Глава 9. Экзамен

Как и обещал Его Величество, на следующий день в нашем расписании отменили все занятия. Однако никто и не подумал перенести мой экзамен по астрономии. И пусть после полуночи я одна из первых вернулась в корпус и отправилась спать, легче от этого не становилось.

Чувствовала себя так же гадко, как и Д-Ролли, ворвавшаяся в нашу комнату лишь под утро. Причем сначала я услышала ее заливистый смех под нашим окном, а уже потом появилась она сама.

Через окно, чем потревожила бабулю Драгон.

Бабуля себя в обиду не дала, а потому полетела завтракать неудавшимся поклонником рыжей. Или поклонниками, судя по голосам. Ругались друзья Персиди максимально красноречиво.

– Не пойду никуда! – решила я и повернулась на другой бок досыпать.

– Вот и правильно, – пробурчала соседка, скрываясь под одеялом с головой.

В конце концов, о моем экзамене после бала директриса могла и забыть. Но совесть не позволила мне подвести преподавателя. Он на меня рассчитывал. А я искренне рассчитывала обзавестись новыми пропусками в город для нас с Д-Ролли. Не только для того, чтобы сбежать из академии на весь выходной, но и чтобы обналичить в банке полученный от Варгарта Драгона чек, а также купить друзьям символические подарки по случаю Дня первого цветения.

Сегодня отмечали второй праздника. По заверениям рыжей, в этот день обычно обменивались небольшими приятными презентами.

Не собиралась много тратить. Просто предпочитала хранить деньги ближе к сердцу. Да и перед тем, как покинуть академию, по-родственному планировала получить от Кенри еще парочку чеков, а для этого мне требовалось “растранжирить” все полученное.

Ну не будет же он в самом деле проверять, купила ли я платье или чулки? Может, я вообще все проела в кондитерской. В этом случае ни одного доказательства того, что деньги уже потрачены, я ему предоставить не могла.

– Тьху! Какая отвратительная молодежь нынче пошла! – проворчала недовольная мадам Драгон.

Она вернулась в нашу комнату как раз в тот момент, когда я закончила с переодеванием и собиралась отправиться в санузел.

Бабуля отчего-то полетела со мной. Видимо, выспалась за вчерашний вечер и сегодняшнюю ночь.

– Невкусные? – участливо вопросила я, чтобы поддержать беседу.

– Да у них шеи волосатые! – пожаловалась мышка, эмоционально потрясая крылом. – Вот в мое время…

Оставшиеся сборы у раковины я провела под очередной рассказ мадам Драгон о ее бурной молодости. Летучая мышь мне совсем не мешала, когда не строила на меня планы по захвату королевства, а потому я слушала ее с удовольствием. Иногда поддакивала в такт, иногда промахивалась, а иногда просто думала о своем.

Например, о том, что личность моего отца снова оставалась неустановленной.

Я так радовалась, когда прочла в книгах о замужестве мамы. Но по всему выходило, что Алетра Эвесей всегда жила необычной жизнью. Она даже замуж вышла, уже будучи беременной от другого, но не смогла жить с мужем без любви.

По отношению к нему она повела себя крайне честно. Но как же я? Почему подобная честность не досталась и мне?

Мама по-прежнему не отвечала. Я уже потеряла счет дням и в принципе перестала считать. Просто делала то, что должна, – пыталась выбраться с Темной стороны и попасть на Светлую. Кто бы что ни говорил, а я точно знала: мне туда нужно. Все Полуночники обладали хваленым чутьем. Мое кричало немедленно отправляться к маме.

– Что-то ты захмурела, детка. Неужто обидел вчера кто на балу? Ты только скажи мадам Драгон. Я ему быстро кокушки откручу! – ворвался в мои мысли воинственный голос старушки.

Я едва не рассмеялась.

– Не нужно никому ничего откручивать. Просто волнуюсь перед экзаменом, – отговорилась я, переведя тему на насущные проблемы. – Мне предстоит сдать теоретическую часть по астрономии, а я так и не успела ничего повторить. Если позволят, буду подсматривать в записи.

