Глава 9
— Риа, твои волосы… — на глазах Ламии задрожали слёзы.
— Ничего, могло быть и хуже, — отмахнулась Риана, хотя так и не смогла заставить себя утром взглянуть в зеркало и причёсывалась вслепую. И даже теперь, когда родители давно отправились на работу, она тщательно избегала зеркальных поверхностей и окон.
— Спасибо, успокоила, — всхлипнула Мия. — Мне Гил всё рассказал.
— Что именно? — насторожилась Риа. — Да ты не стой на пороге, входи. Мне ещё нужно вышивку закончить для продажи, так что я буду работать, а ты располагайся. За разговором и работается лучше.
Она провела подругу в свою комнату и, как обычно, усадила на кровать, потому что единственный стул был слишком жёстким и неудобным для нежного цветка по имени Ламия. За те годы, что они знакомы, Риана ни разу не видела на её личике недовольства или брезгливости во время пребывания в этом не самом презентабельном поместье. В детстве такая разруха, по словам Мии, казалась ей диковинкой, потому что так сильно отличалась от состояния её собственного дома. Когда же они обе стали старше, юная аристократка приняла истинное положение вещей и проявила понимание.
Риа искренне недоумевала, как в этом несносном семействе Тайрис мог родиться такой замечательный человечек?! Одним словом, ради Ламии, чья ласковая улыбка всегда освещала эти стены, она была готова пойти на многое. Пусть не с благосостоянием, но с подругой ей точно повезло!
— Гил сказал, что ты жива-здорова, но я очень удивлюсь, когда тебя увижу. А ещё заявил, что всерьёз положил на тебя глаз.
— Да-да, я вчера вечером это уже поняла, — пробормотала Риана, стараясь делать аккуратные стежки, хотя воспоминания о слишком вольном поведении Тайриса-младшего этому не способствовало.
— Что произошло? — в голосе Мии было искреннее беспокойство. — Он что-то сказал или сделал? И почему у тебя косынка на шее? Горло болит?
«О да, болит, только совсем не так, как ты думаешь».
Риа прикрыла глаза и автоматически потянулась к косынке, которая прикрывала следы мужских лобзаний. Нет, сестре лучше не знать о проделках брата.
— Да так, наговорил всякого, — уклончиво ответила она. — А горло… Да, после вчерашнего немного не в порядке.
— Гил вчера как с цепи сорвался, — пожаловалась подруга. — Пришёл домой сердитый и ментально меня взломал, представляешь? Так и выведал, куда ты отправилась. Прости, не ожидала, что он так поступит.
Риана покачала головой:
— Ничего. Не хочется это признавать, но именно благодаря его вмешательству мы все остались живы.
— Рада, если так. Но вот то, что с ним творилось вечером… — Ламия вздрогнула. — Я его раньше никогда таким не видела. Мне не спалось, за тебя беспокоилась, сидела на террасе и ждала от брата новостей, и тут вернулся Гилион. Я к нему с вопросами, а он прихрамывает, глаза злющие и бормочет о какой-то собаке… Разбил графин и два фужера, а потом ушёл к себе, буркнув на прощание, что ты жива. Только утром добилась более-менее внятного ответа.
«Значит, высказывание о собаке таки услышал…» — подумалось с некоторым удовлетворением.
— Так что между вами случилось? — не унималась Мия. — Если обидел…
— Разве меня можно обидеть?! — Рия старалась, чтобы лицо не выдало переживаний, хотя её до сих пор потряхивало от ощущения чужих губ и рук на своём теле.
Ничего-ничего, теперь этот кобелина и близко к ней не подойдёт! Накопитель будет у неё на пальце денно и нощно, и если Гил снова сунется, то щадить его она не станет. Хватит, наигрались уже, теперь всё слишком серьёзно.
— Если что, обязательно скажи мне, договорились? — Ламия обеспокоенно заглядывала в глаза, так что пришлось кивнуть.
Нет, ну почему брат и сестра такие разные?! Внешностью один в один, а вот характером…
— А что мама с папой сказали по поводу волос? — подруга сочувственно провела рукой по белой прядке.
— А что тут скажешь?! — пожала плечами Риана. — Проявления магии непредсказуемы. Может, цвет ещё вернётся…
— Хотелось бы, — кивнула Ламия, но потом спохватилась: — Нет-нет, тебе и так хорошо, не волнуйся, но всё же…
— Спасибо, дорогая, — улыбнулась Риа и с двойным энтузиазмом принялась за вышивку, но вскоре работу пришлось прервать.
