезно для короны и страны? Полезно. Как ни крути, более подходящего союза не сыскать.

Поговорить бы откровенно с Эйнаром, но из него слова лишнего не вытрясешь. Он связан клятвами сильнее большинства, ведь по долгу службы слышит, видит, знает куда больше остальных. Да и характер драконий. Те всё гребут под себя да в защищённую пещеру. И информация — не исключение.

Может, на балу удастся перемолвиться словечком? Но как? Мы ведь снова или игнорируем, или ненавидим друг друга, чтобы не нервировать её величество.

Закончив с работой в лекарском крыле, я в прямом смысле слова полетела в общежитие. Полезный и нужный навык левитации, натренированный благодаря занятиям Тляна, брюки вместо коварной юбки и волшебный браслет на запястье позволяют мне хулиганить и иногда заходить домой через окно. Ноги иногда отказывали после целого дня занятий, двух ударных тренировок и трёх часов на ногах в лекарском крыле. А если посидеть в библиотеке и дать мышцам остыть — вообще пиши пропало, только магией и спасаемся.

Душ, слабо мерцающий парфюмированный порошок на тело, чёрное ученическое платье, причёска, лёгкий макияж. Хоть здесь всё прошло без запинки. Мы действовали слаженно и в чёткой, заранее отрепетированной последовательности — как настоящая маленькая женская армия.

— Успели! — радостно воскликнула Бри. — Потанцуй там за нас всех. И посмотри, как себя ведёт герцог Ривард с молодыми девицами. А то, может, и у меня будет повод вырваться на бал и проследить за своей собственностью, — зловеще расхохоталась она.

— Будет исполнено, — с нервным смешком ответила я. — Но про герцога всё же лучше так не шутить.

— Мне до зимних каникул нужно определиться со стратегией и подготовиться к непростому разговору с отцом, а меня штормит. Я его светлость почти два года не видела, — призналась Бри, но тут же одёрнула себя. — Так, мы вообще тут тебя на бал собираем. Не отвлекаемся! Будь там умничкой!

— Веди себя достойно и строй глазки мужчинам. Подразни своего дракона, если он будет, — посоветовала Айрина.

— И лучше ничего не ешь, — вставила Мира. — Балы леди Фойтис имеют дурную репутацию.

— Да, я слышала, после них организуют много случайных, то есть хорошо спланированных свадеб, — поддержала Фредерика. — Винят алкоголь, но всё же следи и за едой.

— Всё, пойдём, отведём тебя к ректору, а то так и от зависти умереть можно, — засуетилась Таяна, взяв меня за руку. — Ох, как хочется потанцевать, сил нет.

— Я для дела, девочки.

— Да понимаем. Хорошо, благодаря твоему членству в жюри конкурса красоты у нас есть пять резервных мест на зимний бал, — расхохоталась Бри. — Кто не получит зачёт, всё равно имеет допуск. Всё, девочки, в путь!

Мы в полном составе прибыли в вотчину леди Бон, где нас ожидали мужчины: господин ректор, Никиас, Роальд, Варн и Эйнар.

Сердце радостно дрогнуло, хоть я старалась и не смотреть на «любимую драконью рожу». Сам же боевик выглядел по-деловому строго и в мою сторону даже не глядел, больше общался с ректором Кранстоном.

— Ник, смотри за нашей девочкой! — напутствовала Таяна. — И не пейте там вина: оно у Фойтисов коварное, можно попасть в неловкую ситуацию.

— Будет исполнено! — его высочество, дурачась, отдал честь и подмигнул девчонкам.

Одетая в простое платье, на фоне разряженных в парадную чёрную форму мужчин я чувствовала себя немного неловко. Но деваться некуда. Все мои бальные платья украшены таким количеством артефактов, что доверять их почтовой службе академии родители не рискнули. А оставлять единственную и любимую дочь без защиты — ещё опаснее. Так что в полчаса на сборы у леди Фойтис входит и переодевание.

— Роальд, Варн, Эйнар, — ректор привлёк внимание троих мужчин, — вы мне головой отвечаете за Серену. Глаз не спускать!

— А Ник? Его безопасность для нас всегда в приоритете, — возмущённо уточнил Варн.

— А Ник будет под присмотром её величества. Она в десятый раз за неделю передумала и десять минут назад решила почтить мероприятие своим визитом. То-то Фойтисы обрадуются! — хохотнул Кранстон. — Даже не уверен, что им сообщили.

