Глава 20

Мало было Люсинде Рея, напросившегося в спутники, так Фингон во главе отряда охраны снова отправил и Ангарала. Кажется, все уже воспринимали княжича как персонального телохранителя ее светлости. Только если остальному отряду княжна могла приказать ожидать у входа в шахту, то с Алом такая штука не пройдет. Он придумает тысячу и один повод, почему непременно должен ее сопровождать. Тем более раз и казначей идет. Княжна сердито выдохнула через нос, благо в карете она сидела одна и никто ее свирепого выражения лица не мог видеть. Сходила, называется, попросила благословения! Такой сакральный момент — и в сопровождении толпы охраны.

Впрочем, дуться молодой хозяйке Лунного Камня пришлось недолго. Вход в шахту находился хотя и формально за городом, но по факту располагался на окраине разросшегося за столетия благополучия поселения. Ближайшее к руднику хозяйство, оказалось, принадлежит семье гномов, держащих продуктовый магазин. Люсинда догадалась об этом, увидев в окно за невысокой живой изгородью гнома средних лет на костылях, сыплющего корм индюкам. Мужчина проводил настороженным взглядом карету и вернулся к делам по хозяйству. Буквально через пять минут экипаж остановился.

Ангарал первый появился у дверцы и подал княжне руку. Девушка оперлась на нее и ступила на каменистую почву, в которой местами пробивалась зеленая травка. Вход в рудник выглядел как небольшая пещера с широкой двойной дверью, которая, впрочем, была уже совсем разломанная. Одна створка еле висела на верхней проржавевшей петле и от любого ветерка издавала страшные, потусторонние скрипы. От второй и подавно ничего не сохранилось, кроме узкой доски на петлях.

— Вы уверены, ваша светлость, что стоит туда идти? — скептически уточнил княжич, всматриваясь в темноту прохода.

— Абсолютно, — отрезала Люсинда, беря фонарь.

На самом деле уверенности в ней не осталось и на полспички, пачка которых была спрятана в одном из карманов костюма для верховой езды. Княжна сочла его для экскурсии по шахтам самой подходящей одеждой. Реитас тем временем тоже взял фонарь, небольшой заплечный мешок и без слов направился внутрь шахты. Что у него там, княжна не успела поинтересоваться. Да и зачем? Подготовился — ну и отлично. Что Рей, с которым она в детстве пряталась от дождя под одним плащом (между прочим, его!) и который даже раненых птичек тащил домой и выхаживал, может ей причинить какой-то вред, девушка исключала. Поэтому она, не продолжая разговор, направилась следом.

Ангарал, как ни странно, тоже не стал дальше спорить, а лишь схватил оставшуюся свободной лампу и, кивнув еще одному охраннику, двинулся следом.

Штольня оказалась довольно высокой, и ее стены и свод через небольшие отрезки укрепляли массивные бревна. Свет от фонаря идущего впереди казначея неплохо освещал выщербленные стены. Пока никакого ровного, тем более большого, участка с надписью не виднелось. Не удивительно! Кто же делает тайное место там, куда попасть проще простого. Еще приходилось все время смотреть под ноги, так как посреди коридора шла узкоколейка, шпалы которой иногда доходили до самых стен, и очень легко было о них запнуться. К тому же замыкающие процессию Ангарал и второй охранник чуть ли не дышали княжне в затылок.

— Лорды, вы не могли бы держать дистанцию побольше? — настойчиво попросила Люсинда, сверкнув глазами на княжича. — Предполагалось, что это уединенное место для молитв, а вы практически наступаете мне на пятки!

Княжич насупился, но подотстал. Люсинда же, наоборот, прибавила шагу и обогнала Реитаса. Ей хотелось первой увидеть тот самый камень. В конце концов, это именно ее предки и ее наследие!

Было тихо, не считая звуков шагов их маленького отряда. По стенам плясали причудливые блики. Штольня сделала крутой поворот. Люсинда теперь шла первая, разгоняя темноту и пока тщетно пытаясь найти семейную реликвию. Внезапно сзади раздалось подозрительное шуршание мелких камней, потом зловещий треск древесины и… Княжну смел с прохода, прижимая к одной из стен, Реитас. Уши заложило от неимоверного грохота рушащегося потолка, а проход застелило облаком пыли.

* * *

Фиравел пришел в себя в медицинской капсуле. Один глаз отек и почти не открывался. Болело все, но дышать, кажется, стало легче.

