Глава 34

Реитас оказался прав — гномы не только рассчитали масштаб работ, но и потрудились изложить все важные моменты и цифры на бумаге. Почерк у Томлана был, конечно, не чета тому, что на королевской грамоте, но Люсинде красота и не требовалась. Куда важнее, что в самом узком, пригодном для тоннеля месте длина пробоя заняла бы полтора километра. Так что сумма внизу листа в три тысячи золотых осталась неизменной. Гном, конечно же, утверждал, что наоборот, никоим образом не подозревал, что протяженность работ окажется больше тысячи метров. Но, раз ранее были оглашены три тысячи мирианов, он, как честный валинорец, решил поприжаться, почти в убыток себе, и слова своего не менять. Люсинда взяла время подумать до завтра, а потом объявила, что, посовещавшись, она решила отложить столь капитальное вложение, слишком много в княжестве забот на данный момент. Однако непременно напишет Томлану, когда дело дойдет и до тоннеля.

Гном поджал губы, но промолчал. Люсинде было в этой ситуации неуютно, словно она запятнала себя ложью, но Реитас как-то сумел ее успокоить и доказать, что ни слова неправды княжна не произнесла, а все остальное лишь деловая хитрость. Ведь никакого запрета на умные, предусмотрительные поступки в свою пользу от богов не существует. Кстати, касаемо умных идей, Люсинда не переставала восхищаться другом детства: он оказался прав и насчет породы, которая подходила для строительства, и насчет бесплатной рабочей силы.

Главу королевского отряда Фингона предложение с переселением в княжество семей несказанно обрадовало. Он заверил, что первый привезет сюда жену, тем самым показав пример другим эльфам. И что ему даже жилья не надо — дети выросли, а вдвоем с супругой им и в дворцовых апартаментах будет достаточно места. Люсинду это смутило, все же командующий совсем не молод, и привлекать его к строительству она не планировала. Собственно, она и сказала ему об этом в деликатных фразах. Однако Фингон только рассмеялся.

— Хороший же я буду командир, если стану играть со своими воинами по разным правилам! Нет, ваша светлость, я еще крепок и здоров, иначе бы не занимал эту должность. Впрочем, спасибо, что побеспокоились и обрисовали мне весь объем работ. Тех эльфов, у кого уже почтенный возраст, я, пожалуй, отправлю на каменоломню. Там они принесут пользу, работая Силой, молодежи же полезен физический труд. Он, как говорится, облагораживает. Но должен предупредить — я готов разрешить ребятам работать на стройке лишь один выходной день из двух. Воины должны высыпаться и тренироваться. Иначе они скоро превратятся в простых разнорабочих.

Люсинду это вполне устроило, тем более что идею с энтузиазмом поддержало большинство отряда. И хотя у княжны сильно добавилось хлопот с поиском, подбором и возвращением жилищам приемлемого состояния, зато нехватки рабочей силы больше не было. К тому же Фингон зорко следил, чтобы парни не филонили и выкладывались на полную.

Одни дни сменяли другие — выходных у Люсинды не осталось. Просыпаясь каждое утро, девушка отчетливо понимала, что время пока еще работает против нее. Жизнь в княжестве за полгода после приезда наследницы изменилась до неузнаваемости. Она фонтанировала, била ключом и все время подкидывала новые задачи взамен уже решенных. К сожалению, Ангарал с Реитасом так и не успокоились и продолжали осаду крепости Люсиндиного одиночества. Княжна помнила, что обещала другу детства определиться с его предложением руки и сердца, хотя пока ей, честное слово, было не до этого. Ангарал же, несмотря на все домыслы казначея, предложение делать не спешил. И слава богам! Девушка даже думать не хотела, как бы стала выкручиваться, форсируй и блондин их отношения. Так что самым приятным кавалером в сложившихся обстоятельствах для Люсинды стал Себа. Котенок ощутимо подрос, но по-прежнему ревниво оберегал княжну. А если и слонялся где-то среди дня, гоняя дворцовых собак, то к ночи всегда возвращался к хозяйке, ложился в ногах и громким довольным бурчанием обеспечивал ей скорое, расслабленное засыпание.

В этот же раз, когда Люсинда только успела переодеться после ужина и планировала направиться к руднику — Реитас восстановил рельсы, починил тележки и как раз собирался отправить в долину первую партию древесины, княжну перехватил в коридоре Ангарал.

