11
Мы с ребятами переглянулись. Кажется, транспортный сайнар зря тащит сумку с бутылкой горючего, спичками и мешочком соломы. Ну, мы подумали, мало ли, дрова сырыми окажутся, хвороста не найдется. Помню, как в свой первый поход с родителями в лес пытались развести костер. Нет, оно конечно получилось, с седьмого или восьмого раза, но настроение было подпорчено. А вот так оно, конечно, сподручнее.
Я поднялась, сладко потянулась. Спина затекла, а задница, казалось, превратилась в блин. Насчет массажа от мастера Ноэля я шутила, но на самом деле дорого бы заплатила за горячую сауну и умелые сильные руки. Чьими бы они ни были. Можно даже без всяких там масел и горячих камней.
- Очередь! – подмигнула Рая, заметив, как я, изображая инвалида, слоняюсь из стороны в сторону. К сумкам меня и правда не подпустили. Всем занимались крысоносы, незнакомые мне товарищи и лори Радгал.
Крысоликие раздобыли бревна, притащили их к костерку, застелили одеялами и пригласили нас к очагу. Рая с Кудрявым переместились, я примостилась рядышком, ожидая, когда подруга закончит блаженствовать. Да. Лёня делал ей массаж, а подруга совершенно не стеснялась продемонстрировать присутствующим нижнее белье и постанывать от удовольствия. Да какая, в сущности, разница, расшит лифчик каменьями или не расшит?
Когда мы с Раей поменялись местами, а я расстегнула первую пуговичку рубашки Ноэля, лори Радгал, что сейчас копошился в бутылочках с зельями, негромко предупредил:
- Я бы на вашем месте не стал этого делать, алави Софья.
- Массаж?
- И это тоже.
На меня посмотрели так, словно я должна была понимать в чем проблема. Но я в упор не понимала, потому добрый дядя просветил, присаживаясь на бревно, напротив нас:
- Насколько понимаю, у вас с магалом происходит привязка. До… Эм… до наступления определенного события, - это он так дипломатично на беременность намекнул, - вы оба можете быть несколько… взволнованны, возбуждены, излишне раздражены и даже агрессивны. Я бы не советовал вашему другу прикасаться к вам. Тем более, если вы будете в этот момент без одежды. Без рук лори Кудрявому будет сложно работать.
Лёня резко убрал от меня руки и даже отсел подальше, словно я заразная какая. Но в данный момент меня заинтересовало другое. Похоже, Радгал один из немногих, кто хоть что-то знает об алавиате. Да он, похоже, знает куда больше остальных.
- Лори Радгал, а как можно от алавиата избавиться? Магал Ноэль не для «определенных событий» все это затеял, а чтобы меня защитить. Вот только перестарался несколько.
- Избавиться несложно. Для того вы оба должны утратить духовную связь.
- Сложно утратить то, чего нет.
Лекарь иронично усмехнулся и уточнил:
- Публичное заверение не случилось бы, не имейся у вас духовной связи. Но дело в другом. Если вы оба вступите в связь на стороне, узы, связывающие вас, падут.
- Вот это поддерживаю, - довольно протянула Рая, запуская руку в мешок со съестным и выкладывая необходимые продукты прямо на траву. Крысоносы уже расстелили неподалеку несколько покрывал, которые, судя по всему, заменят обеденные столы. – Когда любишь – налево не пойдешь.
- Значит, все так просто?
Хотя просто ли? В отличие от Раи, я не планировала ни с кем спать в Вёрджиле. Тем более не с Ноэлем. Не то, чтобы я с ним планировала, но не с ним – совсем не вариант. Учитывая, что после Толика ни один мужчина не продвинулся ниже моих верхних холмов. Стоп. А кто их касался? Нет-нет, они девственно чисты уже долгое время… Неправильный какой-то вариант, нехороший, он мне не подходит.
- Просто, да не просто. Это лишь ритуальная часть. На самом деле, алавиат исчезнет лишь в том случае, если до наступления особого события у вас пропадет тяга друг к другу.
Вот теперь становится яснее.
- Следовательно, если эта тяга пропадет, то можно не изменять?
- Ритуальная часть все же необходима. Иначе вряд ли алавиат будет снят. Мне сложно сказать. Я лишь читал о подобном. Это само по себе удивительно, и вы первая алави в моей жизни. Мне казалось, это давно забытый богами союз мужчины и женщины.
Дело ясное, что дело темное. Но хотя бы какая-то перспектива вырисовывается. Сначала избавиться от влечения, затем подсунуть Ноэлю женщину. Да вот хотя бы Раю. Она когда на охоту выходит, ни один мужик не устоит. А Ноэль очень даже мужик.
Мысль о подруге и магале как-то не порадовала. Поспешила ее отогнать и присоединилась к процессу готовки. Крысоносы времени даром не теряли и над костром в котелке уже дымился пар. Рая насыпала крупу и осторожно помешала.
- Лори Радгал, а у вас есть что-нибудь, ну… - я смутилась, покосившись на Раю, - чтобы уменьшить влечение.
Подруга усмехнулась-таки и едва-едва сдержала рвущийся наружу комментарий. Только бровями поиграла. А нет. Не сдержала.
- Чтобы избавиться от любопытства, необходимо его удовлетворить! Послушай человека, который в таких делах разбирается. Магал Ноэль толк в… удовлетворении любопытства знает. А от «особых обстоятельств», - вот даже не сомневалась, что она мысли мои прочитала, - у меня таблеточки есть, а у Кудрявого – чехольчики.