— Спасибо за то, что сдержал слово и таки дал охране мой номер, — раздался голос Ника, и князя опалило стыдом.

Леграсс сидел рядом с капсулой, задумчиво опершись на свой кулак.

— Это… тебе… спасибо. Прости, — с трудом проговорил Фиравел разбитыми губами.

— Не извиняйся. Зная тебя, я абсолютно уверен, что ты полез в это дерьмо не как я, по молодости, из праздного интереса проверить степень собственной крутости.

Фиравел промолчал. А что на это сказать? Его мотивы вроде и были благородны, но проблемы в итоге он сейчас доставляет Нику. И от этого стало совершенно неловко.

— Пока ты валялся в отрубе, на комм пришло сообщение. Оно ярко высветилось, я не специально прочитал, — и парень показал князю экранчик, на котором висела строчка от Ланса: «Долг списан, мы в расчете». — Может, все-таки поделишься?

Что Ник никому не расскажет, Фиравел ни секунды не сомневался. Бегать и просить содействия казалось как-то не по-мужски. Хотя… выбранный им способ решения проблемы, надо сказать, был ненадежным. И пожалуй, когда друзья предлагают помощь, стоит научиться ее принимать, обуздав свою глупую гордыню.

— Девушка. Ее шантажировали. Снимками. Он обещал уничтожить… — во рту снова появился вкус крови: видимо, начавшая зарубцовываться губа опять лопнула. — Я не уверен. Можешь посмотреть? Своими методами.

Ник был мегаталантливый программист. И… немножко хакер. В крайних случаях.

— Кого искать?

— Мисти. Морган.

— Ладно. В школу, кстати, я от твоего имени отправил оповещение, что ты слег с гриппом. Но видимо, стоило писать как минимум про пневмонию.

— Почему?

— Ну… три сломанных ребра — хорошо хоть легкие не прокололи, сломанный нос — спасибо медикам, уже вправили, многочисленные гематомы… Фир, честно, боюсь тебе давать зеркало. С таким лицом только детей пугать.

— Я здесь надолго? — встрепенулся князь. — Мне надо готовиться к соревнованиям по триатлону!

— Ты в себе? — голос Ника впервые за весь диалог стал сердитым. — У тебя сотрясение мозга средней тяжести, а ты про триатлон⁈

Фиравелу захотелось заскулить от отчаяния. Как же он мог так вляпаться? Желая помочь Мисти, ее же подставил!

— Ник… А можно мне… уколоть ту сыворотку… Что Анариону… после болота?

— Это военная разработка, и она небезвредная. Полежишь пару недель, через месяц вернешься в секцию.

— Я не могу потерять… столько времени! — кажется, мольба таки прорвалась в голосе князя, потому что Ник заглянул ему в глаза и строго спросил:

— Что, прямо вопрос жизни и смерти?

Фиравел попытался кивнуть, и, хотя голова даже не отрывалась от подушки, перед глазами все закружилось.

— Ладно. Распоряжусь, чтобы тебе укололи. Но с учетом ребер это все равно минимум неделя.

Князь выдохнул. Неделя — уже не так критично. Он наверстает.

— А теперь спи и выздоравливай, мой юный падаван, — усмехнулся Ник.

— Кто? — не понял Фиравел.

Этого слова он еще не знал, хотя за время проживания на Сохо его словарный запас значительно расширился.

— Разрешат смотреть фильмы — покажу. И осторожней, под правой рукой у тебя кнопка. Если случайно ее нажмешь, прибегут симпатичные медсестрички, — и друг, подмигнув, направился к выходу.

От короткого разговора князь почувствовал себя жутко уставшим, но все-таки дождался, пока появится врач, осмотрит его и, неодобрительно качая головой, распорядится медсестре уколоть пациенту регенералку. Только потом, надеясь, что его тело уже начало ускоренно заживать, Фиравел провалился в сон.

Как долго он пребывал в мире грез, князь не знал, но, когда пробудился второй раз, оба глаза, к счастью, открывались нормально и отлично видели. Фиравел несмело повертел голову с бока на бок — резкость не пропадала. Облизав подсохшие, однако абсолютно целые губы, парень облегченно выдохнул и осознал, что страшно голоден. Пару секунд подумав, он таки нажал кнопку вызова медперсонала. Правда, появилась не «медсестричка», а доктор. Снова осмотрел князя и, в этот раз оставшись довольным увиденным, отключил капсулу и предложил Фиравелу аккуратно перебраться на кровать.

