Глава 40. Предательство

Все с нетерпением смотрели на нашу пару в ожидании шоу. Каждый ожидал приказа со стороны принца. Это ведь так забавно! Так весело наблюдать за унижением другого человека! Во всяком случае, до той самой поры, пока этим самым «униженным» не становишься ты сам. Аш с замиранием сердца смотрел в мою сторону. Он ничего не мог сделать. Только слегка дрожал, но и эту дрожь замечала только я. Алые глаза широко распахнуты, в то время как лицо не выражало никаких эмоций. Чёрт… И что он творит? Пусть хотя бы улыбнётся. Конечно, понимаю, что, как говорится, «против лома нет приёма». Всё же девятый круг магии, но хотя бы улыбнуться и показать этакое спокойствие он обязан. Иначе все догадаются, что тут что-то не так. Стоило мне об этом подумать, как Аш резко улыбнулся. Причём было заметно, что улыбается он против воли. Взгляд озадаченный. Но усмешка на губах давала всем понять, что у принца всё под контролем. Ох, если бы! Я же, в свою очередь, поняла, что мне не нужно произносить приказы вслух. Он понимает их мысленно. Сам, конечно, их не слышит, но исполняет без замедления. Вон как удивлён. А ведь это кроме нас никто не замечает. Тут же решила этим воспользоваться. Все уже, даже не задумываясь, решили, что из дуэли победителем будет принц. Так пусть всё так и останется. Без предупреждения принялась прыгать на месте. – Что?.. – ахнула я, удивлённо смотря по сторонам. – Как это?.. Хватит! Все тут же громогласно засмеялись, получая желаемое. Да уж. Иного от них и не ожидаешь. Придётся немного подыграть им, но зато всё в итоге останется в тайне. – Прекратите! – демонстрировала злость, но от этого всем становилось только смешнее. Глянула в сторону удивлённого принца и мысленно приказала ему щёлкнуть пальцами. Тот тут же исполнил приказ и, как по сигналу, я принялась не только прыгать на месте, но и использовать руки. То есть одной рукой гладить себя по голове, второй прихлопывать по животу. – Как это она? – задавались вопросом студенты, но продолжали смеяться пуще прежнего. – Да какого чёрта?! – кричала во всю. – Думаете, вам это сойдёт с рук?! Довольно! Но, разумеется, прыгать я не перестала. Наоборот, приказала принцу снова щёлкнуть пальцам, и тот тут же исполнил приказ. После чего я уже не кричала, а высунула язык. И прыгала молча, демонстрируя свой язык. – Браво-браво! – воскликнул преподаватель, хлопая в ладоши и приближаясь к принцу. – Отдаёте приказы телепатически? Ох, меньшего от представителя королевской семьи и не ждёшь. Ваши таланты уникальны, Ваше Высочество! Что ж… Думаю, на этом достаточно. Поэтому прошу… Переходим к следующей паре. Принц вновь щёлкнул пальцами, и я мешком рухнула на пол, тяжело дыша. Всем демонстрировала, что меня отпустили. Но хихиканье не прикатилось. Поднялась на ноги, при этом принцу приказала, чтобы тот вёл себя естественно и молчал о происходящем. Сама же поспешила покинуть аудиторию. Меня никто больше не задерживал. Да и, пройдя «практическое занятие», те, кто проиграл, здесь больше оставаться не хотели. И этим воспользовалась я, демонстрируя своё поражение. *** Старалась не бежать, но всё же шла довольно быстро, в надежде как можно быстрее покинуть учебный корпус и вернуться в общежитие для горничных. Не нравится мне здесь. Да и работы скопилось предостаточно. Лучше уж там сидеть сутками, чем на этом безумном занятии. Проходила поворот за поворотом, с радостью подмечая, что на встречу мне никто не попадался. Но, видимо, рано радовалась, так как не успела я дойти до выхода всего каких-то два поворота, как столкнулась со студентами. И не с кем-то посторонним, а со свитой Шарлин. Все как на подбор. Причем самой Шарлин не было, но это не столь удивительно. Удивила та, кто был среди этих фурий. А именно моя подруга Софья Верн. Та, кого я уже так давно пытаюсь отыскать и поговорить. Она, в отличие от меня, не