– А я буду в этот момент их отвлекать! – решила летучая мышь, цепляясь лапками за кофту на моем плече. – А лучше вообще загипнотизирую. Пусть сами свой экзамен сдают. Тоже мне выдумали. Как будто в астрономии есть какие-то правила.

– Какие-то есть, – заметила я с улыбкой. – Именно о них я сейчас и буду рассказывать.

Парк академии после завершения праздника смотрелся как-то уж слишком просто. Вчера все деревья и дорожки искрились и сверкали, а уже сегодня вокруг царила слепящая темнота. Даже фонари горели через один, будто утро еще не наступило.

Но оно наступило. Пока все студенты и преподаватели честно досыпали, в коридоре второго этажа главного здания уже горел свет. Видимо, директриса находилась в своем кабинете. Я же отправилась прямиком в библиотеку.

Профессор Рикмуд уже ждал меня в комнатке наверху. Увидев меня, мужчина заметно обрадовался, захлопнул миниатюрный томик и поднялся, оправляя темно-зеленую мантию. Кажется, что-то читал прежде, чем я явилась. Полустертые золотые буквы на корешке сложились в слово “Драконы”.

– А вот и вы! – улыбнулись мне лучезарно, галантно открывая передо мной дверь, чтобы пропустить в астрономическую комнату.

– А вот и я! – пропела я ему в тон, ссаживая мадам Драгон на напольную вешалку для верхней одежды.

Сняв с себя и повесив на нее плащ, я прошла в центр комнаты. Чувствовала себя до крайности неуютно, хотя пока здесь никого лишнего не объявилось. И нелишнего тоже. Мы были совершенно одни, но мандраж не отступал. Только въедливо впивался почему-то лишь в меня. Преподаватель же, казалось, совершенно не волновался и привычными жестами пальцев настраивал магический купол.

– Мадемуазель Драгон, я уверен, что вам не о чем переживать, – вдруг произнес он, ободряюще мне улыбнувшись.

– Так заметно, что я волнуюсь? – спросила я, погрустнев.

– Да у тебя на лбу все написано, бестолочь моя зеленая, – неожиданно ворвалась в наш диалог летучая мышь. – И вот скажите, профессор, как прикажете с этим чудом отвоевывать наш законный трон?

– А вы снова собираетесь его отвоевывать?

Брови профессора удивленно поползли вверх. Он был шокирован услышанным. Я же тяжко вздохнула и, не сдержавшись, закатила глаза.

– Я и не прекращала! – ответила старушка возмущенно. – Каждый день, между прочим, провожу тяжелый воспитательный процесс! А она ни в какую! Даже полюбовник ее чешуйчатый уже принцем-консортом быть согласился, а она…

– Мадам Драгон! – громко возмутилась я, сгорая от стыда и злости.

– Ну вот. Вот в таком состоянии и оставайся. А-то стоит, трясется как лист на ветру. Тьху! – пробурчала бабуля, закрывая веки, и, кажется, собралась досыпать прямо на вешалке. – Все, меня трогать только в случае обеда.

Растерянно взглянув на профессора, я неловко пожала плечами. Эта старушка не зря назвала Персиди чешуйчатым, но спрашивать, откуда она знает о личности дракона, я не стала. Пока.

Вот как сдам экзамен! Как ощипаю кому-то крылья! Мало точно не покажется!

И когда она успевает все подслушивать?

Искоса глянув на эту спящую шарлатанку, я тихо произнесла:

– Профессор, я хотела узнать у вас. А можно ли самостоятельно вызвать видение? Ну, то есть воспользоваться даром прорицания по его прямому назначению? Вчера на балу был конкурс и…

Смущенно приобняв меня за плечо, мужчина ободряюще похлопал по нему, словно хотел заранее меня поддержать, потому что знал, что я расстроюсь.

Я и расстроилась.

– Увы, Саламан. Когда-то давно подобное, вероятно, было возможно для прорицателей. Но эти Полуночники имели мощнейший дар, не чета нам с вами. Они уделяли его развитию много времени и учились пользоваться по требованию, а не получать стихийные пророчества. Нам же с вами остается только подмечать изменения в космосе и искать подобные явления на страницах истории.

