Глава 23

После занятий уверенно двигалась по направлению к библиотеке. Оставалось совсем немного, когда по телу прошла дрожь. В груди почувствовала жар.

«Амулет намекает на опасность?» – подумала в момент, когда на моем пути вырос высокий парень с длинной красной челкой, закрывающей его лицо. Понимая, что не просто так он тут красуется, вежливо попросила:

– Отойти.

Он только хмыкнул и пошел вперед, задевая своим плечом. Мимолетное мгновение длился контакт, но за эти несколько секунд меня поразило током. Застыла, не в силах говорить, как вдруг услышала голос Марка:

– Если не уберешь эту дрянь, я брошу тебе вызов.

– Причина защиты? – дерзко заявил парень, удивляя писклявым голоском.

– Ее жених, – Марк не говорил, а рычал. Но я не могла видеть, только слышать.

– Еще раз повторить? – Дрейн злился, и все это осознавали, начиная отходить подальше.

– Это неправда.

– Хочешь убедиться? – тон Марка мне не понравился. Мелькнула мысль, что вот неспроста он так ответил, как в следующую секунду парнишка с челкой полетел в стену.

– Я прошу прощения… – прохрипел мой обидчик, медленно поднимаясь.

– У нее… проси.

Повторений не требовалось. Маг кое-как встал и поплелся ко мне, пошатываясь, поглядывая за мою спину. За мной стоял Марк.

– Ты… – ему было тяжело. Очевидно, парень не привык извиняться, но выбора Марк ему не оставил. Он подошел и со страхом прикоснулся к моему плечу, что-то захватывая своей ладонью.

Нахмурилась, когда увидела в его руке непонятного вида жука огромного размера. Насекомое из прозрачного окрасилось в серый цвет. Оно двигало лапками, давая понять, что живое.

Я не любила вот такую живность. Тем более в этом мире. Явно серое шестиконечное существо не высиживало для меня лучики добра.

– Что ты с ним сделала? – услышала возмущенный голос парня с длинной челкой.

– Я? Это ты… – возмутилась, чувствуя облегчение. Вся усталость и тяжесть из тела уходила. А ведь насекомое сидело на мне всего ничего.

– Сайдар умирает! Ты… – он начал пялиться назад, – ты отравила его!

«Да что же такое?! Опять я виновата!»

Хотелось уйти, но не могла. Стояла, слыша ахи, охи, шушуканье со всех сторон, отмечая, как все отходят от меня. В их глазах видела ужас. Самый настоящий. Будто я исчадие ада.

– Это твое наказание. Не смей больше к ней подходить, – Марк оказался рядом, перехватывая за талию, прижимая к своему телу. – Это всех касается. Кто посмеет обидеть, пусть готовится принять мой вызов.

– Он… он не шевелится! – истерично закричал парень, выставляя руку, демонстрируя всем насекомое.

Затрясло. От сознания, что я кого-то уничтожила. Или гайна. Амулет только предупредил.

– Она проклята! Ведьма! Ее прикосновения уничтожают!

– Ты лжешь! – голос Марка прогрохотал так громко, что каждый сжался от страха, в том числе и я.

Мои мысли оборвались, когда оборотень потянул меня на себя и при всех снял маску, а потом свою, всматриваясь в глаза. Пораженно смотрела, а когда дошло, что будет после этого откровения, я потянулась за маской, но Марк остановил, не позволяя, сильнее прижимая к груди.

– Она моя истинная. Моя невеста. Будущая королева черных драконов, – гордо произнес и обхватил мое лицо руками, наклоняясь, накрывая в дерзком поцелуе мои губы.

Потерялась на мгновение, утопая в страсти оборотня. Полностью. Без шанса на сопротивление. Желая этого всем сердцем. Словно во мне загорелся лучик света, который не могла потушить.

Марку было наплевать на всех, что он особо не скрывал. Стражники с огромным любопытством наблюдали за нами, сопровождая процесс одобрительными возгласами, а кто и комментариями.

Почувствовала огонь в груди и с силой сжала руками одежду Марка. Задыхалась от пламени в груди. Он понял и отпустил, с напряжением наблюдая за моими эмоциями.

А я не могла радоваться. Нет. Я понимала, что Дрейн подписал себе приговор. Ведь Давина – не его золотая. Не она!