была одета в форму горничной. Более того, волосы девушки были ухожены и идеально уложены. Наконец-то избавилась от этого своего вечного лохматого пучка. К тому же, она стала пользоваться косметикой? Такая живая и… здоровая? В моих глазах Софья и раньше была весьма привлекательна, но сейчас она выглядела просто потрясающе. Я бы с удовольствием об этом сказала, произнеся пару неумелых, но искренних комплементов, если бы не эти усмехающиеся лица девушек из свиты Шарлин. От одних этих волчьих оскалов мне становилось не по себе. Всё тело напряглось, а инстинкты буквально кричали разворачиваться и убегать назад. Но если я так поступлю, то больше не увижусь с Софьей. Она вновь начнёт прятаться или избегать меня. Мы должны поговорить, даже если она этого не хочет. – Софи, – позвала я, мягко улыбаясь и делая осторожный шаг в её сторону. Словно боялась спугнуть. – Ты прекрасно выглядишь. Рада, что у тебя всё хорошо. По правде сказать, я сильно переживала, так как боялась, что у тебя проблемы. Софья молчала. Она даже не смотрела мне в глаза. Не могла. Словно что-то мешало ей. Просто опустила взгляд и сильно нахмурила брови, поджав при этом губы. Что-то не так, но что именно, понять невозможно, пока мы нормально не поговорим. Я переживала, что её морят голодом или вообще бьют. А учитывая, с какой компанией она связалась, в этом не было ничего удивительного. Но нет… Девушка выглядела весьма здоровой. Даже лучше, чем была до этого. Здоровый румянец на щеках, отсутствие недосыпа в виде синих мешков под глазами, да и всё тело буквально сияет здоровьем. Возможно, перемены, к которым Софи стремилась, к лучшему? И я напрасно переживаю? Ведь не зря говорят, что каждый выбирает себе своё счастье. – Леди Джозелин, – бросили девушки, замечая, что я их полностью игнорирую. – Как хорошо, что мы с вами встретились. Если быть честной, то леди Софье есть что вам передать. Что она несёт? Если бы хотела мне что-то передать, то давно уже это сделала. На кой чёрт я им сдалась? Лучше вообще не отвечать на их вопросы. – Ну же! – воскликнула другая, слегка подтолкнув Софью в плечо. – Будешь и дальше тут стоять? Сама ведь знаешь, насколько бесценно время. На это Софи нахмурилась ещё сильнее, и её лицо как-то посерело. Она словно в одно мгновение разучилась дышать. И вот с каждой секундой из здоровой и полной жизнью девушки передо мной появлялось нечто усталое, измученное, серое, забитое и отчаянное. – Софи?.. – осторожно и тихо позвала девушку, не понимая, от чего такие сильные перемены. Даже шагнула к ней ещё ближе в надежде хоть как-то помочь. Но тут… Губы девушки зашевелились. Я не слышала слова, однако всё тело Софьи окружило серебристое свечение, говорившее о применении магии. Не успела поинтересоваться, что это за заклинание, как уже в следующее мгновение почувствовала резкую острую боль на своих ногах. Словно кто-то ударил меня хлыстом сзади по коленкам. Да так, что там тут же стало безумно больно. Не удержала равновесие и с оханьем рухнула на колени перед девушками. Украдкой глянула на свои голени. Кровоточат… И сильно. Что?.. Это Софья меня так? Но почему? Мне было больно, но всё равно растерянно посмотрела на Софи. Свою лучшую подругу, чтобы понять… зачем? Однако это было только начало. В тот момент, когда я поняла голову, то увидела, что в руках у Софьи был какой-то круглый пузырёк с прозрачной жидкостью. Рука девушки дрожала и побледнела настолько, что стала отдавать слегка синевой, но всё же Софья Верн вытянула ладонь над моей головой и вылила содержимое мне на лицо. Первую секунду я ничего не понимала. Не осознавала того, что происходит. В какой-то мере даже не верила. Отказывалась верить. Однако уже в следующее мгновение реальность дала мне понять, что всё взаправду. Острая и жгучая боль пронзила всё моё лицо и особенно глаза. Казалось, словно сама кожа плавится, принося