Глава 20

Смеркалось.

Окинув задумчивым взглядом пустынную территорию академии, я мужественно задушила предательский порыв заныкаться на пресловутом тренировочном кладбище. И пробормотала себе под нос:

— Где-то я это уже видела…

— Даже боюсь уточнять, где, — зловещим шепотом поделилась Кат. И крепче прижала к груди слабо трепыхающегося Зигмунда. Тот обреченно висел в нежной, удушающей хватке подруги и смотрел на нас огромными жалобными глазами. Только вот спасать его никто, почему-то, не торопился. Целитель был нервный, а жить хотелось всем. Особенно мне и Рамиро. Кемфорд же…

Я покосилась на чертового боевика. Тот сверкал широкой улыбкой и был до неприличия счастливым. Настолько, что у меня кулаки чесались поправить ему и морду лица, и настроение, но я не менее мужественно подавила и этот порыв. После чего наклонилась к блондинке и тихо поинтересовалась:

— Де Велс, что нужно сделать с ушибленным на голову мужиком, чтоб он сиял как слиток золота из пещеры дракона?

Подруга в ответ лишь вздохнула. И впервые за время нашего знакомства действительно смутилась, неопределенно пожав плечами.

— Этот секрет я с собою в гроб утащу, — наконец, угрюмо выдала Катрин. — И вообще, шевели ногами, гадость моя. Попасть на территорию академии — полбеды, а вот добраться до общежития…

Мне даже возразить на это нечего было. Потому что, Бездна его побери, нас действительно ждал тот еще квест. Это в первый раз мне дико повезло, и я без труда протащила с собою аж двух неучтенных зомби, теперь же…

Ну, зомби мы с собой брать не стали, это факт. Зато притащили настоящего василиска, воскресшего из мертвых древнего лорда и его личную химеру. Что-то мне подсказывает, что с зомби все-таки было бы проще. Их хоть за учебный материл выдать можно.

Я даже собиралась озвучить эту «умную» мысль, но стоило мне рот открыть, как раздался злобный, глухой рык. Затем едва слышный вой, после дробный стук челюсти, который я ни с чем никогда не перепутаю. А после…

— Кемфорд, — ласково протянула я, чувствуя, как волосы на затылке дыбом встают от чужого голодного взгляда. — Звездун ты наш, будь любезен, уточни. Мы точно с собой из склепа ничего лишнего не прихватили?

— Хм… — очень уж задумчиво протянул боевик. И тут же невинно уточнил. — Например, что?

Тьма его задери, он еще и издевается! Я по этим наглым, совершенно бесстыжим и лишенным хоть какой-то трезвости мысли глазам все поняла. Вот чуяло мое черствое сердце, нельзя, нельзя доверять боевику портал строить. Особенно с кладбища. Вдвойне особенно, с кладбища, где нежити полно!

— Гадость моя, скажи, что мне сейчас послышалось, а? — нервно сжав бедного Зиги, уточнила Катрин. — И это ведь не по нашу душу голодные мертвяки идут, верно?

— Ну-у-у…

Судя по взгляду Де Велс, жить боевику оставалось недолго. И смерть его обещала быть красочной, но очень болезненной и короткой. Катрин даже Зигмунда мне в руки сунула, буквально оторвав того от сердца, и улыбнулась так, что и меня пробрало. Но стоило ей закатать рукава и открыть рот, намереваясь ляпнуть очередную гадость, как случилось то, чего я боялась больше всего.

Яркая вспышка света озарила нас, на мгновение ослепив и дезориентировав. А стоило проморгаться, как я громко икнула от неожиданности, разглядев, кто перед нами стоит.

— И я рад видеть вас, адептка Эланд. Вы даже не представляете, насколько, — нежно оскалился магистр Лейтон. И смерил нас таким взглядом, что я услышала, как забивают последний гвоздь в крышку моего гроба. — И я искренне надеюсь, что у вас есть правдоподобное объяснение всему происходящему, — и он крайне выразительно обвел рукой окружающее нас пространство.

— Эм… — я ради приличия тоже оглянулась по сторонам. И не придумала ничего лучше, чем выдать. — Ну, как бы… Упс?

Что ж, надо отдать должное магистру, он даже не удивился. Только бровь изогнул и смерил нашу компанию очень уж выразительным взглядом. После чего снисходительно так выдал:

— Упс? Адептка Эланд, вы себя явно недооцениваете. Ваше невероятное появление тянет, как минимум на отметку «фантастично», а не какое-то жалкое «упс». К тому же…

Тут господин ректор окинул нас еще одним внимательным взглядом и ласково улыбнулся. Так ласково, что мне резко захотелось обратно на кладбище. Зомби я хоть лопатой по голове огреть могу, а с этим ужасом, летящим на крыльях ночи, что делать прикажете?

