ГЛАВА 18 В которой Василиса находит тайный ход, Пряник и Химера ведут слежку, а Морган показывает своё лицо

После разговора с Магистрием Василиса вернулась в пекарню с тяжёлым сердцем, но с ясной головой. Она знала, что должна действовать быстро, иначе Серафима и её тёмный маг Морган опередят её.

Пряник сидел у неё на плече и напряжённо молчал — редкое состояние для него. Его пучок слегка подрагивал, а глаза были широко раскрыты.

— Ты думаешь о Моргане, — сказал он наконец, нарушая тишину. — Я чувствую. Он страшный? Он большой? Он кусается? Это важно знать, чтобы подготовиться.

— Я не знаю, — честно ответила Василиса, опускаясь на стул. — Магистрий сказал, что он сильнее Серафимы. Значит, он очень опасен. Но он не сказал, как он выглядит и что ему нужно, кроме книги.

— Я могу укусить его, — немедленно предложил Пряник, вставая на задние лапки. — Я умею кусаться. Я укушу его за нос, и он убежит. Даже если он большой. Я — маленький, но злой.

— Ты не сможешь укусить его за нос, если он даже не появится, — улыбнулась Василиса.

— Я могу найти его, — настаивал Пряник. — Я — фамильяр. Я чувствую магию. Если он где-то рядом, я найду его. Я выслежу его. Я — фамильяр-ищейка. У меня есть нюх. И аппетит. Это помогает.

Василиса погладила его по голове, и в её голове уже созревал план.

— Мы должны узнать, что они задумали, — сказала она. — И для этого нам нужна информация. Мы не можем сидеть и ждать, пока они нанесут удар.

— Я могу шпионить! — воскликнул Пряник, подпрыгивая. — Я маленький. Я незаметный. Я могу прятаться в мисках, под столом, за книгами, в цветочных горшках. Я — прирождённый шпион. Я могу даже молчать, когда нужно.

— Ты слишком громкий для шпиона.

— Это моя тактика, — возразил Пряник, поправляя свой пучок. — Я отвлекаю внимание громкостью, а потом наношу удар. Сложная стратегия. Я её придумал сам. Она работает. Почти всегда.

Василиса решила начать с пекарни. Она хотела убедиться, что там нет ничего подозрительного, что Серафима или Морган не оставили там ловушек или следов.

Она осмотрела каждый угол, каждую полку, каждый ящик. Пряник ходил за ней и комментировал каждый шаг.

— Здесь чисто. Здесь пыльно. Здесь лежит мука. Здесь лежит сахар. Я бы съел сахар. Но я не буду. Потому что я на задании.

И вдруг, за старым шкафом, который стоял в углу уже много лет, она заметила что-то странное. Стена была неровной, как будто за ней была пустота. Она провела рукой по поверхности и нащупала небольшое углубление.

— Пряник, — сказала она, — подойди сюда. Здесь что-то есть.

— Что там? — спросил он, подбегая и заглядывая ей за плечо.

Она нажала на углубление, и часть стены бесшумно отъехала в сторону, открывая проход в маленькую тёмную комнату. Оттуда пахнуло пылью и старыми травами.

— Это тайный ход, — прошептала Василиса. — Здесь кто-то был. И недавно.

Она вошла внутрь и зажгла свечу. В комнате стоял старый деревянный стол, на котором лежали бумаги. Она взяла одну из них и прочитала. Это были планы академии, с отмеченными местами, где хранятся древние артефакты. На полях кто-то сделал пометки — изящным, чуть наклонным почерком.

— Они ищут что-то, — сказал Пряник, заглядывая через плечо Василисы. — Может быть, другую книгу? Или что-то другое? Я чувствую, что это плохо.

Василиса нахмурилась, разглядывая пометки. Она чувствовала, что это связано с Морганом. Внизу карты, в самом углу, стояла подпись — «М.».

— Мы должны показать это Эдгару, — сказала она, пряча бумаги в карман. — Немедленно.

