Глава 23. Парочка придурков

Конечно, я не послушала. Конечно, сообразила, к чему было послание Лилу. Вот оно. Я не должна уходить.

И я осталась. Напрягала слух, стоя под дверями кабинета, но они слишком толстые, чтобы пропускать негромкие звуки. Какого чёрта? Шантая же сказала, что она ждёт у декана и меня. Так почему никто не удосужился поинтересоваться, где я?

Минут десять я наворачивала круги по коридору, гадая, что происходит за дверьми. А потом внезапно меня накрыла такая боль, что подкосились ноги. Из глотки вырвался крик. Одновременно со мной глухо закричал Рей в недрах деканского кабинета. Алая пелена заволокла взор. Клокочущая ярость вспенила кровь, и я поняла, что на самом деле готова убивать.

Я дёрнула ручку, но двери не поддались. Крик моего мага снова ввинтился в уши. В приступе бешенной злости я пнула двери. И ещё раз. Пинала снова и снова, пока грёбаная щеколда с той стороны не звякнула, открываясь. Передо мной показалась возмущённая сука-Шантая. Её губы скривились, она собиралась накричать на меня. Я набросилась на неё. Набросилась на охранницу Академии. Превратила её горбатый нос в кровавое месиво.

В этот момент я не думала ни о чём, кроме Рея, и не чувствовала ничего, кроме гнева. Инстинкты обострились настолько, что контролировать это было выше моих сил.

Вот так работает обет обещания.

Шантая, защищаясь, ударила меня коленом в живот. Это отрезвило. Алая пелена спала с глаз, мозг заработал чётче. Я увернулась от кулака, пригнулась и прошмыгнула мимо. Шантая совершенно точно собиралась врезать мне ещё раз, однако одумалась и остановилась. Всё же избиение студентов Академии вряд ли входит в учебную программу. А она точно надрала бы мне задницу. Но Шантая меня не интересовала. В просторном кабинете не было никого, кроме неё, Рея с отцом и лысого хранителя.

Рей стоял у широкого книжного шкафа, вжавшись в него спиной и запрокинув голову. Лицо исказила болезненная гримаса. Перед ним находился отец. Мужчина обернулся через плечо, проверяя, что происходит. Его лицо было абсолютно спокойным, даже скучающим. Я не видела, что ублюдок делает с моим магом, но Рею сейчас чертовски больно.

— Ты что вытворяешь, Беланж?! — рявкнула на меня Шантая. — В отставку захотела? Я устрою. Вылетишь из Академии ещё до захода солнца!

— Да пошла ты, — буркнула я под нос и направилась к Рею. Передо мной вырос хранитель. Я не была уверена, что мне удастся его уложить, но отступать не собиралась. Крикнула отцу Рея: — Прекратите! Что вы, мать вашу, делаете с ним? Хватит!

Мужчина опустил руку и развернулся. Рей тут же осел на пол, будто всё это время стоял на ногах лишь потому, что отец держал его.

— Вас связали, — равнодушно сказал мужчина, глядя на меня. Это не было вопросом. Его губы тронула улыбка, но глаза остались мёртвыми. — Не ругайте девочку, хранитель Шантая. Она не отдаёт себе отчёта в том, что делает. Новички плохо контролируют силу обета обещания.

— Она напала на меня, — прохрипела злобная сука, испепелив меня взглядом.

— Я возмещу вам за все причинённые… хм… неудобства.

Неудобства? Это он так сломанный нос называет? Цинично.

Мужчина сделал шаг в мою сторону. Я выпрямила спину и вздёрнула подбородок.

— Она ни при чём! — Рей попытался подняться, цепляясь за полки, но, кажется, сил на это у него не осталось. Он рухнул обратно на пол, уронив несколько книг.

Да что этот ублюдок сделал с ним?!

— У тебя нет поводов для беспокойства, сын, — проговорил мужчина, подойдя ещё ближе ко мне. Глаза у него намного темнее, чем у Рея. Практически чёрные, как обсидиан. И такие же безжизненные. — Я думаю, тебе повезло, что у юной леди такой сильный инстинкт защищать. Будь на моём месте отречённый, это бы… спасло твою жизнь.

— Пожалуйста, — взмолился Рей и сделал новую попытку подняться. — Накажи меня ещё раз!

Холод коснулся спины. Это прозвучало слишком отчаянно. Так, будто если бы Рей не сказал это, то его отец сделал что-то мне. А мог ли? Не знаю. Но этот человек наказывал своего сына в присутствии сотрудника Академии, и, кажется, вопросов это не вызывало. Как и возражений.

