ГЛАВА 19

Через два дня мы наконец приблизились к морю.

Мне постоянно хотелось выпрыгнуть из кареты, чтобы подобраться к кромке воды, заглянуть в ее черную глубину. Граф больше не оставлял нас, наплевав на опасность нападения и душевное здоровье Терениса.

Он ехал со мной, не переставая читая нотации и объясняя, почему девушке не стоит путешествовать одной. На мои отговорки о том, что я могу сама за себя постоять, Роах только фыркал, непроизвольно устраивая в карете маленькие ураганы. Я же думала о чак-чо и о том, что, наверное, я плохой человек, раз ничуть не переживаю оттого, что зверь убил троих охотников. Но лучше они, чем он.

Спустя какое-то время к нам присоединились Роман и принц. В основном потому, что свою карету они замусорили настолько, что пришлось ее основательно чистить.

— Он вырастил мох на потолке и стенах. Мох! — жаловался мне Теренис.

— Ты не возражал, когда спал на нем, даже хвалил за то, что так мягко. — Роман не соблюдал никакой субординации. Ему было все равно — наследный принц перед ним, граф или простолюдин. Теренису также шло на пользу общение с магом земли. Кажется, у принца никогда и не было друга.

— Но не тогда, когда из него начали расти грибы.

— Беленькие мы очень даже неплохо пожарили, а на ядовитые у тебя все равно иммунитет. — Оптимизму Романа не было предела. Он закинул ноги на сиденье и улегся мне на колени. Граф от такой наглости едва коркой льда не покрылся, но парень уснул уже через секунду после того, как удобно устроился и накрылся моим подбитым мехом плащом. Принц смотрел в окно, с восторгом вглядываясь в бескрайние морские дали.

— Говорят, в этих водах водится чак-чо, — мечтательно изрек он, а мое сердце сжалось, когда я вспомнила о звере. — В давние времена именно чак-чо выбирали правителя земель. Правда, потом они исчезли.

— Чак-чо — это миф, — изрек граф. — Сказка для простолюдинов.

— Элементалей тоже некоторые считают выдумкой, — подмигнула я графу. Он вдруг смутился и отвернулся к окну. Что-то происходило с Роахом, он с каждым днем все меньше походил на того человека, который выкупил меня из школы Танцующих леди ради собственной прихоти, который поселил меня рядом с собой и объявил во всеуслышанье своей любовницей, который не заботился о моих чувствах и вообще о чьих-либо.

Далее мы ехали молча в сопровождении музыкального храпа Романа. Как такое тощее тело может издавать такой рев, оставалось для меня загадкой.

Наконец показался замок. Огромный, возвышающийся на скалистом утесе.

— Смотри, Маримар! — воскликнул Теренис. Граф сидел недовольный, уж лучше бы вперед улетел.

Я была потрясена тем, что замок уже начали реставрировать и по сравнению с теми развалинами, которые я видела на картине, это сооружение было величественно.

— Как королевский дворец, — прошептала я одними губами.

— Это строение гораздо старше дворца, — пробурчал Роах. — И я прикладываю большие усилия, чтобы оно стало таким же, каким было до войн.

Я видела мельтешащие фигурки, множество повозок и несколько небольших грузовых судов. Когда Роах за что-то брался, он делал это хорошо. Чего только стоили его ветряные мельницы.

— Роах, спасибо вам — это так прекрасно! — я подалась вперед, едва не скинув с колен Романа, и коснулась обтянутых в кожаные перчатки рук графа.

Маг земли проснулся, вскочил и тряхнул головой, отгоняя сон. Он увидел замок и присвистнул:

— Ты теперь завидная невеста, Мари. Точно за меня замуж выйти не хочешь вместо нашего ректора? Я и покрасивей, и побогаче, — в шутку сказал он, за что схлопотал удар холодным воздухом в лицо.

— Еще одна такая шутка, и я отчислю тебя из академии, — сквозь зубы процедил граф.

— А давайте все пешком пройдемся? — примирительно предложила я. Мужчины откликнулись с энтузиазмом. Первым из кареты выпрыгнул Роман, затем граф, подавший мне руку, и последним Теренис. Мы отправили кареты с нашим скарбом вперед, Рыську я отвязала, и она тут же принялась за дегустацию местной растительности.

