Глава 7

Когда импровизированный чай был выпит, пирог съеден, а родители успокоены, Рандэлл засобирался. Ну да, ему же нужно нормально поесть, отдохнуть да рану залечить. Если честно, отпускать гостя было искренне жаль. Его присутствие привнесло в дом какую-то новую атмосферу, вызвало непривычные, но приятные ощущения. Первоначальное смущение отошло на второй план, и Риа расслабилась, как на приёме у лекаря, которого поначалу стесняешься, а потом он уже для тебя чуть ли не лучший друг и избавитель от недугов.

— Я проведу уважаемого гостя, — поднялась она вслед за мужчиной.

— Да, конечно, — кивнул отец. — Доброго пути, господин декан.

— Берегите себя, — попрощалась и мама.

— Благодарю. Приятного вечера вашему семейству, — защитник отвесил им учтивый поклон и вместе и Рией направился к выходу.

Ночь встретила их сиянием звёзд, стрёкотом сверчков и прочими шорохами и звуками, которые обычно наполняют воздух в конце лета. Лёгкий ветерок гладил кожу, заставляя радоваться тёплой погоде.

— Ну вот, всё хорошо, а вы боялись, — лукаво прошептал мужчина, хотя они уже вышли во двор и родители не могли их слышать.

— Всё благодаря вам. Если бы я умела так складно рассказывать, то у меня могло бы быть поистине грандиозное будущее, — она не сдержалась и улыбнулась, хотя потом поумерила восторги: — Ах да, о чём это я?! Женщинам такое не положено. Наше место при муже, в его тени, — теперь в голосе промелькнула горечь.

— Для семнадцатилетней барышни вы рассуждаете очень смело. Однако боюсь, что не всем мужчинам придётся по душе ваше стремление к равноправию, будьте осторожны и не попадите в неприятности, — пожурил её брюнет.

— Так уж я воспитана. Как вы там сказали? «То ли сын, то ли дочь», — процитировала она. — Но мне интересно, а как ВЫ относитесь к этому моему стремлению? Одобряете, против или просто не придаёте значения?

Ей отчего-то было важно услышать его ответ.

— Я считаю, что с женщиной, которая имеет собственное мнение, гораздо интереснее, чем с бессловесной и послушной тенью, — сказал защитник.

— Я знала, знала, что есть адекватные мужчины! — просияла Риа.

— Так, госпожа Дайнэ, я вам ничего не говорил, и вообще, у нас не было этого разговора, — тут же добавил он. — Настоятельно прошу поумерить ваши восторги и быть осмотрительнее в выборе собеседников. Вы пока не в том положении, чтобы открыто размышлять на скользкие темы. Когда станете на ноги и найдёте единомышленников, мы сможем вернуться к этому разговору. Иначе там, во внешнем мире за пределами родного Бирса, вас раздавят и не заметят.

— Спасибо, буду иметь в виду, — кивнула Риана, прекрасно понимая, что к предупреждению такого замечательного человека как декан Рандэлл нужно прислушаться.

— А теперь мне и правда пора, — его рука (наверное, автоматически) потянулась к раненому боку, но мужчина вовремя себя остановил и принялся отвязывать коня. — Заждался, Пирс?

— Он у вас такой красавец, — не могла не заметить Риа.

— Подарок отца в честь занятия должности декана, — разоткровенничался собеседник. — Единственно верный, важный и нужный подарок.

— Так, наверное, вы всегда о нём помните и не забываете родную кровь, даже когда не вместе, — предположила она. — У вас же ответственная работа…

— У нас обоих важная и ответственная работа. И, если честно, мне сложно забыть отца, потому что он ректор Дайлирской академии магии и по совместительству мой начальник, — защитник говорил доброжелательно, вовсе не кичась своим положением.

— О-о-о… — вот и всё, что смогла выдавить из себя Риана, только сейчас осознав, какое значение, должно быть, вложил Рандэлл в высказывание, что она «по чистой случайности свела очень полезное знакомство, которое может повлиять на всю её дальнейшую жизнь».

— Не знали? — он слегка улыбнулся. — Тем лучше. Надеюсь, сюрприз оказался приятным?