— С тобой я закончил, — отрезал мужчина. — Если я поглажу тебя снова, это приведёт к неприятным… последствиям. Всё же это наказание, Рей, а не пытка.

Поглажу? Я не ослышалась? Ублюдок сказал «поглажу»? То, что он делал с Реем, можно назвать как угодно, только не поглаживанием! А вот слово «пытка» подходит идеально.

— Её собираются утвердить? — спросил мужчина у Шантаи.

— Не знаю, господин ДеГармо. Окончательно станет известно лишь после экзамена.

— Это… долго, — он прищурился и осмотрел меня, словно приценялся. Решал, что со мной делать. — Значит, юной леди придётся запастись терпением, поскольку мой сын не отличается покладистостью и исполнительностью. Но в следующий раз я не буду таким же понимающим, девочка. Прерывать меня, когда я занимаюсь воспитанием сына, это… бестактно.

Как же меня раздражали паузы, с какими он разговаривал.

— А, по-моему, ваше воспитание — дерьмо собачье, — демонстративно фыркнула я, хотя внутри содрогалась от страха.

Был ли это мой страх или Рея, я уже не понимала. Но пасовать не в моём характере, а сейчас вдобавок я ощущала груз ответственности хранителя. Мне нельзя выглядеть слабой или напуганной. Если Рей по каким-то причинам не может вломить своему психованному папаше (а он точно мог бы его размотать в два счёта!), то за него это сделаю я.

Рей обречённо застонал. Мне послышалось, что он сказал «проклятье». Ну, что поделать, товарищ? Я тоже не умею держать язык за зубами. Мы с тобой действительно парочка. Парочка придурков.

— Интересное замечание, — неторопливо проговорил мужчина с типичной, видимо, для семьи ДеГармо ленцой в голосе. — Сколько времени у нас есть до прихода декана Лиггетта, Шантая?

— Думаю, время есть, господин ДеГармо, — уклончиво ответила сука с довольной ухмылкой.

— Демоны адовы, разбирайся со мной! Слышишь? Со мной! — взвился Рей и наконец поднялся. Но ему всё ещё требовалась опора. Я хотела встать рядом с ним и подставить плечо. Это ощущалось потребностью. И я не уверена, что дело только в обете обещания. Просто я не переваривала, когда кто-то самоутверждался за чужой счёт, а именно это отец Рея и делал.

— Возможно, в твоих словах есть смысл, сын, — спокойно сказал мужчина. — Возможно, девочка должна понять, что её поведение — твоё лицо. И если она не будет вести себя подобающе дому ДеГармо, то это будет отражаться на тебе. Лицо страдает в первую очередь.

— Убирайся, Беланж! — рявкнул Рей.

Я не шелохнулась.

— Пусть остаётся. Хортон! — мужчина сделал изящный жест рукой, и его хранитель положил ладонь мне на плечо. Удерживает. Сочту за комплимент. — Постарайся сделать так, чтобы юная леди не пострадала из-за своей… вспыльчивости.

Грёбаный. Ублюдок.

— Знаете, я слышала, что большинство светил науки склоняется к тому, что мужчины, причиняющие страдания другим, компенсируют таким образом размер маленького члена. — Я постаралась вложить в голос столько едкости, сколько позволил инстинкт самосохранения. Папа однажды сказал, что у меня он отсутствует напрочь. Это как раз случилось после того, как я вписалась на его Лэнд Ровере в «КрасноеБелое».

Повисла абсолютная тишина. ДеГармо-старший замер и очень медленно повернулся ко мне. На бесстрастном лице явственно проступала убийственная ярость. Рей вновь застонал, очевидно, понимая, что я сделаю всё, чтобы переключить внимание его отца на себя. В общем-то это и был мой план. А что делать дальше… ну… разберусь по ходу.

— Юная леди, видимо, имеет богатый опыт, раз берётся судить о размерах, — процедил мужчина сквозь зубы. — Весьма полезный… навык. Особенно, если выпускной экзамен будет провален, и юной леди ничего не останется, кроме как освоить востребованное обществом жестоких мужчин ремесло «бархатной шлюхи».

Ой, ну как утомительно и банально. Я ему про маленький член, а он мне про моральный облик.

— Думаю, любая «бархатная шлюха» имеет больше чести, чем человек, издевающийся над собственным ребёнком, — сухо ответила я. — Может, вы и аристократ весь из себя, но на деле — жалкий, никчёмный и злой мудак с маленьким чле…

Закончить не успела.