– А если ничего подобного раньше не происходило? – поинтересовалась с горькой усмешкой.

Этот ответ меня не устраивал.

– Значит, мы с вами сможем составить новые записи для будущих поколений прорицателей. Но чтобы такие появились, вам следует сейчас с блеском сдать устный экзамен. А вот и мадам Пелисей. И не только… – вдруг произнес преподаватель, меняясь в лице.

Его мимика заставила меня обернуться. До этого мига я стояла к двери спиной.

Увиденное меня по-настоящему удивило. И если присутствие Варгарта Драгона в компании директрисы я еще как-то могла объяснить, все же именно он финансировал академию, то появление в астрономической комнате Кенри – нет.

– Надеюсь, мы вас не смутим, – встретил месье Драгон мой растерянный взгляд. – Мой сын давно хотел познакомиться с астрономией как с предметом.

– Так… это же хорошо! – мгновенно воодушевился преподаватель. – Я буду рад видеть Кенри на занятиях. Благодаря мадемуазель Драгон группа уже разрослась до девяти человек. Но мы обязательно найдем место и для десятого, и…

– Это конечно, все замечательно, – строго произнесла директриса, перебивая профессора. – Но давайте вы расскажете нам об этом позже. У меня не так много свободного времени, чтобы принять экзамен. Впрочем, насколько я помню, совсем недавно Саламан убеждала меня, что она никакими способностями не обладает.

Я недовольно поджала губы. Это неприятно, когда тебя уличают во лжи. Пришлось признаваться:

– Способности есть. Просто они не такие явные, как у других студентов. А еще они проснулись только после того, как профессор Рикмуд начал со мной заниматься и по другим предметам тоже. Он иногда помогал мне с домашними заданиями, объясняя ту или иную тему, – заявила я, открыто намекая, что была брошена на произвол судьбы.

– Ну-ну, – усмехнулась женщина, ничуть не устыдившись. Ее взгляд замораживал. – Видите, месье Драгон? Профессор Рикмуд – ценный кадр для нашей академии, и сократить его вторую ставку – непозволительная роскошь. Ваш сын, кстати, действительно мог бы посещать эти курсы. Тогда он сможет обращаться к профессору по тому материалу, который будет ему не понятен на основных занятиях.

Варгарт Драгон демонстративно взглянул на сына. Кенри в ответ обворожительно улыбнулся.

– Да, я хотел бы ходить на курсы по астрономии. Только здесь можно увидеть такие необычные явления, – проговорил он, глядя на меня. – Космические. Я имел в виду космические явления.

Так с легкой подачи будущего короля курс по астрономии было решено оставить в академии независимо от результатов моего экзамена. Впрочем, теоретическую часть я как раз таки сдала на высший балл. Рассказала и историческую сводку появления прорицателей среди полуночников, и их дальнейшую роль для всех последующих правителей.

Затем мы коротко разобрали космос. Каких-то грандиозных явлений в необъятной черноте не нашлось, но стоило нам наткнуться на комету Голта-Фишера, как профессор пустился во все тяжкие. Это была его минута славы. Чтобы не мешать, я сначала отошла к двери, а потом и вовсе выбралась в комнатку над библиотекой, умыкнув с вешалки не только плащ, но и летучую мышь.

Однако возмутиться произволом бабуля Драгон не успела.

Вслед за мной астрономическую комнату покинул Кенри.

– Ты молодец. Рассказываешь интересно, – неожиданно похвалил меня парень.

– Спасибо, – удивилась я, накидывая плащ.

Но не столько одевалась, сколько пыталась закрыть собой книгу о драконах, которая по-прежнему так и лежала на низком столике, оставленная преподавателем. Мне отчего-то не хотелось, чтобы первокурсник ее увидел.

Да только старалась я слишком усердно. Настолько, что запнулась об угол столика и полетела спиной назад. Так удачно, что непременно ударилась бы головой прямо о встроенные книжные шкафы. Если бы меня не спасли.

Схватив за руку, Кенри уверенно дернул меня на себя. Я практически упала в его объятия. Но так как старалась не касаться парня даже взглядом, ладонями приземлилась на корешки книг.