нестерпимую боль. Меня сразу же окружила адская агония и оглушающий вопль. И я не сразу осознала, что этот вопль также принадлежит мне. Я ничего не видела. Ничего не слышала. Не понимала, что происходит вокруг. Была только одна боль. И хоть в основном она была сосредоточена на лице, болело также и сердце. Словно тысяча мелких игл вонзились тебе в грудь, мешая дышать. Наверное, именно так ощущается предательство. И всё-таки я не понимаю… за что? *** Я была уверена, что умерла. Иной путь оказался бы просто чудом. Но, по всей видимости, именно это чудо и произошло со мной. Трудно сказать, сколько прошло времени, когда я пришла в себя. Однако не могла ничего видеть, да и сказать ничего не могла. На лице и горле имелся толстый слой бинтов. В принципе, мне даже дышать было больно. Но, по всей видимости, я сейчас находилась в лазарете и лежала на одной из свободных коек. И, возможно, продолжала бы спать, если бы не громкий разговор со стороны. – То есть как не получится?! Вы хоть понимаете, что говорите?! Если вопрос в деньгах, то!.. – Ещё раз: вопрос не в деньгах, а в том, что это в принципе невозможно. Не знаю, откуда была взята эта кислота и кто её готовил, но она выжгла глаза, а также повредила голосовые связки. И это не учитывая того, какие сильные шрамы остались на лице, шее и даже плечах. Вылечить подобное даже магам восьмого круга не по силам. Скажите спасибо, что мы вообще сумели сохранить девушке жизнь. – Да разве это жизнь?! Чёрт!.. – первый голос определённо принадлежал Фаррелу. И похоже, он был в палате, требуя от лекаря хоть чего-то. Но те лишь разводили руками, давая понять, что, невзирая на всю существующую в мире магию, не в состоянии прыгнуть выше головы. Всё тело болело и ныло. Более того, из-за сильной слабости меня снова и снова бросало в сон. Второй раз, когда я пришла в себя, то слышала чей-то плачь. Детский плачь. – Как же так?.. Что же делать?.. Хлюп… Если бы только я был сильнее… Если бы я только знал… Хлюп… Это моя вина… мне так жаль!.. Мальчишка Арт. Он продолжал бубнить что-то о том, что произошедшее со мной целиком и полностью его вина. То он должен был быть со мной рядом. Что если бы не отходил ни на шаг, то ничего этого бы не произошло. Или вовсе он бы мог защитить меня, приняв на себя удар. Это казалось таким безумным и нелепым. Чего именно хотел добиться этот мальчишка? Ведь если бы эта дрянь попала на него, сомневаюсь, что бы вообще выжил. Именно с этой мыслью я вновь проваливалась в сон. На удивление ко мне приходило ещё несколько человек. В эти моменты я была словно во сне и толком не понимала, что происходит. Изредка осознавала происходящее. Вроде бы была Илайн, которая также рыдала и требовала справедливости. О справедливости и наказании преступника также говорил и принц Аш. Я была удивлена его приходу, особенно после последнего совместного занятия, но он наоборот, словно потеплел ко мне. Теперь не испытывал просто любопытство, но и что-то ещё. Возможно, сочувствие? Не знаю… Трудно судить лишь по одному голосу. Одно смогла осознать: никто даже не догадывается, кто это со мной сделал. Никто! А ведь, учитывая, что мы были друзьями, сомневаюсь, что кто-то подумает на Софью. Да что там… Я и сама бы никогда на неё не подумала. Но вот результат. Я лежу на койке и не в состоянии даже дышать нормально. Однажды я проснулась, но не от чьего-то голоса или шагов. Скорее просто почувствовала, что кто-то рядом. Это трудно объяснить. Но когда лишаешься возможности видеть, говорить и нормально двигаться, остальные органы чувств усиливаются, словно пытаются дополнить нехватку. Я знала, что в палате кто-то есть. Кто-то стоит поблизости и молча смотрит на меня. От этого становилось не по себе. Из-за страха и напряжения я вцепилась в простыню, сжимая её в комок. Кто это может быть? Снова Софи? Или просто какой-то студент решил позабавиться