— Как я погляжу, в этот раз вы, адептка Эланд, прямо превзошли саму себя. Коварно вернуться в академию в неурочный час в такой колоритной компании… Честно говоря, я не припоминаю более… Интересных «подвигов» за всю историю нашей академии.

И вот, вроде, говорил магистр исключительно мягко, я бы даже сказала — по-отечески нас журил. Но как всем известно, господин Лейтон из тех людей, кто мягко стелет, да жестко спать. А уж о том, какой он изобретательный в части наказания адептов собственной академии, я знала не понаслышке.

— Ну так что, адептка Эланд? Может, уже скажете хоть что-то в свое оправдание? Нет? Тогда как насчет вас, будущее светило факультета целителей?

Кат от этих слов только вздрогнула и голову в плечи вжала. А еще — прикусила язык, что было совсем на нее не похоже. И, только скосив глаза на подругу, я мысленно помянула Бездну и ушибленного на всю голову боевика. Увы и ах, причиной такого смиренного поведения была вовсе не внезапно найденная совесть адептки Де Велс, а мелкое чудовище по имени Зигмунд. То самое чудовище, что опять спряталось в ее декольте и носа наружу старалось не показывать.

— Как интересно… — протянул тем временем ректор. И задумчиво потер подбородок пальцами. — Впервые на моей памяти вам, адептка Де Велс, нечего сказать или возразить. Неслыханное чудо. Тогда, может быть, наш знаменитый адепт Кемфорд соизволит объяснить мне уже, где вас носило и… Кто этот человек?

Надо отдать должное Кемфорду, тот под требовательным взглядом магистра Лейтона не дрогнул. Даже бровью не повел, только хлопнул глазами и радостно заявил, схватив стоящего рядом Рамиро за плечи:

— Магистр, поздравьте меня! Я наконец-то его нашел!

— Кого? — после минутной паузы уточнил мужчина. И добавил, с ядовитой насмешкой в голове. — Свой мозг? Так я вас расстрою, адепт Кемфорд. Найти то, чего нет, невозможно по определению.

Это прозвучало до смешного знакомо. Настолько, что я не удержалась от смешка, тут же замаскировав его под кашель. И всерьез задумалась о том, что одна вредная блондинка могла бы стать шикарной супругой для ректора. Ну а что? И семейным счастьем мужика бы одарила…И отомстила бы за всех адептов. Чем не вариант?

— Вас что-то насмешило, адептка Эланд? Не поделитесь? А то, пока адепт Кемфорд сообразит, что мне соврать, можно и рассвет встретить. И это будет просто чудесно, если не вечный.

— Вечный? — недоуменно моргнул Кемфорд. И Тьма меня побери, я так и не смогла понять, это он специально под идиота косит или действительно не понимает, на что так откровенно намекает ректор.

— Уважаемый господин ректор, — наконец подал голос Рамиро, молчавший до этого момента, — говорит о том, что не хочет ждать ответ до самой смерти…. Дорогой родственничек. 

И, отвесив боевику воспитательный подзатыльник, мой бывший зомби поклонился по всем правилам этикета и непринужденно заявил:

— Я приношу свои извинения, магистр. За то, что этот непутевый ребенок доставил вам столько неприятностей и за свой столь… Внезапный визит. Увы, у меня не было возможности предупредить вас об этом лично, а Родерик оказался поразительно беспечен в этом вопросе. Впрочем… Как и всегда.

С минуту магистр Лейтон сверлил Рамиро нечитаемым взглядом. Что он там надеялся разглядеть — Тьма его знает, но спустя долгое время он весело хмыкнул.

— Не могу с вами не согласиться. Вы удивительно точны в своей оценке, господин?

— Кемфорд, — лего откликнулся Рамиро. И растянул губы в мягкой улыбке, вежливо склонив голову. — Рамиро Кемфорд к вашим услугам, магистр...?

— Кристиан Лейтон, — представился в ответ ректор. А потом взял и тоже улыбнулся. Так, что я уже в который раз с тоской подумала о том, чего ж мне на кладбище с зомби не сиделось? Кажется, это было бы намного безопаснее… Для меня и моего душевного спокойствия в первую очередь.

Впрочем, глядя на собратьев по несчастью, мне подумалось, что я зря переживаю и трясусь как первогодка на первом занятии по некромантии. Катрин строила из себя оскорбленную невинность и хранила высокомерное молчание, Рамиро мерялся с ректором грозными взглядами, а Кемфорд…

Тут я презрительно фыркнула и возвела глаза к небу. Трупы трупами, монстры монстрами, а Кемфорд как был бестолочь сутулая, так ею и останется. Он даже на смертном одре будет верен себе и своему магическому дару. Наглухо отбитый, лишенный инстинкта сохранения боевой маг, Тьма его побери!

