Глава 24. Бешеная собака

ДеГармо-старший стремительно дёрнулся в мою сторону. Я машинально встала в стойку, однако прежде чем он рискнул на меня замахнуться, передо мной на короткое мгновение вспыхнула огненная стена. Это заставило его отшатнуться.

И вот тут я поняла, что ситуация зашла в тупик. Мужчина переключил внимание на Рея. Я нутром ощутила, что больше его не интересую, и никакие язвительные реплики не заставят ДеГармо-старшего вернуться к разборкам со мной.

То, что сделал Рей, по-настоящему его взбесило.

Я не питала надежды, что смогу одолеть в схватке один на один Хортона, опытного хранителя. Даже с тем учётом, что физические возможности тела Джиджи превосходили человеческие. Хортон, в конце концов, тоже имел такую силу.

Сердце, которое и без того неистово колотилось в груди, теперь норовило проломить рёбра. Беспомощность заставила меня оцепенеть. Словно в дурацком слоумо я смотрела, как отец Рея приблизился к нему и поднял руку. Та прямо на глазах стала размываться и терять плотность. Она сделалась прозрачной, как у призрака.

Рей бросил на меня краткий взгляд, в котором я распознала сожаление. Почему он просто не подожжёт ублюдка? Пусть сотворит огонь! Наверное, по выражению моего лица Рей понял, о чём я думаю, и едва различимо мотнул головой. Не мог? Твою мать, конечно, не мог. Иначе не терпел бы это. Но почему?! Меня же он только что защитил…

Мужчина дотронулся до груди Рея, и его призрачная рука провалилась внутрь. Я охнула от ужаса. А в следующую секунду Рей вскрикнул и зарычал от боли. Боль пронзила и меня. Она же придала сил.

Тело работало без моего сознания, на рефлексах. Я извернулась и сделала вид, что хочу нанести удар Хортону рукой. Он отвлёкся на блок, а я врезалась лбом ему в лицо. На миг в глазах вспыхнули белые точки. Хортон выругался и отступил на полшага. Мне этого хватило, хотя и показалось, что он мне поддаётся. Слишком ленивые реакции для профессионального хранителя.

Я выхватила из ножен на портупее Хортона кинжал и в один прыжок оказалась рядом с Реем. Приставила острое лезвие к горлу ДеГармо-старшего. Хортон замер в полушаге от меня, когда его хозяин поднял свободную руку.

— Осторожно, девочка. Одно резкое движение, и я могу не рассчитать силу.

Будто в доказательство своих слов ДеГармо-старший что-то сделал, вырывая из Рея болезненный стон.

— Остановите это, — прошипела я, слегка надавив лезвием на тонкую кожу. Выступили капельки крови. — Не то клянусь всеми вашими святыми, что сделаю целью своей жизни охоту на вас.

— Язык, — односложно ответил он. — Следи за ним. Пустые угрозы не красят благородных хранителей.

Сукин сын.

Рей вновь зарычал, сдерживая крик. И тут Шантая предупреждающе шикнула:

— Декан Лиггетт, господин ДеГармо.

Мужчина отдёрнул руку. Я бросила кинжал и подхватила Рея, не дав ему рухнуть на пол.

— Очень хорошо, — довольно протянул ДеГармо-старший. — Изумительная работа обета обещания. Они с Реем совместимы почти так же, как корона и её стража. Улучшить манеры, умерить пыл, и эта девочка станет достойна службы у моего сына. Следите за ней, хранитель Шантая. К концу обучения она должна контролировать силу обета, чтобы не бросаться на всех, как бешеная собака. Бешеные собаки опасны, их усыпляют.

Чего? Он что, проверял меня? Стоп. Он что, прямым текстом угрожает?

— Да, господин ДеГармо, — Шантая склонила голову.

— Думаю, мой сын и юная леди свой урок усвоили. Теперь же поговорим о делах Академии. — Он небрежно вытер кровь на шее, посмотрел на нас с Реем нечитаемым взглядом и добавил: — Свободны. О том, как вы будете отрабатывать наказание за нарушение правил, я с деканом Лиггеттом договорюсь сам.

— Идём, — выдохнул Рей и попытался обойтись без моей поддержки, но, откровенно говоря, это не лучшая идея. Отец измотал его до полуживого состояния.

— Да не трепыхайся ты, — буркнула я, обхватив Рея крепче за пояс.

— Держи язык за зубами, — твёрдо сказал он, когда в дверях показался декан Лиггетт — пухлый мужчина средних лет в строгом костюме, какой носят большинство профессоров.

Мы в обнимку прошли мимо декана. Тот смерил нас недоумевающим взглядом, но не успел ничего сказать. ДеГармо-старший моментально завладел его вниманием, заговорив о благотворительности. Шантая закрыла за нами дверь.

— К фонтану. — Рей кивнул на деревянную скамью возле питьевого фонтана чуть дальше по коридору.

Я осторожно довела его и помогла сесть. Он откинулся на стену, прикрыл глаза и выдохнул. Я терпеливо топталась рядом, ожидая, когда он будет в состоянии обсудить случившееся. Нужно что-то сделать, кому-то сказать.

— Что в словах «убирайся к адским гончим» не смог разобрать твой маленький мозг? — прорычал Рей, не размыкая век.

Я разозлилась сильнее, сжала пальцы в кулак и лишь чудом не зарядила им в нос огненного засранца.

— Мне наплевать на твои указания, товарищ. Твоя защита — моя работа. А отец у тебя тот ещё говнюк, которого нужно изолировать от общества.

