10
Тщательно, сантиметр за сантиметром исследовала мое тело, касаясь черными мягкими щупальцами везде и не ведая стеснения, обдавала прохладой. Я совсем не дышала, даже через раз, когда тьма коснулась лица, губ. Решив, что там ничего интересного, туман замер, а затем угольной рекой безошибочно потек под подушку и выудил оттуда солнечный камень.
Хотела треснуть по наглой туманной ручонке, но получилось по покрывалу. Тьма вернулась к хозяину, и я кинулась догонять вора.
- Эй! Отдай! Это мой камушек!
Но Ноэль впитал черные щупальца и крепко сжал в ладони искрящийся янтарь. Я подпрыгивала, опираясь одной рукой на плечо магала, в попытках вернуть дар жрицы дня, но какой там? С таким ростом, как у Ноэля мне ни в какой параллельной вселенной не светило отобрать пропажу.
- Дельсоль! – громыхнул голос, а потеплевший янтарь стремительно разогрел воздух, источая солнечное сияние.
- Да ладно тебе орать, братец! – раздалось из-за спины.
Красавица крутанула своей волшебной палкой, и солнечный комочек выскользнул из руки Ноэля, растворившись в сияющей ауре своей хозяйки. Вслед за этим аура потухла. Вот так вот накрылся фарфоровым унитазом мой подарок и путь на Землю! Магал рывком прижал меня к себе и выдал:
- Алави моя. И останется со мной.
- А с ней ты на эту тему поговорить не хочешь?
- Всему свое время!
- Сейчас, например? – робко вставила, переводя взгляд то на полубогиню, то на полубога. Ну как взгляд? На него через плечо покосилась.
- Нет!
- Да!
- Эй, вообще-то, я тоже здесь, если кто не заметил!
К прижиманию меня к себе присоединилась вторая рука, что, должно быть, означало – заметили.
- Не трогай алави, Дельсоль. Не посмотрю, что ты дочь Ихвит, развоплощу!
- Силенок не хватит, - отмахнулась мадам. – Тем более теперь, когда я знаю, ну, догадываюсь, кто она, эта твоя землянка! За такую информацию я себе в Хаваме дополнительные силы выторгую! Глядишь, и в первый пантеон выбьюсь, а ты – так и останешься сыном человека.
- Чему крайне рад.
Полубогиня фыркнула и, к моему удивлению, растворилась. И что дальше? Никаких тебе запасных камушков? Никаких намеков, как найти этот самый храм Зорина, как войти туда? А что, если там ловушки какие-то? Может, она вернется еще?
Решив, что столь настырная и ответственная мадам слов на солнечные лучи бросать не станет – успокоилась. Не все время же мы с Ноэлем вместе. Найдем способ встретиться с богиней и сбежать. А перед этим я все же должна найти лекарство. Точнее, мы должны проверить догадку по поводу гибридного проклятья.
- Ты тиран! – возмутилась я, почувствовав, что хватка магала ослабла. – Ничем не отличаешься от Толика!
Прикрыла рот ладошкой. Как-то так само вырвалось. Боли и щемящей в груди тоски уже не было, страха тоже, лишь бесконечное призрение к бывшему. Вот только приплетать его при любом удобном случае я как-то не планировала. Оно само вырвалось.
- Отличаюсь тем, что никогда не сделаю тебе больно, алави, - негромко и даже мягко произнес его страшайшество.
А ведь и правда. Пугал он меня изрядно, страшал, зажимал по углам, в воздух поднимал, к стенке пришпиливал. Боязно, необычно, неудобно порой, но больно – никогда!
- Дельсоль, как и Дельноче – не лучшая компания для тебя. Они коварны, мстительны и все делают исключительно для собственной выгоды.
- До этого ты говорил, что они безобидны.
- До этого Дельсоль не дарила тебе солнечных камней. Не принимай ее покровительство. Не верь ее словам. И у сестры ничего не бери. Ночные камни существенно опасней. Вообще не верь богам, которых ты ни видеть, ни слышать не должна.
- Значит, я смогу вернуться на Землю, когда мы найдем лекарство?
- Нет, - сказал так просто, словно, ну не знаю, о завтраке говорил.
- Нет?
- Простите, ваша светлость, могу я войти?