Дорога оказалась сухая, мощенная черным булыжником и очень старая. Вокруг не было ни души, крохотная рыбацкая деревушка располагалась ближе к воде, но даже оттуда не доносились звуки. Скалы, трава по колено и вечнозеленые хвойные кусты — вот и вся зелень, которую я видела.

— Отчего здесь на выращивают виноград? — задал вопрос Роман, прикоснувшись к земле. — Почва идеально для этого подходит.

— Давным-давно выращивали, — сказал граф, глядя вдаль, небо было голубое и безоблачное. — Но это место забросили, а здесь не осталось ни одного приличного мага земли.

Идя впереди мужчин и вдыхая морской воздух, я размышляла, мечтала и представляла себе, что можно сделать со всей этой землей. Улыбка сама собой появилась на лице.

Как сильно может измениться жизнь за такое короткое время, еще год назад я помышляла только о том, — чтобы избежать участи Танцующей леди, а сейчас я иду по своей земле и раздумываю, как много смогу изменить сейчас и потом. Моя жизнь казалась безоблачной, как и голубое небо над нашими головами.

Чем ближе мы подходили к замку, тем заметней было, что здесь просто кипит работа. Люди везде, некоторые висели даже на стенах, заменяя выбитые окна и обновляя раскрошившиеся подоконники. Несколько магов земли выстраивали новые дороги и сажали деревья, недалеко располагалась кузня, где ковались новые ворота.

Голосистая женщина среднего возраста заверещала так, что у меня едва не лопнули барабанные перепонки:

— Хозяева приехали! Радость-то какая!

Некоторые отложили работу, чтобы поглазеть на нашу компанию, другие принялись стучать молотками с удвоенным усердием. Нас тут же проводили в замок, мы с Роахом, как хозяева, шли впереди, Теренис и Роман сзади. Здесь никто не знал о том, что с нами наследный принц. И персоналу и ему от этого гораздо спокойней. Нас долго водили по коридорам, показывая, что же, собственно, успели сделать.

Я радовалась как ребенок, оглядывая высокие потолки, бесконечные коридоры и резные своды. Замок! Это настоящий замок! Но Роах тут же нашел к чему придраться:

— Я приказывал натопить, а здесь холодно, как на улице.

— Мы отлично протопили две комнаты. Для вас с невестой и ваших спутников, — отрапортовала женщина, нервно дернувшись, когда заметила, что граф недоволен.

— Моя невеста спит отдельно, — спокойно сказал Роах.

— Ах… — глаза женщины забегали. — Но, боюсь, мы не сможем подготовить другую комнату в замке, и дело не только в отоплении, — она начала запинаться, но все же взяла себя в руки и отворила одну из дверей, которая вела в руины. — Вчера обвалилась одна из стен, маг земли, что возводил ее, уже собирает вещи, он с позором уволен.

Роман присвистнул, оглядывая масштабы бедствия. Внимание Терениса уже давно поглотило море.

— Нет, постойте, — сказала я, вспомнив о виноградниках, а еще о том, что найти работу магу после такого происшествия будет почти невозможно. Упавшая стена перегородила ход в другое крыло замка, разрушила несколько комнат, хорошо, что никто не покалечился.

— Да… хозяйка?

— Маримар, зовите меня Маримар, — поправила ее я, а глаза женщины полезли на лоб, видимо, тут никто не знал о том, что невеста графа и владелица замка сквир. — Приведите мне этого мага и узнайте, не хочет ли он получить в замке другую работу.

Женщина посмотрела на графа, тот кивнул, и она побежала за непутевым магом, только видно было, как мелькают маленькие ножки из-под платья. Теренис ушел следом за ней, бьюсь об заклад, отправился купаться. Роман, согнувшись в три погибели, пополз в комнату, чтобы найти причины падения стены.

— Что ты задумала, котенок? — спросил меня Роах.

— Виноградники, — произнесла я. Граф одобрительно улыбнулся и спросил:

— Любой ресурс используешь по максимуму?

Я кивнула. Лучше иметь непутевого мага земли, чем никакого мага земли. Тем более, вынужденный заглаживать вину, он будет работать втрое усердней. Граф меня понял:

— То есть ты не против спать сегодня со мной в одной комнате?

