28

Что я могла сказать в ответ?

Правильно: плюшки-ватрушки.

И что это Джулии взбрело в голову?

— Прекрасно! Чудесно, девочка моя! — захлопал в ладоши маг. — Тогда не будем откладывать в долгий ящик, а завтра с утра и устроим турнир. Сейчас же кушайте, набирайтесь сил. Мне кажется, что вы очень сильно устали с дороги. А я со своими девочками не буду вам мешать.

Он кивнул первокурсницам и те так одновременно поднялись со стульев, как будто репетировали это синхронное движение месяцами. Шелестящие платья удалились из зала, их процессию замыкала черная мантия мага. Похотун остановился на пороге и лучезарно нам улыбнулся. Но его глаза оставались такими холодными, как будто живую плоть заменил на льдинки.

— До завтра, мои хорошие.

В дверь влетели иглотыки. Забавные создания были одеты в кукольные смокинги, а в руках несли огромные подносы с едой. Я ощутила, как мой живот заурчал при виде жареной курицы и нарезанных овощей. Следом шла парящая картошка с бараньими ребрышками и обжигающе-острым соусом. Замыкали процессию кубки с вином и восточные сладости — щербет и пахлава.

— Ой, наконец-то нормально поедим, — потерла ладони Джулия.

— Поедим, потом… Сначала ответь — что сейчас было? — я постаралась, чтобы мой взгляд стал настолько тяжелым, чтобы сломал ей всё наигранное настроение.

— А что мы можем сделать? — вопросом на вопрос ответила Джулия.

— Мы могли бы тут устроить бучу, могли бы вызвать наших преподавателей, могли бы отказаться и уйти, — загибала я пальцы. — Вариантов куча, зачем же было соглашаться?

— Да? — подняла брови Джулия. — Я как-то об этом не подумала. Ну и ладно, я выбрала самое меньшее из зол, заботилась о своих подругах.

Кристина и Юханна что-то благодарно промычали, впиваясь зубами в нежнейшее мясо. Агапа же смачно хрустела огурцом и тоже принимала эту ситуацию, как само собой разумеющееся. Про Шмура я вообще молчу — наш провожатый уминал за обе щеки, даже за ушами трещало. Похоже, что это неправильное соглашение волновало только меня.

Ну нельзя же быть такими равнодушными!

В знак протеста я навалила себе на тарелку картошки с горкой и ухватила самую аппетитную куриную ножку. Надо отдать должное Похотуну — еда у него была отличной. Мы отвалились от стола уже сытые, как коты у богатой старушки. От выпитого вина чуть шумело в голове и предстоящий завтрашний день не казался таким уж страшным.

Будет хула-хупиус? Ничего страшного, он уже был у нас и пусть в тот раз мы проиграли, но сейчас удача может повернуться к нам лицом.

Джулия согласилась на условия Похотуна? Я улыбнусь, когда он оставит её у себя… Хотя, в этой ситуации я даже пожалею мага.

Девчонки вернутся обратно? Да, вернемся все вместе и там уже преподаватели снимут заклинание гипноза с этих дам.

Вроде бы всё шло как нельзя лучше. Всё оборачивалось хорошей стороной.

— Ой, девчонки, завтра выиграем Маринку и отправимся в Академию, — потянулась Джулия. — Как же здорово жить на свете. Теперь бы ещё поспать до утра…

— Просим вас проследовать за нами, — тут же поклонился иглотык.

Какие же они милые, эти мальки… Прямо миниатюрные дворецкие. Такие предупредительные, что слезы на глаза наворачиваются.

И в то же время, пока наши шаги отпечатывались по начищенному мрамору коридоров, меня не покидала мысль, что всё это неправильно. Всё должно быть не так! И две мысли, что «всё нормально» и «всё не так» лупцевали друг друга в моей голове почем зря и не могли взять верх, чтобы окончательно утвердиться и завладеть подконтрольной территорией.