В гостиной, за спиной магала снова замаячила, видимо, тридцать пятая, которая при появлении Ноэля с плеткой куда-то благоразумно спряталась. Я бы тоже спряталась, так ведь по мою душу пришел. Залезь я под кровать и оттуда бы достал. С позором!
- Входи.
- Мы еще не договорили!
- Договорим. Во время привала. Я не могу оставить дворец надолго, поэтому одевайся и выезжаем. Надеюсь, вся эта затея с лекарством не займет много времени.
- Затея с лекарством? Вы хоть понимаете, магал, насколько все серьезно? – подчеркнуто вежливо произнесла я, косясь на тори. Не хотелось снова плетку лицезреть. Ноэль, как оказалось, мужчина с весьма тонкой душевной организацией, чуть что – сразу туман в глаза и все такое.
- Я тебе полностью доверяю.
Вот так новости! Перегрелся, что ли, от палки Дельсолевой?
Тридцать пятая расстилала на постели разнообразные шифоновые тряпки с кучей блестящих побрякушек. Не знаю, как у них тут с комфортом во время путешествий, но что-то мне подсказывало, раз поговорим во время «привала», не отдыха в комфортабельной гостинице, а именно привала, то ночевать или приваливаться мы будем на лужку. И в какую, простите, травку я сяду попой, затянутой в шифон? Да дело даже не в этом. Стоит полагать, поедем мы не на машинке с климат-контролем, а, дай бог, на лошадях. Это еще хорошо, если в какой-нибудь карете, а то ведь и верхом вообще задницу мозолить…
- Эм, ваше стра… ваша светлость, - ехидно улыбнулась. Судя по всему, они тут это обращение специально для нас, землян, распространили. Ноэль такая же светлость, как я – лучезарность. – Я не могу в этом. Я не поеду в этом. Мне бы джинсы и рубашку. Брюки, на худой конец.
- Если позволите, владыка… Ваша светлость, - исправилась тори. Очевидно, обращение не ахти какое привычное. - У лори Твирдейна как раз размер алави Софьи. Я могу принести его одежду.
- Что за лори Твирдейн? – я вмиг заинтересовалась.
- Помощник кухарки.
- Если подойдет – я не против!
- Зато я против. Ты не станешь носить вещи другого мужчины.
Ну, класс! Нашелся еще один властный мужик на мою голову.
- Но в шифоновой мутотени я точно не поеду! Лучше тогда вообще голышом! – глаза магала опасно сузились, а ноздри дрогнули, намекая, что кто-то – не буду показывать пальцем – капец как зол. Решила несколько сменить тему, так сказать, надавить аргументами: - И вообще, была я в походах. Комары, клещи, ветки сухие, репейник, одна крапива чего стоит! Нет. Джинсы и рубашка. Или телепортом швыряй.
- Перемещаться между островами телепортом сейчас нельзя. Только на Сайнарах. А до места – на альдах, - говорил Ноэль опасно тихо. Переспрашивала я, видимо, уже рискуя шеей.
- Каких еще таких альдах?
- Увидишь.
Вот всегда нравился такой ответ! Молодец. Ничего не скажешь. Интуиция подсказывала, что это местные кони. Как бы то ни было, но в шифоновых тряпках путешествовать – это не дело.
- Хорошо. Так и быть, с тебя рубашка, а брюки с этого лори, как его там.
- Нет.
- Ноэль! Ну, нельзя же так! Сомневаюсь, что местные женщины носят джинсы или что-то на них похожее.
- Будут тебе джинсы.
И принялся расстегивать рубашку. Прямо в присутствии смутившейся тридцать пятой. Тори немедленно отвернулась, а я и не подумала. С чего бы это? Бесплатный стриптиз! Рая давно говорила, что мне пора раскрепощаться, ну так, можно сказать, я начала следовать ее совету. Только ехидно улыбнулась и брови приподняла. Впрочем, быстро смекнула, для чего этот сеанс раздевания. Явно магал не надеялся получить пару баксов в трусики.
- Завтрак принесут в покои. Джинсы тоже. Собирайся.
Всучил мне рубашку и вышел, поигрывая мышцами на спине. А ведь прежде там золотой татуировки не было! Заразная она что ли?
