Глава 29. У трупов не бывает проблем

Я промолчала. А что тут скажешь? Говорить о маме я тоже не люблю. И особенно не люблю, когда меня начинают жалеть и болтать какую-то чепуху о том, как кому-то жаль, что мамы у меня больше нет. Думаю, что и Рею моё грустное «о, как жаль» нафиг не сдалось.

Он щёлкнул языком, как если бы не хотел продолжать. Я уже хотела сказать, что он может не отвечать, однако Рей всё же заговорил:

— Мне было четырнадцать. Как раз заканчивал первый курс Академии, когда началась Вторая Ниварская Война. А Несси только исполнилось восемь. Хелтар сразу ушёл добровольцем. Отец был в ярости.

— Он, наверное, очень переживал… — сказала я больше из вежливости. Сомневаюсь, что такой человек, как Варгас, способен на переживания.

Рей выразительно посмотрел на меня, подтверждая эту мысль.

— Отец переживал лишь за то, что подумают другие. Как это, глава дома ДеГармо и на войну? Аристократия не воюет.

Я закусила губу и понимающе кивнула.

Вторая Ниварская Война длилась почти два года в отличие от Первой, когда Нивару осаждали всего восемь месяцев. В этой войне погибло намного больше людей. В народе её прозвали «опустошающей» за огромное количество жертв среди магов короны и Нивары, которых успели убить с помощью «ритуала пустоты» до прихода поддерживающих сил аристократии. А уж сколько хранителей полегло…

С урока истории про Первую Ниварскую Войну я знала, что тогда-то и стало известно про политический заговор среди некоторых кланов отречённых. Не всех удалось истребить в Первую Войну, многие сбежали. А уже вскоре грянула Вторая.

Корона нуждалась в ресурсах знати. Однако знать почти год медлила, придерживаясь позиции, что война — это дело хранителей и боевых магов короны, и рассчитывала, что, как и в первый раз, корона справится самостоятельно. Она не справлялась. Отсюда и столько жертв.

— Но твой брат считал иначе, — я посмотрела на Рея.

Он поддел носком ботинка камешек, и тот глухо прокатился по плитке.

— Хелтара никогда не интересовало, что о нём подумают напыщенные задницы. Их, конечно, это раздражало, но дом ДеГармо вносит слишком весомый вклад в корону, чтобы кто-то позволил себе открыто осуждать его главу.

Навстречу нам вышла группа парней магов, однокурсников Рея. Они бурно обсуждали Турнир и, заметив нас, засвистели, призывая Рея обратить внимание.

— Да ты прямо нарасхват, — не удержалась я от шпильки.

— А то. Представь, как тебе повезло?

— Умираю от счастья!

Рей подмигнул и отошёл к парням. Она стали расспрашивать о том, знает ли Рей, что за испытания готовятся. Я держалась на расстоянии нескольких шагов, рассматривала клумбу с разноцветными люпинами, покачивающимися на слабом ветру, и продолжала гонять мысли про войны с отречёнными.

Отречённых можно условно разделить на две категории.

Первая категория — это, проще говоря, маньяки-одиночки, которые убивают магов ради корысти: для продления собственной жизни или избавления от смертельных недугов, потому что чужая магия будет поддерживать жизнь даже в умирающем теле. Они скрываются среди обычных людей. По большей части именно от этой категории мы, хранители, и защищаем своих магов в простое время.

А вот вторая категория — это те самые политические отщепенцы, заговорщики. Недалеко ушли от маньяков, конечно, но цель у них глобальная и выражается лозунгом: «Полезное общество — сильное общество». Это они начинали войны в Ниваре за захват власти. Несколько объединившихся кланов, которые хотят поделить всех магов на «полезных» (тех, чьи таланты пригодятся новому обществу) и «бесполезных» (тех, чью ненужную магию будут «опустошать» ради продления жизней «полезных»). Хорошо придумали, а? Эта категория представляет уже угрозу государственного масштаба и с ней плечом к плечу дважды боролись хранители и маги.

— Не замёрзла? — вдруг спросил Рей, оглянувшись на меня. Я мотнула головой. — Скажи, если замёрзнешь, ягодка. Хорошо?

— И тогда ты согреешь меня своим телом? — съязвила я.

Парни гоготнули, как кони.

— Ты соврёшь, если скажешь, что против, — парировал Рей, улыбаясь кончиками губ.

Засранец такой. Ну… Да нет, не совру!

— В таком случае, тебе придётся смотреть, как я замерзаю насмерть.

— А можно просто сказать мне, чтобы стало теплее.

Я фыркнула, а Рей попросил ещё минуту и вернулся к беседе с парнями. Мне хотелось поскорее продолжить наш разговор. Получить ответы на вопросы. А ещё мне было необходимо сконцентрироваться на чём угодно, лишь бы изгнать из головы пугающие картинки войны, въевшиеся в память с уроков истории. Они назойливо лезли в голову вместе с опасениями насчёт отречённых.