— Через стандартный телепорт? — Эйнар вытаращил глаза. — Или это вы так уведомляете, что у меня сегодня напряжённый рабочий вечер?

— Второе.

Таяна толкнула меня бедром.

— Будь осторожна, что-то мне это всё не нравится, — шепнула она, только подбросив дров в костёр моих сомнений.

— Время, — бесстрастно напомнила леди Бон.

— Да, бегите, ребятки. Смотреть тошно, как вы идёте танцевать без нас, — вздохнула Бри.

Наскоро попрощавшись с девчонками, вошла в арку телепорта, открытого сразу на жилой этаж дома Фойтисов. Эйнар постучал в ближайшую дверь, откуда почти сразу птичкой выпорхнула мама.

Я и пикнуть не успела, как меня втянули в небольшую, роскошно обставленную комнату, в четыре руки облачили в любимое зелёное платье, украсили фамильными драгоценностями и только после этого обняли.

— Милая, я так скучала! — выдохнула мама. — Как ты?

— Я в центре магической бури, мам. Страшно, неприятно, непонятно, но получаю удовольствие.

— Дело ли — изучать магические бури. Лучше бы замуж вышли и нам ребёночка родили, — пробурчала Руфи — любимая нянюшка и член нашей семьи. — Дома теперь тишина гробовая.

Я едва сдержала слёзы. Как же я по ним скучала! И ведь мамуля специально взяла её с собой, чтобы меня порадовать. Хоть несколько мгновений в кругу родных и близких, по-настоящему любящих и преданных, — что может быть лучше?

— Руфи, полно тебе, — пожурила мама. — Дай девочке отдохнуть.

— А то ей кто даёт отдохнуть. Всю жизнь учат, учат, заставляют что-то делать, — продолжала бурчать нянюшка, кружа по комнате. — Ни детства у нашей малышки не было, ни юности — только учебники и полигоны. Одно дело — мальчишек гонять, но не нашу же куколку. Она такая нежная, хрупкая, о ней заботиться нужно, а не в военные академии засылать. Вон как похудела.

Мама смущённо улыбнулась. Спорить с нянюшкой бесполезно — у неё всегда на всё своё мнение. Но за то и любим.

— Так, как ты, Руфи, никто о нас не позаботится, — дипломатично заметила я, подкрашиваясь перед зеркалом.

— Чего это не позаботится? Выходи замуж за дракона, будет тебе всё: и бури магические, и бури страсти…

— Руфи! — воскликнула мама.

— Но не некромант же! Сердце за птичку нашу болит, — со слезами на глазах обернулась к нам нянюшка. — Тебе ведь нравился тот мальчик, ты сама говорила.

Я тут же оказалась рядом. Обняла пожилую, бесконечно любимую нянюшку, зашептала слова утешения. От неё, как и прежде, пахнет мёдом и мятой, а ещё — духами, что я ей подарила. Тоскует. По-настоящему, по-простому, по-честному.

Сделала глубокий вдох, заряжаясь этими искренними, глубокими чувствами, и незаметно для Руфи просканировала и подлечила её тело. Нечего мне тут болеть! Ишь!

— Серена, пора идти, — напомнила о времени мама. — Милая, будь осторожна. Мне не нравится, что тебе выделили отдельные покои вдали от нас и других девочек.

— Как так?

— Распоряжение де Луара. Твоя комната зажата между покоями его высочества и молодого Риварда. Сказали, из соображений безопасности. Но на сердце неспокойно. Неправильно всё это.

После ночёвки под открытым небом, бок о бок с несколькими мужчинами, я уже не воспринимаю соседство противоположного пола как нечто ужасное и непристойное. Комнаты разные? Разные. Защиту поставлю? Поставлю.

— Не волнуйся. Уверена, его светлость всё предусмотрел и проконтролировал, чтобы я ночевала в безопасности. Он перед отбытием из академии поручил парням меня охранять, — успокоила я мамулю, взбудораженную нарушением приличий. — Главное, лишний раз не афишируй. Пусть все думают, что я в соседней с вами комнате или на девичьей стороне. Или вообще в Санторе!

— Ты так изменилась, милая. Серена, чуть не забыла, — уже у двери спохватилась родительница, — де Луар велел передать, что по официальной версии все девушки были приглашены на бал. Обязательно им сообщи.

— А приехала я одна, так как девчонки получили направления на практику в другой мир? — догадалась я.

— Да.

— Отлично, спасибо. Пойдём, мам, нас ждут.

— Лишь бы не неприятности.

— Да уж. Но как без них?