Глава 11. Неизбежность

– Лисенок, просыпайся, нам уже скоро выходить. Ласковый голос Луи по утрам никогда не играл на руку моему пробуждению, скорее наоборот – хотелось понежиться в постели ещё какое-то время прежде, чем придется идти на занятия и в очередной раз доказывать себе и окружающим, какая я сильная и способная оборотница. Потянувшись, я приоткрыла один глаз – лекарь моей души сидел на краю кровати, наблюдая за мной со смешинками в глазах. – Ты вчера так устала, что уснула прямо в одежде, милая. Все уже почти собрались, ждут только нас. Я хотел дать тебе поспать подольше. – взяв мою ладонь, парень поднес ее к своим губам, мягко целуя запястье. Я напрягла память – как это уснула одетая? Я же… События минувшей ночи как в тумане стали проноситься перед моим внутренним взором – спящий Луи, кухня, графин, странное свечение, оракул, руны, карта Таро. Неужели все это был сон?! В попыхах соскочив с кровати, я чуть не свалилась, запутавшись в одеяле, но и тут звериная грация сделала свое дело – лисы всегда безопасно приземляются. Пока я принимала душ, умывалась, расчесывала влажные волосы, а потом заплетала уже сухие – в голове продолжали крутиться воспоминания. Нет, не может быть, что бы все это мне приснилось! В то время, когда Лео ждал меня, развалившись на кровати – у меня созрел план. Нужно вернуться в то помещение и все станет на свои места! – Ты готова, нежность моя? – светловолосый близнец поднялся, заключая меня в объятия. – Да, пойдем. – бросив последний взгляд на покои, что нам любезно предоставила Адита, убедилась, что никакие наши вещи тут не остались и поцеловала его в щеку. – Люблю. Поцелуй в висок стал мне ответом, перехватив меня одной рукой за талию, а другой – открыв дверь, парень вывел меня в коридор. К моменту, как мы спустились вниз, почти вся наша компания была в сборе – не хватало только Аны. Это была идеальная возможность осуществить замысел! – Милый, я отлучусь на минутку? Попить захотелось. Вы пока тут пообщайтесь, хорошо? – предложила я невзначай, увидев, как к нам подходит Лео. Покинув ничего не подозревающих близнецов, я быстро сориентировалась на местности – кухня была в крыле слева от центральной лестницы, а то самое помещение на две двери дальше. Быстро юркнув в нужный коридор, я, не поднимая головы на встречающийся по пути персонал, проследовала к нужной комнате. Взявшись за ручку, я почувствовала, как по моей коже пробежал холодок, липкое ощущение беспокойства мазнуло по моим внутренностям. Сделав решительный вдох, распахнула дверь, и… Это была обычная кладовка – по всему периметру стояли стеллажи с кухонной утварью, какими-то банками и предметами для уборки. Ни стола с клубящейся в нем магией, ни тяжелых портьер, ни стульев, обитых бархатом. Я так и стояла, хватая воздух ртом и рассматривая помещение, силясь найти хоть какой-то намек на ночное происшествие, пока меня не окликнули: – Олли, ты что тут делаешь? Адита шла ко мне, неся на сгибе одного из локтей крытую корзинку. – Я.. я искала кухню. – вяло солгала я. – Детка, ты прошла ее, что тебе предложить? – взяв меня под руку, Ди повела меня в противоположном направлении. – Сегодня я хотела познакомить вас со своей семьей, но у них появились неотложные дела. – болтала Ана. – Я решила, что мы могли бы позавтракать у Тоби, а перед этим прогуляться – вот и прихватила с собой немного провизии. Так что ты хотела? – Пить. – промямлила я, все еще прибывая в растерянности. – Просто воды. – Без проблем! Сейчас все будет. – расплылась в улыбке женщина. – Пойдем скорее, нас там уже наверняка хватились! Когда