После Второй Ниварской Войны какой-то части радикалов удалось бежать. Опять. Как предполагает королевский двор, скрываются они в Сомрахе. На границе Нивары и Сомраха выставлены кордоны, но территория слишком обширная, чтобы можно было гарантировать абсолютную безопасность. Поэтому периодически случаются нападения на семьи магов. Чаще всего в Ниваре.

Отречённые всегда атакуют организованно, небольшими группами, чтобы легче было затеряться среди местных. И зачастую, конечно… такие нападения приводят к гибели всей семьи. Хранителю (в основном они нападают на семьи простых магов под защитой одного хранителя) не под силу уберечь подопечных от группы. Да даже семьи аристократов, где хранитель имеется у каждого, едва ли пережили бы подобное нападение. Просто за три года, что миновали со Второй Ниварской Войны, истреблению подвергались лишь простые семьи. Лёгкая добыча.

И новость о том, что отречённых заметили на границе Карвадонского леса, не даёт покоя. Они вышли на охоту. Уже завтра в Академию начнут стекаться маги со всей страны, а значит… отречённые наверняка попытаются напасть.

Господь милостивый, пусть это всё останется лишь моими страхами.

Рей попрощался с парнями и на мгновение дотронулся до моего плеча, чтобы направить на другую дорожку, петляющую среди кустов тёмно-красных роз. Мне нравилось, как аккуратно он касался меня. Но я постаралась отключить ту часть себя, что желала его прикосновений, и сосредоточилась на разговоре.

Я уже поняла, что брат Рея погиб на войне. Очень хотелось как-то поддержать, да только в слова мои чувства никак не облачались. А Рей негромко продолжил:

— В общем… Хелтара было не переубедить. Он считал, что такие, как мы, с громкими фамилиями, должны быть на передовой и показывать, что мы не боимся проливать кровь наравне со всеми ради общей победы. Что мы не будем прятаться за спинами хранителей и надеяться на чужие жертвы.

В тоне Рея звучала… обида, что ли? Такая по-детски острая, которая проносится через года и не проходит. Такие обиды самые разрушающие. Однако чувства Рея, когда он говорил о брате, не были злыми.

— И ты был… против, да? — попыталась угадать я.

— Наверное, это единственный раз, когда я встал на сторону отца. — Рей вновь мягко свёл меня на другую дорожку, что вела к пруду. — Он уже отошёл от дел, все решения, касаемые нашего дома, принимал Хелтар. И брат со своей… позицией… Я понял его, когда стал старше. Но в четырнадцать считал, что он меня предаёт. Несси предаёт. Что ему важнее прославить дом ДеГармо и что-то кому-то доказать, чем позаботиться о дочери. Это ведь не ему приходилось вытирать ей слёзы, понимаешь? Он ушёл и не видел, как она плачет.

— А твоя мама и мама Несси, они…

— Моя мать умерла, когда я был младенцем, я не знал её. А Фрея ужасно переживала, но держалась. Но когда стало известно, что Хелтар… м-м…

Рею было трудно произнести «погиб», я видела. Потому слегка сжала его тёплую сухую руку своими холодными пальцами, как бы говоря «я с тобой». Просто поддержка, не более. Рей бросил на меня нечитаемый взгляд, но ладонь не убрал. Наверное, он счёл меня упрямой, как мерин. Пальцы холодные, а я не признаюсь, что замёрзла. На самом деле прохлады сумерек я почти не чувствовала. Гораздо холоднее мне было внутри из-за эмоций Рея.

Тропинка спустилась к озеру с каменистым пляжем. По другую сторону воды начинался хвойный лес. Рей повёл меня вдоль берега к деревянному помосту, где сидела группка девчонок младшекурсниц. Они пускали «блинчики» и заливисто хохотали, когда «блинчики» удавались.

Я не торопила Рея с продолжением. Просто любовалась пейзажем, прислушиваясь к чувствам своего мага. Они выровнялись и сделались почти неощутимыми.

Боги милостивые, ну мы прямо как парочка: гуляем и держимся за ручки.

У воды стало гораздо прохладнее. Да, всё-таки я замерзала. Но что теперь, проситься погреться?

— После гибели Хелтара Фрея уже не справлялась, — наконец начал Рей. — Какое-то время пришлось мне полностью заботиться о Несси. Но я должен был вернуться в Академию, и… В общем, Фрея и Несси надолго оставались под присмотром отца.

На этих словах Рей поморщился. А до меня, кажется, начало доходить.

— Ты поэтому не надерёшь ему зад? Боишься, что он сделает что-нибудь им?

Рей задумался, не ответил. Я зябко поёжилась. Он заметил это, отпустил мою ладонь и отвёл руку, приглашая прижаться.

— Обойдусь без обжиманий, — проворчала я.

— Не выделывайся, Беланж. Будет теплее, — и Рей поманил меня пальцем, шкодливо прищурившись.

Вот же… зараза.

Я сделала вид, что объятия с ним — это вопрос выживания. Ну да! А то ещё заболею. Состряпала максимально безразличную мину и прижалась к его боку. Рей положил ладонь мне на локоть. От его тела исходило тепло, словно от нагретого солнцем камня. То есть и вправду он был теплее, чем обычный человек.