Кудрявый своими чехольчиками делиться явно не желал, потому как отнекался.
- Это ведь все исключительно магия. Наверняка у вас зелье какое-нибудь имеется, - я с надеждой покосилась на небольшие разноцветные пузырьки одного размера, которые один за другим ныряли в специальные отсеки на поясе лекаря.
- Для вас, алави, увы, - но одну бутылочку он протянул Рае, которая тут же засияла ярче солнца в ясный день. – Для бодрости и выносливости. Лететь еще далеко, силы понадобятся. Вылей в кашу.
- Почему же увы? – я никак не могла угомониться. Более того, в данный момент едва сидела на бревне, потому что ноги упорно заставляли встать и куда-то идти. Будто я железка, а где-то там, за кустами, сильнейший магнит. Или я рыбка, которую на крючок поймали и сейчас упорно тянут из воды.
- Потому что магия не способна создать то, чего не существует. Она лишь усиливает те чувства, что уже у вас есть. Заглушить их может только ваш разум и ваше сердце.
Хреновый какой-то ответ и совершенно бесполезный. Выходит, если бы я изначально ничего к магалу не чувствовала, алавиат бы не случился? Он намекает, что я сама виновата?
Не в силах больше терпеть странный зуд в ногах и тепло в солнечном сплетении, поднялась и направилась туда, куда звали ноги.
- В кустики схожу, - пояснила присутствующим. А что, и туда тоже!
- Лори Радгал, а почему мы не могли отправиться на Эстос телепортом? Из-за боязни заразиться?
Замерла ненадолго, чтобы услышать ответ на вопрос Раи.
- Здесь болезнь точно не отметилась. Но перемещаться телепортами между островами нельзя из-за временных и пространственных изломов. Если магал в экстренных случаях может переместиться, то переместить кого-то и, тем более, вещи… Нет. Слишком опасно. Сайнарами же быстро и надежно.
Дальше я не слушала, шла, куда ноги несли. Под ногами хрустела пожухлая трава, в стороны то и дело прыгали лягушки с человеческими глазами, разлетались бабочки с прозрачными крыльями. Где-то вдалеке стрекотали кузнечики или кто-то весьма на них похожий. В Вёрджиле, где сосны ощетинились фиолетовыми иголками и желтыми гладкими стволами, а завявшие цветы считаются нормой, ни в чем нельзя быть уверенным. Я определенно шла. Куда и зачем – бог его знает. Какой именно бог – не ясно. Но чувствовала, что так нужно. Вскоре поняла, почему. Футуристические сосны, высотой едва выше меня, расступились и явили мне полянку, по центру которой на пеньке как на троне восседала Дельсоль, покручивая в руках палку. Нет. Не бог меня вел, а богиня. Солнечного света.
- Как тебе радужный остров?
- Клевый. Мне понравилось, - я сразу поняла, о чем она. Хотя уместнее было бы сперва, ну, не знаю, поздороваться, что ли.
- Наше с Салдаей детище. Когда Зорин разнес планету на маленькие кусочки, пришлось немало потрудиться, чтобы из осколков создать что-то прекрасное. Хоть что-нибудь.
- У вас получилось, правда.
- Хорошо, - Дельсоль тряхнула рыжими кудряшками и подплыла ближе ко мне. – Там на пеньке камушек. А храм Зорина неподалеку от места, где вы на ночь остановитесь.
- А откуда ты знаешь, где мы…
- Я все же не самая слабая богиня, - нахмурилась она, продолжая щебетать. – Как все уснут, ты почувствуешь зов. Не противься. Камушек сожми и меня позови. Желательно поближе к рассвету, ночью мои силы весьма ограничены, а Дельноче не обязательно знать обо всех моих делах. Тебя будет ждать альд. До храма доберемся быстро.
- Толку мне от этого храма, если на Землю все равно вернуться не получится? Мотивация, Дельсоль. Для такого демарша мне нужна мотивация.
- Возвращение домой – стоящий повод послушать богиню? – она накрутила на пальчик рыжую прядку и сощурила глазки.
- Ты можешь избавить меня от алавиата?
- Я – нет. Но Зорин – запросто.
Если она скажет, что в храме мне нужно помолиться об этом, вот честное слово – прокляну засранку.
- Не тот ли это Зорин, который спит или заточен? Как он мне поможет, если ему самому помощь нужна?
- Боги крайне щедры, что б ты знала, - уклончиво ответила рыжая бестия. - Ближе к рассвету, алави! А камушек убери туда, где Ноэль искать не станет!
Подмигнула, на что-то намекая и исчезла. Интриганка богинистая!
Я осмотрела себя на наличие возможных тайников. На рубашке Ноэля таких, понятное дело, не имелось. В задний карман джинсов? Вывалится во время полета или какого-нибудь физиологически важного действия. Я однажды таким образом утопила в унитазе свою Нокиа. Ладно, этому кирпичу ничего не будет, обсохнет и дальше работать, но камушек-то потеряется. И под каким кустом его потом искать? Подумала и положила в передний. Не выпадет при любом раскладе и здесь магал искать не станет точно.
Так и знала, что Дельсоль найдет возможность со мной встретиться и своего не упустит. Почему-то ей жизненно необходимо, чтобы я в этот самый храм вошла. А мне жизненно необходимо на Землю вернуться. Магал найдет меня в этом храме, сомнений нет. Главное, чтобы нашел после того, как мы с Зорином дела уладим…
С такими мыслями я шла… да куда-то вон туда, по свежехоженой тропинке. В траве мелькнули ягоды земляники, и я наклонилась, чтобы полакомиться. Магал как всегда прав оказался. Да и Лёня тоже. Поесть мне надо и мне лишь бы жрать!
