Глава 17

Конрад поравнялся и все-таки обнял ее с невозмутимым видом, а Риа, мгновение поколебавшись, не стала демонстративно скидывать его руку. В самом деле, никого особо не интересовала личная жизнь других студентов, да и не такая уж заметная фигура Рианора. Ну, отшила парочку самых шустрых в начале, ничего особенного, ну, выбрала, наконец, с кем встречаться. Правда, несколько косых, слегка удивленных взглядов ведьма поймала, но решила не обращать на них внимания.

– Наша берлога.

Конрад распахнул перед Риа дверь комнаты, пропуская вперед.

Там уже сидел Шейр, лениво листая какую-то книгу, и при их появлении выпрямился, радостно улыбнувшись.

– О, вернулись? Вовремя! – Он кивнул на стол, где белел листок бумаги: – Конни, нам дали добро, только посоветовали быть осторожнее. Риа, ты посмотрела?

Шейр вопросительно взглянул на сестру.

– Да, эльфийка, – кивнула девушка, скользя вроде как рассеянным взглядом по комнате.

– Тогда ужинать и прикинуть план действий, – заявил Шейр и поднялся с кровати.

Они вышли из общежития и направились в торговый квартал. Вечером, как всегда, окрестности Академии выглядели оживленнее, многие торопились туда же, куда и компания, – кто по лавкам, кто тоже поесть. В городке вовсю шли приготовления к празднику, дома украшались гирляндами живых цветов, пучками колосьев, корзинками и венками с созревшими фруктами. Праздник Перелома, середина года, когда ветки сгибаются под тяжестью урожая, второй по значимости после Зимнего. Природа в самом расцвете, одаривает своими плодами, и люди, как могут, выражают радость и благодарность. Возносятся молитвы богине плодородия, и после Перелома всегда рождается много детей. Даже война не уменьшила желание отмечать и праздновать, отметила про себя Рианора.

Они выбрали свою любимую таверну, зашли, но едва переступили порог, как остановились, а Шейр тихо присвистнул.

– Как удачно!.. – вполголоса произнес он, глядя на фигуру за дальним столиком.

Вполоборота к ним сидел мастер Бронс, обхватив ладонями внушительную глиняную кружку и мрачно глядя перед собой. Конрад прищурился, окинул взглядом общий зал и решительно направился к столику недалеко от преподавателя, только почти за его спиной. Судя по всему, мастер Бронс глубоко ушел в свои мысли и точно не заметил их появления.

– Думаешь?..

Рианора вопросительно покосилась на Шейра.

– Не исключаю… – Он наклонил голову. – Очень уж много подозрительных и странных моментов.

Они молча уселись за стол, заказали официантке ужин и дружно уставились на преподавателя. А он вдруг медленно поднял голову, повернулся и в упор посмотрел на Рианору, отчего девушка вздрогнула и невольно ближе придвинулась к Конраду. Все замерли, не зная, чего ожидать, а мастер Бронс, не сводя с ведьмы взгляда, вроде бы негромко, но так, что компания его услышала, произнес:

– Император прибыл в ставку, поднял войска и в обход столицы скорым маршем продвигается вглубь страны. Знаешь, куда он идет? – в последних словах слышалась мрачная ирония.

Рианора похолодела, вцепившись под столом в руку Конрада, и судорожно дернула головой.

– Сюда, девочка, – тем же тоном ответил он. – В Академию. За тобой!..

Последние слова упали тяжелыми камнями, и хотя в таверне по-прежнему шумели голоса и раздавался смех, Рианоре показалось, гомон отдалился, стал доноситься, как сквозь вату. Горло перехватило, а пальцы невольно потянулись к кулону, но Конрад перехватил, мягко сжав, и девушка опомнилась.

– Откуда вы знаете? – едва слышно спросила она, не сводя испуганного взгляда с мастера Бронса.

Преподаватель прищурился, хмыкнул.

– А ты знаешь, как появляются самые сильные некроманты? – Риа снова помотала головой. – Рождаются от перегоревших ведьм. В Академии, между прочим, их штук двадцать, не меньше. А ты – самая сильная из них.

Рианора сжала губы и вскинула подбородок, изо всех сил не поддаваясь панике.

– Чтобы потерять дар, нужно пережить предательство. А я не собираюсь влюбляться в Императора, – резко ответила она.

