Глава 24. Встреча в темноте

Миссис Рид жестом приглашает всех внутрь, и мы возвращаемся в столовую. Реджина недовольно оглядывается, отсутствие Дэмиана раздражает её даже больше, чем директрису. Наш короткий разговор не укрылся от Реджины, и теперь она бросает в мою сторону злые взгляды. Однако сейчас меня больше интересует Энн. Тычу в магбраслет, надеясь, что он заработает, но без толку. Проклятье! Придётся везти его к мастеру в Истерфорд, если, конечно, миссис Рид отпустит меня из Нотингейла, а не запрёт в стенах замка до конца учебного года. – Всё нормально? – Виктор пытается снова поймать мою руку, когда мы подходим к нашему столу. Я не слишком изящно выдёргиваю рукав из его пальцев, высматривая бывшего директора среди преподавателей. Приезжие смешаваются с учениками Нотингейла. Сначала чувствуется всеобщая напряжённость, но она уходит по мере того как все здороваются со всеми. – Извини, мне надо поговорить с мистером Бэнкрофтом, – нервно бросаю Виктору, игнорируя подвинутый для меня стул. Оставляю парня с тремя незнакомыми девушками из академии королевы Милании, надеюсь, это его отвлечёт. Миссис Рид бросает на меня подозрительный взгляд, но я с невинной улыбкой обращаюсь к мистеру Бэнкрофту с вопросом об Энн. – Мисс Уолден задержалась на вокзале в Мейдвуде, сказала, что-то срочное, но в подробности не вдавалась. Я прикусываю губу. Это очень странно. С Энн станется задержаться из-за забытого платья или не того комплекта нижнего белья в сумке, но вряд ли она станет из-за этого сама ждать на вокзале посыльного. Скорее устроит разнос по магбраслету, поднимет на ноги всех служащих Уолденов и добьётся, чтобы позабытые вещи привезли в Нотингейл ещё до её приезда. Возвращаться к Виктору не собираюсь: полчаса на исходе, а Северная башня на другом конце замка. К тому же приезжие девушки атаковали парня со всех сторон. Грех не воспользоваться случаем улизнуть потихоньку. Делаю знак Дженне за соседним столом, что ненадолго отойду, и как можно незаметнее выскальзываю из столовой. Пока иду тёмными пустыми коридорами замка, перебираю в уме все вопросы, которые хочу задать Дэмиану. Их так много, что я теряюсь, с чего начать. Но чем ближе подхожу к месту встречи, тем отчётливее понимаю, какую глупость делаю: встречаться наедине с парнем, от одного присутствия которого теряю контроль над телом… Вспоминаю наш поцелуй и застываю на месте. Мне нужно держаться от него подальше. Я совершенно точно не могу адекватно вести себя в его присутствии. Господи, я даже Дженне не сообщила, куда пошла! Если Дэмиан хочет поговорить, то лучше сделать это где-то поблизости от других учеников, а не в самой дальней части замка, куда сегодня точно никто не заберётся. До Северной башни всего один поворот коридора, но я не могу заставить себя сделать ни шагу. Разрываюсь от иррационального желания увидеть Дэмиана, хоть мельком прикоснуться к нему, и вопящей сиреной интуиции, кричащей, что ничего хорошего не выйдет. Выдыхаю, делаю шаг назад, ещё один. Хоть раз я должна поступить как правильно, а не вестись на поводу у эмоций. Пячусь спиной вперёд, не в силах развернуться. – Так и думал, что ты струсишь. Голос Дэмиана раздаётся за плечом, и я, не удержавшись, взвизгиваю от неожиданности. – Я же просила не подкрадываться! Крутанувшись на месте, чуть не врезаюсь парню в грудь. Он придерживает меня за локти, но я отступаю назад. Дэмиан всматривается в моё лицо, ощупывает взглядом, будто ищет признаки заразной болезни. – Как ты себя чувствуешь? – спрашивает он так заботливо, что я аж теряюсь на секунду. – Отлично, – отвечаю, как только беру себя в руки. – И будет ещё лучше, когда ты объяснишь, что произошло. Дэмиан засовывает ладони в карманы брюк, приваливается к стене у окна. – Прорыв незарегистрированного Источника, – пожав плечами, говорит он. – Такое случается, просто тебе не повезло оказаться в его Сердце. – Вообще-то я не о том. Что с Лиамом? Он потерял Источник? Из-за него Кэти прикована к магическому донору? Это он тянет её магию? Вопросы сыпятся один за другим, и я не считаю нужным сдерживаться. Мне требуются ответы, я чувствую, что подобралась к ним так близко, как никогда за всё время в Нотингейле. Однако я