- Я бы этого делать не стал!
От инфаркта меня спасли исключительно железные нервы. Я замерла с протянутой рукой попой кверху, глядя на жабу с человеческими глазами и человеческими губами. Ну, Зорин, ну затейник!
- Это еще почему? Я есть хочу.
- Кто же ест земляные ягоды? Иди лучше мужика своего угомони, пока он мой лес на щепки не разнес!
И правда. Прислушавшись, кажется, догадалась, кто тут тропку протоптал. Он что, дровосеком заделался? Удар, удар, треск и грохот.
- Пятая… Это самые высокие ихотри моего леса, - грустно вздохнула жаба. – Поспеши, а? Не то Салдая с меня шкуру снимет, что вверенную территорию не уберег! Они же редкие. И так вымерли почти!
Жалко как-то стало жабу с человеческими глазами. Большие такие, а в них тоска, прямо вот как у меня по дому! По бабушкиным слоеным пирожкам с луком и яйцом, по маминым ласковым рукам, по отцовским нотациям «в хирурги тебе надо было, дочка, в хирурги! Переводись, пока не поздно!». Одним словом – эх! Он-то думает, я на проктолога учусь. Ну, с одной стороны, и тут и там темные тоннели и нехоженые тропы…
Прошла не больше метров пятидесяти и стала свидетелем прелюбопытнейшей картины: деревья здесь действительно не в пример выше, чем везде. Метров восемь в высоту, да полтора в обхвате. Вот только мечам Ноэля, покрытым тьмой, похоже, об этом неизвестно. Раз-два-три-четыре… хлобысь!
- Шестое, - грустно раздалось за спиной.
Мда. На поляне действительно уже валялось шесть огромных деревьев, и сейчас Ноэль нацелился на седьмое. Чем ему местная флора не угодила?
Мужчина, бросив рубашку на одну из поваленных ихотри, совращал своим голым торсом и сияющей золотом вязью символов местную флору. Я прекрасно видела, как куча жаб с человеческими глазами эти самые глаза из-за кустов на Ноэля вытаращила. Моего, между прочим, Ноэля!
То самое чувство, что прошибло меня до основания во время полета на сайнарах, родилось снова. Меня прямо-таки тянуло к нему. Так же, как тянуло к Дельсоль. Вот только если солнечная баба сознательно меня призывала, магал, кажется, ни сном, ни духом, что я тут стою, его мускулистой спиной любуюсь.
Хрясь, хрясь, хрясь…
Он ловко орудовал мечами, развернулся, нанес очередной удар и, видимо во время разворота заметив-таки меня, замер и повернул голову. Опасно заскрипел ствол, накренилась ихотри. Красиво-то как летит! Да прямо на меня. Кажется, кого-то сейчас размажет мясным паштетом по лужайке.
А нет, не размажет.
Рефлексы у магала, в отличие от моих, работали идеально. За какую-то долю секунды с грацией пантеры он преодолел разделяющее нас расстояние и, повалил меня на землю. Мы перекатились и ровнехонько туда, где я стояла пару мгновений назад, шибанулся толстенный ствол.
- Тебе что, жить надоело? – выругался магал, прижимая меня своим могучим телом к влажной траве.
И смотрел так, не то с ненавистью, не то со страстью, тяжело дышал и недоволен был. В любом случае, у меня дух захватило, и разум отключился. Почему-то показалось, если он меня сейчас не поцелует – я умру от разрыва сердца. Что-то обмерло внутри в ожидании…
- Ты зачем… - голос охрип, а договорить я и вовсе не смогла, да и не вспомнила, о чем хотела сказать. А в следующий момент рот мне закрыли. Поцелуем. Яростным, хищным, глубоким.
Ноэль не спрашивая разрешения, ворвался в меня сумасшедшей лаской, мгновенно выбив из головы все мысли. Вообще все. Я лишь обвила руками его сильное тело, бесстыже согнув ноги в коленях, чтобы раскрыться навстречу, насладиться этим буйством эмоций, унять требовательную дрожь внизу живота. Он прервал поцелуй лишь за тем, чтобы сорвать с меня рубашку и коснуться горячими губами шеи, мочки уха, ключиц. Его чувственные ладони медленно погладили мою грудь сквозь тонкую кружевную ткань бюстгальтера, опустились ниже, сжали ягодицы, сорвав с моих губ хриплый стон. Пожалуй, он и отрезвил. Еще немного и магия победит. Я отдамся Ноэлю на опушке неведомого леса и наступит то самое «особое обстоятельство», которое сделает мое возвращение домой невозможным.
- Ноэль, остановись, - я попыталась отстраниться, но мужчина не слышал или попросту не слушал.
Безудержная страсть овладела им целиком. Тьма расползалась от нас в разные стороны, магал вбивался в меня бедрами, а его пальцы подбирались к ширинке джинсов, в то время, как губы продолжали терзать шею и все, что встречалось на их пути. Это уже перестало мне нравиться и совсем отрезвило. От таких поцелуев следы останутся. Засосами называются такие следы.
- Ноэль! – уперлась ладонями в его плечи и попыталась оттолкнуть, но он грубо схватил меня за запястья и прижал мои руки к земле. Брыкалась ли я? Еще как. Но шансов у меня не было. В глазах блеснули слезы, я зажмурилась и обмякла.
Когда Толик хотел этого, проще всего было расслабиться и дать ему желаемое. Тогда не оставалось синяков, тогда не было так больно и все заканчивалось быстро…
- Кардах меня подери! – выругался Ноэль, мгновенно отпустив мои ладони.
