XXXV. Бесстыжие Сплетники

– О чём задумалась? Я настолько погрузилась в свои мысли и воспоминания, поддалась своим опасениям, что не сразу поняла вопрос Йенова. – Тебя так пугает Нокта? Её же не существует. – Не веришь в легенду? Йенов покачал головой. – Прабабка была не очень умной женщиной, ведомой. Если уж она даже наложницей лорда огня не смогла стать… Да мы и не знаем, по какой причине. Может, в голову что стукнуло, и она сказала: «Я теперь теневая жрица!». Парень сделал вид, что завязывает платок и изменил свой голос на максимально писклявый. Не люблю, когда женщин изображают такими. Тем временем мы приближались к полю. Казалось, его искусственно создали как раз для тренировок на открытом воздухе. Уже издалека слышались звуки боя: полыхающее пламя, тлеющие травинки, всплески и бульканье магии воды. Йенов встал у одного из кустов и словно затаился. Растения казались гигантскими. Даже вставая на цыпочки, я не видела происходящего за ними – кусты высились над макушкой. Приходилось разглядывать происходящее сквозь пестрящую мозаику из листьев и веток. Эйнвар, очевидно, промазал или сделал что-то не так, поэтому смачно выругался. Аж уши завяли! Никто бы не позволил себе так браниться перед девушкой, особенно наследник лорда огня. С другой стороны, я на минутку забыла, что он не подозревает о моём присутствии. – Не расстраивайся, дружище. Попытаться ещё раз будет не лишним. Я пригляделась и едва не ущипнула себя на руку. Эйнвар стоял, разведя руки в стороны, а между ладонями у парня находилась… водяная сфера?! Ну, вот прям всё точь-в-точь, как на занятиях с Раффом, только сфера не огненная, ярко-красная, а голубая, жидкая. Я не сплю? Мне не кажется? Эйнвар – маг воды? Но… как? Почему? Что он тогда делает на огненном факультете? Так много вопросов и совсем ни одного ответа. Видимо, это хорошо читалось в моих глазах. Йенов усмехнулся. – Ты не понимаешь, что происходит, так ведь? – прошептал парень беззвучно, одними губами. – Он мечтает попасть в Абсолюты. Доказать своему отцу, что он достойный наследник. – Почему… почему он так рвётся в Абсолюты? Он сам мне рассказал, что его отец признал, клеймом наградил. – Это… другое, – Йенов скользнул по мне немного пренебрежительным взглядом. – Тебе не понять, у тебя родителей никогда не было. – А ты понимаешь его мотивы? – Да, – помедлив немного, тихо произнёс Йенов. – Если бы у меня была возможность доказать своему отцу, что я владею ещё и магией воды на достойном уровне, я бы непременно воспользовался этим. – Ну, с тобой-то всё понятно. У тебя отец – водный маг, всё логично. Но ведь лорд Оган Нартинит – маг огня. Зачем ему сын, владеющий водой? – Чтобы тот был сильнее него самого. – Это… какой-то таракан в голове? Что ребёнок достоин стать наследником после какой-то ритуальной битвы? Йенов прикрыл рот рукой, подавляя смех, чтобы нас не услышали. – Я не так выразился. Эйнвару нужно быть сильнее ещё одного наследника лорда Огана. – В смысле, ещё одного? – Первенца. – Но… разве Эйнвар – не первенец? Йенов покачал головой. – У лорда Огана была жена. – Да, и она сбежала. Но у них не было детей, и лорд не стал её искать. Никто не знает, где она прячется. Мне кажется, лорд Оган не сожалел об утрате. Даже если она умерла. У него ведь целый гарем наложниц. В том числе, и мама Эйнвара. Я начинала нести какую-то чушь, когда волновалась и не совсем понимала, что происходит и в чём суть разговора. Йенов зацепился лишь за одну фразу из моей «осмысленной» речи: – Не было детей… – Были? – тихонько спросила я. – Она была беременна. Небольшой срок. Если она всё-таки погибла или он приказал её убить за побег, то младенец не выжил. – А если спаслась? Если до сих пор жива? – Шансы есть. – Вопрос в том, будет ли этот ребёнок претендовать на престол? Может, ни ему, ни его матери это уже и не нужно. – Не будет претендовать на престол… Только если это вдруг девочка. – По традициям огненных земель, – прогремел низкий голос прямо над нами, отчего я вздрогнула и чуть не упала прямо на Йенова, – не имеет значения пол наследника. Важно, кто родился первым. Именно поэтому у лордов огня всегда имелись гаремы. Каждая наложница мечтала подарить первенца. Все последующие отпрыски уже никого не интересуют. Я с трепетом смотрела на перекошенное гневом лицо Эйнвара. Как давно он услышал наш разговор? Как долго тут стоит? Что у него сейчас на уме? – Бесстыжие сплетники. Мы теперь вам не советники. Я понимала, что Лаззияр, хоть и сказал это с добродушной улыбкой (он вообще всегда улыбался), при Эйнваре он точно спорить не станет. Йенов весь притих и сжался, чуть ли не вцепился в несчастный куст. Лицо его стало белее накрахмаленных простыней. – Стойте! – крикнула я вслед удалявшимся фигурам, набравшись смелости. – У меня есть к вам разговор.