На мгновение уловила печаль в его глазах. Оборотень кивнул мне и ледяным тоном произнес:

– Пойдем.

Послушно двигалась за ним, разглядывая мощную спину. Не хотела думать. Несколько раз отставала, поэтому моя рука оказалась в его захвате. Можно было возмутиться, но не стала. Только не сейчас. Нужно успокоиться.

Запах плесени и земли ударил в нос. И так темно. Осмотрелась и поняла, что мы в подвале. Ни разу здесь не была.

Наверное…

– Где мы? – спросила, ощущая волнение. Почему он привел сюда?

– Там, где магия теряется.

– Ты…

– Нам нужно поговорить.

– Хорошо…

– С завтрашнего дня мы будем жить в крыле пар. Нам уже подготавливают лют.

– Лют? – уточнила, желая знать, о чем идет речь.

– Несколько комнат для двоих с уборными кладовками.

Понятно. Ничего интересного.

– Почему завтра? – не удержалась от комментария, удивляясь, почему оборотень согласился на отсрочку.

– Мне вновь нужно заступать.

Ну, конечно, вот она причина. Так бы утащил сегодня.

– Не зачастил? – спросила, пытаясь понять, что означает тот факт, что мы официально будем проживать в крыле пар.

– Ты переживаешь? – спросил он, нависая, но я смело смотрела. Парень не оставлял мне выбора.

– Нет.

– И все же? – сейчас он мне напоминал хищника, дерзкого и голодного. Но это не раздражало.

– Зачем?

– Я этого хочу.

– А я нет.

– У тебя есть время. Завтра вечером ты должна прийти в комнату. Хелена тебе подскажет.

– А если ты меня не дождешься? Тогда поймешь и оставишь в покое?

– Я приду за тобой.

«Кто бы сомневался!»

– Ты ни к чему меня не можешь принудить. Не стоит питать наивных надежд, – напомнила ему, ощущая жар от его тела.

– Пусть так.

– Как здорово… – буркнула и только собралась уходить, как он потянул на себя и выдал:

– Я имею право ухаживать…

– Что?

В следующую секунду он накрыл губы и поцеловал. Нежно и столь чувственно, что растерялась. Пораженно смотрела в его глаза, отмечая в них танцующий огонь. Всего мгновение длилась близость, но она поразила.

Парень не двигался, только смотрел, а потом выдохнул:

– До завтра, Давина.

Он ушел, а я стояла, ощущая растерянность, пока не вспомнила его обращение. В груди появилась злость. Имя «Давина» мне не нравилось, как и тело. Ничего.

Я Наталья!

* * *

Сидела на ступеньке в помывочной, всматриваясь в поверхность воды, от которой шел пар. Нужно было идти в крыло пар в наш с Марком лют, но не могла заставить себя. Как объяснила Хелена, меня никто ни к чему не принуждает, но раз маски сняты, мы должны проживать вместе. И пока не произойдет близость, я буду невеста.

Я не собиралась ничем таким заниматься, но все же боялась оставаться с ним на правах невесты. В одной комнате, в общей постели.

Подумала и по коже пошли мурашки.

Как все запуталось. Все не так… Вместо ответов я еще больше тонула в омуте неизвестности.

– Довольна? Получила все, что хотела?

Повернулась и увидела девушку, которая напала на меня в столовой. Она стояла у колонны и опасалась подойти. Несомненно, новость, что я пара Марка дошла до каждого стражника.

– Только не пойму, зачем тебе желание, когда у тебя все есть? Зачем?!

Столько отчаяния видела в ее глазах, что было больно смотреть.

– Что с твоим братом? – спросила, прикасаясь пальцами к воде.

– Какая тебе разница? Разве тебе не плевать? – девушка почти кричала, но я понимала, что это от обиды и страха за близкого человека. Здесь никого не было. Драматические сцены устраивать смысла не было.

– Я могу помочь ему без твоего обращения к богам, если… – замялась, понимая, что нужно уточнить, – не совсем поздно.

– Колдовством? Хочешь околдовать моего брата? Да я никогда не подпущу тебя к нему!

Скривилась и опустила голову вниз, вглядываясь в отражение. Как бы я хотела видеть там другое лицо. Свое.