— Люси, вы стали бледны и похудели. Менее восхитительной вас это не делает, но позвольте хотя бы мне позаботиться в вашем здоровье, раз вы о нем сами не помните. Вам просто необходимо больше бывать на свежем воздухе! — преградил ей дорогу княжич.

— Куда больше? — засмеялась Люсинда. — Я и так весь день летаю из долины на рудник, оттуда к ипподрому или в деревни, потом на каменоломни, а еще…

— Вот именно! Все это время вы дышите воздухом внутри аэрокара. Не говоря уже о том, что эльфам нельзя подолгу находиться вдали от живой природы. Когда вы последний раз гуляли в лесу?

— А… Э… — княжна честно попыталась вспомнить, но не смогла.

— Ну а хотя бы в дворцовом парке?

— Там же пока не погуляешь! — слегка возмутилась княжна — вот действительно, зачем городить чушь, будто Ал и сам этого не знал! — Он зарос, запущен, и до него у меня пока не дошли руки. Сначала сделаем все, что привлечет в княжество средства, потом займемся комфортом и красотой.

— Вам просто необходим свежий воздух! — взмолился Ангарал. — Тем более, если вашу совесть это тревожит, рассматривайте прогулку как элемент планирования. Возьмите свой блокнот, и будем записывать все, что необходимо исправить, пересадить и благоустроить.

М-да… На это, действительно, давно стоило изыскать время. Такой заброшенный парк плохо характеризует ее как хозяйку и вообще эльфийку.

— Может, тогда завтра? — предложила Люсинда. — Реитас планирует сегодня отправить первые грузы через шахту на тележках. Я думаю, это знаковый момент, и мне стоит там быть во время запуска.

— У вас еще есть час или даже полтора…

В последние дни княжна и правда так устала, что сил дальше спорить с Ангаралом у нее просто не было. Легче, ей-боги, согласиться и немного пройтись.

В парке оказалось необычно тихо: Люсинда уже привыкла, что вокруг нее суета, беготня и толпа народа, а тут они шли вдвоем, причем никуда не спеша. Шуршали листья, раздавались птичьи трели. Разруха, конечно, как на необитаемую планету попали: дорожки давно или разбиты, или полуутонули в земле, а деревья и кустарники хаотично разрослись, превращая некогда ухоженную территорию в непролазную чащу. Скульптуры и фонтаны стояли расколотые, треснутые или в лучшем случае с облупившейся краской. Казалось, что здесь лет пятнадцать не ступала нога разумного существа. Хотя, может, так оно и было на самом деле. Кого интересует парк, если все мысли только о том, как бы выжить?

Впрочем, пахло здесь хорошо — свежестью и разнотравьем.

— Ал, скажите, а в Хрустальных Озерах красивый дворцовый парк?

— Да, ваша светлость. Потрясающий! Хотя я уверен, вам и этот удастся обустроить не хуже. Ни разу в жизни не встречал настолько предприимчивой девушки! Да вашей работоспособности завидует весь гарнизон!

— Бросьте, — слегка улыбнувшись, отмахнулась Люсинда. — Воины и так трудятся не покладая рук! Когда им завидовать? Вас, говорят, тоже видели на смене в каменоломне, пока я летала в Аэркарасское княжество на конеферму?

Настала очередь смутиться княжичу.

— Я не могу этого делать чаще, ведь занят вашим сопровождением, как глава личной охраны. Но поскольку вы снова решили, что по конным вопросам лучше взять с собой… казначея, я решил не сидеть без дела и принести хоть какую-то пользу.

— Это очень похвально, Ал! Я ценю!

— Хотите, слетаем в Хрустальные Озера? Посмотрите парк, познакомитесь с моей семьей. И потом вы же говорили, что любите плавать? Прозрачнее воды, чем в озерах моей родины, нигде не найти! При этом она довольно теплая, и можно купаться без опаски, что конечности сведет судорогой.

— Заманчиво. Но отложим это до того момента, как закончится строительство.

Ангарал немного грустно улыбнулся.

— Почему-то я так и думал.