Раздался стук молоточка на входной двери, разнёсшийся по всему дому благодаря навешенному на него заклинанию усиления. В душу заползла тревога. Интересно, кто там пожаловал?
— Мия, я схожу посмотрю, кому мы понадобились, — Риана отложила вышивание и направилась к выходу.
— Не против, если я сделаю несколько стежков? — подруга тут же подхватила работу.
— Да, конечно.
С каждым шагом волнение возрастало. В самом деле, кто мог прийти? Разве что… Неужели это всё же декан Рандэлл или кто-то от него с обещанным вознаграждением?
В общем, дверь она открывала с радостным предвкушением, но оно сменилось недоумением и разочарованием, скрыть которое, к сожалению, не удалось.
— Вижу, вы безмерно рады меня видеть, — начал с порога декан Милтон. — Уверяю вас, это абсолютно взаимно.
— Тогда… зачем вы здесь? — взволнованно поинтересовалась она, оттягивая неизбежное.
Нет никаких сомнений, что боевик хочет поговорить о вчерашнем. Вот только чем для неё обернётся эта беседа? Не арестовывать же он её пришёл? Или всё-таки…
Красноволосый с каменным выражением лица оглядывал холл, и Риа прекрасно понимала, что такому уважаемому человеку не захочется входить в убогое жилище, но всё же предложила не стоять на пороге, а продолжить разговор в гостиной. Повернувшись спиной к гостю, она направилась по коридору, показывая дорогу, а потом раздались звуки, которые для неё были такими естественными, однако для новоприбывшего…
— Скрип… скрип… скрип…
Риана прикрыла глаза. Отчего-то захотелось провалиться на месте. По непонятной причине сейчас ей было гораздо более стыдно за скрипящие половицы, чем вчера, когда принимала у себя декана Рандэлла. Возможно, всё потому, что защитник излучал волны доброжелательности, а от Милтона исходит неприятие и недовольство. Вот, теперь последует какой-нибудь разгромный ироничный комментарий. Ну же!
Но боевик молчал и не спешил следовать за ней. Наверное, опасался, что может провалиться в подвал. К тому времени, когда за её спиной раздалось заветное «скрип, скрип, скрип», нервы Рианы были уже натянуты до предела.
— Я ожидал худшего, — заговорил он. — А тут довольно сносно.
Если это был комплимент, то декан выбрал не самую лучшую форму подачи.
Прежде, чем войти в гостиную, он снова провёл предварительный осмотр и только после этого переступил порог. Может, дело не в его брезгливости, а просто сказывается боевая привычка сначала изучать территорию, и уж потом на ней располагаться? Если она права, то всё не так уж плохо.
— Как прошла ваша ночь? — поинтересовался он, присаживаясь на жёсткий стул.
— Очень беспокойно. Всё вспоминала, как меня забросили на плечо и пытались утащить.
Лицо декана окаменело, а губы сжались.
— Не удивительно, — пробормотал он.
— Выпьете чаю? — Риа старалась проявлять вежливость, хотя ей хотелось поскорее узнать, в чём дело, выпроводить гостя и вернуться к подруге.
— Нет, спасибо. Разговор будет недолгим.
«Если так, чего же он тянет? Почему ничего не говорит?»
— Как… как чувствуют себя глава Хайтон и остальные? — не могла не спросить она о здоровье наёмников.
— Благодаря вам отряд обошёлся малой кровью. Но из-за вас же и попал в переделку. Вы вот сейчас смотрите на меня, хлопаете глазами и не понимаете, к каким последствиям привели ваши неосторожные действия! Вот скажите мне, какого… вы туда отправились?!
— Я декану Рандэллу рассказала.
— Очень хорошо, что рассказали, но я с ним ещё не виделся, зато пообщался с ректором и с членами Совета.
Это прозвучало как угроза. Или ей просто показалось? Что такого наговорили ему в Совете, что он приехал в такую даль? А ректор? Успел ли с ним переговорить декан Рандэлл?
— Вы сегодня в платье, — заметил он, оглядывая её простенький домашний наряд. — Даже на девушку стали похожи.
— А вы в мантии, — она с не меньшим интересом оглядела его чёрную мантию с красным кантом, на которой красовалась эмблема академии — клинок, перекрещенный со свитком — которая символизировала и силу, и знания. — Под цвет волос очень подходит.
— Пытаетесь мне дерзить? — его глаза сузились.
— Ни в коей мере! Лишь возвращаю комплимент. У вас очень… запоминающиеся волосы.
— У вас теперь тоже, — парировал он.
«Так, два-два, если не считать его высказывания о доме».
— Только что с вашим горлом? К чему косынка? Простыли? — взгляд декана сканировал, выворачивая душу наизнанку.
