LXIV. Битва внутри горы

Абсолютами, конечно, не рождаются. Абсолютами становятся. Парадокс в том, что лишь при наличии врождённых способностей у тебя есть хоть какой-то шанс туда пробиться. И лично я не знаю ни одного Абсолюта, у которого не было бы смешения магии в роду. Одним талантом и упорством не добиться ничего. Не станет маг земли управлять водой, если у него нет предрасположенности. И наоборот. ***Я не упала, разумеется, и не разбилась. Было бы странно, если бы мой морок вдруг подвёл меня в такой ответственный момент. Когда я опустилась в разлом, моё тело сковал холод, а вокруг сгустился мрак. Но моё приземление можно было даже назвать мягким. Моя спина погрузилась во что-то невесомое и пушистое, не упругое, но поглощающее, отчего я почувствовала себя утопающей в вате. Вата заискрилась огнём при соприкосновении с моей кожей. Восхитительные нежность и тепло. Стало так уютно и приятно, что хотелось совершенно раствориться в этом мягчайшем облаке. Но нужно было действовать, притом срочно. Я спустилась вниз и с удивлением обнаружила, что мой морок – гигантская огненная овечка, которая довольно заблеяла, увидев хозяйку. М-да уж, стабильность – явно не конёк моего «питомца». Без страха погладила овечку, не чувствуя жара от её искрящейся шёрстки, и она благодарно прикрыла глаза. Сделав пару шагов в разные стороны, чтобы хоть немного оглядеться в почти кромешной тьме, освещаемой лишь тусклым светом из разлома где-то в вышине, я почувствовала тяжесть на бедре. Мой меч в ножнах провис на поясе и почти скрёбся окончанием о камни. Овечка стояла тут же, неподалёку, вылупя на меня свои яркие глаза с прямоугольными зрачками и вопросительно следя за моими действиями. А вот это уже интересно. – Если ты – мой морок, – рассуждала я вслух, обращаясь к овце, – то почему мой меч здесь? Я призывала его как морок в спальне Эйнвара… – Ме-е-е! Я вытащила меч из ножен, повертела в руках. Он стал ощутимо легче держаться в руке. Быть может, я привыкаю. А может, привыкает и сам меч. Всё-таки он необычный, и я чувствовала – как бы абсурдно это ни звучало – он живой. – Получается, что меч – это не морок. Значит, я просто могу его призывать по собственной воле, где бы он ни находился? Как полноправная хозяйка! – Ме-е-е! – Да, ты права, нужно искать выход, пока мальчики там ещё держатся. Посветишь путь? Света от овечки было меньше, чем от любого из факелов, но сомневаюсь, что в этом подземелье мне помог хоть какой-то факел. Двигались мы почти на ощупь, вслушиваясь в каждый звук, ожидая в нём опасности. Демон вылетел справа, проносясь над головой с мерзким гортанным хрипом. В иное время я бы подумала, что это летучая мышь. Всё равно бы испугалась, конечно, потому что мышей я тоже боюсь. У них такие мордочки страшные – в ночи лучше не сталкиваться. Овечка жалобно заблеяла и принялась пятиться, прижимая маленькие ушки к затылку. С перепугу я выпустила огонь из рук. Демона это не остановило. Он приземлился на противоположной стене подземной пещеры, почти под самым потолком. Его морда была похожа на мордочку летучей мыши, действительно: огромный пятак в полрыла, подслеповатые тёмные глазки-бусинки, раскрытая пасть со свесившимся слюнявым языком. Только сам он был крупнее летучей мыши раз в пять, когтистые ноги и руки вывернуты под неправильным углом и покрыты густой бурой шерстью. Я выпустила огненный шар снова. Демон лишь перепрыгнул на другое место, цепляясь своими крючковатыми пальцами за шероховатости стен и продолжая насмешливо высовывать язык. Затем он поднял руку и указательным пальцем ткнул во что-то позади меня, заходясь в мерзком гоготе. Я обернулась – на противоположной стене сидело ещё пятеро таких же. Судя по их взглядам, они были настроены менее дружелюбно. Я едва успела создать щит, когда один из них приземлился прямо сверху, царапая и слюнявя языком магический барьер. Затем он разразился речью на своём непонятном языке, другие демоны подхватили его. Они атаковали все вместе. Прыгали, кусали, пытались проломить магический барьер. Я не понимала, почему он их не обжигает, как должно. Удерживать щит становилось всё сложнее. – У демонов врождённая устойчивость к огню, – услышала я знакомый голос. Впереди показалось голубое