Глава 10. Долой маскарад

Я не была готова увидеть Кенри в этой берлоге. Да у меня чуть сердце из груди не выскочило, когда в полнейшей тишине раздался его голос. Кажется, я чудом избежала инфаркта, но расслабиться при этом не получалось.

Атмосфера в норе отчего-то сразу стала гнетущей. Я всеми фибрами души ощущала повисший в воздухе мрак. Он исходил от Темноволосого бога подобно ауре, которая пыталась окутать меня и сдавить.

Так и хотелось спросить: что происходит? В идеале мне сейчас следовало бы начать оправдываться, рассказывать, как я здесь оказалась и почему и что не имею к этому логову никакого отношения, но, кажется, моя мама часто бывала здесь, когда еще училась в академии, однако…

Остро ощущала, что мои оправдания в этот миг никому не нужны. Кенри спустился сюда вслед за мной не за ними. Это помещение его в принципе мало волновало.

– Месье Драгон, – выплюнула бабуля без какого-либо почтения в голосе. – А вы сюда с какой целью?

– С интересной, – мягко ответил парень.

Но тон его оказался обманчивым, потому что в глазах в этот момент творилась буря.

– Лягушка моя, тут, по-моему, тебя к браку сейчас склонять будут, – сделалась старушка крайне настороженной.

Я даже на расстоянии ощущала ее нервозность и то, как она закаменела. Будто готовилась к атаке, к выпаду. Ее состояние неизбежно передалось и мне.

Кенри обворожительно улыбнулся. Но его слова не сошлись с выражением его лица:

– Слишком много чести, мадам Драгон. Чтобы вы не гадали до бесконечности, давайте я проясню происходящее. Рекомендую слушать очень внимательно. Особенно тебе, Саламан. Мое терпение закончилось, как и время на игры. В ближайшие дни я должен завоевать трон.

Мадам Драгон откровенно рассмеялась:

– Ты? Завоевать? Сопляк, да ты хоть знаешь, как его удержать-то потом?

– Мадам, при всем моем уважении к вашему почтенному возрасту… Заткнитесь, если хотите пожить еще немного и увидеть мое правление, – пригрозил Темноволосый бог, заметно меняясь в лице.

О нет. Сейчас передо мной стоял не тот любезный парень, по которому сохла большая часть академии. Он даже внешне стал другим, как-то неуловимо преобразился. Черты сделались острыми, темными, как и взгляд, что пронзал не хуже его колкой шпаги.

Шагнув назад, я загородила собой летучую мышь и кресло, на спинке которого она сидела.

– Говори, чего тебе надо, и проваливай, – посоветовала я, не подумав выпустить из рук кинжал и трость.

Я была готова воспользоваться ими в случае необходимости. Даже с учетом того, что внешне первокурсник казался безоружным.

Но именно что казался. Что-то подсказывало мне, что таковым он не являлся. Слишком уверенно чувствовал себя для того, кого в любой момент могли убить.

Да его здесь даже не найдут! Неужели он этого не понимал? Потому что об этом месте точно никто не знал, иначе уже растащили бы все, как это было с аудиториями на стороне охотников.

Парень не внял моему грозному виду.

– Не стоит мне грубить, Саламан. Я могу убить тебя в любой момент.

Я оценила его усмешку. И если я только думала о том, что мне, возможно, придется защищаться, то этот божок недоделанный в своих силах явно не сомневался.

Бабуля Драгон перелетела на мое плечо. Выглядела старушка крайне воинственно: пыхтела, сверлила парня злющим взглядом и, кажется, действительно собиралась на него напасть.

Преодолевая брезгливость, я погладила летучую мышь, чтобы успокоить. Прибить его мы и правда могли в любую минуту. Все-таки оружие в моих руках игрушечным не являлось. Но кто знает, что будет, если мы поторопимся?

Кенри. Ответ на этот вопрос знал Кенри.

– А вот вам бы пытаться напасть на меня не советовал. Если я вдруг неожиданно пропаду, королевская стража сразу узнает о твоей маленькой тайне, Саламан. О вашей, прости, я хотел сказать о вашей, – интриговал этот завоеватель. – Напомни-ка, что грозит тем, кто сварил и использовал запрещенное зелье для снятия защиты? Все верно, Саламан, смертная казнь. Тебе, твоему парню, тому, кто так жаждет стать твоим парнем, и твоей безмозглой подружке. Я никого не забыл?