Почувствовав, что меня больше не держат, я тут же оттолкнула магала и отползла к кроне поваленного дерева, прикрывая себя рубашкой без пуговиц. Меня трясло не от боли и, пожалуй, даже не от страха. Нет. Насилия в моей жизни было предостаточно. Вот только Толик не останавливался, увидев слезы. Они его лишь больше заводили. Трясло меня от другого – я не ожидала подобного от Ноэля. Но, похоже, ему сейчас было не лучше. Магал закрыл лицо ладонями, выравнивая дыхание. Затем, когда показалось, что он вновь обрел контроль над эмоциями - поднялся. Вот только глаза… абсолютно черные. Нифига он не обрел контроль. Я сжалась в маленький комочек, полагая, что сейчас все продолжится, но нет. Ноэль развернулся, отошел подальше, а затем с яростным криком ударил по стволу. Толстому такому и высокому. Когда отголосок крика затих, тишину вспорол другой звук: ихотри жалобно скрежетнуло и от основания до самой макушки расползлась огромная трещина.
Не знаю, магия это была или что-то иного рода, вот только жалко в этот момент мне было не себя. И даже не дерево. Комментирующую ситуацию жабу вообще в пеший эротический поход хотелось отправить, что я и сделала после очередного завывания. Жалко мне было магала. Вот только ни слова сказать, ни сдвинуться с места я не могла. Так и сидела, прижимая к себе черную ткань и сжавшись в комочек.
Вернулся он так же стремительно, как и унесся прочь. Сел передо мной на корточки и, обхватив мое лицо ладонями – чтобы взгляд отвести не смогла – огорошил:
- Я бы хотел пообещать, что подобного не повторится, но не уверен, что смогу сдержать обещание. Я думал об этом с того момента, как увидел тебя в той коморке с растрепанными волосами и рожком в руках. Ты ничуть не испугалась, а твои глаза так восхищенно блестели, что заворожили меня с первого взгляда.
Ого. Вот так откровения. Сейчас я сидела, сама как завороженная, не в силах ни отвернуться, ни вздохнуть, ни ответить. Просто слушала его спокойный мягкий голос, пропуская через самую душу:
- Поверь, держать себя в руках я умею и запретил себе даже мысли о тебе. Мало того, что землянка, так еще и с проблемами. У меня была цави, целиком и полностью соответствующая моим требованиям к женщине. Все, что нужно было – отдать тебя Рихтеру и забыть. Забывать я тоже неплохо умею. И я пытался это сделать, но ты, не чувствуя опасности, словно сама тянулась ко мне, вновь и вновь оказываясь рядом. А когда ты нырнула в мой переход – убить хотел. Честно. Сначала поцеловать, а потом убить. Когда умирала на моих руках – не задумываясь отправился за тобой к Зулусу.
Он замолчал, словно искал отклик в моих глазах. А что мне было сказать? Все так. Почему-то с самого первого момента я чувствовала в Ноэле силу созидательную, а не разрушительную. Силу, которая может стать моей опорой в этом мире. Которая манила прикоснуться к ней, несмотря на все мои страхи. Я сама к нему тянулась. Виновна.
- А потом, когда дядя заявил права на тебя, - в глазах Ноэля, медово-нежных, снова расплескалась тьма. Я неосознанно потянула к нему ладонь, но мужчина отстранился. – Не нужно, алави. Не уверен, что смогу сдержаться снова. И тогда не смог. Ведь достаточно было попросту запретить ему думать о тебе. Издать указ. Придумать что-то еще. Но мысль о том, что тебя коснется другой мужчина - приводила в бешенство. Поэтому, не раздумывая, я связал нас алавиатом. И вот к чему это привело. Я утратил контроль. Стал тем, кто так тебе ненавистен.
Это он намекает на того, чьего имени я даже вспоминать не хочу?
- Прекрати. Ты не он. И никогда не станешь таким!
Я снова хотела коснуться его, но мне снова не позволили. Мужчина поднялся и отошел, взял с поваленного дерева свою рубашку и протянул мне.
- Он никогда не останавливался, увидев слезы.
- Твои слезы меня бы не остановили, алави. А вот твой взгляд, полный… непонимания и осуждения, весьма отрезвляет. Забудь. Во мне говорит магия.
Я усмехнулась, вспомнив слова лори Радгала. Магия лишь усиливает то, что уже есть. К тому же, Ноэль сразу сказал, что увидел во мне вагину на ножках, которая разговаривает и сует любопытный нос во все щели. Могу себе представить, как ему сейчас тяжело. Правда, могу, я же доктор, знаю, что мужчинам, в отличие от женщин, пережить нереализованное желание куда трудней. Они от вынужденного воздержания и сексуальной неудовлетворенности агрессивные, неуравновешенные и злые становятся.
Страх и обида окончательно прошли. Я поднялась, надела на себя новую рубашку, благо, тоже черную, никто и не заметит подмены, и протянула Ноэлю испорченную. Куда-то же надо было ее деть. Он и дел. Просто швырнул назад себя и все.
- Возвращайся в лагерь, - хрипло произнес мужчина, а из его пальцев хлынула тьма, превращаясь в боевые клинки. Вспомнился вдруг грустный голос жабы.
- А ты продолжишь уничтожать ихотри? Жаба очень просила этого не делать.
- Что ты знаешь об ихотри, алави?