свечение. Приглядевший, я увидела, как издалека вышла женщина, одетое в красивое, длинное, но достаточно откровенное тёмно-синее платье. – Да-далерия? Её лицо исказила улыбка боли и страдания. – Таково моё имя для Академии де Магика. Здесь же меня зовут Нифт, и я жрица Тьмы. – Я не понимаю. Как же… как же так… Мой щит ослаб, и один из демонов, сам, кажется, того не ожидая вцепился мне в волосы. Я упала навзничь, пытаясь его скинуть, но он перевесил. Два других демона попытались атаковать овцу, но морок вдруг изрыгнул из себя пламя, и это, по крайней мере, напугало их. Ещё один демон вцепился мне в ноги, что-то омерзительно бормоча. Я пыталась отбрыкиваться ногами, но он полоснул меня по нежной коже бедра, оставляя пять глубоких кровоточащих порезов. Первый демон перебрался с головы на глотку, вцепившись длинной ладонью мне в горло. Я чувствовала, что задыхаюсь, била его по всему, что попадётся, изо всех своих последних сил. Когда перед глазами побежали прозрачные круги, Далерия хлопнула в ладоши и все демоны разом отпустили нас, вернувшись к хозяйке. – Магия призыва, первое занятие. Для чего призывают демонов? Меня трясло и тошнило, я даже не сразу поняла, что вопрос обращён ко мне. И судорожно принялась вспоминать тот день и ответы студентов. – Боевой соратник, – принялась перечислять, – зверь, который тебя спасает, и контракт. – Браво! Как думаешь, что относится к моим дьяволятам? – Всё сразу. – Правильно. Пятёрка тебе по общей магии. Если выберешься отсюда живой. Ты знаешь, я ведь могла бы просто дать своим демонам растерзать тебя. Но так неинтересно. Сразись с ними! – Но их же не берёт огонь! – У тебя есть меч и голова на плечах. Пришлось вспоминать все мамины уроки из снов. Встала в стойку, мысленно выуживая из памяти, что она называется «плуг». Это удобно, так как демоны бегают на четвереньках, и если опускаются вниз, то остриё меча смотрит прямо им в лицо. Дальше всё пошло совсем не по плану. Демоны опять разом набросились со всех сторон и времени обдумывать каждый ход у меня не было. Я размахивала клинком в разные стороны, словно пьяный фермер с косой в поле, чувствуя, как лезвие то и дело врезается во что-то тяжёлое, твёрдое и упругое. Думать о том, что это может быть частью тела нечисти, не хотелось. Иногда я закрывала глаза при ударах, но тот же одёргивала себя, вспоминая маму. Она говорила, что воин должен быть смелым, должен всегда видеть лицо своего врага и никогда не отводить взгляд. Меня хватали за ноги – особенно страдала оголённая стопа без башмака – рвали одежду, тянули за волосы вниз. Били по лицу, спине, в живот, каждое своё попадание обозначая победным кличем. То и дело я наносила рубящие удары, в основном, сверху вниз или слева. Один из демонов ударил меня в правое плечо когтями, я взвыла, чуть не уронив меч и прикрыв рану второй рукой, но тут же почувствовала зубы на ноге и, взвизгнув, отпрыгнула в сторону, замахиваясь вновь, позабыв о свежей ране. Битва длилась бесконечно. И преимущество было явно не на моей стороне. Иногда мне казалось, что их не шесть, а шестьдесят шесть. Что они умирают, а из их тел отпочковывается сразу новая партия. Быстрые, неугомонные, омерзительно смердящие. Зловоние пропитало меня всю, въелось в кожу, одежду. Если выберусь, буду неделю отмокать в лавандовой ванне. Адреналин уступил место усталости и изнеможению. Напряжённые мышцы болели. Их рвало не только от нанесённых ударов, но будто и изнутри. От боли и скованности движения стали неповоротливыми, неловкими. Один демон ткнул меня в живот лапой, и я не удержала равновесие. Тут же сверху на грудь прыгнули ещё двое, разрывая рубашку, прыгая на рёбрах. Я слышала хруст и боялась. Кричать не осталось сил, да и бессмысленно было. Внизу, в ногах, кто-то тоже копошился. Грыз стопы, голень, выворачивал колено. Я пыталась отбиваться, но уже вяло, неохотно. Это конец. Я проиграла. Хотя эта битва и была заведомо проигрышной. – Омерзительное зрелище. Лицо Далерии перекосило от презрения. Она обошла моё тело по кругу, изловчилась и легонько пнула в бедро носком лакированной туфли. Я не сразу поняла, что меня уже давно не бьют и не едят. Демоны испарились. Всё тело болело, как будто его разорвало на мелкие кусочки, а сейчас