– Что. Тебе. Надо? – повторила я омертвевшим голосом.

Он знал. Он все знал, как-то выведал и наверняка имел доказательства, иначе не стал бы так хорохориться. Тот, кто блефует, не ведет себя так самоуверенно, словно уже занял королевский трон. Он осторожничает, выверяет, дозирует, а этот…

– Не сердись, Салли. Хотя должен признать, злость тебе к лицу, – умудрялся он флиртовать между делом. – А нужна мне самая малость. Ты.

– В каком смысле я? – напрочь проигнорировала я его улыбку.

– Если честно, хочется во всех. Почему-то ты никак не реагируешь на мой парфюм с приворотным зельем, и это бесит. Очень, знаешь ли, бьет по самолюбию, когда кто-то не пытается облизать тебя взглядом.

– Парфюм с приворотным зельем? – переспросила я ошарашенно.

И тут же вспомнила слова мадам Драгон в комнатке над библиотекой. А еще неадекватное поведение всей женской половины академии. Да даже я сама ловила себя на неестественно возникающем интересе.

– Серьезно? – добавила я, пытаясь переварить услышанное. – Но зачем, Кенри? У тебя и так привлекательная внешность и…

– Но недостаточно привлекательная, раз ты ею не заинтересовалась. А ведь все это делалось для тебя, дорогая. На стоимость этого парфюма можно было замок отстроить.

Справа от меня раздался тяжелый вздох разочарования. Я вынужденно взглянула на летучую мышь, восседающую на моем плече.

– Учись, внученька, – неожиданно произнесла она преподавательским тоном. – Вот что бывает, когда у тебя тупые конкуренты. Милый, ты бы хоть литературу какую почитал. Подготовился бы там, я не знаю. У Драгонов первой ветви врожденный иммунитет к приворотам любого толка. Мы королевский род, оползень. Да мы таких, как ты…

– Представляю, как красиво будет гореть твоя подружка. Ее-то накажут по обычаям ведьм. Сожгут бедолагу, – как бы между прочим произнес первокурсник, пропустив воинственную речь старушки мимо ушей.

Запугивал, подлец, а я слишком хорошо понимала все его намеки. Но все еще не могла уловить главного: а зачем ему, собственно, я? Просто потешить самолюбие? Какая-то уж слишком высокая цена. Да и трон тут при чем?

Неужели из-за недостижимой мечты мадам Драгон меня посчитали претенденткой на этот ржавый стул?

– Кенри, перестань ходить вокруг да около. Ты можешь сказать прямо, зачем я тебе понадобилась? Только без пафоса, пожалуйста, и вранья про неземную любовь.

Темноволосый бог ядовито усмехнулся. Один уголок его губ очертил ямочку на щеке. Теперь она уже не казалась мне привлекательной.

– Хорошо, – согласился он и оперся спиной о стену позади себя, словно расслабляясь. Смотрел при этом свысока. – Ты, Саламан, девушка из видения королевской ведьмы. Оно было сделано почти двадцать лет назад. Сразу после того, как в Самописце появилась запись о следующем правителе. Я видел портрет сегодняшней тебя задолго до того, как ты выросла и вновь появилась на Темной стороне. Ты та, кто возведет меня на престол.

Прослушав всю его отповедь, я рассмеялась. Громко, заливисто, не сумев сдержаться. Последнее предложение звучало настолько бредово, что в подобное поверил бы лишь идиот.

Собственно, именно он сейчас передо мной и стоял. Сверлил взглядом, полным злости, и реально надеялся, что я подмету ступеньки перед троном и проложу ему красную ковровую дорожку.

– Кенри, ты рехнулся? – спросила я прямо, не владея своими эмоциями. – Как я должна возвести тебя на престол? Да мало ли что там видела королевская ведьма? Она вызывала свое видение, прикасаясь к новой записи в Самописце. Но страница же двусторонняя, Кенри. Ее видение элементарно могло относиться к другой записи. Да и как ты себе это представляешь? Здравствуйте, я девушка из видения королевской ведьмы, вот этот парень теперь ваш король, потому что двадцать лет назад меня видели рядом с ним? Да ты же сам сделал так, чтобы это чертово видение сбылось!

– Естественно. Я не привык полагаться на судьбу, знаешь ли, – зло усмехнулся он. – И подругу твою приворожил, чтобы она делала и говорила тебе то, что нужно мне. И игрушку тебе подарил, чтобы иметь возможность слушать ваши разговоры. И даже присылал тебе правильные видения, чтобы потом ты могла продемонстрировать их как реально возникшие пророчества любому желающему. Да, Салли, я делал все это, и даже больше, и готов к продолжению.