И Риа опустила глаза, да и щёки, кажется, стали покрываться румянцем. Всё же она девушка, а не кремень, и воспоминания о вчерашнем поведении Гила не могли оставить её равнодушной.
Боевик хмыкнул, подошёл ближе и потоком магии сорвал с её шеи несчастную тряпицу.
— О-о-о… Как я понимаю, у вас вчера был очень насыщенный вечер, — прокомментировал Милтон увиденное. — Сначала битва, потом романтика…
Кажется, он мастер в том, чтобы всё, что связано с ней, понимать неправильно.
— Это… я не хотела… — она прикрыла горло рукой и продолжила смотреть в пол. До чего же отвратно стало на душе. Однако Риа понимала, что ни в чём не виновата и ей нечего стыдиться, а потому нашла в себе силы поднять взгляд.
Мужчина молчал, да и она не спешила продолжать. Они просто смотрели друг на друга, почти не мигая.
— Надеюсь, тот, кто рискнул к вам сунуться, получил по заслугам не меньше, чем вчерашние монстры? — рука декана засветилась магией и прошлась вдоль шеи, не касаясь, но даря тепло.
— Ещё как получил! — призналась она, хотя изначально не собиралась отвечать на его вопрос.
— Ну и замечательно, — он кивнул. — Всё, платок вам больше не понадобится.
Риана почему-то сразу поверила, хотя и не видела себя в зеркале. И какие бы эмоции у неё ни вызывал этот колючий декан, но чувство благодарности никто не отменял.
— Спасибо, я пока умею залечивать лишь небольшие царапины.
— Это было впервые? Или такое случалось и прежде? — Милтон опустил руку, а потом сжал её в кулак. Его челюсти были стиснуты так плотно, что губы превратились в тонкую линию.
— Раньше тоже были поползновения, но всё больше в шутку. А вчера впервые произошло что-то настолько серьёзное…
Непонятно, кто тянул её за язык и почему она с ним так разоткровенничалась, но после того, как выплеснула эмоции, не дававшие покоя всю ночь, стало легче.
Милтон снова какое-то время молчал да кулак стискивал всё сильнее, а потом вдруг сказал:
— Я так полагаю, вы хотите скрыть личность обидчика. Но не советую пренебрегать помощью. Если подобное повторится, можете смело обращаться ко мне или к декану Рандэллу.
— Хорошо, — не стала спорить Риана, хотя совершенно не понимала, как деканы смогут ей помочь, если будут находиться в академии, в то время как агрессивный Гилион околачивается тут, возле Дайнэвирра.
После её слов преподаватель немного расслабился и снова устроился на стуле.
— Итак, вернёмся к тому, ради чего я пришёл, — начал он. — По словам Хайтона, вы хотели заработать денег для поступления в академию. Что ж, поздравляю, ваша мечта исполнена: вы зачислены на боевой факультет Дайлирской академии магии.
Риана стояла, ошеломлённая новостью. На боевой? Под прямую опеку Милтона? Она рассчитывала на что-нибудь, связанное с прикладными науками, которые могут оказаться полезны, например, для работы в секретариате, архиве или даже Совете, а в итоге придётся проходить муштру наравне с парнями? Как-то не так она себе представляла годы учёбы. Впрочем, ей ли быть недовольной?! Физические нагрузки её никогда не пугали, и потерпеть насмешки горделивых самцов она точно сможет. А уж насколько сильнее станет под присмотром магистров… Да, вот она мечта!
Так почему кажется, что каждое слово даётся декану с трудом? Откуда чувство, что он и сам не рад новости, которую принёс? Это из-за того, как горделиво она с ним разговаривала во время знакомства? Он её с тех пор невзлюбил? Или причина в чём-то ином? И кого благодарить за такое внезапное зачисление? Декан Рандэлл поговорил с отцом? Но как же вступительные испытания? При чём здесь Совет? И отчего защитник сам не приехал, как обещал?
Хотя эмоций, обуревавших душу, было множество, радость перевешивала. Неужели всё было не напрасно?
— Я… даже не знаю, что сказать. Это так неожиданно, но… Да, я очень счастлива! — сбивчиво говорила она.
— Я ещё не закончил, поэтому прошу поумерить восторги, — резко перебил Милтон. — С этого дня вы адептка первого курса боевого факультета и… командир Отряда смерти.
Да, всё не могло быть так хорошо. Не зря в происходящем чувствовался какой-то подвох.
— Простите, какого-какого отряда? — переспросила Риа, хотя прекрасно всё расслышала, просто боялась поверить.