Послышались шаги. Девушка подошла и присела рядом. Она обняла себя за плечи и спросила:

– Зачем даешь надежду? Пусть даже ты ведьма…

– Ты действительно веришь в это? В то, что я ведьма? – мне было интересно. Неужели так похожа?

– Не знаю. Нет, – прошептала она, отворачиваясь в сторону, чтобы я не видела слез на ее лице. – Самай… умирает. Понимаешь?

– Твое участие не гарантирует победу. Ты можешь умереть.

– Мне… все равно. Он мой брат. Я должна попытаться.

– Честный ответ – это смелый поступок, достойный уважения.

– Ты…

– Что с твоим братом?

– На его обрушился крой и растоптал.

– Крой это кто?

– Крой? Ты не знаешь? Что за игра? Ты смеешься надо мной?! – Честно скажу – ее постоянные визжащие возмущения меня напрягали. Конечно, она переживала, но лучше тогда пусть отойдет подальше. Так и оглохнуть можно.

– Я не играю. Спрашиваю, – резко выдала, не желая оправдываться.

– Зверь. Он помогает в поле и по хозяйству.

– Кто твой брат?

– Ты про расу?

– Да.

– Оборотень. Волк. Но он не восстанавливается. А грудь… стала сине-черной.

– Когда это произошло?

– Неделю назад.

– Понятно, – проговорила, понимая, что у парня все довольно плохо. Примерно прикинув, что может быть, поняла, что он точно не дотянет до соревнования. – Когда ты подавала заявку?

– Когда мать передала весть…

– Если хочешь, чтобы твой брат жил, нужно доставить в башню. Немедленно. Как можно скорее.

– Что?! Почему? Зачем?

– Только осторожно. Очень осторожно. Не трясти, не дергать, не тревожить, чтобы не сделать хуже. Поняла? – последнее спросила грубо, чтобы она не подумала, что я шучу.

– Но…

– Только здесь у меня есть все необходимое оборудование.

– Ты, правда, можешь его спасти?

– Я не скажу, пока не увижу твоего брата. Ложных надежд не даю.

И тут она поднялась.

– Ты обманываешь! Обманываешь! Как можешь быть такой жестокой?!

Хотелось закричать, но сдержалась. Вот что она так громко кричит? Повела головой и проговорила:

– Я все сказала, а ты решай. Не собираюсь уговаривать или доказывать. Но знай – долго он не протянет.

Поднялась и медленно поплелась из купальни, как вдруг услышала:

– Не может быть! Никто… не спасет кроме богов…

Пожала плечами и пошла по коридору, на секунду осматривая себя. Длинная сорочка белоснежного цвета, похожая на платье – вот мое одеяние. К ней прилагалась накидка. Хелена вручила, объясняя, что это ночная рубашка. Скривилась, удивляясь странным правилам. Будто нарядили для брачной ночи.

Ощутила пронизывающий холод и пожалела, что не дождалась, пока волосы высохнут. Теперь и одежду намочила. Но мне не хотелось оставаться с девушкой. Пусть думает. Но я верила, что завтра меня ожидает операция. Но это совсем не волновало. Нет. Если не поздно, я сделаю все от меня зависящее. А вот ночь с Марком в нашей комнате действительно меня пугала. Не знаю почему.

«Что же, сейчас узнаю…»

Невольно вспомнила слова Хелены. Она предупредила, что скоро состоится бал для участников. Так сказать на тот случай, если кто-то не вернется. Обычай.

Не хотелось. Чем ближе к соревнованию, тем сильнее переживала. Не хотелось мне танцевать и улыбаться, когда будущее столь удручающе. Да, я очень переживала. Не знала, как быть, что будет со мной, с Давиной, сможем ли пройти задания. К тому же… меня настораживало мое странное состояние. Порой чувствовала прожигающую боль, но позже она утихала или совсем проходила.

Мыслей множество, но точного ответа никто не мог подсказать. Лишь потом узнаю, когда наступит время.

* * *

Вошла в лют и застыла на месте, всматриваясь в огоньки от свечей, расставленных во всех местах, где можно и нельзя. Так много. Естественно, их приготовил не Марк. Сам же парень стоял у огромного балкона, с выходом на террасу, всматриваясь в удручающую темноту. За окном завывал зловещий ветер, заставляя сжиматься от холода, от одного его дуновения.

Поняла, что настроена агрессивно. Именно поэтому удивилась совершенному спокойствию парня. Получается, мне только дико и некомфортно?