Чувствовать тело было прекрасно. Князь все делал осторожно, понимая, что лечение лечением, но не стоит гневить богов собственной дуростью. В постель ему сразу принесли переносной столик. Еда оказалась… сублимированной, как на корабле. Фиравел, похоже, не смог скрыть разочарования, потому что услышал от двери хохот только что вошедшего друга.

— Ой, умора! Ты бы сейчас свое лицо видел!

— Я рассчитывал на хороший кусок мяса или хотя бы овощи, — насупленно оправдался князь.

— После твоих травм сразу нельзя. Пару дней полопаешь витаминную кашку, а потом уже хоть из самого крутого ресторана на планете заказывай! Вообще я очень рад, что ты так быстро идешь на поправку! — и Ник сел в расположенное около кровати Фиравела эргономическое кресло. — За эти двое суток, что ты спал…

— Сколько? — ужаснулся князь.

— Не перебивай. Короче, я перетряс все, что смог найти. В хранилищах межпланетки таких снимков нет, даже среди удаленных. Однако, сам понимаешь, они могут лежать на отрезанном от Сети устройстве. Тут я бессилен. Но на этот случай у тебя будет вот, — и Ник перекинул на комм Фиравела какие-то ссылки.

— Что это? — не понял князь.

— Твоя подстраховка: я заодно покопался на предмет этого Ланса Стовьера, от которого тебе пришло сообщение. Можешь сразу его пугануть имеющимся компроматом, если хоть один из снимков увидит свет. Хотя знаешь… может, их никогда и не было?

— Это как? — князь так растерялся, что аж моментально проглотил бежевую липкую массу, которую уже минут пять гонял по рту.

Ник слегка смутился, но все-таки выкручиваться не стал.

— Фир, в отличие от эльфов, люди лгут. И делают это очень часто. Он мог просто соврать про снимки, чтобы спровоцировать тебя выйти на ринг.

Большим идиотом Фиравел, кажется, никогда в жизни себя не чувствовал. Кровь в тот же миг прилила к щекам.

— Но Мисти, она же подтвердила, что отправляла их ему…

— Ну и что, может, он тогда же их и удалил, а сейчас просто решил воспользоваться моментом? Это я к тому, что прошу тебя, звони мне в таких ситуациях лучше до, а не после. У людей и эльфов, к сожалению, и правда разный менталитет. А ты еще и добрый. Обещаю помогать лишь советом. Влиять на твои решения, ваша светлость, не буду, — и Ник широко улыбнулся.

Князь кивнул, в этот раз без последствий, и непроизвольно улыбнулся в ответ. Про себя же подумал: «Добрый ли? Артас вон вполне может сейчас щеголять с имплантом. Глаз, правда, искусственно выращенный, от родного практически не отличается, но все же. И то, что было во время драки, явно не про доброту. Хотя с наивностью, Фир, тебе точно пора завязывать».

Когда Ник ушел, князь наконец взглянул на комм. Там мигала целая куча сообщений. Больше всего от Мисти. Она волновалась, спрашивала, не нужна ли ему помощь, предлагала даже прилететь и лично сварить бульон. Ничего себе! Девушка из высшего общества умеет варить бульон! Фиравел неожиданно поймал себя на мысли, что сидит, как последний придурок, счастливо растянув рот от уха до уха.

* * *

Княжна догадалась тут же вытащить платок и дышать сквозь него. Однако горло уже першило от первых вдохов, вызывая кашель. Один из фонарей погас, второй освещал только кружащую вокруг дымку. Реитас прижал голову Люсинды к своему камзолу и громко, стараясь перекрыть шум в ушах, проговорил:

— Закройте глаза, пока пыль не осядет! У меня есть вода, подождите!

Княжна подчинилась, пребывая в каком-то странном состоянии. Казалось, что все произошедшее — не с ней. Сзади шли Ангарал и охранник. Как далеко, она не видела. Вдруг они попали под камни? Ужас накрыл сразу, одновременно с осознанием, что и их отрезало от выхода. Насколько широка линия завала, знать они не могли, а вдруг… вдруг и она с Реем теперь здесь замурована? Кажется, это была последняя мысль. Следующее, что княжна подумала: откуда у нее на лице мокрый платок? Она резко распахнула глаза, не понимая, что происходит. Казначей нес ее на руках дальше по штольне, умудряясь еще как-то удерживать фонарь.

