Глава 28

Когда я осознанно шла в эту академию, я ожидала много всяких неприятностей, но даже в худших своих кошмарах не представляла, что мне придется провести восемь часов в парализованном состоянии рядом с парнем, который стал моим наизлейшим врагом. Пусть Лэнс и спас меня от тех ублюдков, но что-то подсказывало мне, что мой персональный ад еще далеко не закончился. Лэнс пугал меня. От него исходила энергетика такого дикого бешенства, что я бы все на свете отдала за возможность удрать от него подальше. Его взгляд будто прожигал насквозь, а он еще и смотрел на меня, практически не отрываясь! Сложно было понять, о чем он так напряженно думал, но мне очень не нравилось выражение его лица. Мало мне мучений с этим проклятым токсином, так еще и Лэнс упорно пытался убить меня взглядом… Я не понимала, почему он решил остаться со мной. Мог же просто уйти. Какое ему дело? Если он не собирался упиваться моим состоянием, то какого черта тогда торчал рядом? Или он решил дождаться окончания действия токсина, чтобы как следует на мне отыграться? И вообще, неужели он не мог хотя бы сбоку сесть? Зачем он сел прямо напротив и так неотрывно пялился?! Лэнс, видимо, все-таки устал сверлить глазами мое лицо и решил опустить взгляд на ноги. Хоть он и укутал меня в свою куртку, но она доходила только до середины бедра, оставляя большую часть ног обнаженной. И по тому, как он на них уставился, я снова почувствовала себя голой перед ним. Я попыталась сказать ему, чтобы он прекратил рассматривать меня, но снова вырвался лишь сдавленный хрип, и я застыла, борясь с болью. Это вывело Лэнса из очередного транса. Он нахмурился и слегка тряхнул головой, прогоняя вновь проявившиеся во взгляде золотые искры. Да что с ним такое вообще? Я впервые видела у оборотня такой взгляд. Не полностью желтые глаза, когда звериная сущность берет верх, а просто золотые искры. Это было очень необычно. Лэнс встал, поднял с пола мои брюки и подошел ближе. Я округлила глаза, когда он присел передо мной, явно собираясь меня одеть. Вытаращилась на него в немом удивлении, потому что это последнее, что я вообще могла ожидать от Лэнса. Но он вдруг явно напрягся. Протянул руку и нерешительно застыл, так и не прикоснувшись ко мне. Меня просто распирало от желания спросить, какого черта он делает. Луна, как же бесило, что я даже разговаривать не могла! Уж лучше бы меня парализовало на сутки, но с возможностью высказать всем все, что я думаю. Я же вообще не привыкла держать язык за зубами, что за пытка такая! Лэнс тем временем будто и сам разучился двигаться. Завис с ладонью в нескольких сантиметрах от моей ноги и все. Будто кто-то время остановил. Я уже решила, что он издевался, как он наконец сглотнул и все-таки дотронулся до моей кожи. Я почувствовала тепло его пальцев, но продлилось это всего секунду. Лэнс резко отдернул руку и пробормотал что-то невнятное, очень похожее на ругань. А потом швырнул мои брюки обратно на пол, встал и отвернулся. Я в шоке смотрела на его спину и вообще не понимала, что происходит. А Лэнс тупо пялился на стену и зачем-то глубоко дышал, будто решил устроить внезапный сеанс дыхательной гимнастики. Хотя так даже лучше. Пусть на стену смотрит, а не на меня. Сколько времени прошло? Час? Мне еще семь часов с ним сидеть… Я же с ума сойду! Лэнс очень долго медитировал, глядя на стену, и я уже успела расслабиться. Только подумала, что все не так уж и плохо – как он неожиданно снова повернулся ко мне. Оглядел, вновь задержавшись взглядом на моих ногах, и нахмурился. Принялся расстегивать свою рубашку, и я успела не на шутку напрячься, когда он снял ее с себя, представ передо мной с голым торсом. Если бы не токсин, у меня наверняка отвисла бы челюсть. И от самой ситуации, и от того, какое, оказывается, у Лэнса было идеальное тело. Никогда не считала себя ценительницей мужской красоты, но черт… Луна, что он задумал-то? Зачем разделся? Что происходит? Лэнс вновь опустился передо мной на корточки и принялся обматывать мои ноги своей рубашкой. Выглядело это настолько нелепо, что я даже отвлеклась от разглядывания его мощной груди и пресса и лишь недоуменно следила за движением его рук. Сначала он свою безразмерную куртку на меня напялил, теперь ноги обмотал рубашкой, словно мумию… Пока я пыталась понять скрытый мотив его действий, Лэнс неожиданно подхватил меня на руки, отрывая от пола, и твердо сказал: – Значит, так. Сейчас я отнесу тебя к себе. И даже не вздумай сопротивляться.