Глава 7

Лина

Несколько дней подряд я хотела поговорить с Мирой о Раэне и его предложении, но никак не решалась. Хотя бы потому, что предвидела ее реакцию и вопросы. Намеки и все остальное. Мира умела поддеть, как и все эльфы. Но Раэн подходил ко мне каждый день! Провожал домой и непременно спрашивал – что я решила.

Мало того! Он стал появляться возле меня в перемены. И грозиться прогуливать пары, чтобы и на занятиях я была в безопасности.

В общем, я тянула сколько могла, и с каждым днем мне все труднее было отделаться от адепта.

Тем более, что он мне, кажется, нравится. Это выглядело ужасно, непрофессионально и попросту нелепо. Он – мой студент, даже и не мужчина в моих глазах. Но все равно я вдруг замирала, когда, выйдя из аудитории на перемену или в столовую, ловила на себе пытливый внимательный взгляд, и эльф обязательно садился, устраивался так, чтобы меня видеть. Я чувствовала, как он смотрит, пока пила чай с Мирой в столовой, пока мы ели в кафешке и даже сидели в библиотеке, куда иногда заходили поговорить.

Он был везде.

Вроде не донимал, нельзя сказать – не давал мне проходу, преследовал, домогался. Потому что он даже не подходил! Но даже после совещаний у ректора, открыв дверь его кабинета, я видела Раэна, который подпирал плечом стену где-то неподалеку.

С этим нужно было что-то уже делать.

Запретить ему находиться поблизости я не могла.

СИП-25 задерживался – он понадобился на ЭЭС, и мне обещали прислать с неделю на неделю.

А тут еще Мира с ее подозрениями и вполне себе состоятельными намеками на мои возможности – проникнуть в лабораторию, к оборудованию и прочее…

Внутри бурлил бешеный коктейль из симпатии к Раэну, недоверия и раздражения на то, что он так меня волновал, будоражил. Я никак не могла решиться на что-то конкретное.

Одно радовало – постепенно студенты «оттаивали» к науке.

С разинутыми ртами смотрели на ускорители мелгачастиц, которые мы втягивали в силовые капсулы и затем – выпускали в специальные сосуды, собирая и при помощи силовых полей делая то, что называли тут магией.

По сути, это было обезличенное использование мелгачастиц, без носителя дара.

Я клала гость земли в сосуд для экспериментов, и делала из нее бриллиант или рубин.

Иногда – лед или цветок.

Еще более впечатляли студентов мутиццы. Эти частицы доставляли немало проблем хаэльримам – существам разных рас, которые ожили после травм и ранений в Синих Топях – месте, где энергии, силовых полей и прочего было столько, что там даже строили ЭЭС. Энергетические электростанции, что все вот это перерабатывали и переводили в электричество.

Я запускала мутиццы в аквариумы с растениями, запакованные силовым коконом. И цветы начинали на глазах превращаться то в слизней, то в непонятные сгустки, то в какие-то щупальца…

Затем я туда же запускала мелгачастицы – и процесс обращался вспять.

С хаэльримами это делали поэтапно и не с таким результатом. Там стопроцентного возвращения к прежней форме пока не было. Кому-то везло, а кому-то – нет.

А вот с более простыми формами жизни все проходило на «ура».

Студенты аплодировали, спрашивали. Начинали штудировать формулы и пытаться решить уравнения…

Я этому радовалась, как уже давно не радовалась личным успехам, как педагога.

И вот после очередной лекции, я снова выключила аппаратуру, поставила кабинет на сигнализацию, собираясь на свою последнюю пару – практическое занятие. Кстати, именно с группой Раэна. Я была уверена, что он подойдет с разговором после пары, но эльф удивил.

Выглядел он каким-то смурным и слегка выбитым из колеи, не таким уверенным, как обычно. Мялся в коридоре, метался туда-сюда, как раненый зверь.

Стоило мне закрыть кабинет, как он подскочил.

– Элиндора… У меня дурное предчувствие, – без обычного приветствия и поклона начал было эльф. Причем, впервые он назвал меня по имени, без «госпожа». Будто мы с ним ровня.

Я аж опешила.

– Послушайте. На практике может что-то случится. Я прямо чувствую это.

– Диверсия? – уточнила я, сразу же вспоминая предостережения Миры на счет парня.

– Возможно.

– И что?