не учла одного: допрашивать Дэмиана – всё равно что пытать каменную стену. – Это обвинения? – спокойно спрашивает он, улыбаясь одними уголками губ. Я теряюсь от его невозмутимости. Он будто испытывает моё терпение: поцелуи, безразличие, угрозы, теперь вот спокойствие. Хочется капельку определённости. – Это желание знать правду, – наконец отвечаю после паузы. – Речь о моей сестре! Ты бы не хотел справедливости, если бы это был Лиам? Но всё впустую. Дэмиан не отводит взгляд от моего лица. Он будто пытается разглядеть каждую черту, скрытую полумраком, который не может разогнать одинокий магический светильник за моей спиной. Молчание затягивается, и я чувствую себя всё более неуютно. – Зачем позвал, если не собираешься отвечать на вопросы? – С вызовом задираю подбородок, чтобы не показывать свою слабость. – Если тебе нечего мне сказать, то я пойду. Прохожу мимо, но недостаточно быстро. Дэмиан ловит меня за ладонь. Он отступает от стены, шагает следом, но я отхожу ещё дальше, чтобы сохранить между нами расстояние в две вытянутые руки. – Постой… От его приглушённого голоса я вся покрываюсь мурашками. Ладонь горит от жара его пальцев, ласкающих запястье. Хорошо, что вокруг полумрак, и Дэмиан не видит, как густо краснеют мои щёки. Сердце пропускает удар, а потом колотится как сумасшедшее, когда он тихо говорит: – Я всё тебе расскажу, я же обещал. Мы шагаем навстречу друг другу. Вглядываюсь в его лицо: что если он обманывает, манипулирует мной? Что если всё это – очередная уловка, и Дэмиан просто поменял стратегию? Но как же хочется всецело довериться ему! – Точно? Когда? – шепчу я, чувствуя, как томительно тянет в груди от его прикосновений. – Надеюсь, скоро, – хрипло отвечает Дэмиан. Его вторая ладонь ложится мне на талию, притягивая ещё ближе. Я больше не могу сопротивляться электрическим разрядам, пронизывающим всё тело от каждого его движения. – Но сначала ты должна бросить от Виктора. Столь резкая смена темы застаёт меня врасплох. При чём тут Виктор? Что значит «бросить», ведь мы не встречаемся? Ладонь Дэмиана гладит меня по спине, и стоит большого труда вернуть ясность мысли, а не поддаться страстному желанию прижаться к нему. – О чём ты? – Упираюсь ладонью ему в грудь, отворачиваюсь, когда он склоняет голову, явно намереваясь закрепить свой успех поцелуем. – Хочешь, чтобы я бросила партнёра за четыре дня до бала? Дэмиан легко преодолевает моё сопротивление. Его губы скользят по щеке до уголка рта, и я гигантским усилием воли заставляю себя уклониться в последний момент. – Поменяйся с подругой, она тебе не откажет, – шепчет он на ухо. – Вы уже так делали. Злость вспыхивает отрезвляющим жаром. Так вот чего он добивается: и себе не надо, и другим нельзя! Мне будто отвесили пощёчину, таким жгучим становится гнев. Я выворачиваюсь из рук Дэмиана, чувствуя, как глаза застилают невольные слёзы. – Какой же ты эгоист! – Пихаю его в грудь раз, другой, заставляя отступить на шаг. – Держишь меня при себе, как бездомную собаку, то поманишь обещаниями, то пригрозишь шантажом! А на самом деле мои чувства для тебя ничего не значат. – Блэр… – Он снова протягивает ко мне руки, но я отшатываюсь прочь. – О, спасибо, наконец-то у меня появилось имя! – Слёзы душат, и я не могу больше кричать, боясь, что разрыдаюсь, как маленькая. Говорю глухо и скованно, даже не рассчитываю, что Дэмиан меня услышит: – Если ты так не хотел, чтобы я пошла на бал с Виктором, то мог пригласить меня первым… Прикусываю губу. Обида, копившаяся все две недели, поднимает голову, и по щеке скатывается одинокая слезинка. Нужно бежать. Если Дэмиан почувствует мою слабость, если хоть чуть-чуть заподозрит, что я влюблена в него, как последняя дура, то мне несдобровать. Словно гончая, почуявшая кровь, он будет преследовать меня, пока не наиграется вдоволь, а потом выбросит, словно ненужную вещь. Несколько шагов я пячусь, затем разворачиваюсь и припускаю вперёд по коридору. Кровь грохочет в ушах, я не разбираю дороги из-за дрожащей пелены слёз перед глазами. Где-то здесь должна быть лестница вниз, к столовой. Умыться, привести себя в порядок и вернуться, сделав вид, что ничего не было. Слишком много событий для одного дня. Хочу забыть