Он указал мечом на поваленное дерево, и я подошла ближе. Когда глянула на срез толстенного ствола, судорожно сглотнула. Внутри, прямо промеж древесных волокон, замурованы кости. Уж не знаю, человеческие они или чьи-то еще, но проверять как-то не хотелось.
- Я не допущу, чтобы мою женщину съели во время привала. Иди в лагерь.
Плотоядные деревья? Как такое вообще возможно?
- Мне теперь страшно возвращаться, вдруг…
- Уходи, Софи! – прорычал он, да так, что меня с поляны сдуло ураганным ветром.
Как очутилась в лагере – не помню. Дороги ведь обратной тоже не помнила, тем не менее, вернулась и застыла на краешке поляны, задумчивым взглядом окидывая копошащихся крысоносов. Они нашпиговывали на вертела… мать моя женщина отец мой мужчина. Кошек!
- За какие такие кустики нам ходить теперь не стоит? – пропела Рая, заметив меня. Кажется, мое отсутствие затянулось чуть дольше того, что отводится на необходимые процедуры.
- Прогулялась.
- До ближайшего магазина одежды?
Все-то она заметит! Вот порой я ее почти ненавижу за глазастость и проницательность. Тем не менее, кроме многозначительной улыбочки, мне больше ничего не досталось. Развивать тему подруга не стала – вид мой, злобный и перепуганный, к этому не располагал.
- Все же, они решили накормить нас кошками? – я села рядом с подругой, которая лениво помешивала кашу огромной деревянной ложкой.
- Шайтаны, - пояснил Лёнька. – Лори Радгал сказал, что они вкусные. А, чтобы тебя морально-этическая сторона не терзала, знай: один такой шайтан за свою жизнь мог с десяток детей загубить. Питаются они человечатиной, а за неимением – иной животинкой.
- А ничего не треснет у такого маленького зверька от человечатинки?
- Уверяют, что нет и я склонен им верить.
После ихотри с человеческими костями внутри, я тоже склонна верить в то, что Вёрджил – не самое лучшее место для увеселительных прогулок. Мне уже совсем не весело, и я более чем нагулялась. Кстати, а вот откуда у жаб человеческие глаза? От возможных предположений меня даже передернуло и очень захотелось оказаться поближе к Ноэлю. Даже такому: с плетками и мечами.
- А где лори Радгал?
- Ушел собирать какие-то редкие травы для зелья. Кстати, мы тут обсуждали нашу теорию насчет гибридного проклятия и задумались: куда может понадобиться такая прорва энергии. Пока несколько вариантов: у кого-то паранойяльная психопатия и этот кто-то решил поработить мир либо кто-то психанул и хочет продемонстрировать кому-то, что он самый-самый.
- Игры богов? – задумалась я.
А ведь весьма правдоподобно. Для них такие проклятия разработать и наложить ничего не стоит. Забавы ради да шутки для они могут разнести к дребеням целую планету. Так что им мешает запустить магический вирус? Как там говорила Дельсоль? Люди не хотят добровольно делиться энергией… Почему бы ее, например, не отобрать? Она вот голая в полдень разгуливает, а кто-то пускает по мирам проклятье под видом болезни.
- Возможно. И еще вариант – кто-то хочет кого-то призвать.
- Что, типа как пиковую даму или Люцифера?
- Бог его знает, - поежилась Рая. – Но, честно признаться, мы в дерьме по самые уши. Ни один из вариантов мне не нравится. Еще не известно, что лучше: психи, боги или демоны. Первых я хотя бы видела, верю в них и знаю, чего от них ждать. А вот от вторых и третьих чего ждать – понятия не имею.
- Рая права. Если кто-то психанул, еще есть шанс, что мы сможем расколоть проклятье и снять его, а, если это божественная хренотень – не знаю, чем мы тут поможем. Проще умыть руки и на Землю вернуться.
Так и подмывало саркастично хмыкнуть. По сути, ребятам не грозит заразиться. Убедить в этом межмирный совет ничего не стоит, деканат – тем более. Эмпирической базы у нас достаточно. Им открыта дорога домой. В отличие от меня.
- Но ведь видение никогда не дается просто так. Раз я увидела Вёрджил, пораженный болезнью, похороненную семью правящих, значит, наше вмешательство способно это изменить!
- Может, нехай перемрут? – предложил Лёня, который никогда трусливостью не отличался. Вот чего на самом деле не любил – так заниматься бесполезным делом. И, по его мнению, поиск лекарства от болезни, которая даже болезнью не является, относится к разряду таковых.
Подруга пихнула Кудрявого в бок:
- У Фи, меж прочим, первая любовь, а ты такие вещи говоришь! Правящие правящими, а вот лично душечку магала Ноэля мне жалко. Уже ради него одного я готова пораскинуть мозгами и немного постараться. В конце концов, от нас не убудет, заразиться мы не заразимся, а практика станет существенным плюсом к дипломной работе и зачтется на выпускных экзаменах! Мы после этого на лучшие миссии попадем!
Вот теперь Рая заговорила языком понятных Лёне терминов. Как и любой мужчина, он и пальцем не пошевелит, пока не увидит перед собой стоящую цель. Увековечить свое имя друг никогда не стремился. Его же слова «лучше я буду жить в безызвестности, чем помру на пике славы и буду греметь в веках». А что, логика в его рассуждениях есть. На кой слава трупу? Зачем ему в веках костями греметь?