Комнаты нам достались чистенькие, опрятные, ничего похожего на ту, в которой я очнулась в первом семестре. Я честное слово была удивлена. И уже падая в сон меня толкнула мысль, что это неправильно. Я отмахнулась и уснула.

Одно приятно было утром — нас не будили горлопанящие призраки. Удалось относительно спокойно выспаться.

Предупредительные иглотыки проводили нас на завтрак, где уже вовсю хрустели овощами наши противницы по хула-хупиусу. Джулия встретила нас ехидной улыбкой. Не сомневаюсь, что уже успела плюнуть в наши бокалы с соком, поэтому попросила заменить свой бокал на другой. Улыбка Джулии померкла.

Как только мы начали завтракать, вошел довольный собой Похотун. Его симпатичное лицо светилось такой радостью, что даже захотелось размазать по нему тарелочку-другую картофельного пюре.

— Приятного аппетита, мои дорогие гостьи. Зал для игры уже готов, зрители уже на местах. Как только покушаете, так можете выступить на бис. Уверяю вас — вы станете звездами замка. О вашем соревновании будут слагать легенды…

— После завтрака полагается поспать, а не играть с обручами, — хмыкнула я.

— А я наоборот, полна сил и готова надрать пару русских задниц и одну стратуинскую попку, — проговорила Джулия.

— Я из Белоруссии, — сказала Агапа.

— Для нас это всё равно, — отмахнулась Джулия.

— Девочки, не ссортесь раньше времени, выплесните свою агрессию на поле. Вы же хотите разобраться друг с другом раз и навсегда? — примиряюще поднял руки Похотун.

— Почему навсегда? Мы же потом ещё можем встретиться, — подала голос Кристина.

— Да это, к слову, пришлось, — сказал Похотун и настолько фальшиво улыбнулся, что мне тут же захотелось выбежать из замка.

— Хорошо! Мы согласны! — бодро выкрикнула Джулия. — Всё равно мы ничем не рискуем.

Меня эта уверенность здорово покоробила. Нельзя же быть такой самоуверенной. Пусть у нас не хватает третьего игрока, но мне в тот момент казалось, что Шмур заменит Маньяру.

— Это вы ничем не рискуете? Да это мы ничем не рискуем, — хмыкнула я.

Джулия хмыкнула в ответ. Мы ещё пару раз похмыкали, а после отвернулись друг от друга. Похотун только потирал руки и улыбался. Похоже, что он был доволен сложившейся ситуацией.

— Позавтракали? Тогда прошу вас проследовать в игровой зал. Иглотыки, проводите дам на поле.

Прозрачные крылышки иглотыков тут же угодливо затрепетали и трое тут же поманили нас за собой. Коридоры снова поразили нас чистотой и… На стенах висели обычные картины, природа, море, корабли и зимние закаты. Никаких женщин с размазанными лицами…

И в то же время я ощущала тревогу, что-то тут не так.

Когда же перед нами угодливо открылась дверь, то я снова ощутила неприятный холодок, промчавшийся по спине. Мы вышли в игровой зал, который донельзя напоминал зал в Академии, вот только у него не было крыши, а за стеной маячили две огромные головы.

Пушок и его друг Комар захлопали в ладоши при нашем появлении. Я заметила, что и у того, и у другого под рукой находилось по здоровенной бочке. Не приходилось сомневаться в содержимом — стоило только посмотреть на довольные рожи друзей.

— Маринка, давай, завали эту корову крашеную! — гаркнул Пушок.

Я улыбнулась, а вот Джулии почему-то было не до веселья, она показала великану средний палец, на что тот снова хохотнул:

— Да мне наплевать, что ты вместо туалетной бумаги используешь!

Джулия фыркнула, но не стала отвечать.

Так же я заметила и сидящих старосту с Гербариусом. Они что-то вполголоса обсуждали, не давая друг другу ни минуты покоя. Скорее всего философствовали о природе игры, о погоде и новых веяниях в высших сферах.

