Глава 25. Любовь нечаянно нагрянет

Тяжёлое тело сбило меня с ног, а через секунду сцена взорвалась. Раздались голоса, стоны, плач.

— Моя нога, - кричала девушка чересчур высоким голосом, - что с ней?

— Её оторвало, - отвечал другой испуганно.

Я же тем временем находилась в прострации. Почти не чувствуя, как кто-то отрывает меня от холодного пола, поднимает на руки и прижимает к широкой груди. А потом громко и повелительно приказывает:

— Врача! Бете плохо.

Все остальные разом замолкают, а из ниоткуда материализуется альфа в белом халате и с чемоданчиком.

Пока он ощупывает меня, к месту взрыва сбегаются охранники и полиция. Мелькают знакомые лица - Николас, Гибсон, Марк, помогающий студентки жюри без ноги, Ильрас, перевязывающий голову Тессе Лизинг.

Я с трудом повернула голову, чтобы взглянуть на место взрыва. Сцену всю разворотило. Многие серьёзно пострадали. Но хуже всего пришлось бы мне, если бы меня не столкнули. Кстати, кто же мой спаситель?

Теперь я посмотрела на мужчину, продолжащего сжимать меня в объятиях, и тихо ахнула. На меня сверху вниз смотрели золотые глаза Южного омеги.

— Как вы себя чувствуете? - спросил он, обдавая свежим дыханием.

Я же так и продолжала пялиться на него.

— Видимых повреждений нет, - констатировал доктор, - лишь шоковое состояние. Я сейчас вколю ей успокоительного.

Не успела я возразить, как врач быстрым движением достал шприц и сделал укол.

— Это гадина Роджерс пыталась нас убить, - знакомый голос визжал на весь зал, - Лизинг разговаривала с Гибсоном, который пытался разобраться в случившемся, - он сам признался.

Он - это взрыватель, теперь лежащий на полу с широко раскрытыми глазами и пеной возле рта.

— Самоубийство, - оповестил один из медиков, кинув быстрый взгляд на распростертое тело.

— Конечно, это она, - меня даже передернуло от её голоса. Рыжая! Только в парике. Да это же Крамер в начале вечера пыталась облить меня, а её даже не узнала. Чёрные волосы, короткое обтягивающее алое платье, высокая шпилька и красная помада на губах. А ещё вчера она ходила в чёрном костюме с поникшей головой. Лживая лицемерка, - она сама не явилась, а подослала этого урода!

— Арестовать Роджерс, - выкрикнули из толпы, и остальные радостно подхватили.

— Запереть за решёткой!

— Казнить!

— Заставить чистить за мутантами!

— Изгнать из нашего мира гадину!

И никто не вступился в защиту. Только Марк собрался открыть рот, как его отец появился рядом и сверепо посмотрел. Однако ни он меня разочаровал больше всего, а Ильрас, который чуть ли не оды в любви мне пел, а сейчас даже бровью не повёл.

— Следователь Гибсон, - снова прогромыхал жёсткий голос над головой, - задержать альфу Роджерс до выяснения обстоятельств!

Толпа радостно зааплодировала. Наверное, если бы им разрешили, они могли растерзать меня на месте.

— Правильно! Так с ней, с сучкой!

Кажется, только я заметила, как омеги чуть ухмыльнулись уголками рта.

— Хорошо, - отозвался Гибсон, - сейчас же отправлюсь в Академию!

Он уже развернулся на месте, как я произнесла твёрдым голосом, обрывая все звуки:

— Не надо в Академию. Я здесь!

И выскользнула из чуть дрогнувших рук Южного. А затем под потрясенными взглядами стянула маску, отбрасывая её на паркет, и уверенным шагом подошла к следователю, протягивая к нему руки:

— Можете арестовывать.

Гибсон перевёл взгляд с меня на омег, впервые за свою практику оказавшись в ступоре. И все-таки схватился за наручники, когда властный голос остановил его:

— Не надо. Думаю, всем понятно, что альфу Роджерс просто хотели подставить. Почти все слышали, что студентка не собиралась идти на бал, однако она передумала и сама чуть не пострадала.

Я слегка повернула головой, чтобы взглянуть на омегу через плечо, как начало действовать лекарство. Голова потяжелела, глаза стали закрываться сами собой, и через мгновение я вновь вернулась в знакомые руки, сквозь туман в сознание различия странную фразу:

—БУДЕШЬ МОЕЙ!

А потом темнота.

Очнулась я в совершенно незнакомой комнате огромных размеров на шикарной кровати под балдахином. Из открытого окна доносилось пение птиц и сильный запах цветов. Надо же, во всю светит солнце. Долго я пролежала в отключке.