Магал застал нашу компанию в глубоких раздумьях. Впрочем, к нам он даже не подошел. Сразу направился к крысоносам, которые расположились вокруг второго костра своей обособленной кучкой и жарили сейчас шайтанов. Магал, сверкая идеальным торсом, покрытым вязью золотых символов, вывалил из рубашки с десяток пушистых шайтанов и, взяв флягу, принялся умываться и приводить себя в порядок. Ребята о чем-то болтали, но я их не слушала. Словно завороженная, наблюдала, как скользят по упругим мышцам Ноэля крупные капли воды, как они искрятся на солнце… Восхитительное зрелище! Слева волнительно вздохнула Рая и гоготнул Лёня.
- Вот ведь девки! Все, как одна, на кубики ведутся.
- Тут и треугольники неплохие, а уж полужопицы, в смысле, окружности… окружности вообще выше всяких похвал, - подруга разве что не облизнулась и насилу заставила себя отвернуться. Такая красота как у магала – почти преступление. Теперь я поняла Сари, что ползала перед владыкой на коленях. Наверняка она его любила. Впрочем, пакости любила больше…
Меня не удостоили и взглядом, хотя уверена, он чувствовал мое пристальное внимание. Даже к лучшему. Хоть кто-то из нас двоих должен держать себя в руках, иначе эта поганая привязка сведет обоих с ума.
Вскоре мне всучили, именно так, всучили тарелку с шайтаном под хрустящей корочкой. Не знаю, сколько едят женщины в этом недружелюбном мире, но я свои силы не переоценивала. Представьте себе откормленную утку, теперь увеличьте ее в размерах в два раза, превратите в кошку и вы увидите, какое чудо кулинарных стараний крысоносов было вручено мне на тарелке. Ну, как тарелке. Я бы назвала это скорее доской…
Поблагодарить не успела, поскольку магал снова скрылся и до конца привала на поляне не появлялся.
- Что между вами происходит? – допивая чай, поинтересовалась подруга. Впервые мне не хотелось с ней делиться. Вообще не хотелось делиться ни с кем своими чувствами. Пожала плечами и, чтобы не обижать Раю, ответила пространно:
- Привязка.
Встала и отправилась к нашему сайнару. И понимай, как хочешь. Этому приему я научилась у Ноэля и, покидая Вёрджил, смогу похвастаться хотя бы одним благоприобретенным навыком.
Я не лошадь, а сайнар – та еще свинья! Он слопал подаренного мною шайтана и глазом не моргнул. Конечно, я не ждала благодарности, но отрыгнуть-то мог и в другую сторону. Богатырской отрыжкой меня сдуло с места, и я шлепнулась в вялую траву пятой точкой, продолжая удерживать в руках погрызенную заднюю конечность шайтана. Он оказался вкусным, но для моего желудка – слишком большим.
Когда вернулась к костру, тему с Ноэлем больше не поднимали. Незнакомые мужики, чьего предназначения я не знала, да и без надобности, ели на соседнем бревне, быстро кидая в рот крупные куски и заедая чем-то похожим на гречку. Лори Радгал тоже особо не церемонился, не стесняясь есть руками. Еще одна кошелка – с приборами – оказалась лишней, потому что ими даже мы пользовались исключительно из того соображения, что раз взяли – надо применять.
- Кстати, Фи, о тех закорючках, - прожевав, произнес Лёня. – Удалось что-то выяснить?
- Что-то связанное с Зорином, - ребятам я абсолютно доверяла, в отличие от притихших мужиков и даже немножечко лори Радгала. В тихом омуте бактерии водятся! А где бактерии – там букет разнообразного говнеца. Продолжила тише, склонившись к ним ближе. – Магал Рихтер давал мне какую-то древнюю книжку.
Притихла, прожевывая мясо, по вкусу как куриное.
- Всегда должен быть артефакт, а то история получится какая-то неполноценная, - согласилась Рая, но я подарила той выразительный взгляд, вмиг прекративший улыбочки.
- Это серьезно. Там что-то очень мутное и непонятное. Магал Рихтер же в итоге за тори оказался. Меня к рукам прибрать хотел. Но это полбеды. Он мне подсовывал древнюю книжку, на обложке которой как раз тот символ, что я выводила. Как сам Рихтер пояснил, я некая избранная, которую призвал сам Зорин.
- Так он же спит, - задумался Кудрявый. – Лунатит что ли?
- Ну, призвать как-то сумел.
- Или призвал вовсе не он, а кто-то от его имени, - пожала плечами подруга. – И мужик вовсе ни сном, ни духом, что кого-то призывал.
И тут мне вообще не по себе стало. А что, если Рая права? Ведь действительно, бабакоза говорила, что присутствия Зорина они давно не чувствуют, а тут на-ка же, возьми и в мир избранную призови, чтобы помогла от болячки избавиться. Не сходится что-то.
- Не нравится мне вся эта история с их богом, Фи, - серьезно произнес Лёня.
Говорить или нет, что Дельсоль меня на экскурсию в Зоринов храм приглашает? Пожалуй, пока не стоит. Отговорят ведь. А я дам себя отговорить. А потом буду махать им ручкой в портал, провожая на Землю и, поглаживая свой беременный животик, передавать письма родителям. Хотя, с письмами лучше не стоит, подумают, что я свихнулась. Отец – доктор, ярый атеист и категорически отвергает любые проявления непонятного. Все непонятное объясняет бактериями или грибами. А что, тут тоже можно его оправдать. Очень многие психические заболевания, которые прежде считались неизлечимыми и относились к разряду «неведомая фигня» оказались с микологическими корнями. Курс антигрибковых препаратов – и пациент здоров. А уж сколько интересных эффектов дает candida - обычная, казалось бы, молочница!
Так, о чем это я?
- Мне тоже не нравится. Но факт остается фактом. Мы здесь.