— Если вы с отцом похожи, то да, очень приятным, — заявила Риа, слишком поздно осознав, что позволила себе лишнего.

— Ох уж эта ваша прямота… — покачал головой декан. — Мой отец замечательный человек, но вот люди, которые его окружают… Впрочем, не будем об этом, — он свернул разговор и забрался в седло. — Заработанные деньги получите завтра, но советую вам их пока не тратить и отложить до лучших времён. В крайнем случае, если ваши родители потеряют работу у господина Тайриса, на эту сумму можно будет некоторое время прожить. Ещё увидимся, госпожа Дайнэ.

Риана провожала взглядом его прямую спину, постепенно исчезавшую в ночной тьме, и чувствовала сожаление. Первый раз кто-то зашёл к ним в гости, остался на чай и вёл себя с её семьёй на равных, а не унижал при первой же возможности. Горячая волна благодарности Рандэллу разгоралась всё сильнее именно сейчас, когда он покидал их владения, оставляя своим уходом ощущение потери.

Ещё некоторое время постояв у калитки, Риа повернулась, чтобы идти к дому, но чьи-то сильные руки зажали ей рот и уволокли в заросли. Слишком уж она расслабилась, думая о декане, потеряла бдительность. Спина упёрлась в кору массивного дерева, а сверху навис мужчина, прижимая своим телом к стволу. Не вырваться, не убежать.

Если бы не громадная потеря сил во время боя и не жуткая усталость, Риана быстро бы справилась с напавшим, не физически, так магически. Но сейчас она ощущала во всём теле такую слабость, будто была тряпичной куклой, да и магический резерв практически на нуле и после такого огромного перерасхода восстанавливается намного медленнее. А накопитель, подаренный Рандэллом, остался в гостиной на столе. Вот это действительно колоссальное упущение. И если отбросить ненужную гордость, то стало страшно, а сердце принялось отплясывать безумный танец.

— Что здесь делал наш декан? Почему у тебя дома? Зачем держал за руку? — свистящий шёпот Гилиона бил по нервам.

— Это я его держала, — справедливо возразила Риана, когда парень убрал пальцы с её губ, давая возможность ответить, хотя она находилась совсем не в том положении, чтобы дерзить.

— Даже так? Ты вообще понимаешь, что осталась жива лишь благодаря мне?

Было слишком темно, чтобы различить выражение его лица, но в голосе явственно слышались раздражение и злость.

— Спасибо, что сдал меня руководству, — выдавила Риа. Его поведение в данный момент не располагало к искренним благодарностям.

— Да-а, разбаловал я тебя своей добротой, пора бы уже поставить на место, — процедил он и сжал её сильнее. — Больше никаких игр и поддавков. Ты должна уяснить, что принадлежишь мне, а другие пусть держат руки подальше!

Кажется, впервые Риана увидела в нём взрослого мужчину, а не надоедливого мальчишку. Теперь Гилион выглядел опасным, и таким он ей совсем не нравился. Она рванулась, но его хватка была слишком сильной. Страх всё настойчивее заползал в душу, сжимая сердце загребущими щупальцами.

— И первый поцелуй ты подаришь тоже мне! — продолжил Гил, склоняя голову.

Единственное, что Риана сейчас могла, — это крутить головой, поэтому поджала губы и отвернулась. Послышался смешок, каковым обычно победители награждают проигравших.

— Риа, я же всё равно своего добьюсь, — мурлыкнул он — и шею обожгли горячие губы. — Знаешь, как я волновался все эти бесконечные часы, пока ты не вернулась? — ещё один поцелуй, но теперь ниже, туда, где ключица. — Я торчал под твоим домом весь вечер! И ты жива, даже не ранена, а волосы… Для меня это не так важно, — на этот раз Гилион уделил внимание ямочке у снования шеи, а его ладонь накрыла грудь.

Риа поймала себя на том, что плачет. Никогда ни перед одним мальчишкой не ревела, но теперь… Неведомые ранее и слишком интимные прикосновения ошеломляли. Ужасающее чувство бессилия разрывало душу в клочья. Она не могла пошевелиться: кажется, кроме физической силы Гил использовал на ней ещё и магию. Ну почему накопитель и оружие остались дома?!