Пыли здесь было меньше и дышалось легче.

— Поставьте меня, я в состоянии идти, — прошептала Люсинда, вяло пробуя вывернуться из крепко держащих ее рук и ступить на пол.

Реитас притормозил, чтобы выполнить желание девушки.

— Зачем мы ушли? Вдруг Ала и того воина завалило и им нужна помощь⁈ — возмутилась она, убирая платок с лица.

— Там сейчас нельзя находиться, пока каменная взвесь не осядет. Мы с вами пойдем дальше, найдем плиту и попросим благословения. Потом вернемся, и либо к тому моменту Ангарал с воинами уже разберут проход, либо начнем его разбирать сами.

— Но если им нужна помощь? — снова выпалила Люсинда и попыталась все же ринуться назад, несмотря на то что все сказанное Реем звучало вполне логично.

Эльф схватил ее за предплечья и задержал, ловя свирепый взгляд девушки.

— Надышавшись пыли, вы можете погибнуть! Это ничем не поможет другим! К тому же, — казначей поджал губы, — я убежден, что с княжичем все в порядке.

— Откуда такая уверенность? — все еще запальчиво поинтересовалась Люсинда, высвобождая руки, однако больше не стараясь немедленно вернуться.

— Простите, Люси, но в силу возраста и… ранее благоприятных условий для жизни не видите некоторых очевидных вещей.

— Это каких же? Вы-то меня незначительно старше!

— Поверьте, там, где я был четыре года, месяц идет за два. Если не за три.

— Вы не ответили на мой главный вопрос.

— Простите, и не буду. Не хочу быть тем воином, который приносит печальную весть, и за это ему отсекают голову. И сплетничать тоже не желаю.

— Ладно, — согласилась Люсинда, взяла фонарь и снова пошла вперед.

Однако ее терпения надолго не хватило. В голове кружились мысли одна другой неприятнее. Почему Реитас уверен, что Ал не пострадал? Он думает, что княжич специально подстроил этот обвал⁈

— Считаете, что Ангарал пытается меня убить? — холодея от страха, прямо спросила Люсинда. — Но какой ему прок в моей смерти? Насколько я знаю, вся его родня жива и здравствует. Отец с Мориэль никому из них жизнь не сломали.

— Нет, что вы. Думаю, настолько далеко его планы не заходят. Разве что уже после женитьбы…

— Какой женитьбы? — не поняла княжна.

— Ал еще не сделал вам предложения?

— Конечно, нет! С чего бы?

— Значит, ждите в ближайшее время.

— Да почему? — почти вскричала Люсинда, вконец теряя цепочку причинно-следственных связей.

А говорят, женскую логику не понять!

— Боги, Люсинда! — выдохнул Реитас. — Это же очевидно! Он младший сын в семье, и ему никогда не стать князем, если только не жениться на наследной княжне, у которой нет братьев! Вы на Валиноре такая одна!

— То есть, — насупилась девушка помимо собственной воли, — хотите сказать, что его интересует Лунный Камень, а не моя персона?

— Ну почему, — смутился казначей, — вы шикарный бонус.

— Нет! Это все бред! Я бы еще поняла, если бы после свадьбы, но до… В покушении отсутствует здравый смысл.

Реитас снова горько вздохнул.

— Пойдемте, Люси, искать камень. И у вас, и у меня есть к нему большие просьбы.

— Нет уж! Если вы что-то понимаете, договаривайте! Вы же клялись мне в преданности, Рей! И в дружбе!

— Да напугать он вас хочет! Что же тут непонятного? — вскипел наконец казначей. — Вы станете искать опору, возможность облегчить себе жизнь или вообще вернуться в столицу! А он вам как раз сделает предложение и сможет все это дать!

Люсинда застыла как громомн пораженная. Картинка и правда очень ловко складывалась. Точнее, пока нет. И дай боги, не будет, если княжич не сделает предложение. Не стоит заранее эльфа ни в чем обвинять. Возможно, все это лишь досужие домыслы и… ревность. Для Люсинды же не секрет, что Реитас в нее давно влюблен, хотя она даже сама себе старается в этом не признаваться.

— Рей, — снова остановилась княжна, — а что вы хотите просить у предков?

— Желания лучше не говорить вслух, вы же знаете, — неловко улыбнулся друг детства.

Похоже, Люсинда была права. Неужели просьба как-то касается ее?