Это оказалось больно.

Правда, я об этой боли тут же позабыла. Мое сознание снова затянуло в спонтанное видение.

В нем на этот раз я была никем. Клочком воздуха, сквозь который внимательно смотрел незнакомый парень примерно моего возраста. Худощавый, высокий, с темно-русыми волосами и блекло-голубыми глазами.

Убедившись, что рядом никого нет, он подошел к старому дубу. Мы находились на бывшей территории охотников, и в этот час она была узнаваемой. Фонари горели ярко, но уже начинали гаснуть через один.

Дождавшись, пока потухнет последний фонарь, парень провел ладонью по коре дерева. Провел в том самом месте, где были начертаны символы, так манящие меня. Однако на этом его действия не закончились. Нажав пальцем на самый нижний знак, отчего тот мгновенно засветился оранжевым, незнакомец прикоснулся к верхнему и уже потом к тому, который был вырезан посередине.

Земля у меня под ногами задрожала.

– Саламан, ты меня слышишь? С тобой все в порядке? – аккуратно тряс меня Кенри за плечи.

С трудом сфокусировав на нем взгляд, я оттолкнула парня, едва не упала, но все же сумела устоять на ногах.

Летучая мышь спикировала на столик рядом со мной.

– Лягушка моя, ты чего позеленела? А ну, отойди от нее, охальник! Набрызгаются духами всякими, ажно дышать честным девушкам нечем!

– Я в порядке, – выдавила из себя, выставив ладони в сторону парня.

Ему и правда не стоило меня сейчас трогать. Голова еще кружилась, будто в вихре осенних листьев, а губы пересохли, словно я давно не пила. То и дело неосознанно облизывала их, но не помогало. Рот высыхал мгновенно, пока к горлу подкатывал жар.

– Я на улицу выйду, ладно? Передай, пожалуйста, профессору, что я зайду к нему позже, – попросила я, позволяя бабуле Драгон перебраться по моей руке мне же на плечо.

– Ты уверена, что тебе лучше, Салли? Может, тебя проводить в медкорпус к ведьмам?

– Нет-нет, я дойду сама. Извини, Кенри, что упала на тебя. Увидимся позже.

Вниз по лестнице я буквально слетела. Едва не навернулась со ступеньки, но летучая мышь была тут как тут. И меня придержала, и сама крыльями помахала. Она же вывела меня из библиотеки, а затем и из главного здания в принципе.

Лишь глотнув свежего воздуха, я смогла более-менее прийти в себя.

– Что это было, дите мое неразумное? – строго спросила старушка, позволив мне прилипнуть к круглому навершию перил.

– Ничего. Все нормально, – отговорилась я, вспоминая лицо незнакомца.

Мне хотелось запомнить его как можно лучше. Я пока не понимала, кто он. На нашей части академии я его, кажется, не видела. Или он мне попросту не попадался.

Может, оборотень? По крайней мере, на ведьмака он точно не походил.

– Это ты сопернику нашему рассказывать будешь. Хотя он тоже не поверил, – отмахнулась старушка и вдруг произнесла: – Мутный он какой-то. И мысли его никак не прочесть. А раз не прочесть, значит, прячет что-то.

– Мысли? – переспросила я, оторопев. – Мадам Драгон! Да я так и знала!

– Ну знала и знала. А орешь-то чего? Хочешь, чтобы и другие узнали и лишили нас такого мощного преимущества в виде обворожительной меня? Быстро говори, что за муть в твоей голове поселилась аж на целых десять секунд? Куда выходила, оторва?

– В видение, – брякнула я мрачно.

– Ишь ты, еще одна припадочная! Видимо, от Алетры дар передался. Та тоже, пока гормоны кипели, чуть что, так сразу в лежку. Никакое завоевание трона не распланируешь. И чего вы такие хлипкие?..

Не знаю, чем бы закончилась эта беседа. Лично мне уже искренне хотелось вернуть летучую мышь туда, где она жила раньше без моего участия. Однако наговорить ей нечто неприятное мне не позволил Нирэл.