- А кто-нибудь спрашивал – зачем? – насторожилась Рая, отодвигая от себя тарелку. Мне как-то мигом есть перехотелось и Лёньке тоже. – Я вот лично свои способности не переоцениваю, заслуг научных не имею, как и мы все. Тем не менее, Фи, с фиговеньким откровенно даром, вдруг неожиданно видит нечто важное и нас швыряют в Вёрджил. Прости, подруга, без обид.
Да какие обиды? Все правильно. Дар именно фиговенький, а тут действительно – получите-распишитесь…
- Три землянина, два из которых со слабыми магическими способностями, а одна – с нераскрытым сильнейшим потенциалом, - тихо резюмировал Кудрявый и, склонившись ниже, огорошил нас всех: - Тут как бы вопрос сам собой напрашивается. А твоя мама часом… Ну… Как бы это помягче сказать.
- Лёня! – возмутилась я.
- А что сразу Лёня? Вдруг этот Зорин на землю ходил и получилась в результате этого похода ты. Такая вся таинственная и непонятная!
- По-твоему, сколько лет моей маме и сколько лет мне? К тому же, единственный, с кем она может изменить моему отцу – это компьютер. Ну, или клиент. Отыметь мозг покупателя она может профессионально. Да так, что они получат самый настоящий покупательский оргазм, утаскивая домой нафиг ненужную соковыжималку или еще что-нибудь столь же бесполезное.
- Но ведь Лёня прав. Откуда в твоей крови такая сильная магия? Если у вас в роду не было никого одаренного, быть может, тебя удочерили?
- Так, я сейчас на кого-то очень сильно обижусь. На кого-то, кто не из Вёрджила!
- А ты подумай не как женщина, а как ученый, - предложил Лёня, и все встало на свои места.
Природу дара на Земле пока установить не удалось. У одаренного не обязательно родится одаренный ребенок. Наиболее распространенным является дар предвидения, чуть реже – телепатия, еще реже – как у Кудрявого, способность слышать и видеть духов и разных сущностей, которых не видит и не слышит больше никто. Теория с удочерением кажется мне маловероятной, к тому же, родственное сходство, что говорится, на лицо. У меня мамин вздернутый подбородок и папины миндалевидные глаза. Всегда считала его эльфом, но из него такой же эльф, как из меня сайнар. Он самый не эльфийский эльф, особенно когда начинает материться как сапожник и курить как паровоз. После сложных операций всегда так пар выпускает. Изо рта. Во всех смыслах.
Но факт остается фактом – такая сила в моей крови не может взяться из ниоткуда. В ошибку природы я не верю, в необъяснимый феномен – тоже. Выходит, в моей родословной все же кто-то потоптался и этот кто-то вполне возможно божество. Из Вёрджила? Почему бы и да? Ведь именно сюда меня затянуло. А Дельноче и Дельсоль? Они ведь щебетали что-то о том, что Хавам гудит и ставки делает, кто мой отец. Нет, в отце я как раз не сомневаюсь, но вот прадед или прапрадед… Мы, Фавины, своей родословной особо никогда не занимались. Я знаю прабабушку с прадедушкой, а вот дальше – увы. Может там чечены какие скакали на конях, может монголы эпикантусами моргали, может боги верджилийские писюнами размахивали. Как теперь узнать?
- Вот! – тактично дождавшись, пока я закончу последнюю мысль, кивнула Рая и наткнулась на мой недовольный взгляд. – Ну, прости, ты так громко думаешь, я не могу заткнуть мозг!
А ведь кто-то обещал меня научить захлопывать калитку. Кто-то, кто сейчас на краю полянки по красному переговорному кристаллу разговаривал, да тьму в разные стороны пускал, так, что она едва до нас свои щупальца не дотягивала.
- Все же мне кажется, есть в твоей родословной боги. Ну, допустим, зачем-то ты в Вёрджиле нужна. Но мы-то на кой?
- Я вас не держу, - насупилась, отхлебывая из железной кружки ароматный чай на травах. Лори Радгал оказался прав – бодрит не хуже двойного эспрессо.
- Не о том речь, Фи. Мы команда и с тобой до конца. Но создается впечатление, что нас прихватили как бы между прочим. Для отвода глаз.
- Разве не Вадимыч сказал, что вы со мной работаете над болезнью?
- Вадимыч, конечно, сказал, - улыбнулась Рая. – Но ты же знаешь душечку магала. Ему какая разница, с кем ты работаешь? Одну бы тебя взял. Но зачем-то и нас прихватил.
И мы так синхронно на Ноэля посмотрели недобрым взглядом. Настолько недобрым, что он почувствовал и в нашу сторону глянул. Мы мгновенно отвернули головы и уставились кто куда. Нет. Как-то не верится, чтобы Ноэль был замешан в чем-то плохом.
- Ребят, так ведь не он нас в Вёрджил позвал. А брат его. Рихтер. Насколько я поняла, каракули, что я выводила – это что-то вроде заклинания призыва.
- А, понял, - усмехнулся Кудрявый. – Это как призвать демона из другого мира? Только заклинание называется «призыв землянки и ее команды».
- Да ну тебя, я же серьезно! Я ведь еще тем демоном стать могу, когда разозлюсь! – друг поднял руки в примирительном жесте и склонил голову. – Если Ноэлю он сказал, что я нужна для исцеления заразы – логично, что взяли вас. Мы же команда, над лекарством работаем вместе. Другое дело, насколько вероятно такое совпадение, что я при этом настолько сильна, однако сила моя дремлет глубоко и бессовестно, но показывает видения касательно исключительно Вёрджила? И будоражит местный Хавам вопросом – кто мой папа. В смысле, кто силой меня наделил.