Конрад и Шейр пока не вмешивались, молча слушая, но тепло пальцев Инквизитора на ладони согревало и отгоняло страх, вселяя уверенность, что все будет хорошо.

Мастер Бронс развернулся к их столику всем корпусом, но по-прежнему смотрел только на Риа и разговаривал только с ней. Его губы скривила невеселая усмешка.

– А перегореть можно и от ненависти, – тихо произнес он. – От проклятья. Тебе ведь есть что терять, ведьма. На что ты готова пойти ради близких людей?

Ей стало зябко. Да, ей есть что, вернее, кого терять. И наверняка Император узнает об этом… Мастер Бронс вдруг поднялся, от чего вздрогнули все трое, и что-то достал из кармана. Конрад напрягся. Шейр лишь едва заметно поменял позу. А Риа еле удержала готовую сорваться с кончиков пальцев силу.

– Вот, держи, – мужчина протянул браслет с крупным, отполированным до блеска, серым камнем посередине. – Если вдруг понадобится помощь, свяжись со мной. – Мастер Бронс мельком взглянул на замерших Конрада и Шейра и скупо усмехнулся: – Им это не нужно.

И, не прощаясь, развернулся, направившись к выходу из зала. Рианора растерянно смотрела ему вслед, сжимая браслет. Ее так и тянуло нервно рассмеяться.

– Дай, – нахмурившись, произнес, наконец, Конрад и отобрал у нее подарок.

Внимательно осмотрел, только не обнюхал, и нехотя вернул.

– Темной магии нет, – вынес он решение. – Вроде действительно просто артефакт для связи. Коснуться камня и подумать о нем.

– Почему он сказал, что нам это не нужно? – задумчиво проговорил Шейр и потер подбородок.

– Наверное, потому что Император идет не за вами, – тихо ответила Рианора и надела браслет.

На другую руку, не на ту, где уже под манжетой рубашки красовалось украшение от ректора. Кстати, о нем Риа почему-то не вспомнила. Конрад тут же обнял, прижал ее к себе и поцеловал в макушку.

– Не отдам тебя никакому Императору! – шепнул он уверенно, и Рианора прижалась к нему, вцепившись в куртку и уткнувшись лицом в грудь.

– Вот шерххова задница! Хотел волос достать, – досадливо бурчал Шейр. – Слишком он быстро ушел. Ладно, давайте ужинать. И подумаем, как будем завтра ловить эту шпионку.

– А что тут думать? – Конрад пожал плечами и мягко отстранил Рианору, но руки с талии не убрал. – Идешь к ней, делаешь вид, что пришел на свидание, отвлекаешь немного… – По губам Инквизитора скользнула усмешка. – А потом прихожу я, и мы начинаем допрос.

Взгляд Конрада стал жестким.

– Не сбежит? – усомнился Шейр. – Мало ли какие у нее сюрпризы припасены, если она со шпионом общается, а он и темную магию знает…

– У нее магия целителей, – пожал плечами Конрад. – Даже если что-то и есть, скорее всего, оно в артефактах или амулетах. Но они бы фонили даже спящие, а я не чувствовал на ней ничего такого. Не думаю, что шпион стал бы так рисковать, тем более ради какой-то любовницы. Пусть и с полезным умением очаровывать. – Он пренебрежительно хмыкнул. – Вряд ли она сможет что-то серьезное сотворить. Ну и не думаю, что тебя можно так легко обмануть, – подмигнул Конрад другу.

– В общем, да, – невозмутимо кивнул Шейр. – Тогда на том и сойдемся. Я займусь основным, а ты подстрахуешь. А ты, – палец парня уперся в Рианору, – сидишь тихо…

– Я пойду с Миранией веселиться, мальчики, – перебила его с легкой улыбкой девушка. – В ваши дела не полезу, не переживайте. А теперь поговорим о том, как будем зелье варить, – чуть понизив голос, сменила она тему.

Им пришлось ненадолго замолчать, поскольку официантка принесла заказ, а когда отошла, Конрад лениво шевельнул пальцами, и воздух вокруг их столика пошел легкой рябью. Шейр поднял брови, и Вертон пояснил:

– Теперь все будут слышать обычный треп студентов.

Шайди одобрительно кивнул.