Парень неожиданно появился у крыльца и окликнул меня, выдавая свое присутствие.

– Ты чего в такую рань? – поинтересовался он, поравнявшись с нами.

Я ответила теплой улыбкой.

– У меня был экзамен по астрономии. А ты?

– А меня отправляют на очередное задание, – произнес он как нечто обыденное. – Дело плевое, к балу уже вернусь.

– А будет еще один бал? – удивилась я.

Дарквуд посмотрел на меня как на свалившуюся с Луны.

– Целая череда по случаю приезда Его Величества. Директриса же объявляла. Кстати, хорошо, что я тебя встретил, держи.

Он вложил в мои пальцы инкрустированный драгоценными камнями кинжал раньше, чем я вообще сообразила, что это. Но, рассмотрев презент, даже вытащив его на миг из ножен, тут же попыталась вернуть обратно.

Потому что это был кинжал. Тот самый кинжал, каким открывался проход с Темной стороны на Светлую.

Нирэл сделал шаг назад, не позволяя мне всунуть оружие ему в руки.

– Я не могу его принять, – возразила я, даже боясь представить стоимость артефакта. – Я не могу ничего дать тебе взамен.

– А я и не прошу, – улыбнулся брюнет, склонив голову набок. – Тебе нужна эта вещь. Я тебе ее даю. Безвозмездно.

Это звучало слишком привлекательно, чтобы я позволила себе отказаться. Дарквуд отлично понимал, насколько сильно мне требовался этот кинжал. Если откажусь сейчас, мне придется его откуда-то доставать. Но откуда? Купить я его себе позволить не могла. А на королевские вылазки меня отправят не раньше, чем я перейду на третий курс.

Бабуля Драгон молча активно подмигивала мне левым глазом.

– А как же ты? – спросила я, въедливо прищурившись.

– А что я? Пойду и скажу, что где-то потерял его. Им придется выдать мне второй кинжал, если они хотят, чтобы я отправился на задание. Не переживай, все схвачено, малышка, – задорно подмигнул он мне.

Удивлял. Это был какой-то другой Нирэл. Более расслабленный и дерзкий, игривый. Неужели на него так повлияла правда о родителях? Нет, для меня он по-прежнему казался тем самым золотым мальчиком. Но уже не настолько идеальным.

Как будто красивая ваза дала трещину.

– Спасибо, – произнесла я растроганно и коротко обняла парня.

Была искренне благодарна за помощь. Мне и правда так легко негде было раздобыть кинжал, а потому Дарквуд сэкономил мне кучу нервов, денег и времени.

Уже намеревалась отпрянуть от него, как ощутила у себя чуть пониже спины его руки. Недоумение наверняка отразилось на моем лице, когда я взглянула ему в глаза.

– Ты же не собираешься… – проговорила, интонацией предупреждая, что так делать не стоит.

Не стоит воплощать в жизнь то, что он задумал. Я всеми фибрами души ощущала ураганом надвигающийся поцелуй.

– Что не собираюсь, Салли? – решил Нирэл поиграть.

– Дарквуд, то, что ты сделал… Спасибо, конечно, я благодарна, но если ты ждешь чего-то взамен, то забери и уходи, – отодвинулась я от него. – У меня есть Персиди, и ты об этом прекрасно знаешь. С тобой мы можем быть лишь друзьями. Этот этап для нас уже пройден.

– Но тогда я был несвободен, – возразил он мягко.

– А сейчас я несвободна. Если ты еще не понял, я его люблю, и он меня тоже.

– Но почему-то свой кинжал он тебе предложить не спешит, – слегка повысил третьекурсник голос. – Всем, кто ходит на задания, Его Величество в первую встречу самолично торжественно дарит артефакт перехода. Так где же его кинжал, Салли? Почему он еще не у тебя?

Глядя на парня, я помрачнела. Так вот для чего все это затевалось. Чтобы показать, что ему – Нирэлу – для меня ничего не жалко, в то время как Персиди зажал для меня так необходимую мне штуковину. Чистенький мальчик собирался грязно играть, до сих пор не осознав, что его шанс на долго и счастливо уже закончился.