мы оказались на кухне, я могла поклясться, что Ана взяла тот самый графин, что я ночью прижимала к груди. – Дита, скажи, пожалуйста… – все же не могла удержаться от вопроса я. – У вас во дворце тоже есть оракул? – Да. Конечно, менее кровожадный, чем тот, с которым мы столкнулись в гостях у Атиллы. – округлив глаза, почти шепотом произнесла она. – Но, насколько мне известно, Оракул сейчас в отъезде. А что такое? – Мм, да ничего! – всплеснула руками я. – Просто было интересно! Ана задержала на мне долгий лукавый взгляд, прежде, чем подойти и передать стакан, в который ранее налила мне воды из того самого сосуда: – Хорошо, лиса, ты всегда была любопытной. Держи, возьми с собой и пойдем. – Пойдем… – вторила ей я, делая глоток больше для вида. В горле застрял ком. Кирриада Фемида Левиафар Фон Кираз: В этот раз Тоби уже ждал нас, судя по накрытому столу и дымящейся на нем еде. Завидев нашу компанию, повар приветственно раскинул руки: – Небеса щедры, друзья мои! Я рад вас всех видеть! – А мы то как рады, Тоби! – расхохоталась Адита, подходя ближе к… Другу? Завтрак, точнее поздний завтрак – был изумительным и чем-то даже походил на турецкий. Яйца с большим количеством овощей, множество соусниц и разнообразных закусок, освежающие напитки, легкий, кажется творожный десерт в конце и вот – нам уже пора было прощаться. – Ну, что? Вы же ещё вернетесь к нам? Как, в целом, впечатления? Ребята наперебой делились своими восторгами, выражая желание посетить Поднебесье вновь, за столом продолжали звучать смех и вопросы, на которые шеф и Ди, то по очереди, то вместе развернуто нам отвечали. Для полного счастья не хватало только Эльсевара, правда, здесь было очень хорошо. – Мы обязательно вернемся снова. – шепнула я мужчине, обнимая того напоследок, когда Дита уже открыла нам портал. – Буду ждать. – щурясь, отвечал мне безразмерный, как мне казалось, Тоби. – Мы и так ждали слишком долго. Я удивленно вскинула брови, отходя на шаг: – Что ты имеешь ввиду? Но подхватившие меня друзья уже слишком близко приблизились к воронке, а повар лишь подмигнул мне на прощание. *** Сидя в гостиной, я смотрела на непривычно тихую Олли. Если я не ошибаюсь, она была такой с самого утра, что совершенно никак не клеилось с ее обычном поведением, особенно учитывая тот факт, что мы вернулись из самого Поднебесья. Переглянувшись с Альви, мы, не сговариваясь, подсели к подруге, зажав ее с двух сторон. Не ожидавшая ничего подобного оборотница словно очнулась ото сна: – А? Что? Что такое? – мотала она головой, смотря то на меня, то на банши. – Это ты нам скажи. – зловеще произнесла Альви. – Что такое? – Да, Олли, ты сама не своя. В чем дело? – С чего вы взяли? Все в порядке! – нарочито беззаботно попыталась отделаться она от нас. – Милая… – протянула я. – Не заставляй меня применять силу. Если не скажешь, в чем дело, твое зелье, защищающее разум – тебя не спасет! Конечно я не стала бы с ней так поступать, но она вынуждала меня придумывать угрозы! – Ты не посмеешь! – ахнула подруга. – Это противозаконно! – Ничего страшного. – ухмыльнулась я. – Как-нибудь выкручусь, ведь наш род такой знатный, да ещё и Савлазар мне, считай, жених. – бессовестно блефовала я. – Как думаешь, строго ли меня накажут? – Вы решите, что я сошла с ума. – упрямо сложила руки на груди Олли, обиженно поджимая губы. – Милая, с нами уже столько всего произошло, что мы поверим чему угодно. – банши погладила ее по волосам. – Поделись с нами. Или мне придется спросить по-другому. – намекнула она на свои врожденные таланты. – Вы – невозможные! Из трупа душу