– Итак, – начала Рианора. – К полуночи нам надо быть в лаборатории. Во сколько и где собираемся?

– У нас после ужина, – сразу предложил Конрад. – И ждем все вместе. Как раз отправим отчет с той историей про ведьму, вдруг он знает, кто это был и правда ли про беременность. Можно попросить, кстати, достать волосы Бронса и ректора, – осенило Инквизитора. – Наверняка у связного больше возможностей это сделать Мне так кажется.

– Тоже так считаю, – согласился Шейр. – Тогда так и сделаем.

– Мне кое-что надо будет взять у себя из составляющих, – нахмурилась Риа, ничуть не смутившись от такого предложения и занятая уже мыслями о предстоящем ночном походе в Академию. – Там не все редкое, кое-что у меня есть.

– Хорошо, зайдем, – согласился Конрад, приложившись к кружке с отличным элем.

На этом решили закрыть опасные темы и просто хорошо посидеть, насладиться едой. Ну, а ближе к десяти, отлично отдохнув в таверне, вернулись в общежитие ждать нужного часа. Рианора завернула к себе прихватить необходимые составляющие, мельком отметила, что Мирании снова нет в комнате, и они с Конрадом покинули жилище ведьмы. А вот когда уже ближе к одиннадцати Инквизитор случайно взглянул в окно, то весь подобрался и напрягся. Риа, лежавшая у него на груди, удивленно покосилась на Конрада.

– Что такое?..

– Там кто-то к воротам идет, – негромко сообщил он и, аккуратно поднявшись с кровати, подошел к окну, пристально вглядываясь в сгущающуюся темноту.

– Кто? – переспросила девушка.

Шейр просто молча ждал ответа, рассеянно поглядывая на почтовую шкатулку – добытые сведения и вопрос по ведьме ушли к связному.

– Интере-е-есно, – протянул Конрад, прищурившись. – Это Талла. И она, похоже, торопится в Виранту.

– Еще и под отводом глаз, – обронил Шейр, присоединившись к другу. – Потому что я ее не вижу.

– И у нее есть способ обойти повышенную защиту Академии, – добавила Рианора, поднявшись с кровати и остановившись рядом с Конрадом.

Его рука тут же обхватила девушку за талию – таким привычным жестом, что Риа чуть не разулыбалась, невольно прижавшись к плечу щекой. Но взгляд ведьмы не отрывался от пустой – для нее – дорожки к воротам Академии.

– Тоже вопрос любопытный, – хмыкнул Шейр, скрестив руки на груди.

– Значит, завтра выясняем, где она живет, и нанесем визит вежливости, – подвел итог Конрад, наблюдая, как около ворот защита отозвалась слабой зеленоватой вспышкой, и фигура в плаще выскользнула за территорию Академии. – Хватит с меня таинственных гостей и множащихся тайн, пора дергать за ниточки!

– Поддерживаю всеми конечностями, – согласился Шейр.

А когда они уже собрались выходить, как раз за пять минут до наступления комендантского часа, шкатулка мягко засветилась, показывая, что пришло послание. Конрад открыл крышку и прочитал короткую записку.

– Имя той ведьмы Балира, и она в самом деле была беременна. – Он посмотрел на друзей. – Не знаю, что нам это даст, но любые сведения будут не лишними.

– Мастер Бронс сказал, что у перегоревшей ведьмы может родиться сильный некромант, – пробормотала Рианора, спускаясь за Конрадом по лестнице. – Может, эту Балиру бросил ее возлюбленный, и она его прокляла?

– Осталось только выяснить, с кем у Балиры был роман, – хмыкнул Шейр, посмотрев через плечо на Рианору. – Двадцать лет назад. Ты умеешь смотреть в прошлое, сестричка? – ехидно добавил он со своей привычной усмешкой.

– Надо найти того, кто тут учился двадцать лет назад, и расспросить, – пожала плечами ведьма и вернула шпильку: – Уж это, думаю, ваш таинственный связной в состоянии выяснить.

– Посмотрим, – вмешался в их беседу Конрад. – Сначала зелье, потом Талла, а потом с эльфийкой разберемся. Может, и не понадобится больше ничего.