Нет, Гилион вовсе не был груб, возможно, даже по-своему нежен, но всё существо Рианы его отвергало. Он привлекателен, богат, талантлив и магически одарён. Возможно, для какой-нибудь другой девушки он был бы лучшим мужчиной на свете, но не для неё.

— Гил, перестань, — всхлипнула она, коря себя за чрезмерную слабость.

— Ты плачешь? — удивился он и поднял голову. — Ты! И плачешь?!

Риана, его девочка, всегда была строптивой малышкой. Он прекрасно знал, что должен хорошо постараться, чтобы она согласилась быть с ним. Гил не собирался действовать столь поспешно, готовя медленное и чувственное соблазнение, однако сегодняшний вечер поставил всё с ног на голову.

Увидев её рядом с другим мужчиной, он сорвался. Они ехали на одной лошади, она обнимала декана со спины, улыбалась ему, жала руку, с тоской глядела вслед… Ещё никого из парней Риа так не привечала. Все, включая его самого, отхватывали лишь тумаки, а тут… Сколько она знает Рандэлла? Пару-тройку часов? Тогда почему подпустила так близко? С Гилионом Риана столько лет живёт бок о бок, но продолжает сторониться.

Сейчас она была сладкой, как он всегда и мечтал, её кожа, волосы, голос… И Гил почти не жалел о том, что делал. Но слёзы? Риа расплакалась, как самая обыкновенная девчонка? Такой он видеть её не привык. Где же тот отважный сорванец, который устраивал ему весёлую жизнь? Ну нет, она не должна быть слабой. Его Риана смелая до отчаянности, бесстрашная и не по-девичьи мужественная. Именно такая ему нужна. Однако если бы она смотрела на него хотя бы в половину так, как на декана, и жала руку, как ему, и провожала взглядом… Возможно, Гилион всегда подсознательно хотел именно такого отношения? Не укрощать, а получать добровольно. И когда она подарила всё это другому, то не выдержал.

Риана дрожала в его руках и после неосторожного замечания стала сдерживать рыдания. Её дыхание было частым-частым, грудь вздымалась и опускалась, дразня и заставляя продолжать ласки. Гил сцеловывал влагу с её щёк и изучал ладонями изящные изгибы фигуры. Снова потянулся к губам, но она опять отвернулась. Ну что за упрямица?! Неужели не понимает, что именно он всегда будет рядом, чтобы защитить и уберечь от беды?

Рандэлл сегодня есть, а завтра забудет о ней, но Гилион будет держать при себе даже после навязанной родителями женитьбы и не позволит уйти. О чём там она говорила с деканом? Отец может отказать её семье в работе? Если так случится, то Гил не оставит родственников женщины, которая будет принадлежать лишь ему. В конце концов, у него есть и личные средства! А жене придётся смириться с её существованием, потому что Риану ему никто не заменит.

— Эй, не плачь, слышишь? — шептал он, покрывая поцелуями её шею. — Разве я делаю тебе больно? Никогда не делал и не буду.

— Тогда отпусти, — даже не попросила, а потребовала. А грудь всё вздымается…

— Риа, ты испытываешь меня на прочность? Сначала кулаками, теперь слезами. А ведь я не железный. Думаешь, мне легко сдерживаться, когда ты рядом? — и новая порция поцелуев.

Кажется, на утро шея Рианы будет покрыта следами его лобзаний. Гил будто не слышит её и гнёт свою линию. Нет, говорить с ним бесполезно, он поймёт лишь грубую силу. Только где её взять? Риа пыталась закричать, но голос оставался на отметке «чуть громче шёпота», и это, она знала, тоже работа Тайриса-младшего. Тогда Риана постаралась отрешиться от мужских прикосновений и стала взывать к остаткам магии, которой было на донышке. Сконцентрировать, собрать в пучок и прицельно ударить, вот что может сейчас ей помочь. Но магия парня слишком сильна, сейчас у её атаки не хватит мощности. Вот если бы он на что-то отвлёкся, потерял контроль…

— Риа, дочка, ты где? — донёсся со стороны дома отдалённый голос отца.