– Учитывая, что вы так и не согласились пока заниматься со мной… и обучаться использовать суперспособности… предлагаю вам либо сказаться больной, либо позволить мне постоянно быть рядом с вами.

– Интересно, и как ты это себе представляешь? – удивилась я. – Как я это объясню остальным?

– А это так важно? Важнее вашей целостности и жизни?

– Послушайте, Раэн. Я не собираюсь прятаться и, уж тем более, брать вас как телохранителя на занятии. Это даже не обсуждается.

– Но Элиндора… Я не могу… то есть… Вы не должны…

– Поговорим после пары!

Я заторопилась в соседнюю аудиторию, где уже ждала Мира.

Раэн решительно рванул следом, но я буквально вбежала в помещение и обратилась к коллеге:

– Ну? Давай проверим аппаратуру?

Раэн всплеснул руками, что-то сказал по-эльфийски, так, что Мира странно на него посмотрела, и скорее упал, нежели сел за свою парту.

Вскоре появились другие студенты.

А затем мы начали эксперименты.

Каждая тройка адептов получила установку и инструкцию к лабораторной работе.

Все занялись делом. Мы же с Мирой обходили помещение, отвечали на вопросы, помогали включить датчики и сканеры.

В общем, все шло штатно, пока внезапно не раздался тихий шорох, будто по воздуху прошлась волна и… дальняя установка для генерации силовых волн и колебаний взорвалась.

Именно так. Студенты отлетели в стороны, меня накрыл собой Раэн, потому что я была близко. Причем, именно накрыл своим телом, и выставил вперед руки, видимо, создав силовой щит. Мира справилась с этим самостоятельно.

Как и в прошлый раз, набежала охрана, медики, нас немедленно вызвали к ректору, а в кабинете начали убираться одаренные суперспособностями с нужной направленностью.

Бытовики, если говорить по-местному.

Совещание у ректора ничего хорошего не сулило.

Преподаватели растерянно переглядывались, Мира изучала свои идеальные ногти, и как будто ушла в себя. Ректор рвал и метал.

– Ну это уже ни в какие ворота! Хорошо хоть студенты пострадали не сильно, если верить докладам медиков на мой смартфон! Вот только что пришли! – он потряс устройством в руке. – Но вы же понимаете, что сейчас все высокородные эльфы, чьи дети тут учатся, начнут строчить жалобы и рассказывать, что наши установки – не то чтобы не безопасны, а просто убийственны. Вы осознаете масштаб волны, который поднимется, и который придется разгребать Правителю и Совету Всех рас? Вы это понимаете?

Он еще некоторое время кричал в таком духе, не забывая забрасывать нас отчетами о происшествии – потому, что прямо сейчас все в кабинете исследовали и проверяли.

Затем начал меня буквально допрашивать:

– А вы точно проверили все установки?

– А вы убеждены, что они были исправны?

– А вы все их запустили перед занятием?

На все вопросы я ответила утвердительно.

– Да, я детально проверила каждую установку, запустила, сама провела эксперимент… Все работало исправно. Все было в порядке.

А потом мы подошли к самому щекотливому вопросу:

– И когда же вы все это делали?

– В десять часов утра.

– А пара у нас была в пять вечера? Так?

– Все верно.

– Сколько занятий в лаборатории вообще провели в этот день?

Ректор обвел помещение взглядом.

– Три, – отозвалась эльфийка – одна из преподавателей теории частиц.

– Значит, кто-то испортил установки на первых двух?

– Исключено! – поднялся вдруг Николай, и Мира аж вся встрепенулась, воззрилась на него так, что, если бы этот привлекательный преподаватель был эльфом, я бы решила, что между ними роман. – Исключено, – добавил он. – Я вел эти две пары вместе с Тейлиэль, – он указал на эльфийку, что выступила первой. – Мы все проверяли.

– Когда закончились ваши пары? – продолжал выяснения ректор.

– В два часа примерно.

– То есть, аппаратуру могли испортить в окно между вашими занятиями и последним?

– Да… – выдохнула Тейлиэль.

– Возможно, – вклинилась я.

– Похоже, что так. Иначе все случилось бы на нашем занятии, – добавил Николай. – Судя по сброшенным вами же данным, силовая программа на установке была такой конфигурации, что срабатывала сразу после включения. Мы же ее включали и выключали несколько раз.

– Кто имел доступ к лаборатории? – ректор обвел всех внимательным взглядом.