Нужно перестроиться и лучше прямо сейчас. Например, осмотреться. Обстановка отличалась. Две комнаты: большая с диваном семидесятых годов и столом с тремя стульями; поменьше – спальня с огромной кроватью и шкафом на декоративных ножках.

– Ты долго. Думал, не придешь.

– И ты бы позволил? – поинтересовалась, заранее предполагая отрицательный ответ.

– Нет.

– Так и подумала, – буркнула и пошла к диванчику, присев на него. Не мягко, но и вовсе не твердо. Нормально. У моей бабули до сих пор такой стоит в летней кухне. В моем детстве бабуля всегда там отдыхала. До сих пор помнила подушку с крохотными цветочками, которая всегда лежала с краю, ожидая своего послеобеденного часа.

– И что, можно спать? – между прочим спросила, очень надеясь, что я все накрутила. И пройдет без разборок и претензий.

– Можно.

– Отлично, – проговорила и направилась в спальню, останавливаясь, когда темнота озарилась светом от огромного количества чудесных летающих светильников. Марк их отправил. Улыбнулась, выставляя руку, желая прикоснуться, но они, как всегда, убегали. Словно боялись.

Так жаль… Светлячки мне нравились. И почему они меня так боятся?

Расправила постель и легла, накрываясь одеялом. Но сон не шел. Я ждала… Мне хотелось знать, что меня ждет.

Марк… Парень-загадка. Хотя… если быть откровенной, парнем его не назовешь. Если бы мне было столько, как в моем мире, то да, молодой пацан, но сейчас я в теле молоденькой девушки, а мое тело вообще представляет собой невинную девочку. И я видела и оценивала его поступки как взрослого мужчины.

Дрейн не заставил себя долго ждать. Через секунду он вошел в спальню с голым торсом в одних брюках, по пути бросая рубаху куда-то в сторону. Отвернулась, пока не ощутила, как кровать прогнулась под его тяжестью.

Лежали в темноте. Я, как и Марк, что точно знала по его напряженному дыханию, не могли заснуть. Не знаю, по каким причинам он, но я хотела получить ответ. Приподнялась на локте и украдкой посмотрела на него.

– Почему именно сейчас? – спросила, желая знать, что подтолкнуло его к этому решению. Он официально объявил нас парой, когда нет истинного притяжения – это наводило на мысль. Неужели желание защитить кардинально изменило его планы?

– Не знаю… – честно признался он и замолчал. Повисла раздражающая тишина. Не могла выносить. Подумала, что продолжения не будет, но сухой ответ заставил меня забыть о том, как нужно дышать. – Не хочу, чтобы с тобой что-то случилось. Я не могу позволить никому. Даже себе…

– Я могу находиться с Хеленой. С ней…

– Чтобы тебя не трогали до соревнования, ты должна быть со мной.

– Вы, оборотни, и сразу понимаете, если пара не делит ложе. Так зачем?

– Мы можем это исправить, – заявил он серьезно, вглядываясь в потолок.

– А если мы исправим, а твой выбор окажется неправильный.

– Тогда печать сожжет меня, – выдал он столь спокойно, что стало не по себе. Он так уверен?

– Тогда воздержимся. Не хотелось бы увидеть подобное.

– Боишься за меня?

– Наверное. Не люблю спасать, когда нет шанса. Без надежды нет стремления.

– Ты… странная и мне… это нравится.

– Да нет, я обычная.

Послышалось шуршание, и парень придвинулся. Я замерла, ощущая на своей щеке его пальцы.

– Можно, я обниму тебя?

– Зачем?

– Обязательно придумывать повод или оправдание?

Тут же мелькнула мысль, что я не против. Да, ни капли! Почему? Завтра подумаю. И сейчас… было плевать на его объяснения. Мне нестерпимо хотелось, чтобы он обнял.

– Не придумывай… – тихо проговорила, ощущая, как Марк осторожно подтянул к себе, нежно обнимая. Так… что я не сомневалась в том, что для него сейчас я единственная и неповторимая мечта.

Прижалась к его груди и закрыла глаза.

Все исчезло: ужасный мир, нависающая смерть, проклятия, соревнования. Мы были сейчас одни, и я не хотела, чтобы это заканчивалось.

Я искренне была счастлива, что Марк дарил мне этот тихий теплый рай.