Когда она вышла из пекарни, Химера встретил её у двери. Он был взволнован: его хвост нервно подёргивался, а глаза были широко раскрыты. Он всё время оглядывался на главный корпус и тихо поскуливал.

— Что случилось? — спросила Василиса, наклоняясь к нему.

Химера зарычал и побежал в сторону главного корпуса, останавливаясь и оглядываясь на неё, будто звал за собой.

— Он хочет показать нам что-то, — сказал Пряник, соскальзывая с плеча Василисы и приземляясь на пол. — Я иду за ним! Это шпионская миссия! Я готов!

— Я с вами, — сказала Василиса, и они побежали за Химерой.

Он привёл их в старую башню в восточном крыле академии. Там жил один из преподавателей — молодой дракон по имени Алдрик. Он был новым в академии, появился всего пару недель назад, и казался очень тихим, почти незаметным. Он всегда ходил с опущенной головой и избегал встреч с другими преподавателями.

Химера остановился у двери его комнаты и начал скрестись, царапая дерево.

— Ты думаешь, он связан с Морганом? — спросила Василиса, чувствуя, как внутри поднимается тревога.

Химера кивнул и тихо зарычал, глядя на дверь.

— Я тоже подозреваю его, — сказал Пряник, забираясь на подоконник и заглядывая в щель между штор. — У него глаза слишком хитрые. И он вечно что-то носит в кармане. Я видел. Он прячет туда бумажки.

— Ты не можешь судить о человеке по карманам, — улыбнулась Василиса.

— Я могу судить о человеке по тому, как он смотрит на пирожки, — возразил Пряник. — А он смотрит на них с подозрением. Это нечестно. Нормальный человек смотрит на пирожки с любовью.

Василиса решила подойти к двери и прислушаться. Из комнаты доносились тихие голоса. Она не могла разобрать слов, но чувствовала, что происходит что-то важное.

— Нам нужно узнать, что он делает, — сказала она, прижимаясь ухом к двери.

— Я могу подслушать! — сказал Пряник, спрыгивая с подоконника. — Я маленький. Я пролезу под дверью.

— Ты слишком пушистый.

— Это моя суперсила, — сказал Пряник, вставая на задние лапки. — Я могу быть незаметным, даже когда я пушистый. Я сожмусь.

Он попытался пролезть под дверью, но застрял ровно посередине. Его пушистое тельце застряло, а лапки беспомощно дрыгались в воздухе. Василиса, сдерживая смех, нагнулась и вытащила его за хвост.

— Это была сложная миссия, — сказал он, отряхиваясь и поправляя пучок. — Я почти справился. Ещё немного, и я бы проник внутрь.

Тем временем дверь открылась, и Алдрик вышел. Увидев Василису, Пряника и Химеру, он вздрогнул и побледнел. Его лицо напряглось, а руки начали нервно теребить край мантии.

— Что вы здесь делаете? — спросил он, стараясь говорить спокойно, но его голос дрожал, выдавая страх.

— Я хотела поговорить с вами, — сказала Василиса, глядя ему прямо в глаза. — Вы недавно приехали в академию, и я хотела бы узнать, как вы устроились. Если вам нужна помощь, я всегда рядом.

— Всё хорошо, — сказал Алдрик, нервно оглядываясь по сторонам. — Мне очень нравится здесь. Прекрасное место. Прекрасные люди.

— Он врёт, — прошептал Пряник, дёргая Василису за рукав. — Я чувствую ложь. Он пахнет страхом. Как мышь перед котом.

Василиса решила не давить. Она поблагодарила Алдрика и ушла, но теперь была уверена: он связан с Морганом. Возможно, он работает на него из страха, а не по убеждениям. Но это делало его не менее опасным.

Вечером Василиса показала бумаги Эдгару. Он нахмурился, внимательно изучая их при свете свечи.

— Это планы академии, — сказал он. — Кто-то хочет украсть артефакты. И, судя по почерку, этот кто-то — Морган.