Ждать мужика, пока он выяснит, кто для него лучше: ты или его невеста… Даже я понимала, что это отвратно. Подобное отношение скверно попахивало потреблением и ничем больше.

– Мне нужно идти, встретимся позже, – проговорила я холодно, оставляя кинжал в выемке между перилами и круглым навершием.

Летучую мышь себе на плечо я пересадила сама.

– Салли, да брось! Но он же нужен тебе! – неожиданно разозлился Дарквуд.

Но я его уже не слушала. Целенаправленно шла к забору между двумя территориями, собираясь пролезть на бывшие земли охотников.

Мне было любопытно проверить свое видение.

– Ну что я такого сказал? Это же правда! Если бы ты была ему настолько дорога, он бы отдал тебе все что угодно! – кричал брюнет, а его голос разлетался по всей академии.

Остановившись на миг, я обернулась. На моих губах появилась снисходительная усмешка. Именно так он вчера смотрел на меня на балу.

– В том-то и дело, Нирэл. Он любит меня так, как никто и никогда. Он готов даже к тому, чтобы я ненавидела его до конца своей жизни, лишь бы эта самая жизнь у меня была. Сумею ли я победить охотника, который гонялся за мамой столько лет, когда вернусь к ней? Я знаю ответ на этот вопрос, Нирэл. Я ведь не глупая. Но я знаю, что и по-другому поступить не могу. Я просто хочу обнять свою маму. А ты решил, что купишь меня и этим завоюешь мое сердце. Знаешь, Нирэл, когда в твое сердце придет любовь, ты ее обязательно распознаешь. Но это не я. Перестань мучить и себя, и меня.

Повернувшись к оторопевшему парню спиной, я продолжила свой путь. Отчего-то тело морозило, а потому я куталась в плащ, пытаясь удержать вставшие стеклом слезы в глазах.

– Знаешь, лягушка, а из тебя вышла бы прекрасная предводительница, – неожиданно сделала бабуля мне комплимент. – Ты умеешь бить в самую суть. Он этот разговор надолго запомнит. Кстати, раз уж ты теперь знаешь, что я мысли читать умею. Уверена, что тебе так надо на Светлую сторону? Может, дадим Алетре самой разобраться с этим загадошным типом?

– Вы хотели сказать загадочным, – исправила я.

– Да нет, загадошным – это от слова гадюшник. Ты только это, с темы-то не съезжай.

– Да я и не съезжаю, – ответила нервно. – Нужно мне к ней, понимаете? Всеми фибрами души чувствую, что нужно. Хоть пятым чувством назовите, хоть десятым. Она не отвечает, снова не отвечает. Я просто уже не могу сидеть здесь в неизвестности.

Слезы все-таки покатились по моим щекам. Горло сдавило спазмом, но я все еще старалась держаться, чтобы не разреветься окончательно. Шла и вытирала бегущие дорожки, а их отчего-то становилось все больше.

– Ну ладно тебе, не реви. Бабушка с тобой пойдет и всем охотникам по щам надает. И Алетре заодно мозги промою. Кто так ребенка бросает, ничего не объяснив толком?! Вот уж у кого ума со студенческих лет не прибавилось…

Бабуля Драгон все ворчала, а я уже улыбалась сквозь слезы. Все-таки она была милой старушкой, когда не пыталась никого сожрать, а меня возвести на престол. Но разве кто-то требовал от нее идеальности? Все мы были разными, по-своему уникальными личностями, и это делало нас запоминающимися.

Добравшись до зарослей за спортивным комплексом, я свободно пролезла на территорию охотников и была крайне удивлена тому, что половину разделяющего земли забора уже снесли. Порезанные на части решетки лежали рядом с густой растительностью. Именно из-за нее таких глобальных изменений не было видно со стороны вампиров.

Повертев головой, точно тот парень из видения, я подошла к своему дереву. Знаки, которые видела только я, находились все на тех же местах.

– Какие знаки? – поинтересовалась старушка, даже не скрывая, что роется в моей голове. – Не роюсь, а слушаю! – настоятельно исправили меня.