– К продолжению?! – воскликнула я, задохнувшись возмущением.

Казалось, что этот парень оккупировал меня со всех сторон! Словно паук, он окутал своей сетью всю мою жизнь в академии!

– Скажи спасибо, что не зарезал тебя в лесу, хотя соблазн был крайне велик. Острие моего кинжала оцарапало кожу на твоей шее. Ты находилась на расстоянии вдоха от того, чтобы попрощаться с жизнью, потому что на престол гарантированно сядет тот, кому ты станешь парой. А я не буду плодить себе конкурентов. Или со мной, или под землей.

– По-моему, так не уговаривают помочь, – нервно возразила я.

– А я и не уговариваю. Я ставлю тебя перед фактом. Хочу, чтобы ты не обманывалась насчет меня. Откажешься помогать добровольно – я не стану оплакивать твою смерть.

– Но тогда не сядешь на престол, – напомнила я его же слова.

– Сяду. Просто этот путь будет немного сложнее и дольше. Не стоит превышать свою значимость, Саламан. Ты в этой игре всего лишь пешка.

Сжавшись в накаленный комок нервов, я не стала ничего отвечать. Пыталась понять, как выкрутиться из положения, в которое попала, но на ум, как назло, ничего вразумительного не приходило. А думать следовало быстро. Понимала, что могу просто не выбраться отсюда живой. Я слишком много знала для той, кого можно взять и отпустить.

Мне оставались всего два варианта: попытаться сбежать или остаться и принять правила навязанной мне игры. Пока я лихорадочно соображала, слово взяла бабуля Драгон:

– Милый, а ты чем подтверждать-то свое право на трон собрался? Не моим ли именем рода? Так я же и лишить тебя его могу как глава.

– Не вашим, хотя я бы на вашем месте не угрожал, – обворожительно улыбнулся этот гнусный тип. – Напоминаю, ваша внучка в моих руках. Должно быть, это больно, когда род обрывается и гаснет? Салли ведь последняя ваша прямая кровь, надежда на возрождение, верно?

Старушка недовольно пошамкала вставной челюстью. Так вот оно что. Мы с ней не были какими-то там условными Драгонами. Она действительно являлась моей прямой родственницей, кровью от крови.

– Ваше имя мне не требуется, – фыркнул парень с презрением. – Мой отец – восьмой сын нынешнего короля, его незаконнорожденный первенец, а это куда весомее. Ну а я его внук. Мы всего лишь хотим забрать то, что наше по праву. Так ты со мной? Лучше согласись добровольно, чем принудительно, Саламан. Иначе король узнает и вторую твою тайну.

– И какую же? – спросила я исключительно для проформы.

Шанса на иной ответ мне не оставляли. Я верила, что Кенри способен на убийство. Теперь верила. И на подлость тоже. Вообще на все. Даже на то, чтобы настучать на нас королю.

Но казни Персиди, Д-Ролли и Нирэла допустить не могла. Знала, что не смогу потом жить с таким грузом вины.

– О том, что твой парень дракон. Как думаешь, как быстро Его Величество от него избавится?

Молчание затягивалось, но ответа не требовалось. Мы с летучей мышью помрачнели окончательно, в то время как Темноволосый демон с непомерным эго улыбался все шире. Так и хотелось расцарапать его холеную морду.

– Вот и хорошо. Вот и славно, дорогая. Я пришлю тебе платье к сегодняшнему балу. Его для тебя выбрал мой отец. Надень его и не вздумай кому-то проболтаться о нашей беседе. Крутое место, кстати, – вдруг осмотрелся первокурсник оценивающе. – Если что, теперь я знаю, где тебя искать. Не смей запираться здесь, иначе сожгу. А еще не смей убегать. Попробуешь сбежать на Светлую сторону – и твоим друзьям конец.

Оставив последнее слово за собой, Кенри начал подниматься по лестнице и вскоре скрылся. Огромное желание засадить клинок ему прямо в спину я подавила с трудом. Кем-кем, а убийцей я точно не была. И даже представить не могла, что когда-нибудь совершу нечто подобное.