вытянете! – взвыла Оками. – А то! – расплылась Альви в улыбке. – Души – это по моей части! – Хорошо! – сдалась наша лиса. – Слушайте! Мы внимательно выслушали ее сбивчивый рассказ о том, что приключилось с ней ночью в замке. Как она встретила оракула, получила от него дары, узнали о том, что ее гложет. А потом Олли рассказала о пророчестве и что-то внутри меня шевельнулось, заставляя прислушаться ещё сильнее. Замолчав, она уставилась в пол. – Вы думаете, что я умом тронулась, да? – Нет, ну, ты чего? – банши обняла ее. – Было это во сне или наяву – неважно, мы верим тебе. И это знание нельзя игнорировать! – Повтори, пожалуйста, что она сказала про наследника и замки? – заторможенно попросила я. Оками даже не задумываясь, словно знала это наизусть, пересказала: – Наследник принес жертву, замки были разрушены, мать умерла, хранитель Нави – пал, она здесь. Рядом. И уже встретила темного. Душа отдана, Смерть отняла ее. Кровь окропила землю. Совсем скоро граница будет нарушена! Клинок наточен, мои видения отражаются в его стали… Ты уже ступила на путь, Оками. Ты примешь его или падешь к ее ногам. По моему телу поползли мурашки. Мы только-только расправились с Эрмином, неужели впереди нас подстерегает новая угроза. И это, что, женщина? В моей голове всплыл силуэт Переи. А что, если это она? Проклятийница свалилась как снег на голову – ни с того, ни с сего. Вдруг она появилась не просто так? С другой стороны – я не ощущала никакой фальши, ни единой нотки зла. Да, она не нравилась мне поначалу и, возможно, из ревности – я ее недолюбливала. Но ведь у меня есть чутье. Да что там – Марк ничего не учуял. Но тогда почему мне кажется, что я знаю ту, о ком говорит Оракул? Я постаралась мысленно встряхнуться. В рассказе Оками было кое-что поважнее. То, о чем она не рассказывала нам не смотря на все те вещи, что мы пережили вместе. То, что гнетет ее с самого рождения. – Милая, ты же знаешь, что ты невиновна в смерти Бенжи? – я смотрела в ее глаза, что вмиг наполнились слезами после произнесенных мною слов. – Я согласна, что то, что с тобой произошло было предзнаменованием. Но вдруг их было два? Одно для всех нас и одно лично для тебя? Ты не должна корить себя за то, над чем никогда не была властна. – Ты не понимаешь… – уже захлебываясь, еле проговорила оборотница. – Я его убила. – Нет. Это не ты его убила. Даже оракул говорит, что ему не суждено было выжить! – парировала Альви. – Я – оборотень. Неважно, кто и что говорит – в моей крови заложен инстинкт оберегать свою семью. Я пошла против своей сути. И я понесу наказание. Я встала, не имея сил слушать это: – Олли, «пошла» – это подумала, решила и предприняла действие. А ты была дитём в утробе. Ты даже не помнишь себя тогда! За что тебя наказывать?! – Ты говоришь, как человек! Дело не в логике, дело в том из чего слеплены оборотни! Кара приходит вне зависимости от преднамеренности. Произошедшее разрушает мою природу на молекулярном уровне! – То есть – иные варианты ты не рассматриваешь? Только принять наказание за то, что произошло сильно задолго до того момента, как ты вообще начала себя осознавать, так? – спросила я в лоб. – Да. Так. Таков закон. Я долго смотрела в ее глаза, полные решимости и вины. – Нет, я так не могу. – бросила я прежде, чем уйти прочь, оставив их вдвоем. Эльсевар сидел за своим рабочим столом, когда я почти с ноги распахнула дверь в его кабинет и с такой же злостью захлопнула ее, почти кипя от негодования. – Что-то случилось, малыш? – философски изрек он, толком не отрываясь от бумаг. Меня это только подстегнуло, начав ходить из