и понаблюдать за моими мучениями? Раздались приближающиеся шаги, и я вновь сжалась, понимая, что этот «кто-то» направляется прямо ко мне. Сердце забилось как сумасшедшее, что ещё немного и вот-вот выпрыгнет из груди. Голова начинала кружиться, а к горлу подступала тошнота. – Нет…, – одними губами произнесла я, но тут же замерла, когда почувствовала тепло грубой и большой мужской ладони. Кто-то взял меня за руку, как бы успокаивая и давая понять, что причинять вред не хотят. Я сразу поняла, кто это. Эмиль. Он также решил навестить меня, но так как он вообще редко говорит, сомневаюсь, что я бы его так просто узнала. И всё же сердце успокоилось. Его прикосновения к моей руке не были жесткими и не приносили боли. Чувствовала, что поверхность на его ладони имела слегка суховатую и шершавую структуру. Но даже так она казалась такой нежной и ободряющей. Сейчас, даже если он и захочет мне что-то написать, я вряд ли узнаю. Он молчит из-за личных травм, а я просто не могу говорить. Уже не могу. И ничего не вижу. Эмиль приподнял мою руку и поднёс к своему лицу. Не знаю, для чего это, но, по всей видимости, он предлагает узнать, каков он. В прошлый раз, когда мы были на улице, я практически увидела его лицо, но нам помешали. Сейчас в палате лишь только мы. Я не смогу увидеть, но всё же… Вначале я ощутила его густые волосы, которые прятали половину лица, но после наткнулась на тугую маску, за которой скрывалось лицо. Мне всегда было интересно, почему? Почему он так отчаянно скрывает своё лицо? Что же там за маской? Пальцы проникли под тонкую ткань, после чего почувствовала мягкие губы, из которых доносилось обжигающее дыхание. Маска спустилась к шее, благодаря чему мне больше ничего не мешало прикасаться к его щекам, к его подбородку, к его носу и даже ушам. И должна была для себя подметить, что всё было гладким, без единой царапины, ожога или шрама. Он идеален. Его лицо идеально во всех смыслах этого слова. Почему же он прячет своё лицо? Я его не вижу, но даже если судить по тому, что чувствую, уверена, что он красив. Таким лицом можно и нужно гордиться, а не прятать в тени. Более того, почему он именно сейчас его решил показать мне? Медленно принялась убирать руки от его лица, однако Эмиль тут же положил свои ладони поверх моих, заставляя замереть. Словно он не хотел прекращать физический контакт. Наоборот, желал продолжить прикосновения и даже больше. Неожиданно он слегка наклонил голову на бок и поцеловал моё запястье, отчего по всему телу пробежали мурашки, а дыхание сбилось. Что?.. Что он творит? Кровать, на которой я лежала, скрипнула под тяжестью двух людей. Эмиль приблизился практически к моему лицу. Я слышала его дыхание и даже чувствовала на своей шее. Мысли путались. Что он собрался сделать? Ритм сердца вновь сходил с ума. Но тут… весь мир остановился. – Я найду виновника, – услышала шепот юноши. – И он пожалеет о том, что совершил. А также…, – В эту же секунду почувствовала подушечки пальцев на своих губах, которые медленно и нежно проводили вдоль них. – Переверну небо с землёй, но всё верну так, как было. Поверь мне. И я верила. Мне ничего больше не оставалось. Правда, я не до конца понимала, почему и для чего ему это, но всё же верила. Понимала, что он не врёт и действительно сделает всё. Но ведь мы уже давно успели понять, что за всё придётся платить. Готов ли он к той цене? Я чувствовала, что нахожусь в отчаянии. В крови ещё блуждало лекарство, которое слегка заглушало как физическую боль, так и эмоциональную. Однако, даже находясь в этом бредовом состоянии, я понимала, что пути к спасению нет. Видимо, от судьбы не уйти. *** Услышав, как скрипнула дверь, первое, что пришло мне в голову, это что вернулась медсестра, чтобы вновь вколоть мне обезболивающее. На нём я сидела уже несколько дней. Постоянно тянуло в сон, да и мысли путались. Однако