– Я, Мира, Николай с его напарницей и… вы сами, – произнесла я. – Официально больше никто, так как с установками больше никто не работает и даже не знает, как они функционируют. Но реально…

– Реально тому, кто захотел бы их испортить, потребовалось бы еще отключить системы защиты. Либо заниматься этим непосредственно на занятии…

– Это тоже невозможно! – возразила я.

Николай решительно кивнул.

– Мы постоянно следили, – добавила Мира.

– К тому же, я лично после пары проверял каждую установку, – добавил Николай. – В том числе, и при помощи силовых сканеров на посторонние воздействия. Я бы точно обнаружил вредоносную силовую конструкцию.

– То есть, либо вы кому-то сболтнули… – начал было ректор и не закончил, потому что финал фразы был понятен любому.

Я прикусила губу.

Нет, конечно же, я не говорила Раэну никаких кодов и прочего.

Но один раз он застал меня как раз за снятием защиты в лаборатории. Пришел пораньше, приблизился. Мне показалось, что наблюдал.

Неужели я все-таки дура и купилась на красивую внешность? И пока я волновалась в присутствии этого гада, он как-то при помощи суперспособностей записал, срисовал или еще что нужный код и порядок действий?

В кабинете ректора повисла напряженная тишина.

Я вдруг вспомнила, что неделю назад застала Раэна в аудитории с красивой эльфийкой за очень странным диалогом.

«Послушай, ну уж раз начал дело, то нужно как можно быстрее закончить».

«Я не могу сегодня! Никак!»

«А завтра?»

«Посмотрим».

«Раэн. Это необходимо. Это срочно».

Стоило мне войти в аудиторию, как студенты замолчали и расселись по разным углам. Я тогда не придала значения этому диалогу.

Но сейчас… в голове что-то щелкнуло.

Раэн мог обсуждать диверсию! Точнее – порчу оборудования! Говорить о том, когда сумеет выведать у меня коды!

И сегодня он намекал, что случится нечто непредвиденное! Почти прямо сказал!

Но зачем? Хотел, чтобы я не особенно пострадала?

Какое это имеет значение? Если он диверсант и терся возле меня исключительно ради нужных ему сведений?

Может потом взыграла совесть или что там еще у этих ушастых? Так называемое эльфийское благородство?

Я решительно встала и произнесла:

– Раэндуил Сафрандил мог засечь, как я снимаю защиту. Один раз. Явился пораньше на пару, а я не выгнала… Тем более, он недавно очень странно общался с одной студенткой. Сейчас вспомню… Ага. Галадриэль Фарсис. Она дочь Архимага Фарсиса, между прочим, одного из ярых противников объяснения магии с помощью науки. Я застукала их за крайне загадочным диалогом и потом оба вдруг замолчали, сделав вид, что вообще не общались…

Мира посмотрела на меня то ли с удивлением, то ли с извинением, будто это она во всем виновата.

Хотя она ведь предупреждала!

Я ни секунды больше не сомневалась, что виноват именно Раэн. И все его пляски вокруг меня – не более чем отвлекающий маневр и желание выяснить то, что нужно.

Ректор выскочил наружу – видимо, отдать распоряжение охране. Мы остались ждать в кабинете. Время тикало, а начальник не возвращался. Мы переглядывались, а некоторые перешептывались.

До меня долетало: «Раэн вроде хороший же парень. Да и не похож он на диверсанта».

«Да много ты видел диверсантов».

«Сейчас ректор его прищучит».

«А если он не при чем?»

«Элиндора не такая, чтобы просто так говорить».

«То, что он мог увидеть коды, указывает на него».

Не успели диалоги дойти до чего-то конкретного, как в комнате появился ректор, Раэн и еще несколько эльфов, среди которых я узнала и Галадриэль Фарсис.

Раэн вдруг так на меня посмотрел, словно я его предала.

Я пожала плечами и гордо вскинула голову. Он как-то невесело усмехнулся, мотнул головой, и ректор объявил:

– Чтобы вы понимали. Магические слепки силового поля, аурных конфигураций, концентрации частиц и прочего с мест происшествий – все это испорчено.

– Как это? – встрепенулась Тейлиэль. – Последнее происшествие было вот только что! И пока мы тут обсуждали, специалисты должны были все зафиксировать.