Гилион, вздрогнув, ослабил хватку, и Риа, не теряя ни мгновения, опустошила резерв, разрывая магические путы Тайриса, мешавшие двигаться, а потом, не давая опомниться, ударила коленом в самое интересное место. Парень зашипел от боли и, схватившись за сокровенное, согнулся в три погибели.

Отпихнув его подальше, она ринулась к дому и громко крикнула:

— Я здесь, отец! — но потом слегка притормозила, обернулась к временно поверженному противнику и процедила: — Не смей больше приближаться ко мне!

— Это только начало, Риа, — с мукой в голосе протянул он. — Только начало…

Но больше она не слушала и на подгибающихся ногах неслась к дому. Ещё чуть-чуть, вон и папа. Хотя сил подняться по лестнице, наверное, уже не хватит. Возле порога Риана рухнула на колени и привалилась к подоспевшему отцу.

— Риа, что случилось? Почему так долго? От кого бежала? — он помог подняться и обеспокоенно заглянул в заплаканное лицо.

— Там была собака, бо-ольшая собака, — на ходу сочиняла она, вытирая слёзы. — Она попыталась напасть, а магия у меня почти на нуле, так что пришлось драться, — Риана судорожно стягивала распахнутый воротник, чтобы скрыть разрисованную поцелуями шею. — Но ничего, ты же знаешь, что я не дамся каким-то наглым диким псам! — воскликнула нарочито громко, чтобы один такой «пёс» обязательно услышал.

— Идём, дорогая, — отец принял на себя её вес и почти втащил Рию в дом.

О да, ей нужно поскорее оказаться внутри, добраться до гостиной и надеть, наконец, накопитель, чтобы сила заполнила тело и заставила снова почувствовать себя живой. Потому что сейчас Риана напоминала новорождённого котёнка, который кое-как ползает и шагу не может ступить без посторонней помощи.

— Где мама?

— Пошла наверх. Она сегодня очень устала.

— Да, пусть отдыхает. Пап, — Риа всё же старалась идти самостоятельно, — пожалуйста, не говори ей, что произошло. Не хочу, чтобы она зря волновалась.

— Но как же собака? Вдруг ещё на кого-то нападёт? — заволновался он. — Давай я схожу посмотрю.

— Не надо, я её уже прогнала, да и магический пинок на прощание отвесила. Надеюсь, теперь не скоро вернётся.

Хотя это она лукавила. Риа знала Гила очень хорошо, поэтому прекрасно понимала, что он точно не отстанет так легко. Добравшись до гостиной, она тяжело опустилась на стул.

Отец был рядом и ласково провёл рукой по её волосам:

— Дочь, ты точно ничего не хочешь мне рассказать?

— Хочу, пап, но не сейчас. Хорошо?

— Договорились. Тогда я пойду, а ты не ложись слишком поздно.

Когда шаги отца замерли в отдалении, Риана взяла в руки кольцо-накопитель, любовно погладила блестящую поверхность и надела. Украшение обошлось по размеру новой хозяйки, а по магическим каналам заструилась сила, вливаясь небольшим, но равномерным потоком.

После сегодняшних событий Риа решила, что не отстанет от отца, пока тот не отведёт её к семейному источнику. Вот завтра с утра и начнёт осаду родителя. Насколько она узнала, Винар, прознав о том, что их источник снова работает, окружил его дополнительным барьером, чтобы, как он сказал, Совет аристократических домов случайно не почувствовал его силу и не запечатал снова. Но то было давно, а теперь господин Тайрис продемонстрировал свои истинные намерения, в которых не было ни капли благородства. И Риана перестанет себя уважать, если позволит ему завладеть их достоянием!

Честно говоря, ей самой безумно хотелось пообщаться с этой первозданной силой, получить энергию напрямую, а не через какой-то (пусть даже самый лучший) накопитель. Если бы она сейчас спустилась к источнику, то моментально пополнила бы резерв, а не питалась жалкими крохами, прорывающимися сквозь барьер. Но ничего, они с отцом обязательно аккуратно взломают блокирующий купол и доберутся до семейного сокровища, а Винару останется кусать локти в бессильной ярости. Ведь обещал же декан Рандэлл помочь решить вопрос с учёбой.

— Семейство Тайрис… — пробормотала Риа. — Когда же оно оставит нас в покое?!