помогало, и боли я не чувствовала. Практически никакой. Стоит ей вколоть дозу, как я вновь провалюсь в сон и забываю обо всём. Однако в этот раз что-то не так. Интуитивно я знала, что сейчас на улице давно ночь. А медсестра приходит дать обезболивающее два раза в день. Утром и перед сном, в районе девяти-десяти вечера. Так что сейчас ей делать тут нечего. Более того, шаги медсестры… Они другие. Моя медсестра предпочитает удобную обувь с плоской подошвой. Та вообще практически напоминает тапочки, отчего всё время слышны слегка шаркающие шаги. В этот раз шаги уверенные и звонкие. Словно кто-то шагал в помещении на высоком и остром каблуке. Но то, что это не медсестра, окончательно убедил меня аромат духов. Резкий и чрезмерно сладкий. Настолько, что возникло ощущение, словно кто-то брызнул ими мне в рот, и сразу же захотелось откашляться. Однако весь ужас был не в том, какие это духи, а в том, кому они принадлежали. Я знала этот парфюм. Чувствовала его несколько раз, и каждый словно высечен у меня в памяти. Сердце принялось не просто бешено стучать, а буквально вырываться из груди на свободу. Ещё немного и оно проломит рёбра. Кровь шумела в ушах, заглушая все посторонние звуки, но этот голос я всё же услышала. – Добрый вечер, леди Джозелин! Как вам отдыхается? Как поживали всё это время? Надеюсь, вы не успели меня забыть? Ведь я… Я помнила о тебе каждую секунду, – прозвучал женский голос, понизив тональность в самом конце. Шарлин… Это дочь герцогской семьи Шарлин Ондре. Чёрт… Чёрт… Чёрт!.. Когда она успела вернуться? Хотя это сейчас не важно. Важно другое. Что мне делать? И как выбраться отсюда? Ведь эта сумасшедшая способна на всё. У неё просто нет никаких рамок дозволенного. А я перед ней, словно кролик на блюде перед удавом. Не могу ни ответить, ни защитить себя. – Ах! Ты, наверное, задаёшься вопросом, – начала Шарлин, неожиданно присев на ту койку, на которой я лежала. – Где же я всё это время была? Почему не видела меня так давно, верно? Не преувеличивай. Задалась вопросом пару раз, а после просто жила своей жизнью. Ты мне даром не сдалась. Лучше уж туалеты мыть, чем думать о такой психопатке, как ты. – И знаешь, – продолжала тем временем Шарлин. – Я также задавалась вопросом. «Где это я? Как я тут оказалась?» Ведь ты, моя дорогая Джозелин, отправила меня в такую глушь, откуда живыми не возвращаются. Но…, – почувствовала, как меня резко схватили за плечи и принялись слегка трясти. – Я выжила. Слышишь? Выжила! Каждый день был подобен Аду. Монстры и чудовища, наполненные чёрной маной, нападали на меня. В такие моменты единственное, о чём я мечтала и что придавало мне силы идти дальше – это встреча с тобой. А также моя прекрасная месть… Ты ведь меня понимаешь, не так ли, Джозелин? Она оказалась в Мёртвом Лесу? Я даже не думала о том, куда направила её. То есть, моей магии достаточно, чтобы телепортировать человека столь далеко? Но даже если меня сейчас попросят повторить это заклинание, я никогда не смогу того сделать. А ведь хотелось бы… Хотелось бы убежать как можно дальше. Но только не оставаться здесь, в этом проклятом месте. – Но мне повезло, – продолжала Шарлин. – Я повстречала рыцарей графства Верн. Графства Верн? Тогда Софья… – Да-да, – усмехалась девушка. – Должно быть, ты уже догадалась, что тут происходит. Но я продолжу. Вначале я не сразу осознала, как мне повезло, но после вспомнила о твоей так называемой «подруге» Софьи Верн. И всё встало на свои места, – со смехом произнесла Шарлин, погладив меня по голове. Она что-то сделала Софи. Пока не ясно, что именно, но я уверена в том, что без участия Шарлин ничего бы не произошло. – А что? – усмехнулась девушка. – Думала, раз выхватила у меня из рук контракт на горничную, то это что-то меняет? Ох, милая Джозелин. Ты так наивна. Эти контракты и документы нужны лишь таким ничтожным отбросам