стороны в сторону, решила не томить: – Случилось? Случилось! Ты знал про дебильный закон оборотней? Мол, семье нельзя вредить, а если навредишь – будешь изгнан и наказан. Даже если навредил будучи ребенком в животе матери? Знал? Это же бред, полный причем и безоговорочный! Мужчина откинулся на спинку кресла: – Да, у них это прописано в генетическом коде. Семья оберегается даже ценой собственной жизни. Даже самое ужасное преступление не карается смертной казнью. – И что, ты с этим согласен?! – я почти на крик перешла. – То есть в ситуации, где один малыш поглощает другого в утробе – ничем не отличается от, к примеру, если один взрослый убил другого?! – Конечно отличается. – встал он, обходя мебель и приближаясь ко мне. – Но малыш потом вырастает и всю жизнь мучается чувством вины, пока оно не достигает своего пика и не гонит его прочь от друзей, семьи, стаи. В теории – взрослый оборотень способен помочь себе, но для этого он должен сам себя простить. – горячие ладони опустились мне на лопатки, пододвигая меня ближе. – Расскажи, кто этот малыш? – Олли. – только и буркнула я, растеряв весь свой пыл и утыкаясь носом ему в грудь. – Ше Патрис? Мне очень жаль. – тихо произнес он. – Ты так говоришь, словно все уже потеряно! Самое ужасное, что и она говорит точно так же! Приняла свою судьбу, хотя ничего плохого не сделала! – виток возмущения закрутился с новой силой. – Милая, ты не сможешь помочь ей силой. Ты ведь это понимаешь? Для подобных изменений внутри нужны мужество, желание, поддержка. Последнее – это то единственное, что ты можешь ей дать. – Ты прав. От того и бесишь меня. – немного помолчав, угрюмо вымолвила я. Савлазар хрипло расхохотался: – Силу твоей любви это раздражение не перебьет, так что я спокоен. Как тебе Поднебесье? Мы проболтали большую часть дня, отложив на потом рутинные дела. Ели прямо в постели и там же делились сокровенным, а после – уснули. *** На лекциях сегодня было неспокойно – тут и там слышались странные шепотки и переглядывания. Но из раза в раз преподаватели призывали соблюдать тишину. На демонологии мы были вместе с Лиазом, надо сказать, что после того разговора на выходных – наши отношения стали теплее. Мне даже выпала честь услышать пару шуточек, хоть и плоских, но уже что-то. По пути в столовую нас и нагнали остальные, почти сбив с ног и кажется, Олли полностью пришла в себя, судя по тому, как она затараторила, выливая на нас академические сплетни: – Ребята, вы только представьте, происходит нечто ужасное – пропадают адепты. Как нам понять, кто будет следующим? – размышляла оборотница, отодвигая для себя стул за «нашим» столиком. – Оллиндира, давай по порядку. – охладил ее пыл Шираз. – Кто пропал? С чего ты взяла, что пропал? – Да, Олли, может им пришлось срочно вернуться домой по семейным обстоятельствам или вроде того. Никаких же не было официальных объявлений! – поддакивала василиску Рия. – Да и Кира бы знала, если бы что-то такое происходило – Магистр точно бы ей рассказал. – припечатала Альви. Я вспомнила о том, как Эльсевар вчера проигнорировал все совещания и стуки в дверь, решив посвятить себя мне. Вдруг Оками права и он просто ещё не знал о происходящем? – Я говорю вам! – громким шепотом почти орала на нас лиса. – Пропали трое и одну из них мы даже знаем! Их семьи час назад явились сюда, чтобы получить ответы! – Кого именно мы знаем? – спросила я. – Помнишь, мы в прошлом году вместе сдавали зельеварение и там ещё была Кали? Вас ещё на боевке в пару ставили. Ну, метаморфа? Никто не видел её два дня. В комнате все на своих местах, а девушки и