Еще раз глянув по сторонам, я детально вспомнила увиденного мною парня и порядок, при котором он очерчивал символы. Сначала нижний, затем верхний и уже потом тот, что посередине.

Едва я коснулась их, едва обвела контуры треугольника, ромба и круга, каждый зажегся ярким оранжевым светом. Вспышка, вспышка, вспышка, и земля под моими ногами натурально затряслась, а корни, те самые наружные большие корни резко зашевелились и начали расползаться, обнажая чернильное нутро норы, которая находилась прямо под деревом. Более мелкие корни оплетали скругленные стенки зева.

– Мамочка дорогая! Только не говори мне, что мы туда полезем! – зашипела мадам. – Леди Драгон никогда не шастают по таким злачным местам!

– Леди, может, и не шастают, а я Эвесей по документам, – напомнила я, чуть склоняясь, чтобы заглянуть внутрь. – Когда мы были в библиотеке в закутке перед астрономической комнатой, ко мне пришло видение. Этот парень… Я точно не видела его раньше, но, возможно, он из оборотней. Он открыл этот проход, а дальше я очнулась.

– И именно по этой причине нам сейчас нужно лезть туда? Потому что ты не досмотрела, чем закончится видение? – искренне возмущалась летучая мышь.

– Лично вы можете посидеть на стреме, – пересадила я ее на самый большой вздыбившийся корень.

– А печеньку вам, леди, маслом не намазать? – нахохлилась старушка, мрачно глянув на меня. – Только я, пожалуй, своим ходом. Давай уже, лезь, чего смотришь? Вдруг там целое состояние спрятано? Как разбогатеем, как подкупим все семьи высшей знати, как сядем на…

Куда мы там должны сесть в наполеоновских планах бабули, я уже не дослушала, но что-то подсказывало мне, что это снова был трон. Однако думать об этом не получалось. Меня пронзал страх с каждым пройденным вниз шагом.

Впрочем, шагами мое передвижение как раз таки трудно было назвать. Здесь имелось нечто наподобие лестницы. Витиеватые ступеньки складывались из тонких, переплетающихся между собой корней, но спускаться по ним получалось исключительно спиной назад. Иначе держаться было попросту не за что.

Свет над моей головой очень быстро исчез. Его загородили потолок и гульнувшие в сторону переходы. Вокруг стоял такой мрак, что хоть ножом режь, но я смогла нащупать ногами пол. Дальше ступенек совершенно точно не имелось.

Удивительно, но воздух здесь не был затхлым. Неожиданно пахло влажными листьями, а еще маслом, которым обычно были напитаны почки деревьев.

– Мадам Драгон? – шепнула я, пытаясь нащупать в темноте руками хоть что-нибудь.

И в то же время очень боясь что-либо нащупать. Мне отчего-то представлялся труп того самого закостеневшего парня из моего видения. Будто его призрак сегодня явился ко мне и позвал за собой, чтобы я освободила его и проследила за его погребением.

– Чего шипишь-то? – раздалось совсем рядом со мной. – А точно ж, ты же у меня в магии полный ноль.

– И ничего и не полный, – обиделась я.

И едва сердечный приступ не заработала, когда прямо напротив меня зажегся махонький огонек. Прямо в воздухе материализовался.

Глядя на него, я наблюдала, как он медленно увеличивается в размерах, и видела все больше. Все то, что нас с летучей мышью, вновь забравшейся мне на плечо, окружало.

– Вот это да, – озвучила мадам мои мысли и громко чихнула, подпрыгнув на моем плече. Посопливив свиным носом, гнусаво произнесла: – А давно тут никого не было. Терпеть не могу пыль.

Я не смогла уследить, что именно она сделала. Лишь услышала щелчок, подобный тому звуку, который издает ремень, когда его проверяют на прочность.

Дышать стало значительно легче. Через миг зажглись три лампы под каменным потолком. Они висели примерно на одном расстоянии друг от друга.

– Вероятно, и правда здесь давно никого не было. Здесь как-то…

– Уютно? – усмехнулась старушка, перелетая на спинку резного кресла.