всё произошедшее хотя бы на время. Оступившись, я чуть не лечу вниз головой по ступенькам. Дэмиан ловит меня в последний момент, прижимает к себе. – Не смей! Отпусти меня! Отпусти… Мои крики ничего не решают. Он оттаскивает меня обратно в коридор, всем телом вжимает в стену, отрезая любые попытки сбежать. Его губы собирают слёзы, бегущие по моим щекам. Я отворачиваюсь: нельзя разрешить ему поцелуй, потому что тогда я совершенно точно потеряю себя навсегда. Сопротивляюсь из последних сил, колочу его кулаками по груди, но Дэмиан будто не замечает моего отчаянного отпора. Его пальцы обнимают мой затылок, тянут за волосы, заставляя задрать лицо навстречу. Когда наши губы соприкасаются, я предпринимаю последнюю попытку отвоевать свободу: мотаю головой, несмотря на пленённые волосы. И тогда Дэмиан кусает меня за нижнюю губу. От неожиданной вспышки боли я ахаю. Он тут же завладевает моим ртом, нежными касаниями языка заглаживая вину. Я застываю, чувствуя, как моё тело меняет хозяина, подчиняясь теперь только ему. Наши языки соприкасаются. Мои пальцы, ещё секунду назад кулаками колотившие Дэмиана по груди, сейчас цепляются за ворот его рубашки. Я тяну его к себе, сама привстаю на цыпочки, чтобы хоть чуть-чуть сравняться ростом. Требовательно целую в ответ, позабыв про скромность и неопытность. Он мой. Минуту, может две, если повезёт – пять он будет делать то, о чём я мечтала столько ночей подряд. Палец Дэмиана очерчивает контур уха, скользит по шее, и я не сдерживаю полустон-полувздох. Дэмиан убирает руки и разрывает поцелуй, но лишь для того, чтобы, подхватив меня под ягодицы, усадить на высокий подоконник. Теперь наши глаза находятся на одном уровне. Укол страха – вдруг он сейчас одумается? – заставляет крепче сжать коленями его бёдра. Я жадно тяну его к себе, обхватываю шею обеими руками. Дразнящие провожу языком по его нижней губе. Дэмиан тяжело выдыхает, накрывает мои губы своими, гладит спину горячими ладонями. – Ты только моя, поняла? – шепчет он, когда я выгибаюсь от волны жара, которую рождают его прикосновения. Его язык скользит от уха вниз по шее до ключицы. Верхняя пуговица моей рубашки покидает петлю. Дэмиан стаскивает ткань, оголяя плечо, и кусает за чувствительное место между шеей и лямкой бюстгальтера. Я приглушённо вскрикиваю, пульсирующая тяжесть внизу живота усиливается. – Моя, поняла? Я послушно киваю, но Дэмиана это не устраивает. Его язык прочерчивает дорожку обратно до уха, прикусывает мочку. – Скажи вслух. Горло пересохло от частого прерывистого дыхания. Я облизываю губы, пальцами зарываюсь в его волосы, притягиваю голову себе на плечо. – Я твоя, – шепчу еле слышно, но мне самой эти слова кажутся громом. Удовлетворённый выдох Дэмиана мурашками отдаётся во всём теле. Он неспешно целует мои губы, будто хочет запомнить их вкус, прижимается ещё теснее. Я опираюсь затылком о холодное стекло, не могу сдержать дрожь, когда его руки ложатся на мои колени. Юбка и без того задрана, но ладони Дэмиана скользят выше, туда где заканчивается край гольф. – Ты меня с ума сведёшь, – выдыхает он, осторожно проводя кончиками пальцев по обнажённой коже бёдер. Я закрываю глаза, сосредотачиваюсь на его нежных прикосновениях, на мягких губах на моей шее. Если Дэмиан пожелает взять мою невинность прямо здесь, на подоконнике в коридоре, я не подумаю ему отказать. Я совсем потеряла контроль. Не осталось других желаний, кроме как быть с ним – на любых условиях, при любых обстоятельствах. Теперь мне никогда не будет хватать воздуха, потому что только он может дать так необходимый мне кислород. – Обещай, что останешься здесь, со мной, что бы ни случилось, – вдруг шепчет Дэмиан. Он выпрямляется, обхватывает моё лицо ладонями. – Мне нужно время до завтрашнего полудня. Хмурюсь, не понимая, о чём речь. Большим пальцем Дэмиан проводит по моей нижней губе: тёплые искорки магии покалывают, когда он залечивает след от укуса. – Обещай, – настойчиво повторяет он. Я открываю рот, чтобы согласиться, как вдруг женский голос разрывает тишину коридора: – Вот это вряд ли, красавчик. – Каблуки цокают по камню, когда девушка поднимается по ступеням. – Да уж, не в таком виде я рассчитывала встретить тебя, Би.