И дело было не в силах, изворотливости или ловкости. Чужая смерть не входила в мои жизненные устои. Я считала, что любая жизнь дорога. А еще – что все вернется бумерангом, но на это требовалось время. Действовать же следовало прямо сейчас.

– Мадам Драгон, проверьте, пожалуйста, мы одни? – тихо попросила я, наконец позволяя себе опуститься в кресло.

Силы на то, чтобы стоять, закончились уже давно, но я держалась на голом упрямстве. Ошеломление – меньшее, что я сейчас испытывала. Этот парень фактически перевернул все мои планы на жизнь, а еще посмел угрожать мне и моим друзьям.

– Ушел, королевский выродок. Корни-то выпускают всех, только на вход защита стоит, – выплюнула старушка с презрением, едва вернулась. Спикировав на подлокотник, хмуро произнесла: – Могу попробовать его выпить, но мой гипноз на него тоже не действует. Видимо, и правда королевская кровь.

– Вы не можете влиять на Его Величество? – спросила я отстраненно.

Смотрела при этом перед собой и… Совершенно ни о чем не размышляла. В голове царила оглушающая пустота.

– А ты думаешь, как меня сместили? Эти и три столетия назад лезли вперед с наглостью и беспардонностью червяка. Я даже корону в руках подержать не успела, как меня выдворили за пределы дворца. Убить не посмели, потому что не переворот, а всего лишь смена власти, да и угрозой не посчитали, – сказала мышка обиженно, но вдруг рассмеялась. – Видимо, за меня отместочка прилетела. Как я и говорила, сами себя сожрут. Кровь-то у них гнилая.

– А про духи его вы специально сказали? – уточнила я еще одну деталь.

– А то ж! Я уже и подруге твоей всячески намекала, и тебе. Так ты меня через раз слушаешь, в облаках своих вечно витаешь, – пристыдила она меня. – Этот тип мне сразу не понравился. Скользкий, каких поискать. От папаши своего недалеко ушел. Я Алетре, помнится, говорила, чтобы подальше от него держалась, но какой там? Как и ты, если вбила что себе в голову, пиши пропало. Только мы-то что теперь делать будем? Нет, мы с месье Дарквудом, конечно, можем попытаться от него избавиться…

– Не стоит, – хмуро возразила я.

Живой престарелая родственница нравилась мне куда больше. У меня только-только появился тот, с кем я могла говорить на любые темы. Открыто и откровенно обо всех своих чувствах и переживаниях, обо всех мыслях.

Эгоистично? Да. Но я не хотела ее терять.

Нет. Нам требовалось все как следует обдумать, оценить наши возможности и понять, как выйти из воды сухими.

Может, и правда стоит помочь отвоевать ему трон? Если Кенри отвяжется от меня после этого, я ему и красную ковровую дорожку постелю. Но вот отвяжется ли? Куда ни глянь, нас со всех сторон окружал риск. Положение на первый взгляд казалось безвыходным.

Но только казалось.

– Мадам Драгон, вы знаете, что такое ревизия? – уточнила я, решительно освобождая кресло.

– Ну тык во дворце иногда казначей проводил. А у нас что, драгоценности или картины на опись имеются? – с явным непониманием откликнулась летучая мышь.

– У нас имеется все, что вы здесь видите, – мрачно заметила я. – И я хочу знать, как оно нам может пригодиться. Если найдете яды, выставляйте отдельно на стол.

– Вот это я понимаю Драгон! Вот это моя девочка! – мигом обрадовалась старушка.

Но я ее радости не разделяла. Еще не оценила слова Кенри как следует. Еще не поверила в их значимость. Еще не была готова перешагнуть за черту.

Я словно находилась в фильме, сюжет которого оказался чертовски непредсказуемым. Мне нужно было срочно покинуть Темную сторону, но теперь я этого сделать не могла. Потому что любой мой шаг за границу подписывал смертный приговор моим друзьям.

Может, и мама столкнулась с кем-то вроде Кенри? Может, и ее шантажировали… мной?

– Лягушка моя, а эта берлога вряд ли принадлежит кому-то из оборотней, – вырвала меня мадам Драгон из тягостных мыслей.

Я только подошла к книжным полкам, но еще не успела ничего просмотреть.

– Почему вы сделали такие выводы? – уточнила я, прикасаясь к первой книге.

На твердой обложке серебряной краской были начертаны незнакомые символы, но уже через миг они словно расплылись и превратились во вполне читаемое название.

– Записки Охотника, – одними губами выдохнула я первые слова из семи.