– Вот так. В лаборатории, куда все доставили, произошли внезапные колебания силовых полей и неожиданный выброс мутицц. Откуда они взялись – выясняем. Но наши специалисты успели выяснить тип силовых полей диверсантов. Сейчас все подозреваемые, – ректор кивнул на студентов. – Будут проверены и мы определим – у кого такой же тип ауры.

Ректор подошел к своему столу, выдвинул ящик и достал прибор, похожий на микроскоп.

– Подходите, ребята, не стесняйтесь!

Студенты послушно двинулись к прибору. Ректор начал прикладывать их пальцы к стеклу и сверяться с устройством.

Я замерла, уверенная в том, что Раэн виновен, и сейчас это окончательно подтвердится.

А я окажусь полной дурой. Пусть и не в глазах остальных, но в своих – точно. Хорошо хоть я не согласилась пока заниматься с ним магией. Вот был бы конфуз.

То, что он меня провожал, это еще куда ни шло. Но сам факт все равно ужасен!

Я поддалась на обаяние эльфа и выставила себя идиоткой.

Мира как-то странно косилась на меня, показалось – с сочувствием.

Но я себя уже клеймила, как только могла, когда вдруг послышался голос ректора.

– Типаж силовых полей не совпал.

Я аж вздрогнула и подняла глаза на студентов. Раэн посмотрел так, словно я его обидела до глубины души. Даже не так – плюнула в душу.

– Этих типажей у нас всего пять, – вздохнул Николай. – Значит, будем искать дальше.

– Это еще не значит, что подозреваемые невиновны. Но пока нет никаких доказательств их причастности! – объявил ректор. – Адепты, вы свободны, но по первому же вызову должны явиться ко мне! – обратился к студентам.

Раэн еще раз посмотрел на меня исподлобья, одними губами что-то сказал по-эльфийски, я заметила, что Мира аж чуть дернулась и приподняла бровь, как будто от удивления.

Студенты ушли, а я до конца собрания не могла прийти в себя – от сомнений, противоречий и мук совести.

Что, если я обвинила Раэна напрасно?

А, если я все еще нахожусь под влиянием его обаяния, и парень просто хитрее, чем выглядит? Передал коды другому, а сам, вроде как не причем?

Внутри все переворачивалось, и хотелось расплакаться.

Почему, я и сама не понимала.

А тут еще к самому концу собрания, мне пришло сообщение: «СИП-25 отправлен вам».

Самое время! Когда он уже мне не нужен!

Я не могла доверять Раэну! Слишком все выглядело подозрительным, да и Мира так тоже считала. И ректор, и остальные.

Из кабинета я вышла в раздумьях.

Мира, как обычно, упорхнула со словами:

– Я на секретное задание, скоро вернусь! Не вешай нос! Попьем чая и поговорим!

Я двинулась к переходу и едва не столкнулась с Раэном.

– Что ты… вы тут делаете, адепт Сафрандил? – вырвалось у меня.

– Вот даже как! – рыкнул он. – Аж на официоз перешли! Ну, ладно… Я буду сопровождать вас до общежития и охранять. И вы мне не запретите!

– Мне не нужен охранник! – выпалила я.

– Даже уже так? А мне плевать! Я все равно буду вас защищать!

– Я не хочу этого! Мне от вас ничего не нужно! – возразила я.

– А я пойду сзади, и не буду вам мешать в ваших подозрительных думах!

Я стремительно двинулась к переходу – его стены словно текли, как вода. Спиной я ощущала, что Раэн, действительно, идет следом.

Вот же черт! Что еще ему от меня нужно? Выяснить очередные коды? Тайны?

Я ускорялась и, чуть оглядываясь, видела, что Раэн тоже добавлял шагу. Замедлялась – и он делал также.

В итоге, в общежитие я ворвалась злая и готовая все ему высказать. Мы буквально влетели в мою комнату, и Раэн не остановился у двери, как делал обычно, а вошел, без приглашения и согласия…

Я увидела на своем столе СИП-25. Такой небольшой прибор, размером со спичечный коробок, похожий то ли на квадратный смартфон с сенсорным экраном, то ли на пухлый планшет. Устройство фиксировало колебания, завихрения и изменения ауры, силового поля, концентрации мелгачастиц у разных существ, анализировало и выдавало заключения. С почти 99 процентной точностью определял истинную пару, повреждения нефизических оболочек, которые не регистрировали другие приборы и многое другое.