след простыл. Я действительно сразу же вспомнила скромную, но улыбчивую сокурсницу. Но ведь Академия защищена чуть ли не лучше, чем само Управление. Куда она могла деться? Может, она выходила в город и что-то случилось с ней там? – А кто остальные? – Еще двое новеньких – это самое сложное, толком не успели обзавестись друзьями. И эти же двое не так давно пострадали при вылазке в лес. – со знанием дела вещала Олли. Я отвлеклась от разговора за столом погружаясь в свои мысли: «Марк?». Амарок тут же отозвался. «– Ты знаешь о пропаже студентов? – Да, уже знаю. Савлазар приходил к Бару, я тоже был тут. Что тебя беспокоит? Я чувствую. – Эрмин все так же привязан к источнику? Ничего не изменилось? – Даже если он потеряет с ним связь, то, что осталось от его души – просто неспособно навредить кому-то. Тем более – провернуть похищение тех, что из плоти и крови. – Хорошо. Но нам надо будет взять Олли и сходить к Эльсевару. У нее была интересная беседа с Оракулом Поднебесья и, ввиду происходящего, думаю, что неспроста». *** Вчетвером мы уже около сорока минут сыпали теориями на тему того, что могли означать слова незнакомки. Оборотница явно чувствовала себя не на своем месте во всем этом балагане. Было видно, что то, что эта тема вновь поднялась – возвращало девушку в не лучшие воспоминания. – С чего ты вообще взяла, что она является угрозой? – рыкнул Амарок. – Пока смысл скорее в том, что она изменит уклад или объединит миры. Что-то такое. Ничего зловещего. Я возмущенно парировала: – Эрмин тоже пытался сделать нечто подобное. И что, по-доброму получилось? – Он был психопат. – отмахнулся Глава. – А здесь Оллиндиру явно пытались убедить в ее роли в плане для всеобщего блага. – Так вы мне верите?! – похоже, до Оками только дошло очевидное. Мы разом уставились на нее, как на ненормальную. – Что? Я была уверена, что все сочтут это бреднями! – стушевалась подруга. Савлазар взъерошил волосы, опираясь руками на стол: – Как бы там ни было – если адепты пропадают по причине какого-то пророчества… Это проблема. – Есть какое-то продвижение в поисках? – тихо поинтересовалась я. – Мы взяли кровь у семей. Так же их ищет департамент. Но если это похищение… Поиски могут очень быстро зайти в тупик. – Я могу помочь. – спокойно вмешался волк. – Буду благодарен. – кивнул ректор. – Что ж, уже поздно. Давайте расходиться. *** – Кирриада, забудь о воде! Вплетай огонь. Я что тебе говорила?! – настаивала профессор Дер Малази. – О твоих развитых талантах я все знаю, мое дело – раскрыть потенциал. Огонь. Живо! Как вы поняли, занятие по защитной магии проходило под давлением. Преподаватель с каждым разом все жестче гоняла нас, аргументируя это тем, что мы должны выпуститься отсюда с развитыми способностями – даже если кому-то кажется, что потенциал невелик. Я буквально ощущала себя неумехой. Одно дело – на адреналине выпускать дар и слушать внутренний голос, совершенно другое – в учебной остановке вытягивать из себя все жилы. Она вечно подначивала нас тем, что мы видите ли дошли до второго курса и якобы уже все знаем. Лукавить не буду – иногда меня и правда ослепляла гордыня, вы не хуже меня знаете, что мое тело уже выдавало всякое, да и я больше уделяла времени теориям заговора и распутыванию происходящих событий, чем учебе. Каюсь. Теперь отрабатываю. Я повторила защитное плетение не меньше пятидесяти раз прежде, чем она все-таки сказала: – Неплохо. «Что?! Я столько сил вложила! В смысле «неплохо»?» – подумала я про себя, а внешне лишь выдала: – Спасибо, профессор! Я уже собиралась уходить, когда женщина окликнула