— Нет, — ответила я, — если вы обещаете не храпеть.

— Обещаю, — сказал граф, а в холодных глазах промелькнула неимоверная печаль.

Он снова попросил меня о том, чего я пока не хотела делать:

— Выходи за меня замуж. Здесь недалеко есть храм Четырех Стихий, мы обвенчаемся, а потом я увезу тебя на Север, увидишь — Северное море еще красивей этого.

Я покачала головой:

— Я должна закончить академию.

— Ты сможешь закончить ее уже в этом году, как Ану.

— Нет! — фыркнула я и топнула ножкой. Мне нужно было учиться. Я хотела этого и понимала, как мало я пока знаю о мире, в котором живу. А еще я понимала, что брак — это на всю жизнь, а мужчин я побаивалась со времен моего обучения в школе Танцующих леди.

В целом наши двухнедельные каникулы проходили восхитительно. Замок строился у меня на глазах, Роах учил меня отдавать приказы и распоряжения, старался сделать так, чтобы окружающие именно меня воспринимали как хозяйку. Почти все дни, что были значительно солнечнее и теплее, чем в столице, мы проводили на улице. Я мечтала искупаться, море, всегда такое разное, манило меня в свои темные воды.

Вот только улизнуть от графа в этот раз было не так просто. После произошедшего на реке, он следовал за мной неотступно, беспокоясь, как бы я снова не вляпалась в историю. Граф вместе со мной ел, он вместе со мной пил, он вместе со мной спал.

И да, оказалось, Роах не храпит. Он вообще спит, будто умер. Накрывался одеялом, делал десять-пятнадцать глубоких вдохов и засыпал. Когда я спросила, как у него так получается, он ответил — военная привычка. Я же крутилась и вертелась, терзаемая желанием уйти в море, плавать, нырять в воде, почувствовать соль на своей коже. Просыпалась я обычно, обвившись вокруг графа, Роах за ночь становился теплым, даже горячим.

Теренис ходил купаться каждый день, вызывая во мне зависть, он также подружился с моряками, которые приблизились к строящемуся порту и смогли пришвартоваться. Принц захотел узнать больше о морском деле, и моряки с радостью приняли его. Он буквально жил на судне, спасаясь от Романа, который, оказывается, храпел, как слон, каждую ночь. Роман же ударился в строительство, подменив оплошавшего мага земли, который едва ли не по локоть облобызал мои руки за то, что я не дала его уволить. Именно под предлогом того, что хочу посмотреть, как продвигаются дела у этого самого мага, я ушла к морскому берегу.

Море было спокойным, оно ждало и приглашало войти в свои темные глубины. Ведомая инстинктом, я сбросила с себя всю одежду и медленно вошла в воду. Холод быстро отступил, едва я оказалась по пояс в ней. Вода приглашала, вода звала, вода была моим домом. Я погрузилась с головой и сильно загребая, поплыла вдаль. В темноте было мало чего видно, водоросли стелились мягким ковром, острые камни делали этот участок непригодным для швартовки кораблей. Я плыла дальше, наблюдая за рыбками, большими и маленькими, смеясь от ощущения неимоверной свободы. Мне хотелось, чтобы и чак-чо был здесь, но я не видела зверя и не знала, как его позвать…

Я не боялась столкнуться с Теренисом, поскольку знала, он может плыть без воздуха лишь семь-восемь минут. Я же уплыла так далеко, что потеряла счет времени. Внезапно морское течение в одно мгновение подхватило меня и потянуло дальше в море, я поняла, что не смогу выбраться самостоятельно, и запаниковала, как вдруг из ниоткуда появился зверь и оттолкнул меня дальше.

«Я же говорил, рано», — осуждающе покачал он головой и начал толкать меня к поверхности воды. Я понимала каждое слово, хотя чак-чо не открывал пасти.

«Но мне тут так хорошо!» — воскликнула я, отстранившись от него.

Гибкое тело зверя извернулось: «Посмотри на свои руки».

Я взглянула на руки и вскрикнула, выпуская изо рта пузырьки воздуха, — между пальцами начали появляться перепонки. Чак-чо коснулся моей руки своей лапой.