они медленно начали срастаться. Чувствуя металлический привкус на губах, я через силу сглотнула. – Что, думаешь, что умираешь? – её бледное лицо с ярко-синими горящими в полумраке глазами нависло надо мной, криво ухмыляясь. – К сожалению для нас обеих, пока что нет. Я могла бы просто позволить своим демонам терзать твоё бренное тело и дальше, но… приказ нашей королевы другой. Мой тебе совет напоследок, – сказала она внезапно смягчившимся тоном, – если сможешь убежать – беги. В глазах зарябили пёстрые чёрно-белые точки. Я застонала, перекатываясь набок, потянулась рукой, закрывая себе обзор. Не помогло. От смеха Нокты меня затрясло мелкой дрожью. Закрывать уши бесполезно. – Пос-следний шанс, – прошипел вкрадчивый голос теневой богини совсем рядом. – Одумайся девочка, сделай правильный выбор. Пока ещё не по-оздно. Несмотря на боль и приближающуюся агонию, я нашла в себе силы отчаянно замотать головой и выдавить из себя нечто похожее на «нет». Пусть лучше я умру с честью, не предав свет и весь мир напоследок. Матушка бы мной гордилась. – Ах-ха-ха-ха, наивная девочка. Матушка не может тобой гордиться, она мертва. Сны, которые ты видела – лишь иллюзия. Её кости погребены где-то в Диких Землях, где она и умерла. Ты последняя из потомков жриц, и я дала тебе шанс встать на истинный и единственный путь. Но ты… ты глупа. Уничтожь её! Приказ прозвенел металлом в воздухе, эхом отразившись от стен. Я прикрыла глаза, покорно ожидая смерти. Пожалуйста, пусть всё побыстрее закончится. Тут я услышала грузные шаги. Кто-то шёл к нам по подземелью, с трудом переставляя тяжёлые ноги. Я нашла в себе силы перевернуться на спину и отлепить голову от земли. Затуманенный красный взор вычленил впереди исполинского роста нечеловека. Все его части тела были плотно охвачены каменными глыбами, словно непробиваемой бронёй. Настолько часто, что не разглядеть свободного участка кожи. И когда это существо не двигалось, то его нельзя было отличить от обычной груды камней или даже целой горы. Насколько тяжело ему было тащить эту ношу, сложно даже вообразить. Каменный гигант поравнялся рядом с Далерией, умиротворённо гладящей по голове одного из демонов. – Сион, – обратилась ведьма к нему, – ты слышал приказ. Принеси мне меч! – Да… – его голос звучал как осыпавшаяся гранитная крошка на мостовой. Профессор Следж, вернее, то, чем он стал, двинулся на меня чуть более живо, чем он шёл до этого, гремя своим телом и голосом: – Прости меня… прости… Я понимала, что у него не было выбора. Как и у всех нас. До тех пор, пока мы поклоняемся какому-то пантеону, мы не властны над своими жизнями. Внезапный отрыв от земли напугал меня не меньше, чем всё происходящее до этого. Я взмыла в воздух с такой бешеной скоростью, что едва не выронила оружие, но в последний момент крепко вцепилась в рукоять как в единственное, что ещё пока связывало меня с этим миром. Широко распахнув глаза, я с ужасом отметила, что и Сион, и Далерия продолжают стоять внизу, ошеломлённо уставившись на меня, взлетающую всё выше и выше. Но если они внизу, то кто меня схватил? Сверху раздался оглушительный птичий крик, едва не разорвавший мои барабанные перепонки. Я завертела головой, наплевав на боль в шее, силясь разглядеть хоть что-нибудь. Меня тянули за остатки рубашки наверх – рукава её плотно врезались в подмышки. Но кто и что? Тем временем Сион и Далерия с демонами всё дальше отдалялись. Ведьма яростно кричала, топая ногами, отдавала демонам приказ атаковать, а они хаотично прыгали по стенам, выкрикивая свои демонические гадости. – Что ты стоишь, как истукан? – закричала Далерия Сиону. – Создай землетрясение хотя бы! Мы её упускаем! Сион замахнулся огромными кулаками и ударил по земле. Мир вокруг зашатался, содрогнулся. На секунду мне показалось, что я снова лечу вниз. Но затем меня словно подхватили, и моё тело вновь взмыло вверх. Свет с поверхности становился всё ярче, и я поняла, что кто бы это ни был, он тащит меня к разлому. И напоследок, прежде чем снова оказаться на воздухе, я увидела, как позади Сиона, в подземной пещере, что-то сверкнуло. Серебристая водная гладь и каменистый берег, пусть и плохо освещённый магическим светом от Далерии. Ругвинор. Он спрятан внутри этой горы.