Они вышли на темную и тихую улицу и, прячась в тенях, чтобы их самих никто не заметил, бесшумно направились к громаде Академии, высившейся впереди. Рианора надеялась, что их вылазка останется незамеченной, и обойдется без приключений. Очень хотелось в это верить.

Талла с трудом дождалась вечера, нервничая и волнуясь. Император никогда не злился на нее, но раньше некромантка и не вызывала у него раздражения, послушно выполняя все приказания. Губы девушки скривила невеселая усмешка. Всего лишь полезный инструмент, не более. Как и все вокруг него. Странно, почему она раньше не замечала, не задумывалась об этом?! Жила, словно во сне. Принимала на слово, верила всему, что ей говорили. Некромантка начала машинально перебирать мешочки и пузырки, корешки и руны, которые ей сегодня понадобятся в ритуале. Она хотела знать свое прошлое, хотела увидеть мать и того, кто был ее отцом. Если, конечно, кровь захочет ей рассказать. Возможно, разговор с духом матери дал бы результат лучше, но Талла опасалась проводить ритуал вызова в непосредственной близости от Академии. Слишком много темной силы, слишком рискованно. Талла надеялась, что все-таки кровь захочет с ней говорить и покажет, кем же на самом деле была ее мать.

Когда стемнело, и все разошлись по комнатам и общежитиям, Талла решительно выдохнула, взяла сумку и закуталась в плащ, оставив повязку на столе. Кто там, в темноте, после комендантского часа будет присматриваться к ней? Тем более девушка собиралась обезопасить себя отводом глаз, чтобы уж точно никто любопытный случайно не увидел. Помедлив секунду перед дверью, она взялась за ручку и бесшумно выскользнула в коридор.

До массивных ворот Талла добралась без происшествий. Она тенью скользила между таких же теней, чутко прислушиваясь к малейшему звуку. Но только ветер шелестел в кронах, да изредка вскрикивала ночная птица. Задержав дыхание, Талла достала из сумки плоскую пластину из полупрозрачного зеленоватого камня с выцарапанными на ней символами и прижала к калитке, прикусив губу. Этот амулет лежал в условленном месте, где она оставила сделанный ею самой артефакт. Честный обмен, как же…

Подавив очередную кривоватую усмешку, Талла дождалась, пока защита ее пропустит, и выскользнула за ворота Академии. Виранта была погружена в темноту, лишь кое-где разгоняемую тусклым светом окошек в домах. И мост перед воротами ярко освещался магическими фонарями. Талла быстро пошла вперед, надеясь, что ей удастся найти комнатушку в какой-нибудь таверне – должна же быть хоть одна даже в такой дыре. Тем более что в Академию сейчас пускали не всех, а всяким торговцам и прочим случайным людям нужно где-то переночевать.

Талле повезло: на ближайшей так называемой площади она увидела здание, похожее на таверну – по крайней мере, на вывеске виднелась полустертая кружка, тарелка и кровать. Внутри оказалось всего-то несколько человек, молча доедавших свой ужин. На нее они даже не взглянули. Талла бросила на стойку три медных монеты и, опустив глаза, пробормотала:

– Комнату до утра.

Хозяйка, тучная женщина с забранными в небрежный пучок волосами, молча смахнула деньги со стойки и положила перед ней ключ. Вскоре Талла закрывала за собой дверь тесной, грязной комнатушки с единственной узкой кроватью и стулом. Окошко находилось под потолком и заросло пылью и паутиной, что Таллу полностью устраивало. Меньше вероятности, что кто-то подсмотрит. Она быстро нарисовала вспыхнувший мертвенно-голубым светом охранный знак над замком и успокоенно вздохнула. Теперь точно до утра никто не войдет, магия не пустит. Талла, небрежно отбросив потертый коврик с дощатого пола, достала из сумки красную свечу, зажгла ее, потом – красный мел, которым начала чертить на досках, беззвучно шевеля губами. Воздух моментально сгустился, стал плотным и колючим, а некромантка продолжала, выкладывая в ключевых узлах фигуры корешки, камешки, насыпая горкой порошки и оставляя руны. В какой-то момент она достала короткий кинжал и полоснула острым лезвием по ладони, сжала ее в кулак и вытянула над серединой фигуры, чтобы красные, тягучие капли попадали прямо в центр.