— Но парком я планирую заняться раньше! — сразу добавила Люсинда. — Выясню, может, кто-то из горожан имеет опыт. Для начала стоит все проредить и обрезать лишние ветки. Потом уже вернемся к разбиванию заново газонов, клумб, мощению дорожек и…

Княжна хотела что-то добавить, как вдруг ее внимание привлекло странное шебуршение в траве. А через несколько секунд на тропинку выползла длиннющая змея. Буквально в паре метров от них она подняла свое тело от земли и, расправив гигантский капюшон, зашипела. Однако Люсинду сковало параличом еще раньше. Об этом мало кто знал, но юная Морвэн панически боялась змей. Даже безобидных ужиков. А перед ними сейчас, раскачиваясь и готовясь нанести удар, была габра — самое ядовитое существо Валинора.

В ушах сразу зазвенело, а из легких словно выпустили весь воздух. Княжна постаралась вдохнуть, но и этого у нее не вышло. А потом мир погрузился в абсолютную тишину. Словно откуда-то со стороны, Люсинда увидела, как Ангарал успел выхватить меч и полоснуть им зверюгу. Кровь окропила белые подтопленные в земле камни. Только что угрожающая, голова габры полетела в вверх и, не разрушая патологическое беззвучие, шлепнулась рядом с подолом Люсиндиного платья. Темнота…

Удушье не отпускало, но, кажется, княжна уловила около лица небольшое движение воздуха и, истерично пытаясь его вдохнуть, распахнула веки. Ангарал, чьи полные ужаса глаза смотрели на нее не мигая, пробовал ее обмахивать. Княжич что-то говорил, но до княжны все еще не доходил смысл сказанного. Зато она поняла, что ее телохранитель сидит на земле около поверженной змеюки, а она… лежит у него на руках. Опять.

Княжна постаралась подняться. Мало ли кому придет в голову пойти в парк. Что можно подумать, увидь их вот так, издалека⁈

— Вы в порядке? В порядке? — дошел до нее наконец, словно с некоторым опозданием, смысл слов Ангарала.

Люсинда сделала усилие, чтобы встать на ноги. Княжич тут же ей помог, а потом внезапно взял ее руки в свои и, соединив их, страстно заговорил:

— Я люблю вас, Люси! Горячо люблю! Умоляю, не отталкивайте меня. Я мир к вашим ногам брошу!

И он, наклонившись, стал осыпать ее кисти поцелуями. Далеко не так, как прилично и принято в знак уважения.

Люсинда, все еще оглушенная случившейся «встречей», попыталась выдернуть руки, но слабость во всем теле не давала ей реальной возможности сопротивляться.

— Выходите за меня! Уедем в Хрустальные Озера! Там веками не знали войн и катаклизмов! Вы сможете жить полной жизнью без страха преследований или любых неурядиц…

В этот момент, наверное, шок от подобного предложения проступил на бледном лице княжны, так что Ангарал тут же добавил:

— А если выберете — останемся здесь! Я обо всем позабочусь! Сможете заниматься только тем, что приносит вам радость и удовольствие. Пылинки сдувать буду!

— Простите, Ал, — едва смогла выдавить из себя Люсинда. — Я сейчас не в состоянии ни о чем думать. Мне необходимо прилечь…

— Конечно! — с готовностью выпалил Ангарал и снова подхватил ее, как пушинку, на руки, даже не спросив позволения, и почти бегом пустился назад к замку.

* * *

Люсинда толком не помнила, как она оказалась в своей комнате на кровати. К счастью, по-прежнему одетая. Вокруг суетилась перепуганная горничная, одновременно пытаясь обтирать лицо хозяйке холодной водой и махать в воздухе флакончиком нюхательной соли.

— Фу, Кетлис! Убери от меня эту гадость. Лучше открой окно, — простонала княжна. — И дай воды.

Служанка все в точности исполнила и, опасливо глядя на пришедшую в себя Люсинду, проговорила:

— Если я пока не нужна, можно, сбегаю за доктором?

— Кто-то заболел? — уточнила Люсинда.

— Ну так… Вам же нехорошо, — растерялась Кетлис.

— Глупости! Просто… немного утомилась. Передай, пожалуйста, лорду Реитасу мои извинения, что не приехала к руднику. А теперь оставь меня. Попробую заснуть.

Кетлис внимательно, с сильным сомнением, посмотрела на ее светлость, но потом все же решила подчиниться. Когда за горничной закрылась дверь, Люсинда привстала на локте и, намочив салфетку в стоящей на тумбочке плошке, легла назад и укрыла ею лицо. От ткани шла живительная прохлада, а из окна дул свежий ветерок. Солнце только что село, и ночь еще не окутала Валинор. Наверное, выспаться было бы лучшим решением, жаль, вместо сна в голову так и лезли разные мысли.