общества, как вы. Чтобы ещё сильнее сковать вас и не позволять делать то, что вздумается. А для таких, как я… правил нет. Я могу делать всё что хочу, и никто ничего мне не сделает. Понимаешь? Рука Шарлин опустила к щеке, а после и к шее. Её пальцы были тонкими и ледяными, словно у мертвеца. Но даже если я и оттолкну её руку, сомневаюсь, что это чем-то поможет. Находясь под лекарством, я даже самое простое заклинание произнести не смогу. Даже руну нарисовать мне не по силам. Бесполезна. Беспомощна. Безнадёжна. – Знаешь, а ведь у леди Софьи, помимо отца, есть маленький младший братик, который ещё даже не познал жизнь в полной мере. Это было так забавно! – протянула она, мечтательно вздохнув. – Я связалась с Софьей и произнесла лишь одно предложение: «Я швырну твоего младшего брата монстрам на растерзание, если не будешь слушаться меня». Ха-ха-ха! И суток не прошло, как эта леди уже стояла на коленях около порога моего кабинета. Жалкое зрелище… Она шантажировала Софью? И граф Верн так просто позволил этому случиться? Я прекрасно знала, насколько Шарлин безумна. Именно по этой причине родственники отправили её сюда. Для герцога и герцогини все студенты в академии не более чем мусор, от которого нужно избавиться. А даже если их дочь поубивает всех вокруг, то… что поделать? Игрушкам свойственно ломаться, не так ли? – Вначале она сопротивлялась, – продолжала Шарлин. – Отказывалась выполнять элементарные требования. Умоляла взять её жизнь и отпустить её родных. Такая скука! Однако, когда я прислала ей подарок в виде отрезанной руки её младшего брата, то Софья стала более сговорчивой, ха-ха… Чудовище… Она самое настоящие чудовище. И именно сейчас я была с этим чудовищем в одной комнате. – Ну как? – тут же поинтересовалась девушка, вновь взяв меня за плечи. – Каковы ощущения? Каково это, когда тебя предают те, кому ты безоговорочно доверяешь? Ох, бедная, бедная Джозелин! – пропела она, вновь поглаживая меня по голове. – Даже ответить мне не можешь. Вначале от тебя отказалась родная мать, забрав деньги. После от тебя отказался родной отец, выбрав спокойствие. Следующими от тебя отказались твои братья и сестра, выбрав удобство. А теперь от тебя отказалась первая лучшая подруга, выбрав себя и свою семью. Разве ты этого не видишь, Джозелин? Ты никому не нужна! Ты – ошибка! То, от чего все всегда отказываются. Ты – мусор и пыль, который только всем мешает! Разве это не заметно? Разве ты ещё не поняла? – спрашивала она, схватив своей ледяной рукой мой подбородок. – Хотя…, – продолжила, чуть успокоившись. – Ты ведь… уже слепа, – хихикнула та. – Похоже, в самом деле не видишь очевидного. Девушка смеялась, наслаждаясь своей же шуткой. Я чувствовала, как кровать трясётся от её хохота. Она не могла успокоиться, до такой степени смеялась. Я же чувствовала, как в груди всё сжимается. Хотелось рыдать от боли, да вот только слёз не было. Хотелось кричать от ярости, да вот только и голос пропал. Хотелось бежать прочь, да вот только и ноги изранены. Оставалось только сидеть и молча выслушивать всё, что говорит Шарлин. И эта беспомощность… Думаю, это и есть Ад, не так ли? Может быть, я всё же умерла и теперь прохожу через свой личный кошмар? Похоже на правду. – Ты такая жалкая, что даже умереть сама не можешь, – наконец-то произнесла Шарлин, отсмеявшись. – И я… тебе в этом помогу, Джозелин. Не успела толком осознать, в чём именно она собралась мне помогать, как почувствовала её руки на своей шее. Инстинкты самосохранения тут же дали о себе знать. Я схватила руки девушки и принялась отталкивать её от себя. И если бы не лекарство, которое до сих пор было в моём теле, давно бы её оттолкнула, но не сейчас… – Давай же! – смеялась Шарлин. – К чему сопротивление? Пойми же! Если ты умрёшь, то всем будет только лучше! Нет… Я не хочу… Я хочу жить. Кто-нибудь! Прошу, помогите! Кто-нибудь!