Линии вспыхнули багровым, порошки зашипели, искрясь и испаряясь, а корешки загорелись. Камни засияли холодным голубым светом. На лбу Таллы выступила испарина, но она продолжала беззвучно шептать, завершая ритуал. Фигура последний раз мигнула и погасла, от составляющих остался один пепел. А некромантка без сил опустилась на стул и некоторое время неподвижно сидела, тяжело дыша и дрожа мелкой дрожью. Магия крови всегда трудно ей давалась, сложнее остальных аспектов темной силы, и теперь Талла начинала подозревать почему. Устало вздохнув, она поднялась, скинула сапоги и, не раздеваясь, упала на кровать. Навеянный ритуалом сон стремительно затягивал в черную воронку, и последней мыслью Таллы было – чтобы все получилось, и память рода откликнулась на ее ритуал.

Академия встретила оглушающей тишиной и непроницаемой тьмой. Риа тут же вцепилась в широкую ладонь Конрада, прижавшись к нему и часто моргая, пока глаза перестраивались. Он тут же обнял, успокаивающе погладил по плечу.

– Все хорошо, – шепнул Инквизитор, и Рианора улыбнулась в темноте.

Сделала несколько глубоких вдохов и решительно шагнула вперед.

– Идем.

Они спустились к лабораториям, добрались до той, от которой им оставила ключ госпожа Шергис. И тут уже можно было зажечь светильники, не опасаясь, что привлекут чье-то внимание. Окон в лаборатории не было, конечно же, раз она находилась в подвале. Обещанные редкие составляющие зелья лежали на рабочем месте Рианоры, и она тихонько перевела дух: до последнего почему-то не верилось, что все пройдет гладко. А вот теперь ведьма чувствовала себя увереннее. Прошла нервозность, эмоции улеглись, плечи расправились, движения стали отточенными.

– Так, сядьте где-нибудь и не отсвечивайте, – приказала она парням. – Мне часа три понадобится. И не отвлекать! – строго добавила Рианора, покосившись в сторону Конрада.

Тот молча поднял ладони и сделал большие глаза, потом опустился на стул у стены и положил руки на колени, изобразив на лице что-то вроде благоговейного трепета. Получилось не слишком, и Риа не выдержала, прыснула в кулак.

– Так, все, ждите, – немного ворчливо произнесла она и отвернулась, зажигая маленькую жаровню.

Конрад же, откинувшись на спинку стула, любовался своей ведьмой. Тонким профилем, сосредоточенно сжатыми губами, нахмуренными бровями. Изящные пальцы порхали над маленьким котелком, добавляя то один, то другой ингредиент, и их то и дело окутывали зеленоватые всполохи магии. В какой-то момент он засмотрелся так, что почудилось, будто видит, как в дымке проступают очертания гибких побегов, больших бутонов или пышных крон… Магия Природы во всей красе, послушная воле ведьмы.

– Красиво, да? – тихо шепнул Шейр, и Конрад едва заметно вздрогнул, выныривая из подобия транса. – Риа и правда сильная, – с нотками восхищения добавил ее брат.

Инквизитор кивнул, осторожно пошевелившись и сменив позу. Время потихоньку ползло, Рианора колдовала над отваром, время от времени вытирая со лба испарину. Наконец, пламя в горелке погасло, и девушка осторожно, тонкой струйкой перелила получившееся зелье в бутылочку из темного стекла.

– Готово, – выдохнула она и улыбнулась, не скрывая гордости. – Получилось!

Конрад поднялся и шагнул к ней, улыбнувшись в ответ.

– Молодец! – похвалил, обняв и прижав к себе, губы коснулись макушки. – Тогда убираем и возвращаемся, а то наверняка патрули уже ходят везде. Как бы не попасться!..