Рей меня согревал.

— Пока я следую планам отца на меня, он ничего им не сделает. Ну, я так думал.

— И какие у него планы? — с сомнением спросила я.

— А как ты считаешь? — ответил вопросом на вопрос Рей. — Я единственный наследник. Выгодный брачный союз, исполнение обязанностей главы дома ДеГармо и участие в политике — всё то, что делал Хелтар.

— А ты, конечно, не хочешь?

Рей повёл бровью.

— Я никогда не хотел заниматься политикой, даже не вникал в это. Хелтар позволял мне самому решать, чего я хочу. А я хотел после выпуска из Академии отправиться на службу в королевский исследовательский флот. Мир посмотреть.

— Типичная мечта мальчишки, — поддела я по-доброму. — Космонавты, лётчики, разведчики.

— Космо-чего? — он покосился на меня.

— Потом расскажу.

— А лётчики — это…

— Рей, не отвлекайся! Сказала же, потом.

— Ты ужасно странная, ягодка, — заключил он.

— Поверь, ты даже не представляешь насколько, — улыбнулась я.

Рей немного помолчал, изучая меня, и продолжил:

— В общем-то и нечего больше рассказывать. Я бунтовал, а отец нашёл действенный метод убеждения. Ты спросила, может ли он сделать что-то Несси и Фрее? Может. Однажды за мой протест против очередного условия он наказал Фрею. Так, как ты видела. И предупредил, что в следующий раз это будет Несси.

— Ну не-е-ет, — простонала я. — Это низко даже для твоего папаши. А хранитель Фреи?

У Несси его ещё точно не было. Хранителей для аристократов распределяют в Академии. До этих пор она должна находиться под защитой охраны своих родителей.

Простых студентов на время обучения тоже стараются связывать с индивидуальным хранителем, чтобы отработать критические ситуации. Позже обет обещания снимается, и они переходят под защиту семейного хранителя. Когда создаётся новая семья, ей также назначат хранителя, но этим уже будет заниматься специальное ведомство по распределению.

Однако на всех студентов индивидуальных хранителей не хватает, поэтому тех из нас, кто не связан с аристократами, могут перебрасывать от подопечного к подопечному.

Конечно, нам, хранителям, выгодно попасть в «золотой круг». Один подопечный равно меньше головомойки. Для этого необходимо иметь достаточно высокий учебный балл. У Джиджи он выше среднестатистического, но практически на нижней границе, чтобы она оказалась в шаге от переброса на рядового хранителя. У Иззи, в общем-то, та же проблема.

— А что хранитель Фреи? — Рей невесело усмехнулся. — Думаешь, для моего отца сдержать одного стража — это великая проблема?

М-да. Вряд ли это проблема. Об этом я не подумала…

— А что случилось сегодня? Что заставило тебя пойти наперекор отцу и записаться на Турнир?

— Узнал, что отец не собирается позволить Несси поступать в Академию. Хочет продать её, как породистую лошадь, своему партнёру. Сначала в качестве подопечной, а когда она станет старше, то… ну…

— Поняла, можешь не объяснять.

Мерзость какая. Должно быть, это такой же мудак, как и отец Рея. И страшно подумать, что ждёт тринадцатилетнюю девочку рядом с таким.

— Отцу нужно было согласовать это с ректором Аллером. — Рей пнул корягу. — Ну и привет Турнир, ягодка. Прости, что не посоветовался, но…

— Забей, — машинально ответила я. — Турнир так Турнир.

— Что забить?

— Ничего. Это выражение такое. Ну, там, откуда я родом. Что-то вроде «забудь».

Рей недоверчиво сощурился.

— А там, откуда ты родом, бить и забывать — это из одной смысловой категории?

Батюшки. И это мы ещё не перешли ко всяким «заруби себе на носу» и «хлопать ушами». Попади маг мой обожаемый в Сочи, то сломался бы, наверное…

— Забей, товарищ! — Я не стала щадить его мозг и выдала сразу два «странных» слова. — Вернёмся к Турниру. Если ты выиграешь, то…

— Победа даст мне свободу. Я смогу отказаться от обязанностей главы дома и от брака с Селин. Выигрыша хватит на то, чтобы прожить безбедную жизнь где-нибудь подальше от отца. Увезу Фрею и Несси. Заживём спокойно.

— Рей… — тихо начала я. — А если мы проиграем или…

— Не нужно сомневаться, — он улыбнулся и накрутил на палец мой локон, выбившийся из пучка. — Если хорошо проявим себя, в чём у меня лично сомнений нет, случится всё то же самое. А про «или», ягодка, даже не думай. Хотя если оно случится со мной, тогда… всё это уже не будет иметь смысла, да? Я не увижу, что отец будет делать с моими близкими.

— Но твоя смерть не решит проблему, — возразила я.

Рей цыкнул и повёл меня обратно в сторону сада. Позади раздался громкий девичий смех и плеск воды.

— Я не собираюсь умирать, малыш. А если помру, то у трупов не бывает проблем. Теперь твоя очередь. Рассказывай, что с тобой не так.