меня: – Левиафар, останься. Под удивленными взглядами Оками, Шираза и Лиаза, я пошла обратно, махнув им рукой, чтобы не ждали меня. Когда за ребятами закрылись двери, а я подошла ближе к преподавателю, она присела, указав мне на стул напротив: – Садись. Молча выполнив указание, я устремила взгляд на женщину. – Кирриада, я наслышана о твоих успехах и знаю, что ты сыграла не последнюю роль в битве за Академию. Мои плечи расплавились всего на секунду, клянусь! Тем временем, Дер Малази продолжила: – Я не хочу, чтобы ты думала, что я наказываю тебя или требую больше, чем от других из-за связи с ректором. «Ох. Какая прямота». – Я вижу в тебе потенциал архимага, способность одинаково легко обращаться ко всем стихиям. Я работала со множеством магов, не в моих правилах требовать меньше, чем могу получить. – Я все понимаю. Я буду стараться. – ответила я. – Спасибо, что верите в меня. – Чтобы развить твои способности одной учебной программы недостаточно. Я хочу взять тебя на дополнительные занятия. Я улыбнулась: – Это вопрос или постановка перед фактом? Ее губы растянулись в ответной улыбке: – Конечно постановка перед фактом. Работать будем два-три раза в неделю. Расписание я передам тебе с Горлоком позже. Или можешь прислать ко мне своего. – Я могу попросить Кера. Он не мой, но у нас хорошие отношения. – легко согласилась я. – Договорились! – хлопнула в ладоши Дер Малази. – Главное – не присылай Амарока, а то я побаиваюсь волков. – опустила глаза в пол женщина. Не знаю почему, но последняя фраза меня напрягла, хоть в ней и не было ничего необычного, ведь у нас у всех свои страхи. Вот я – с ума схожу от вида пауков, но всей душой полюбила Ананси, чего не скажешь об остальных. Решив, что просто устала, я поспешила распрощаться с женщиной и отправиться к себе. День был длинным. *** Настал вечер моего первого дополнительного занятия по защитной магии. Я уже собиралась выходить, поправляя на себе боевую форму, когда из-за спины донеслось: – Кирочка, может не пойдешь? Кер смотрел на меня озабоченно, черные пуговки глаз беспокойно блестели. – Кер, милый, ну ты чего? – я опустилась на корточки, заглядывая ему в глаза. – Я чувствую в ней что-то не то. Я боюсь, что она навредит тебе. – в очередной раз раздухарился маленький конспиролог. – Все будет хорошо. Послушай, разве мог магистр Савлазар взять на работу кого-то, кому не доверяет? Ты же знаешь, как он дорожит Академией и адептами. У горлока явно не было контраргументов. Малыш вздохнул, но промолчал. И, когда я уже вышла за дверь, тихо проговорил кое-что, чего услышать бы не смогла: – Может брал то он ту, которой доверяет. Но кто она теперь? *** Поиски пропавших продолжались, но вот уже несколько недель не было никаких положительных вестей. Настрой учащихся был надломлен, однако жизнь все равно продолжала идти своим чередом, хоть нас и посадили на некий карантин – выход в город был ограничен, но все-таки осуществлялся, просто теперь адепты брали с собой специальные амулеты. Комендантский час вступал в свои права раньше обычного, а защиту Академии усилили, конечно, просто на всякий случай. Что интересно – со слов Эльсевара я знала, что он договорился с Бару ослабить защиту леса, чтобы избежать новых увечий среди адептов. Думаю, что именно поэтому защита самой территории альма-матер стала куда сильнее, все же Ананси был перестраховщик. Наши отношения с Дер Малази вышли на новый уровень – ввиду того, что мы стали больше общаться, казалось, что мы сильно сблизились. Ей было интересно знать о моих делах, взаимоотношениях с семьей и друзьями, в союз с