— Магистр Лейтон, а я тут поинтересоваться хотел, — выдал этот смертник, вновь повиснув на плече Рамиро. И улыбнулся так, что я в кои-то веки прониклась желанием Де Велс прибить его от греха подальше.

Честное некромантское, кулаки чесались и язык щипало от желания ляпнуть что-нибудь препротивное, чисто некромантское и от всей моей черной натуры. Но я вновь задушила этот неблагодарный порыв. Искренне понадеявшись, что этот обалдуй не испортит и без того патовую ситуацию, в которой мы оказались.

— Ну-ка, Кемфорд, удивите меня, — ректор перестал пилить взглядом моего супруга и обратил внимание на боевика. — Неужели в этом горшке, что у вас на шее болтается, появилась умная мысль?

— Как появилась, так и ушла, — буркнула себе под нос Катрин. — Пришла не прошенной, ушла не понятой… Не прижилась, в общем.

— Ваше мнение, Де Велс, очень ценно для нас. Но не сейчас, — откликнулся ректор. И так посмотрел, что я тут же зажала блондинке рот ладонью. А потом подумала, и себе зажала. Просто на всякий случай. Знаю я эту Де Велс, у нее яд воздушно-капельным путем порою передается, как и повышенная болтливость.

— Не любишь ты меня, феечка, так и норовишь обидеть, — привычно расстроенно вздохнул Кемфорд. И тут же вновь ослепительно улыбнулся. — Так я что хотел уточнить, господин магистр. Могу я дорогого дядюшку себе оставить? Исключительно ненадолго?

— Ты…

Бездна, даже у Рамиро слов не нашлось, чтобы хоть как-то отреагировать на такое наглое заявление. Но, в отличие от бедного бывшего зомби, магистр Лейтон был куда сообразительнее. Видать, сказывалась многолетняя практика общения с такими вот магически одаренными адептами.

— Адепт Кемфорд, я понимаю, что такт, вежливость и совесть у вас отродясь не водились… Но все же, ваш дорогой дядюшка не бездомная тварюшка, чтоб себе его оставлять. Или… — ректор сощурился и смерил боевика и Рамиро подозрительным взглядом. — Я чего-то не знаю, и вы завели себе такого оригинального питомца?

— Простите магистр Лейтон, — тяжело вздохнув, Рамиро выбрался из хватки своего потомка. И положил руку ему на плечо, сжав так, что Кемфорд поморщился и тихо, но отчетливо ойкнул. — Кого-то просто мало пороли в детстве. Но я вам гарантирую, что обязательно восполню пробелы в воспитание своего… Племянника.

Прозвучало пугающе. Зная Рамиро, можно не сомневаться, что он сдержит свое обещание и обязательно восполнит все эти пробелы. И пусть Родерика самую малость жаль, мое черствое сердце даже не дрогнуло в ответ на его умоляющий взгляд. Как говорит моя маман, сам на нежить напал, сам от нее и отбивайся.

— С нетерпением буду ждать результатов, — хмыкнул магистр. — Что ж, время позднее, поэтому продолжим наш занимательный разговор завтра, в моем кабинете. А сейчас — брысь в общежитие. И если я узнаю, что вы опять там возмутительно отсутствуете, адептка Эланд, я вас…

— Эй, почему снова?! — не выдержала я таких инсинуаций.

— Потому что ваша некромантская порода так и норовит удрать под покровом ночи на очередное кладбище или могильник, — невозмутимо откликнулся ректор. — Впрочем, вы правы, несправедливо оставлять без внимания и наше светило факультета целителей. Адептка Де Велс, вас тоже это касается. Не приведи Тьма, вы окажетесь где-то окромя своей комнаты, я вас…

— Сгноите на отработках, — откликнулись мы с Де Велс хором. И тяжело вздохнули, признавая свое поражение в этой неравной борьбе. Чтобы так же хором поинтересоваться. — Разрешите удалиться?

— А вы все еще здесь? — ласково уточнил магистр Лейтон. Еще и улыбнулся, показательно щелкнув пальцами. Сорвавшееся с них темное плетение было пусть и безобидным, но крайне неприятным проклятием. Уж в этом я была уверена как никогда.

Потому и схватила Катрин за руку, рванув в сторону общежития и совершенно забыв о наших мужчинах. Пусть это и не по-товарищески, но жить мне хотелось сильнее.