Если Рей прав и Ангарал подстраивает покушения, чтобы вынудить ее выйти замуж… Тем более вот уже и предложение поступило. Нет… Ну это же бред⁈ Допустим, он даже как-то привез змею и выпустил в парке, он же не мог знать, что габра нападет! С животными в сговор не войдешь.

Прощальный подарок обиженных гномов? Ну так эта змея могла там еще несколько месяцев прятаться или вообще уползти. Случайность? А разве бывают такие случайности, чтобы габра, которая, судя по энциклопедии живых существ Валинора, исконно местное пресмыкающееся и вымирающий вид, обитающий в засушливых степных и пустынных районах, оказалась в зоне предгорий с весьма умеренным климатом? Так захотелось порезвиться на зеленой травке, что она несколько тысяч километров проползла? Тогда что?

Рей единственный, кто знал о ее «змеиной» фобии. Организовал так, чтобы специально обвинить Ангарала? Выглядит как полная чушь! Откуда он мог знать, что Люсинда пойдет в парк вместе с княжичем? А если бы одна, то был бы уже труп. Реитасу в ее смерти нет абсолютно никакой выгоды. Да и не стал бы он ни за что подвергать ее жизнь опасности. Можно сколько угодно логически рассуждать, но сердцем Люсинда верила в чувства Реитаса. В его заботу о ней. В конце концов, она его отпускала, это он сам решил остаться. Откуда же тогда, демоны побери, в парке это отродье? Может, ее еще при отце кто-нибудь привез и туда выпустил. Ну а потом жила себе тихо, никого не трогала. Сколько вообще, интересно, живут габры? Надо бы сходить в библиотеку, посмотреть. Не сейчас, утром, конечно же.

Люсинда опасливо села на постели: голова вроде бы больше не кружилась, силы возвращались. Княжна вздохнула и, поднявшись, подошла к окну. Лес и горы. Полумрак. Она любила это время суток. Казалось, что вся природа засыпает, и так хорошо и спокойно посидеть здесь, в окружении канделябров и с книжкой… Давно у нее не было на это времени. А после сегодняшнего, от греха подальше, лучше и подавно не рисковать. Люсинда закрыла окно, ставни и для уверенности вставила деревянные запорные бруски.

Неожиданно в комнату постучали, и после разрешения вбежала Кетлис, растрепанная и запыхавшаяся.

— Ваша светлость, простите! Наверное, надо было к лорду командующему, но я решила сперва к вам. Боги мои! Они же переубивают друг друга! — протараторила горничная, заламывая руки.

Люсинда сразу напряглась, хотя и не поняла, что случилось.

— Кетлис! Ты можешь четко объяснить, что происходит? — слегка повысила княжна голос, чтобы немного привести служанку в чувства.

— Лорд Реитас… Он вернулся с рудника. Я ему сказала, как вы велели. Ну и… что вам стало плохо после прогулки и нападения змеи.

Люсинда застонала. Вот кто тянул Кетлис за язык⁈ А ведь она обычно не болтлива! Видимо, хотела перестраховаться, чтобы казначей проникся, точно ее послушал и не пошел будить.

— А дальше что?

— Лорд казначей кинулся к покоям лорда Анграла, я за ним. Он… он вызвал лорда Ангарала на дуэль.

— Что⁈ — воскликнула Люсинда, ожидая чего угодно, но только не такого развития событий.

Дуэли на Валиноре давно и строжайше запрещены. Наказание за участие в них было крайне жестким, вплоть до высылки в Чуждые земли. Для воина королевской армии это гарантированное лишение звания, статуса, привилегий…

— И княжич Хрустальных Озер согласился⁈

— Конечно, — удивилась в свою очередь Кетлис, — это же вопрос чести.

Ну конечно! Там, где у мужчин вопрос чести, вопрос наличия мозгов обычно отходит на второй план. Люсинда схватила с кресла шаль и, накинув ее на плечи, устремилась к выходу, но замерла на пороге.

— Куда они пошли?

— В новую фуражную.

— Не говори никому, я разберусь сама, — и увидев, что служанка собирается бежать следом, добавила: — Жди меня здесь.

Мало ли как будут развиваться события. Возможно, Люсинде придется сказать что-то, что никто не должен услышать.