Мы глубоко призадумались, но магал испортил веселье, объявив сборы. Меня снова не подпустили к сумкам и даже грязной посуде, словно я переломлюсь, если ополосну свою кружку из бутылки. Но на нет и суда нет. Я скромно дожидалась остальных, в одиночестве восседая на довольном сайнаре. Наевшись шайтаном, которым я его угостила, неблагодарная животинка попукивал так, что задохнуться хотелось. Надо бы предупредить ребят, чтобы под нами не летели, а то мало ли… Несварение желудка или еще что. Я ведь как-то не подумала, что сайнары, возможно, шайтанов не кушают. Сказать Ноэлю или не сказать?
Заметив налитые тьмой глаза решила, что пусть лучше магал сам разбирается. Сделаю вид, что я не причастна. К тому же, я ему в клюв жареного шайтана силой не засовывала. Можно сказать, что просто рядом прогуливалась, а он его с доски смахнул…
Но то ли магия такая, то ли совесть проснулась, но когда Ноэль мимо прошел, я как на духу выпалила:
- Я сайнара шайтанчиком покормила и теперь ему, кажется, нехорошо. Сайнару, разумеется. Шайтана, думаю, мы тоже скоро увидим. Ну, то, что от него осталось.
На меня посмотрели очень и очень недобро. Затем засуетился лори Радгал, достал из-за пояса одно из своих зелий, передал магалу, который и засунул это дело в сайнаров клюв. После, когда мы уже поднялись, в воздух и его магальшество соизволило успокоиться, мне тихонечко так сказали:
- Как я уже говорил, сайнары питаются магией.
- Ну ты забыл об этом своему Гордону рассказать. Он склевал мясо за милую плотоядную душу.
- Эту самую милую душу он едва не отправил в Хавам. Не надо, алави. Я люблю Гордона.
Ну хоть кого-то он любит!
Впрочем, совестно стало. Так совестно, что я даже погладила наше летающее средство передвижения по бархатистому боку. Чуть не угробила бедняжечку. То-то мне его отрыжка сразу не понравилась.
- По поводу того, что случилось в лесу…
- Забыли. Не будем вспоминать, - я крепче сжала Ноэля в объятиях и прижалась щекой к его теплой спине. Надо же, додумался сменных рубашек взять. Не так уж и безнадежен, горюшко мое многострадальное!
- Будем. Я постараюсь освободить тебя от этой обременительной связи и найти другие способы защиты. Совсем скоро.
Как-то не понравилось мне подобное заявление. Освободить. Да еще и только меня. Да еще и скоро. Да и от, блин, обременительной видите ли связи! Это он что, бабу какую-то притащить собирается и заняться с ней освобождением меня? А я вот хочу освобождаться? Нет, хочу конечно, но… Но? Софья, ты что, серьезно? В тебе сейчас говорит исключительно магическая привязка. Ты женщина здравая и рассудительная, магал все делает правильно и руководствуется исключительно твоими интересами.
На мои дальнейшие вопросы никто уже не отвечал. Оставалось только скучающе болтать ногами, стараться не распускать руки и вздыхать, наблюдая, как лениво ползет к горизонту рыжий диск солнца, так похожий на волосы Дельсоль. Мне показалось на миг, что в очертаниях дрожащего зарева мелькнула хитрая улыбка богини. Странная она какая-то. Не от мира сего. И богиня, и улыбка ее. И вспоминаются мне цыганские мотивы, блестящие золотые зубы и как меня, напевая «ай-на-нэ» чуть не уволокли в табор. Или на органы продать, или попрошайкой сделать. Было мне тогда лет пять, наверное. Но ту цыганку с золотым зубом как сейчас помню. Может, не стоит мне идти в этот храм? Может, правы ребята в своих опасениях?
И только я уже решила, что не пойду, как случилось нечто, мою решимость поколебавшее. Мы начали опускаться, когда небосвод стремительно темнел. Лиловые краски сменились грифельно-угольными с блестками звезд, которые, впрочем, размазывались серебристыми нитями от стремительного снижения. Мы так неслись к земле, словно на собеседование опаздывали. Как оказалось позднее – кое-кому действительно не терпелось скорее приземлиться, потому и неслись.
Меня, как и прежде, сгребли в охапку, горшечным растением посадили в сторонке, чтоб не мешала, а сам его совсем не светлая светлость двинулся к какой-то бабе. На острове, где нам полагалось обустроиться на ночь, нас уже ждали. С десяток белоснежных пушистых тигров со свисающими до земли клыками, мужики с луками наперевес, похожие на эльфов, которые, вроде как, вымерли, да та самая баба, к которой мой ненаглядный и поспешил. Найти бы в ней хоть один изъян, да не получалось. Такой только купальники от Victoria Secret рекламировать: высокая, фигуристая, где надо выпуклая, где не надо – впуклая и подтянутая, на лицо мила, на поступь легка. Белые, словно снег, волосы девственными сугробами покоились на спине, прикрывали ягодицы и опускались почти до земли, а взгляд прозрачно-голубых глаз буквально пожирал Ноэля, склонившегося к ее губам. Эй! Это, блин, что за нафиг? Губы от него убрала! И ручонки! Ручонкам на магальской заднице не место! Ах ты ж собака женского пола!
- Иолдейна повелительница альдов. Не к добру это, - хмуро заметил лори Радгал, бросая сумку на землю рядом со мной.