ректором она не лезла, видимо, избегая пересекать черту. Но проблемами других моих близких была озабочена и чуть ли не так же вовлечена, как и я сама. Например, подкидывая мне идей о том, как можно разубедить Олли в ее вине или помочь Альви преодолеть некий страх перед мужчинами из-за отца. Зар же по этому поводу отчаянно ревновал – узнав, что я стала навещать его реже из-за новой нагрузки, так ещё и то, что я сдружилась с преподавательницей, дух негодовал, угрожая, что уйдет Хранителем в другую Академию и найдёт себе новую Киру. Конечно, я посмеивалась и как могла убеждала его в том, что никого не люблю так, как его и что буду стараться приходить ещё чаще. Так случилось и сегодня, когда я зашла к нему поболтать после занятий: – Что, вспомнила о старике? – откуда-то из под потолка протянул он. – Прекрати! Я соскучилась, спускайся. – Где-то гидра сдохла или октар погас? – Ну, Зар, перестань. Сколько ты ещё будешь дуться? Это временная близость! Уроки подойдут к концу и мы уже не будем с ней так часто видеться! – То-то же! Ты знала, что я не один такой? Керу она тоже не нравится. – зарделся Хранитель. – Так вы что, объединились против Ариадны? – мне стало смешно. – А что нам оставалась? Нас ты не слушаешь. Только мы с ним друг у друга и остались! – патетично воскликнул Хранитель. – Да ладно вам, я же… – не успела договорить. Дверь в библиотеку с треском распахнулась, на пороге очутилась вся наша честная компания во главе с Олли. Которая абсолютно точно была не в себе – зареванная, взлохмоченная, с проступившими на пальцах когтями, подруга выдавила: – Я так и знала… – и рухнула на колени. Мы бросили к ней, на ходу выясняя: – Что с ней? Что происходит? Лео был мрачнее тучи, да в принципе – все были: – Луи пропал. Я похолодела: – Вы уверены? Шираз молча кивнул, а банши пояснила: – Вчера Оками ушла бегать, была полная луна. Когда вернулась под утро – лекаря не было и она решила, что он уже ушел в лазарет. Но его не оказалось ни там, ни на занятиях, ни в катакомбах, ни где-либо ещё. Мы надеялись, что он с тобой. – То есть, предположительно – его нет уже больше двадцати часов. Лео, магистру понадобится твоя кровь… – Я знаю. – перебил меня некромант. – Самое страшное не это. – А что? – еле слышно спросила я. – Кира, мы – близнецы. Я всю жизнь чувствую Луи, а он меня. Это особое чувство, я не знаю, как объяснить. Я всегда знаю, что он в порядке и жив. А сейчас… – А сейчас не чувствуешь? – я договорила за него ужасную догадку. Вместо ответа, он посмотрел мне в глаза. Там клубилась великая боль. Мы кое-как донесли Олли до наших покоев. На девушку было страшно смотреть и я не знала, какой отпечаток эта потеря нанесет ее психике, особенно, с учетом того, что мы недавно узнали о ней. Она плакала даже тогда, когда была без сознания, а стоило очнуться – перекидывалась в лисицу и вырывалась, чтобы бежать искать Луи, а после – возвращаться без сил и ни с чем и снова выть от тоски. Это ночь для нас была одной из самых страшных. Эльсевару пришлось вызвать лекарей и погрузить ее в магический сон, так как подруга отказывалась есть, пить и оставаться на месте. Мы боялись, что в одну из своих вылазок она забредет в чащу Горлумского леса и даже Ананси не успеет ее уберечь. Ее голова покоилась на моих коленях, а хвост даже сейчас продолжал беспокойно бить по ногам своей хозяйки. Олли шептала что-то вроде: – Лу, душа моя… Я обвела глазами всех собравшихся. Стояла глубокая ночь. – Если мы его не найдем. Лишимся двоих разом. – Троих… – безжизненно отозвался Лео. – Мы связаны с рождения. Если умрет он – умру и я.