Рианора убрала за собой, – хотя не сомневалась, что госпожа Шергис придет пораньше и проверит лабораторию еще раз, – и они покинули помещение, так же бесшумно поднявшись наверх, в холл, а потом и на улицу. Стоял самый глухой час, притихли даже ночные пичуги, лишь шелест ветра иногда нарушал тишину. Компания направилась к общежитиям, и Рианора вдруг поймала себя на странном ощущении. С каждым шагом ей все меньше хотелось возвращаться к себе в комнату, даже несмотря на подаренный Конрадом амулет. Она ему верила, конечно же, но… Страх оказался сильнее. То и дело перед глазами всплывали обрывки кошмаров, последний сон с Императором, и по спине волнами гуляла холодная дрожь. Риа едва сдерживалась, передергивала плечами и покусывала губы, судорожно пытаясь усмирить разошедшиеся эмоции. Ее пальцы крепче вцепились в ладонь Конрада, и когда дорожка свернула к корпусу, где жила Рианора, девушка остановилась, поняв, что просто не сможет сейчас остаться одна. Даже если Мирания тоже в комнате. Но она спит, и не убережет, если… Если…

– Риа? – тихо спросил Конрад и взглянул на нее. – Что такое?

– Не хочу к себе, – хриплым шепотом выпалила она и посмотрела Инквизитору в глаза.

Только вот он услышал в голосе ведьмы не страсть, а страх. Рианора просто боялась, до дрожи, до паники. Проглотив ругательство, Конрад мягко привлек девушку к себе, погладив по голове, и прежде чем успел что-то сказать, Шейр произнес:

– Так, ладно, все с вами ясно. Я переночую у тебя, Риа, спокойной ночи!.. – В последних словах парня отчетливо сквозило ехидство, в темноте блеснули в улыбке зубы. – Надеюсь, твоя соседка не из слабонервных и не пришибет меня спросонья какой-нибудь молнией или огненным шаром.

Рианора хмыкнула, порадовавшись, что в темноте не видно, как щеки обжег румянец.

– Ну, если не перепутаешь мою и ее постель, то, может, и не огребешь, – легко подхватила она его тон. – У Миры вообще-то нервы покрепче моих будут.

– Тогда встретимся утром, – кивнул Шейр и скрылся в тенях.

Конрад же без лишних слов и вопросов крепче ухватил Рианору за руку и потянул за собой.

– Пойдем.

Она молча подчинилась, тихонько переведя дух. Где-то в глубине души Риа опасалась, что Конрад не предложит остаться у него… А девушка хотела просто выспаться, спокойно и крепко. Да еще после того, что им сказал мастер Бронс, вообще сердце было не на месте.

– Как думаешь, Даррейт правду сказал? – негромко спросила Риа, пока они шли к общежитию. – Ну, про Императора?

Конрад покосился на нее и ободряюще сжал прохладные пальчики.

– Может, и правду, – не стал он врать. – А может, зачем-то хотел напугать тебя. Я не знаю, Риа. Но можно попробовать уточнить у нашего связного, – задумчиво протянул он. – Да, пожалуй, это хорошая идея. А то мастер Бронс вызывает у меня странное ощущение. Вроде ничего плохого открыто не делает, но почему-то оказывается в некоторых местах весьма кстати. Или некстати… – добавил Конрад, вспомнив, как видел преподавателя на дорожке в рощу.

Ведьма зябко поежилась и на несколько мгновений прижалась к плечу Инквизитора.

– Так хочется, чтобы скорее все закончилось!.. – прошептала она.

Вертен не ответил. Ведь если и правда они вляпались в пророчество, то одной поимкой шпиона история не закончится. Императора это вряд ли остановит. Вместо этого он молча обнял Рианору за плечи и мягко коснулся губами макушки девушки. В любом случае они справятся. Вместе – справятся.

Добравшись до комнаты, Конрад открыл дверь и пропустил ведьму, потом зашел следом, пока Риа, обхватив себя руками и явно слегка нервничая, стояла посреди помещения.

– Давай спать, – мягко произнес Конрад, остановившись за спиной девушки и положив ладони ей на плечи. – Тебе отдохнуть надо.

Согласно кивнув, она подошла к кровати и присела на край, покосившись на Инквизитора. В воздухе незримо разливалось напряжение, и Конрад решил чуть-чуть его снять. С невозмутимым лицом снял куртку, потом начал расстегивать рубашку, небрежно обронив:

– Поскольку я не привык спать в одежде, то собираюсь от нее избавиться. Если кто-то стесняется, может отвернуться.