* * *

– Давина, – услышала голос Марка, когда стояла на балконе. Улыбка не сходила с лица, пока не услышала его обращение. Как только выйдем… я буду играть свою роль, но не сейчас.

Только не сейчас, не здесь.

Сглотнула и смело выдала:

– Я не хочу, чтобы ты меня так называл.

– Что? – стражник стоял за моей спиной.

– Я не хочу, чтобы ты меня так звал. Именно здесь… – Может быть глупо, но я не считала себя кем-то. Я это я. И пусть хоть будет одно небольшое чудесное место, где я не буду стражницей, только собой. Разве это так много?

– Почему?

Медленно обернулась, всматриваясь в суровое лицо парня, которое стало родным в этом чужом мире. Он ведь в курсе, так чего спрашивает?! Выводило из себя.

– А ты не знаешь ответа? Не догадываешься?

В глазах парня видела ответ, но мне важно было услышать. Марк повел челюстью, что выглядело свирепо, а затем выдал:

– Знаю.

Вот и подтверждение. Он все знает. Абсолютно. Какой умный высший стражник. Пипец, как мне повезло. Жаль, что он сам по себе: решает за всех, словно только его касается.

– Тогда зачем объявил парой? – этот вопрос не давал покоя. Мне нужно было знать.

– Давина и ты – одно целое.

Целое? Я беру свои слова обратно. Какой наивный мальчик! Выходит, я тут для подзарядки, а Давина невинная жертва. И управляет нами тварь. Кратко и по делу.

– А давай начистоту? Ты ведь считаешь, что я ничто? Так, дополнение к основному. Верно?

– И именно поэтому ты решила избавиться от нее? Хочешь загадать желание? Я не позволю. Ты не понимаешь, твоя сила, разум перейдут…

– Меня не будет! Не будет! Ты это понимаешь?! Или наивно веришь в чудо?

– Тебя нет. Ты это она.

Разозлилась и в следующую секунду со всей силы ударила его по щеке. Притом так громко, что стены эхом отразили звук. Парень же стоял не двигаясь.

– Я избранная, которую без разрешения вытащили из своего мира для какой-то гадкой цели. И я там не умирала, не нуждалась в перемещении и тайно не стремилась к этому. Чувствовала себя очень даже нормально и комфортно. И теперь, как я понимаю, у меня не будет шанса вернуться к себе или остаться здесь. У меня вообще нет шанса выжить. А ты еще говоришь о том, что не позволишь? Кто ты такой, чтобы запрещать мне жить?

– Дави…

– Не смей!

– Вы станете единым целым. Легенда…

– Твоя легенда слишком жестока.

– Ты должна вернуться туда…

– Разве душу не забирают? Есть шанс вернуться в прежнюю жизнь?

Дрейн молчал. Наблюдала за его реакцией, а потом сделала шаг, почти вплотную придвигаясь.

– Она не я. Я хочу, чтобы ты это понял. Я не верю, что Давина плохая. Нет, нежная девочка, которую ужасная мать и придурковатый отчим и все вы, черствые сухари, не любят, считая слабой. Но разве получила бы она печать, если была столь никчемной? Нет! Ей нужна была поддержка, дружба, любовь. Она стала мишенью благодаря бесчувственности и жестокости стражников, тех, кто ее окружает. И сейчас ты… общаешься. Спал ты, целовался и все, что наблюдал за это время, происходило не с ней, а со мной.

– Подожди.

Положила палец на его губы, заставляя молчать. А в следующее мгновение, повинуясь странному желанию, я поднялась на цыпочки и прикоснулась к его губам. Нежно целовала, усиливая напор, пытаясь вложить в поцелуй все свои эмоции.

Марк выдал протяжный стон и обнял, прижимая к себе, целуя с бешеной страстью, словно в последний раз. Так дико, обжигающе, завораживающе.

Я остановила это безумие. Отвернулась, отталкивая рукой.

– Мне нужно идти.

Как можно быстрее шла к двери, как вдруг услышала вопрос, заставивший меня дышать в три раза быстрее:

– Как тебя зовут?

Стояла на месте, пытаясь быть спокойной. Нельзя вестись. Вцепилась в ручку и потянула на себя, и когда уже вышла в коридор, сказала:

– Наташа. Меня зовут Наташа.