— Я думаю, он ищет что-то большее, — сказала Василиса. — Возможно, другую книгу. Или артефакт, который даст ему силу.

— Мы должны остановить его, — сказал Эдгар. — Но для этого нам нужно знать, где он находится. Мы не можем вечно ждать его удара.

— Я могу найти его, — вызвался Пряник, запрыгивая на стол. — Я — фамильяр. Я чувствую магию. Если он где-то рядом, я найду его. Дайте мне только время и немного пирожков для подкрепления.

— Тогда иди, — сказала Василиса. — Но будь осторожен. Если он заметит тебя, не рискуй.

Пряник запрыгнул на плечо Химере, и они вдвоём отправились на разведку в ночь.

Ночь была тёмной и тихой. Луна скрылась за облаками, и лишь редкие звёзды освещали тенистые коридоры академии. Пряник и Химера крались по ним, как тени. Пряник время от времени останавливался и принюхивался, его носик трепетал, улавливая следы магии.

— Я чувствую его, — сказал он. — Он где-то рядом. Пахнет холодом и старыми книгами.

Химера зарычал в знак согласия и ускорил шаг.

Они подошли к старой башне, той самой, где жил Алдрик. Из окна лился тусклый свет свечи, отбрасывая длинные тени на стены.

— Мы должны заглянуть внутрь, — сказал Пряник, стараясь говорить шёпотом.

Химера бесшумно взлетел на подоконник и заглянул в окно. Пряник взобрался ему на голову, ухватившись за его мягкие уши, и тоже посмотрел.

В комнате сидел Алдрик, бледный и напряжённый. Перед ним стояла Серафима — высокая, в чёрном платье, с холодной улыбкой на губах.

— Книга у неё, — говорила Серафима, и её голос звучал как шипение змеи. — Но она не отдаст её добровольно. Она слишком упрямая. Слишком гордая.

— Я знаю, — сказал Алдрик, опуская голову. — Но я могу помочь тебе. Я знаю, где она хранит книгу. Я видел, как она прятала её в пекарне.

— Хорошо, — усмехнулась Серафима, и в её глазах мелькнул холодный огонь. — Тогда завтра ночью мы её заберём. Она не будет ждать.

Пряник вздрогнул и чуть не свалился с головы Химеры. Его сердце забилось быстрее, а лапки похолодели.

— Мы должны сказать Василисе, — прошептал он, стараясь не дышать. — Быстро. Очень быстро.

Они бесшумно спустились с подоконника и, не оглядываясь, побежали обратно в пекарню, растворившись в ночи.

Когда они рассказали Василисе всё, что видели, она побледнела. Её руки дрожали, а голос сорвался на шёпот.

— Она знает, где книга, — сказала она. — Завтра ночью они придут за ней. Мы должны спрятать её. Немедленно.

— Я знаю где! — сказал Пряник, запрыгивая на стол. — В моей миске! Я уже говорил! Там много муки! Она зароется в муку, и её никто не найдёт! Это гениально!

— Это не сработает, — сказал Эдгар, качая головой. — Они будут искать в пекарне. Они обыщут всё. Мы должны быть хитрее. Мы должны использовать книгу как приманку.

— Что ты предлагаешь? — спросила Василиса, глядя на него.

— Мы подменим книгу, — сказал он. — Подложим фальшивку. А настоящую спрячем в надёжном месте, где они не догадаются искать.

— Я знаю место! — воскликнул Пряник, вскакивая на задние лапки. — В библиотеке! Там тысячи книг! Никто не найдёт одну среди них! Это идеальное укрытие!

Василиса посмотрела на Эдгара, и он кивнул.

— Это хорошая идея, — сказала она. — Мы сделаем это завтра утром. А пока, — она взяла книгу в руки и почувствовала, как та теплеет в ответ, — мы будем ждать.

Она прижала книгу к груди и закрыла глаза. Книга пульсировала теплом, словно говоря: «Я с тобой. Я верю тебе. Мы справимся».