Риа моргнула, на ее лице отразилось недоумение, а потом она фыркнула и не сдержала тихого смешка. Ну, было немного, да, щеки потеплели от прилившей крови – все же обнаженных мужчин она в своей жизни не так чтобы часто видела. По правде, до сих пор – ни одного. А потому не могла заставить себя отвести взгляд от широкой спины, игравшей мышцами при каждом движении, от покатых плеч и бугрящихся бицепсов… И вообще пальцы буквально зачесались провести, пощупать, проверить крепость. Смутившись, Рианора поспешно отвернулась, поднялась и, подумав мгновение, тоже решила раздеться. Ну, хотя бы штаны снять, в них точно спать неудобно. А вот рубашку можно и оставить. На всякий случай…

Скинув сапоги и расстегнув пояс, Рианора поспешно стянула штаны, радуясь, что рубашка достаточно длинная, чтобы прикрыть пятую точку, и все же ощутила, как от смущения щекам стало еще жарче. Нет, она не сомневалась, что Конрад не тронет ее сейчас, только это не отменяло могучего приступа смущения. Позади послышался шумный вздох, отчего Рианора чуть не подскочила. Девушка через плечо покосилась на замершего в нескольких шагах Конрада и юркнула под одеяло, свернувшись калачиком и на всякий случай зажмурившись. Сердце колотилось пойманной птичкой, от нахлынувшего волнения сонливость пропала.

Однако, к ее тайному облегчению, никаких комментариев от Конрада не последовало. Еще некоторое время до нее доносился шорох, а потом кровать прогнулась, и раздался ворчливый голос:

– Двигайся, скромница, а то тут для двоих узковато.

Риа послушно подвинулась, и Конрад забрался под одеяло. Большой, сильный и теплый. И хотя она отлично чувствовала, что, кроме белья, на нем ничего нет, но… Смущение почему-то уже прошло. И Рианора уступила желанию оказаться как можно ближе, придвинулась, положив голову на очень удобное плечо и перекинув руку поперек обнаженной груди Конрада. Тут же его рука обвилась вокруг нее, прижимая теснее, вторая устроилась на талии, и Рианора, прежде чем успела сообразить, что делает, еще и закинула на него ногу. И зачем-то пробормотала куда-то в шею Конраду:

– Так удобнее…

– Ну, да, конечно, – с мягкой насмешкой отозвался Инквизитор. – Тебе точно удобнее. Спи уже, – чуть тише добавил он, и его губы легонько коснулись макушки Рианоры.

Ладонь тихонько погладила поясницу, без всякого подтекста, просто успокаивая. Рианора же, неслышно вздохнув, приподнялась и – поцеловала. Просто потому, что захотелось. Она думала сразу отстраниться, даже не собираясь дразнить, но не успела. Широкая ладонь легла на затылок, легонько сжав пряди, а Конрад моментально перехватил инициативу, его язык настойчиво провел по губам Рианоры, скользнув внутрь, углубляя поцелуй… По венам растеклась горячая сладость, согревая и окончательно прогоняя все тревоги. Риа тихо мурлыкнула, зарывшись пальцами в волосы Конрада и с упоением отвечая. Они целовались долго, неторопливо, смакуя каждое мгновение. Наслаждаясь томной нежностью, не спешившей переходить в жаркую страсть. Пальчики Рианоры поглаживали плечи, утоляя жажду прикосновений, вторая ладонь Конрада пробралась под рубашку, медленно скользя вдоль спины до поясницы и обратно. От этой незамысловатой ласки хотелось выгибаться и тереться об это тело, как распоследней уличной кошке. Но Риа было все равно, насколько непристойны ее желания. Она сама не заметила, как почти улеглась на Конрада, млея и плавясь от происходящего, и последние остатки смущения утонули в проснувшихся эмоциях.

Конрад первый прервал поцелуи, отстранившись и тяжело, неровно дыша.

– Так, кто-то хотел спать, – хрипло выговорил он с ворчливыми нотками, повернувшись и аккуратно уложив засопевшую девушку рядом. – А если мы продолжим, то спать не будем еще долго. Все завтра, – чуть тише добавил Конрад, и у Риа в животе сладко сжалось от предвкушения, крывшегося за этими двумя словами.

Завтра. Ох!.. Главное, чтобы эта их затея с эльфийкой закончилась благополучно. Длинно вздохнув и постепенно успокаиваясь, Риа закрыла глаза и шепнула:

– Спокойной ночи.

После чего неожиданно быстро уснула, убаюканная стуком сердца под ладонью и теплым дыханием мужчины рядом.