ГЛАВА 17. Завтрак, ревность и первая кровь

Я спустилась в столовую с таким видом, будто ничего не случилось.

Спокойная. Невозмутимая. Волосы собраны в хвост, платье чистое, медальон спрятан под воротник.

Никто не должен знать, что этой ночью я стала чьей-то.

Но они знали.

Рейго сидел за столом один. Перед ним — нетронутая тарелка. Янтарные глаза смотрели на меня с таким выражением, будто я только что умерла и воскресла.

— Ты поздно, — сказал он.

— Я выспалась, — я села напротив.

— Врёшь.

— Немного.

Он подвинул ко мне кружку с кофе. Я взяла. Кофе был горячим, крепким, с корицей — таким, как я любила.

— Откуда ты знаешь, как я пью кофе?

— Я дракон, — он усмехнулся. — Мы наблюдательные.

— И ревнивые?

Он промолчал.

— Рейго, — сказала я. — Ты знал, что так будет.

— Знал.

— И всё равно согласился.

— Потому что это твой выбор, — он взял мою руку. — А я уважаю твой выбор. Даже если он не в мою пользу.

— Он не против тебя, — сказала я. — Он просто... первый.

— Я знаю, — он отпустил мою руку. — Но это не значит, что не больно.

Я хотела что-то сказать, но не успела.

В столовую вошёл Микаэль.

Бледный, холодный, с красными глазами, которые смотрели сквозь меня. Он сел за наш стол молча. Взял бокал с красной жидкостью. Отпил.

— Ты тоже будешь меня ревновать? — спросила я.

— Я не ревную, — он поставил бокал. — Вампиры не умеют ревновать. Мы умеем только ждать.

— И сколько ты готов ждать?

— Вечность, — он посмотрел на меня. — У меня много времени.

В столовую вошёл Кассиан.

С яблоками. Целая корзина.

Он сел рядом со мной, положил руку на спинку моего стула. Не обнимал — просто обозначал присутствие.

— Всем доброе утро, — сказал он с лёгкой усмешкой.

— Доброе утро, — ответил Рейго сухо.

— Ты выглядишь отдохнувшим, — сказал Микаэль.

— Я хорошо спал, — Кассиан улыбнулся.

Я пихнула его локтем.

— Прекрати.

— Что?

— Выпендриваться.

— Я не выпендриваюсь, — он взял яблоко, откусил. — Я просто счастлив.

— Это ещё хуже.

Рейго и Микаэль переглянулись. В их взглядах не было ненависти. Была... усталость. Принятие. И что-то ещё — похожее на надежду.

— Мы не враги, — сказал Рейго. — Мы все на одной стороне.

— Пока, — сказал Микаэль.

— Всегда, — поправил Кассиан.

Я смотрела на них. Трое мужчин. Три расы. Три характера. И все трое — мои.

— Вы ненормальные, — сказала я.

— Это ты нас такими сделала, — усмехнулся Кассиан.

После завтрака я пошла к ректору.

Он ждал меня в кабинете. Сидел в кресле, смотрел в окно. Белые волосы распущены, серебряные глаза пусты.

— Ты пришла, — сказал он, не оборачиваясь.

— Ты звал.

— Я всегда зову, — он повернулся. — Ты просто не всегда слышишь.

— Что случилось?

— Дядя, — он встал, подошёл к столу. — Он прислал письмо.

— Какое письмо?

Ректор протянул мне лист пергамента. Чёрный, с серебряными рунами по краям. Я развернула.

«Племянница. Я знаю, что ты провела ритуал. Ты связала себя с тремя. Поздравляю. Теперь ты сильнее. Но и уязвимее. Если один из них умрёт — умрёшь и ты. А я умею убивать.

У тебя осталось три дня. На четвёртый — ты выйдешь за меня замуж. Или они умрут. Все трое. Выбирай.

Кейн».

Я сжала письмо в кулаке.

— Три дня, — сказала я. — Он дал мне три дня.

— Да.

— Что мне делать?

— Готовиться, — ректор подошёл ко мне. — Он силён. Очень силён. Он заключил сделку с древним злом. С тем, что старше этой академии.

— С кем?

— С тенью, — ректор посмотрел на меня.

— Я не понимаю.

— Твой дядя хочет не тебя, — сказал он. — Он хочет твою тень. Силу Аэлиры. Силу, которая перешла к тебе.

— Зачем?

— Чтобы стать бессмертным, — ректор усмехнулся. — Чтобы править вечно. Чтобы никто не мог его остановить.

— А я?

— Ты — ключ, — он коснулся моего медальона. — Если ты умрёшь — тень умрёт тоже. Если ты выйдешь за него замуж — тень перейдёт к нему.

— Я не выйду.

— Тогда он убьёт их, — ректор кивнул в сторону двери. — Твоих Истинных.

— Я не дам.

— Тогда тебе придётся убить его.

— Я не убийца.

— Придётся стать, — он убрал руку. — Или ты, или они.

Я вышла из кабинета.

В коридоре меня ждали трое. Кассиан, Рейго, Микаэль.

— Мы слышали, — сказал Кассиан.

— Подслушивали?

— Охраняли, — поправил Рейго.

— Дядя дал три дня, — сказала я. — На четвёртый — он придёт.

— Мы готовы, — сказал Микаэль.

— А я нет, — я посмотрела на них. — Я не готова вас потерять.

— Не потеряешь, — сказал Кассиан.

— Откуда ты знаешь?

— Я демон, — он улыбнулся. — Мы живучие.

— Это не шутка.

— А я и не шучу, — он взял меня за руку. — Мы выживем. Все. Обещаю.

— Демоны не дают обещаний.

— А я даю, — он сжал мои пальцы. — Тобой.

Вечером мы собрались в Зале Теней.

Ректор учил меня управлять тенью.

— Закрой глаза, — сказал он. — Почувствуй её. Тёмную. Холодную. Живую.

Я закрыла глаза.

Сначала — ничего. Потом — лёгкое покалывание в кончиках пальцев. Потом — тьма, вырвавшаяся из ладоней.

— Хорошо, — сказал ректор. — Теперь направь её.

Я представила перед собой мишень. Тьма послушалась — выстрелила вперёд, вонзилась в стену.

— Очень хорошо, — он кивнул. — Ещё раз.

Мы тренировались до ночи.

Я научилась вызывать тень, управлять ей, сворачивать её в кнут и щит.

— Ты готова, — сказал ректор.

— Нет, — сказала я. — Но я стараюсь.

— Этого достаточно.

Ночью я сидела на крыше.

Одна. Смотрела на звёзды.

— Не спится? — раздался голос за спиной.

Я обернулась. Кассиан.

— Не спится.

— Можно с тобой?

— Можно.

Он сел рядом. Положил руку мне на плечо.

— Ты боишься, — сказал он.

— Да.

— Я тоже.

— Демоны не боятся.

— А я боюсь, — он посмотрел на меня. — Боюсь тебя потерять.

— Не потеряешь.

— Откуда ты знаешь?

— Я — Истинная трёх, — я улыбнулась. — Я никого не теряю.

Он поцеловал меня в висок.

— Спи, Истинная. Завтра будет трудный день.

— А ты?

— А я буду сторожить.

Я закрыла глаза.

На груди горел медальон.

«Выбор».

Последнее слово.