На первых местах сидели десять девушек-первокурсниц, а остальные сиденья занимали иглотыки. Плюшки-ватрушки, сколько же их тут было? Как будто оказались внутри пчелиного улья, где иглотыки сидели едва ли не на головах друг друга. Шелестящие крылышки создавали негромкий гул, словно здесь работало около тысячи вентиляторов. Хорошо ещё, что ветер такой же не поднимали.

В центр зала вышел Похотун и воздел руки, прося тишины. Даже философы остановили свой затянувшийся спор, когда маг грозно зыркнул на них.

— Дорогие мои соседи, гости и прочие, прочие, прочие. Я рад приветствовать вас на самой веселой и азартной игре в хула-хупиус! Наши милые академички решили порадовать нас своим самоотверженным подвигом! Мы заключили пари на десять моих дорогих студенточек, которых нужно вернуть под светлые глазки преподавательского состава! Если одна из троек выиграет, то она забирает всю группу с собой! Я даже портал открою для перемещения! А если проиграет, то останется на три месяца в гостях у великого черного мага Похотуна.

Иглотыки разразились свистом и улюлюканием настолько дружно, словно репетировали это не меньше месяца. А может и репетировали? Вон как радуются. Чего нельзя сказать десяти студентках — на их мордашках отразилось недовольство таким раскладом. Похотун тоже это заметил и ласково улыбнулся:

— Милые мои первокурсницы, не переживайте так! Надо же помогать более старшим коллегам по образованию! Но как только вы изъявите желание вернуться обратно, вас тут же отпустят! Уверяю вас, что обратный путь покажется увеселительной прогулкой! И мы снова будем вместе! Ведь мы уже полюбили друг друга…

Вот теперь уже и девчонки подпрыгнули на местах и начали так радостно улюлюкать и хлопать в ладоши, что я даже собралась заглянуть им за спины — вдруг там выросли крылышки, как у иглотыков?

— Все помнят правила игры? Есть два столбика у команд, под ними по три сундучка с волшебными хулахупами. Команды, покажите, какие столбики вы выбрали!

Мы подняли руки у своего столбика. Шмуру уже успели объяснить правила игры, поэтому он краснел, бледнел и мечтал смыться из этой затеи. Джулия со своими подругами подняли руки у противоположной стороны. Джулия даже провела большим пальцем у себя по подбородку, явно не намекая на то, что мне очень бы пошло бриллиантовое колье.

— Красные кольца — атакующие, синие — защитные, зеленые — задерживающие. Надо накинуть десять красных колец на столбик другой команды, либо поймать платиновый хулахуп и надеть со всевозможной скоростью.

Пока Похотун говорил, Шмур вытащил кольца из кованых сундучков и подкинул их в воздух. В руке оно было не больше круглого браслета на запястье, а как только оказывалось подброшенным, то тут же увеличивалось в размерах до хорошего хулахупа. В центре зала завис платиновый хулахуп. Завис с тем, чтобы через десять секунд пропасть.

— Как только наберется десять очков, либо один платиновый хулахуп, так игра тут же останавливается. И, как вы помните, между играющими студентками скользят молодые соблазнители… У нас же будут скользить древостуны!

Я открыла рот, когда на круглых платформах важно выехали бойцы первого защитного круга. Они едва ли не раскланивались по сторонам, приветствуя собравшуюся публику. Двадцать чурбанов на ножках…

И как им удалось разморозиться?

— Так как древостуны превращают своих врагов в деревянные статуи надолго, то я решил убавить срок действия до пяти секунд. Если корень древостуна попадет в игрока, тот становится деревянным на озвученный срок. Это раскрасит нашу игру. Игроки, готовы?

Команда Джулии тут же кивнула. Мы решили не отставать от них.

— Что же, тогда начнется наша игра. Три! Два! Один!