«После двух часов в море твое тело начинает меняться. Пробудешь день — вырастут жабры, неделю — перестанешь походить на человека, и превращение обратно будет болезненным. Месяц — необратимым».

Вдруг взгляд чак-чо стал очень похожим на человеческий, затем глаза его снова засияли синим, он слопал проплывающую мимо рыбешку и продолжил выталкивать меня из воды, я и сама поплыла скорее, потому как перепонки на собственных пальцах — зрелище малоприятное. Берег был близко, зверь легко оплывал острые камни.

«Я буду тебя учить, но не сейчас, сейчас рано. Испытания должен пройти маг воды, чтобы обрести силу великую. Ты еще не готова», — процитировал зверь строчки из манускрипта, что принес мне Роман. Или не зверь вовсе…

Выбравшись на берег, я жадно вдохнула воздух. Легкие заболели, пальцы тоже будто ножом резали. Я перевернулась на спину, закуталась в плащ, наплевав на то, что измочу и испачкаю в соли дорогой мех, и тяжело дышала в попытке прийти в себя. Прав был чак-чо, еще рано, я зря полезла в воду и осталась там так надолго. А еще радовалась, что сильнее Терениса, который проводит в море под водой не больше восьми минут. Принц просто знал о превращении, которое может запустить нахождение на морской глубине.

Понимая, что больше так валяться нельзя, я отжала волосы, оделась и поплелась в сторону замка. Перепонки на пальцах исчезли очень быстро, оставив лишь розоватые следы, которые тоже постепенно пропадали.

Мне нужен был учитель, мне нужен был союзник, чак-чо еще долго не появится, он дал мне это ясно понять. Испытания, сколько же испытаний еще должно мне выпасть, чтобы зверь счел меня достойной управлять стихией? Я шла медленно по песчаному берегу, приходя в себя, все тело будто наполнилось свинцом. Солнце медленно начало клониться к горизонту, придавая небу розоватые оттенки.

Словно темная молния, в небе пронесся граф. Эта молния спикировала возле меня. Граф подошел ко мне, прикоснулся холодной рукой к лицу, но тут же ее отдернул, опасаясь, что заморозит меня.

— Маленькая моя, что случилось? Ты пропала на три часа, ты заблудилась? — Роах, в глазах которого кружили ураганы, сегодня был очень красив. Со времени нашего с ним знакомства его волосы, как и кожа, стали еще светлее, он будто стал легче, невесомей и в то же время моложе, но вместе с тем было видно, что каждый его мускул наполнен силой.

Заблудиться в этих краях было практически невозможно, наверняка граф подумал, что я опять вляпалась в историю. Что ж, он был прав.

— Нет, — вздохнула я, а в голове все билась мысль: «Мне нужен учитель, мне нужен тот, кому я смогу доверять». Я решила довериться графу, как доверилась Роману.

Он элементаль, он должен мне помочь. В конце концов, может быть, граф даже любит меня. Роах стоял молча, ожидая пояснений. Было видно, что он с трудом сдерживается, чтобы не обнять меня, мне и самой хотелось прикоснуться к нему, сердце наполнилось сладкой болью, больше я не могу ему лгать…

Достав из-за пояса кинжал, я рассекла ладонь и, прежде чем граф понял что-то, заставила свою кровь, вытекающую тонкой струйкой, собраться вокруг моего запястья, словно это был диковинный алый браслет. Я знала, что у меня получится, не сомневалась в этом. Хотя я и не могла управлять водой, у меня начинало получаться управлять своей кровью. Среди ясного дня в небе появилась молния, раздался удар грома, а море вдруг вспенилось, и волны стали бросаться на берег, как голодные псы.

— Я — маг воды, Роах. Я — маг воды, которого ты искал в академии. И мне нужна твоя помощь.

Вопреки моим ожиданиям, выражение лица графа стало вдруг очень холодным, его челюсти сжались.

— Я же просил тебя, котенок, — сказал он с болью в голосе. Роах засвистел. Этот звук, который издавали его губы, смешался с магией воздуха. Моя голова наполнилась болью, и я потеряла сознание. Последней мыслью, которая пронеслась в голове, прежде чем я провалилась во тьму, была: «Граф предал меня. Какая же я дура».