— Спасибо, я в курсе, — хмыкнул Рей. — Но это не ответ на вопрос.

— Что он с тобой делал?

Рей замолчал. Я видела, как тяжело вздымалась его грудь. Чувствовала отголоски боли, оставшейся после пытки. Но вот эмоциональный фон стабилизировался, пришло облегчение. Такое, какое случается после того, как ты осознаешь, что всё самое страшное позади.

— Почему ты не защищался? — я села рядом и уставилась на Рея, ожидая, что он откроет глаза. Он этого не сделал, лишь вздохнул.

— Не лезь не в своё дело, Беланж.

— Ты — моё дело.

— Включи фонтан, — проворчал Рей, меняя тему.

Я сделала глубокий вдох, сосчитала до десяти и выполнила просьбу. Рей наконец-то открыл глаза и покосился на журчащую струйку воды. Пару секунд он буравил фонтан взглядом, пока не признал то, о чём я уже догадалась:

— Дерьмо. Не могу встать.

Сердце кольнуло. В голове возникла мысль вернуться в кабинет декана Лиггетта и закончить начатое. Приставить кинжал к горлу ДеГармо-старшего и перерезать его. Твою мать. Если эти мысли рождаются под воздействием магии обета обещания, то это чертовски жуткая штука.

Я тряхнула волосами и постаралась абстрагироваться от мрачных эмоций. Вместо фантазий об убийстве переключилась на более приятную и нужную вещь — на помощь Рею. Подошла к фонтану, набрала в ладони воды и поднесла ему.

— Прости, стаканчиков я здесь не наблюдаю.

Он мгновение смотрел на воду в моих руках, ещё мгновение — на меня. На губах у него расцвела улыбка.

— Осторожно, ягодка. Я могу подумать, что нравлюсь тебе.

— Ты мне нравишься, — я не стала выделываться, просто признала факт. — Когда не ведёшь себя как придурок.

— То есть всегда?

— Заткнись уже и пей!

Рей усмехнулся и немного наклонился, чтобы отпить. Остатки воды я вылила прямо на каменный пол и обтёрла Рею лицо влажными ладонями. Он ткнулся щекой мне в руку, снова прикрыв глаза.

— Давай ещё одно пари? — предложила я, закусив губу. Моя рука всё ещё касалась его щеки. Он поднял бровь, и я продолжила: — Твоя дерьмовая история про отца в обмен на мою.

— Я не уверен, что готов сыграть, — сказал Рей с обезоруживающей мягкостью. — Не в этот раз, ягодка.

То, как быстро он катал меня на качелях своего переменчивого настроения, заставляло меня теряться. То огонь, то лёд. То ягодка, то Тень. То пари на поцелуй, то злая просьба убраться подальше куда-нибудь в пекло. Но, чёрт его дери, никто меня ещё так не интриговал.

— Могу начать со своей истории. Хочешь? — спросила я. Рей колебался секунду, потом кивнул. Я набрала в грудь воздуха: — Когда умерла мама, отец распорядился оставить гроб в доме, в гостевой комнате. На следующий день должны были быть похороны. У мамы был любимый золотой кулон в виде рыбки. Его надели ей, чтобы похоронить вместе с ней. Я украла этот кулон. Сняла прямо с… ну… В общем. Папа решил, что это сделал кто-то из пришедших на прощание. Я не призналась. А потом он нашёл кулон в моей шкатулке с драгоценностями. Не знаю, как он понял. Но вместо того, чтобы поговорить со мной об этом, он просто положил кулон сверху на шкатулку. Чтобы я знала, что он знает. Он так ничего и не сказал. А я почувствовала, что после этого между нами что-то надломилось. После смерти мамы мы больше никогда не разговаривали о ней.

Я закончила, сглотнув горький комок. С опозданием поняла, что моя история — это не то, что могло случиться в жизни Джиджи. Она не жила с родителями с младенчества и даже не знала, кем они были. Да и обряд похорон в этом мире отличается от нашего. Вернее как, он просто проходит в той форме, что у нас наименее распространена.

Людей не кладут в гробы, не устраивают прощаний. Их просто сжигают и закапывают пепел на специальных могильных полях, там же устанавливают маленькие опознавательные надгробия. У аристократов на тех же полях находятся родовые склепы, в которых захоранивают членов одной ветви столетиями. Хранителей хоронят либо в семейных склепах (если они были на службе у аристократов), либо рядом с почившими родственниками той семьи, которую они оберегали.

Рей понял, что в моей истории много странностей, открыл глаза и прищурился.

— Если скажу, что я не та Джиджи, которую ты знаешь, ты поверишь? — улыбнулась я.

— Ты и правда изменилась, — как-то слишком спокойно произнёс он. — После того, как перевернула мой котёл. Но я не понимаю, что случилось.

— Я тоже, товарищ… А теперь твоя очередь. Что не так с твоим отцом?

— Слушай, а что это за оскорбление? — внезапно спросил Рей, что я аж потерялась.

— Эм-м… ты о чём?

— Ты зовёшь меня «товарищем». Я сначала думал, это у Теней свои какие-то… — он покрутил ладонью, — особенности. Но никто понятия не имеет, что это значит. Я поспрашивал.

Господь милостивый, эго этого парня не позволяет ему даже незнакомое слово пропустить мимо себя. Его только что отделал собственный отец, а он спрашивает у меня значение слова, которым я его оскорбляю.

Рассмеявшись, я хлопнула себя по лбу.