“Записки Охотника. Самые ужасные преступления полуночного мира” было начертано на обложке.

– Потому что на склянках названия нанесены на языке, прочесть который могут только охотники, – не подозревая о происходящем, ответила старушка. – Не подозревая о чем, лягушка?

Но, будучи ошеломленной своим открытием, вслух я ничего не смогла ответить.

Кажется, мой отец был охотником. А еще, кажется, это логово принадлежало ему.

Вторая книга, третья, пятая. Я лихорадочно перебирала издания и всматривалась в незнакомые символы на обложках. На то, чтобы я смогла прочесть написанное, уходил всего лишь миг. Изогнутые иероглифы просто растворялись, а им на смену приходили нормальные буквы.

Книги на полках попадались самые разные. Например, про оружие, которым являлась трость. На одной из страниц – я открыла ее рандомно – было написано, что ее острый наконечник напитан святой водой. Она заливалась внутрь трости через отверстие под бриллиантом, а он, в свою очередь, вообще оказался артефактом, способным впитывать в себя атакующие заклинания, порчи и наговоры.

Это оружие, кстати, было применимо ко всем полуночникам. Совсем ко всем. Оно убивало представителей любой расы, какими бы условно бессмертными они ни являлись. Жуткая штука на самом деле. И невзрачная для клинка смерти.

Такими же невзрачными казались одинаковые прозрачные пузырьки, расставленные на полках. Они-то как раз и были расходным материалом к трости. Бесцветная жидкость на вид напоминала обычную воду.

Этикетки на этих флаконах я тоже смогла прочесть без труда.

Передо мной открывалось множество пособий. В основном в них рассказывались тонкости различных рас. Как поймать, как обезвредить, как нажать на болевые точки. И как убить. Оборотни, ведьмы, феи, вампиры, дриады, домовые, охотники и столько рас, сколько я здесь вообще не видела.

В одной из книг было написано, что охотники являлись своего рода чистильщиками. Они держали равновесие не только на Темной стороне, но и на Светлой, защищая мир людей от проникновения всего злобно-потустороннего.

Да, когда-то они были защитниками. А потом что-то пошло не так.

– Ты… Ты правда можешь все это прочесть? – никак не могла поверить услышанному мадам Драгон.

– Могу. Вот в этой стекляшке порошок аукития. – Я указала пальцем на круглый флакон. – Понятия не имею, для чего он. Вот здесь зелье для отвода глаз. Написано, что хватает лишь капли на тыльную сторону ладоней, чтобы тебя перестали замечать. А вот здесь густая заживляющая мазь. Первая помощь даже от глубоких ран, если правильно ее использовать. А правильно – это наложить густым слоем и заклеить.

– И как я такое могла упустить? – сокрушалась старушка, шепча себе под нос.

– Что именно? – уточнила, изучая книгу о том, как приготовить различные составы по рецептам охотников.

Да здесь даже рецепт мази от облысения имелся и бальзама для увеличения губ. Будто охотники были подпольными ведьмаками. Но на самом деле объяснялось это просто. Их нигде не любили, в том числе и у ведьм, а значит, либо ничего не продавали, либо могли что-нибудь подмешать. Потому они и учились обходиться своими силами.

– Что твоя мать спуталась с охотником. Да и где бы она его нашла? – сокрушалась летучая мышь. – Когда она училась, территория охотников уже была заперта. Они ушли все, ушли разом, сбежали, если хочешь, потому что иного варианта не имели. Здесь их ждала верная погибель.

– Значит, ушли не все, – монотонно резюмировала я, откладывая очередную книгу.

Свет был не таким ярким, какой требовался для чтения, а потому глаза быстро устали.

Вернув томики на полки, я пошла дальше. Заглянув в спальню, попросила мадам Драгон посветить мне. Отринув лишние эмоции, искала личные вещи того, кто здесь жил или прятался. Но, перевернув каждый закуток, не нашла вообще ничего.

Портрет моей матери – то единственное, что оказалось лишним в этой стерильной чистоте. А еще кинжал и трость, но на них даже инициалов не выбили.

Зато имелся образ молодого парня у меня в голове. Если я найду его портрет, та же мадам Пелисей или преподаватели смогут рассказать мне о нем.

Если вспомнят. И если захотят рассказать.

Осознав, что больше мне здесь ничего не найти, я еще раз окинула убежище заинтересованным взглядом и попросила летучую мышь потушить весь свет. Она наверх летела, а я поднималась в кромешной темноте, но едва приблизилась к выходу, как корни у меня над головой расступились.