Резной оказалась вся мебель. Книжные шкафы, втиснутые в стены полки, диван и столы. Мелких предметов было очень много. У меня даже глаза разбежались. Например, с фонаря свисал бинокль на ремешке, а к подлокотнику кресла была приставлена черная трость с серебряным набалдашником и крупным камнем в форме бриллианта в качестве навершия.

Но этим помещением нора не заканчивалась. Сделав робкие шаги вперед, я заметила два узких прохода. Свет туда еле попадал, но его оказалось достаточно, чтобы увидеть и большую кровать, и широкий палас, похожий на тренировочный. Именно на таком мы с мамой занимались фехтованием. Он разграничивал расстояние, обозначая позиции соперников.

Все полки оказались заставлены разноцветными флаконами и деревянными коробочками, которые по размеру легко помещались в руку. Бутыльки, порошки, какая-то плавающая в стеклянном сосуде жижа. Рассматривая все это безобразие, так похожее на хранилище сумасшедшего, я тем не менее ни к чему не прикасалась руками. Потому что знала, что здесь могут находиться артефакты с самыми непредсказуемыми свойствами.

Все же соседство с ведьмами кое-чему меня научило.

Почти.

Заметив на стене между двумя одинаковыми пузырьками с прозрачной жидкостью миниатюрный портрет моей мамы, я не думая взяла его в руки. Свет от фонарей был не слишком ярким, но я бы узнала ее даже в полной темноте. Только выглядела она здесь слегка моложе. А еще улыбалась, сидя в том самом кресле, по спинке которого сейчас с оценивающим выражением на морде расхаживала бабуля Драгон.

Нижняя кружевная сорочка закрывала все мамино тело до пят. Тот, кто рисовал ее, удивительным образом передал каждую черточку.

А ведь фотографии, как и портреты, были запрещены в нашей жизни. У меня не имелось ни одного ее изображения.

– Дорогая, ну-ка, возьми эту штуковину и поверни ее набалдашник, – попросила-приказала старушка.

– Зачем это? – удивилась я, пряча портрет в карман.

Как? Как он оказался здесь? Почему? И кто был тем парнем в моем видении? Эта и другие мысли звездопадом проносились и гасли в моей голове.

– Проверить кое-что хочу. Да не боись, защита на ней не стоит. Только стазис везде был, так я его убрала уже.

– Стазис? – переспросила я, осторожно прикасаясь к трости.

Она оказалась довольно тяжелой.

– Чтобы мебель и книги не портились, маги с особым даром накладывают стазис, когда надолго покидают свой дом. По крайней мере, раньше было именно так. Сейчас же настоящей магией мало кто владеет, за исключением ведьм. Ну чего встала? Крути давай.

Я нерешительно выполнила требуемое. Резкий звук сработавшей пружины заставил меня в целях безопасности вытянуть руку вперед. Но это оказалось излишне. На противоположной стороне трости вылез небольшой, крайне острый наконечник. И сразу вокруг нас появился отвратительный аромат чего-то гниющего.

Принюхавшись, я поняла, что он исходил именно от наконечника.

– Фу, зачем мы это открыли?! – произнесла я, поворачивая камень в другую сторону.

Но даже с возвращением острого наконечника обратно в полость запах никуда не делся. Будто сразу пять кошек сдохло в мусорном контейнере, куда накидали использованных детских подгузников.

– Да, проверять следовало на свежем воздухе, – согласилась бабуля, морща свой и без того страшный нос. – О, гляди-ка, кинжал для перехода! Даже грабить никого не придется!

– Где? – обернулась я, ища искомый предмет.

Взгляд отыскал его быстро. Оружие лежало в ножнах на одной из полок. Его ручка была инкрустирована крупными чисто черными матовыми камнями, а чехол оказался просто кожаным.

Я обрадовалась. Кто бы знал, как сильно я обрадовалась! У меня накопилось к маме столько вопросов, и теперь меня здесь ничто не держало. Я даже экзамен сдала, чтобы не подвести профессора Рикмуда!

Только следовало раздобыть еще денег, но эту проблему я планировала решить прямо сегодня.

– Любопытно, – сухо произнесли у меня за спиной.