Отбросив тонкую простынь, я подошла к окну и в панике отшатнулась. В саду стоял омега Юга и отдал какие-то указания. Я до сих пор пребывала в его особняке.

Мысли разом разбежались. Я схватилась за виски, пытаясь что-нибудь придумать, однако ничего путного не приходило.

Поэтому собрав всю свою волю в кулак, я подошла к двери, чуть запнувшись возле овального зеркала. Даже после сонной ночи выглядела я неплохо: платье не помялось, макияж чуть расплылся, но не портил, лишь волосы находились в растрепанном состоянии. Рука сама потянулась пригласить их, но я одернула себя. Какая разница, какой я предстану перед омегой. Мне же наплевать на его мнение.

Незамеченной спустилась на второй этаж, когда из одной комнаты вышла молодая девушка, судя по униформе - служанка.

Она в ступоре застыла, уставившись на меня.

— Привет, - помахала я, - а где здесь выход.

— Омега не велел вас выпускать без его согласия, - сболтнула она лишнего, не сразу сообразив, - я пойду сообщу ему.

Девушка уже рванул вниз, как я тихо приказала:

—Стой! Не говори никому, что видела меня. Забудь про нашу встречу. Но сначала укажи, где кабинет омеги!

​​​​​​Я, конечно, рисковала, но когда ещё предоставится шанс проникнуть в логово монстра? Может меня в тюрьму сошлют. Или вообще изгонят. Надо действовать сейчас.

Я аккуратно проникла в незапертый кабинет. Осмотрелась. Никого не было. На рабочем столе ворох бумаг. На самых цыпочках подошла к столу, почти не дыша, и начала быстро просматривать бумаги, цепляясь глазами за непонятные фразы и символы. Кровавая Луна, жертвоприношение, обряд истинности, Тауншефт.

— Любопытство - не порок, - прозвучал язвительный голос позади, от испуга я подпрыгнула на месте, хватаясь за левую грудь, потому что сердце участило темп в три раза.

Чему быть, того не миновать. Всё равно они мне приговор уже подписали.

Вздернув подбородок, я с прямой спиной развернулась к омеге, застывшему в дверном приёме, и посмотрела прямо в золотые глаза. С вызовом.

Однако к моему удивлению, он не принял его. Только хмыкнул и задал совершенно неожиданный вопрос:

— Как твоё самочувствие, Амалия?

На миг я растерялась, а потом неуверенно промямлила:

— Нормально, - через паузу добавив, - спасибо.

— Вчера был тяжёлый вечер, - омега направился ко мне, отчего внутри всё сжалось, - давай выйдем на свежий воздух.

И протянул руку с мягким блеском в глазах. Я так и уставилась на сильную ладонь с длинными пальцами. Что происходит? Мне кажется или его отношение ко мне кардинально изменилось? А может это игра?

— Не бойся, - усмехнулся Южный, - я тебя не съем.

— И мутантов не позовешь? - фыркнула я раньше, чем подумала. И застыла. Теперь он точно разозлится.

Однако омега лишь задорно рассмеялся, аккуратно, но сильно беря меня под локоть и уводя из кабинета:

— А ты интересная, Амалия. Как это я раньше этого не замечал?

Интересно, когда он мог меня заметить, если мы толком и не пересекались. Вспомнился первый приём у Диггера и равнодушие, с которым омега отправил меня на третий курс, не пощадив поздноцвет.

В саду днем было также красиво как и вечером. Разнообразие цветов, пение птиц, журчание фонтанов.

— Тебе понравился бал? - поинтересовался омега, не стесняясь рассматривая меня.

— Да, - я чуть улыбнулась, вспомнив про самый прекрасный вечер в своей жизни. Даже взрыв не испортил впечатление.

— Ты должна мне танец!

Я удивлённо распахнула глаза, хмурясь от непонимания.

— Какой танец?

— Какой захочешь. Не помнишь?

— Это вы отогнали того полураздетого?

— Не узнала? Я тоже тебя не узнал...

А если бы узнал, спас бы или нет?

Спросить я не осмелилась, но по его глазам поняла, что он подумал о том же.

— И когда же мне отдать свой долг? - ехидно осведомилась, складывая руки на груди.

— Скоро. Сейчас мой водитель доставит тебя в Академию. Мне же нужно заняться делами кланов. Поэтому увидимся на Альфийских играх. И там уже решим.

Омега снова взял мою руку, чуть сжав пальцы, а потом поцеловал, заставив покраснеть.

— И, кстати, поздравляю: ты прошла в следующий этап отбора!