Небо без звезд, шелест ветра, плеск озера и никого вокруг. Кажется, Кенри просто проследил за мной, а значит, слышал и мой разговор с Нирэлом, и беседу с мадам Драгон.

Но меня сейчас Темноволосый поганец волновал в последнюю очередь. С ним мне предстояло встретиться вечером. Впрочем, я вообще не понимала зачем. Группа поддержки? Подержать ему штаны, пока он будет назначать себя новым королем?

Ничего не хотела. Словно защищаясь, мозг то и дело вытеснял появившуюся проблему из мыслей. И я решила поддаться этому соблазну. В конце концов, у меня действительно были иные планы на сегодняшний день, нежели усаживать кого-то на трон.

Отыскав профессора Рикмуда все там же – в астрономической комнате, я коротко постучалась, прежде чем вошла целиком.

– Месье Рикмуд, мне бы пару пропусков в город на себя и Д-Ролли. Можно у вас попросить? – скромно обратилась я.

– Мадемуазель Драгон! Конечно! – обрадовался он моему визиту. – Все-таки я не зря вас выбрал. Не иначе как дар прорицателя помог мне. Вы приносите столько пользы!

– Прям на четыре пропуска? – решила я не мелочиться.

– Готов подписать вам сразу шесть! – совсем расщедрился преподаватель.

А я и рада была воспользоваться его отличным настроением. Только имена попросила проставить лишь в двух карточках. Еще четыре решила сберечь, но брать их явно следовало, пока давали.

Меня хвалили все то время, пока заполняли пропуски. Получив два желанных прямоугольника и еще четыре пустых про запас, я попрощалась с мужчиной до новой недели и отправилась будить подругу. Но к тому времени, когда я вернулась в нашу комнату, она уже успела подняться и без меня.

– Ты что делаешь?! – спохватилась она.

Но поздно. Открыв окно, я схватила обе игрушки, подаренные нам Кенри, и выбросила их на улицу. Однако этого было мало, чтобы я почувствовала себя в безопасности в окружении этих четырех стен.

– Д-Ролли, ты знаешь, как снять приворот с человека? – обратилась я к ней, проигнорировав ее возмущение. – Допустим, кто-то использовал духи с приворотным зельем. Как избавиться от этого воздействия?

Шокированная моей выходкой, подруга не сразу нашлась с ответом.

– Ты думаешь, что тебя приворожили? – спросила она настороженно.

– Как избавиться? – повторила я терпеливо.

– Не очень сложно, – откликнулась соседка, продолжая с непониманием хмуриться. – Смысл такого приворота в том, что микрочастички зелья накапливаются в организме жертвы постепенно. Чтобы вывести их все и разом, нужно однократно использовать настойку из корня житника. Но если результат нужен прямо сейчас, можно просто пожевать сухой корень. Только надолго он не поможет, если воздействие повторится.

– А что поможет? – уточнила я.

– Здесь требуются превентивные меры. Например, мешочек с сушеной лавандой, но так, чтобы он касался кожи. Обычно его вешают на шею, как бархатку.

– У тебя есть корень житника и лаванда в мешочке? – перешла я к самому главному.

На миг Д-Ролли задумалась. Потом кинулась сначала к нашему шкафу, но на полпути развернулась и отправилась к своей прикроватной тумбе. Копалась там минут пять от силы, переворачивая содержимое выдвижного ящика и полок.

Поиски принесли положительный результат.

– Вот, – продемонстрировала она озвученное на ладони.

– А теперь бери корень и жуй. А потом вешай лаванду на шею, – приказала я, усаживаясь на свою кровать.

Летучая мышь, которая напряженно молчала все это время, перелетела на мою подушку.

– Чего смотришь, конопушка? Жуй, тебе говорят. Приворожил тебя твой Темноволосый бог, демоном под шкурой оказался.

– Но…

– Жуй, – повторила я безапелляционно. – Он знает, что ты приготовила для нас зелье, и приходил шантажировать меня вашими жизнями. А еще признался, что ты под приворотом.

– Салли… Да я бы почувствовала… Я бы запомнила! – неверяще качая головой, соседка тем не менее медленно подносила корень к губам. – Но что ему нужно от тебя?

– Корона, – произнесла я совсем уж тихо. – Но, чтобы ее получить, ему нужна я.