Хоть бы двери, не знаю, на место поставил! А то ведь я шею сверну, выглядывая ему вслед! В смысле, я имела в виду, что переодеваться собираюсь. Или мне тоже ходить голым торсом сверкать?
Выглянула в гостиную и, убедившись, что его страшайшество скрылось в своих апартаментах, быстренько стянула пеньюар и надела на себя рубашку Ноэля, еще сохранившую его тепло и приятный аромат хвои и свежести. Надевать рубашки Толика меня как-то не тянуло. С его гипергидрозом стиральная машинка сама едва в обмороки не падала… А тут другое дело. Мягкая ткань приятно обнимала меня, прикрывая мои ягодицы чуть ниже, чем пеньюар до этого. Закатала рукава, покрутилась перед зеркалом. Кажется, я потихоньку начинаю понимать прикол с мужскими рубашками. Чувство у меня в этот момент было такое, словно я жирный котяра, который украл с хозяйского стола огромный кругляш колбасы, а его за это еще и по головке погладили. Очень хотелось замурлыкать, в общем.
Тридцать пятая принесла завтрак: молоко, каша странного черно-зеленого цвета, чуть кисловатая, но мне понравилась и блюдце с какими-то ягодами. Очень напоминали крыжовник, только почему-то иссиня-черный, словно черника. В общем, памятуя, что поесть теперь удастся не скоро, я подчистила тарелки. А что, бывала я в походах. С той же Райкой и бывала. Антисанитария, пластиковые тарелки, приборы Лёнька вообще забыл, а потом шутил еще, что мы, как настоящие буржуи, руки и посуду не абы чем моем, а Ессентуками… Но то был поход на берег Камы – полчаса общественным транспортом и пятнадцать минут пешком. А тут неизвестно, сколько шататься придется. И что-то мне подсказывало, каша из одного ведра на всех – большее, на что можно надеяться. Что-то оказалось право. Во всем.
Впрочем, джинсы мне все же принесли. Райкины. Но сняли их с кого-то другого, иначе Рая принесла бы сама, а так нет. Тридцать пятая и приволокла, да с таким триумфальным видом, словно лично ныряла в портал и на Землю моталась. Поскольку я никак не смогла найти организатора наших сборов, то в сопровождении тори отправилась на кухню. Кухня всегда является магнитом для неприкаянных землян. Особенно пермяков. Особенно студентов. Вот и Рая с Лёней паслись там. Именно паслись, потому что стояли с пустым видом и жевали траву. Траву, Карл!
- Э-э, - протянула, не зная, что и сказать. – Му?
- Чего?
Лёнька смекнул первым:
- Беглис.
- Чего? – на этот раз реплика принадлежала мне, а не Рае.
- Вкус жареной картошечки с грибами, калорийность запеченной баранины, а весит – не больше тетради.
- Дегустируем, - подтвердила Рая, когда из-за угла показалась баба коза с охапкой сена. То есть беглиса.
- О, Софьюшка. Проходи, проходи. Завтракать будешь?
- Да я как бы уже… - бросая недоверчивые взгляды в сторону ребят, жующих, ну как пить дать обыкновенный пырей, меня так и подмывало перейти на коровий язык. – Я спросить хотела, а кто сборами занимается?
- Так ведь оно как… Каждый сам за себя. Но я для вас и магала сумочку собрала.
Перевела взгляд на сумочку и захотелось плакать.
- А сколько до этого острова отверженных добираться?
- Дня за два, думаю, управитесь, - задумалась повариха, отряхивая руки и фартук от зелени. – Да ты не переживай! Магал великолепный охотник. Как и крысоносы. Они хоть и похожи на крыс, но злубу или шайтана поймают в два счета.
Ребята заблеяли. То есть захихикали, но с набитым ртом звук явно получился овечий.
- У вас тут и злобные духи водятся? – я передернула плечами, представляя себе сомнительное удовольствие: черта жареного на углях с яблоком в заднице или лимоном во рту.
- Злобные духи? – бабакоза налила стакан молока и протянула мне.
- Ну, шайтан окаянный…
- Все время забываю, что вы не из Вёрджила. Зверек такой. Вкусный очень. Похож на, - она задумалась, подбирая ассоциации. – На кошку.
Я сглотнула.
- Давайте лучше собираться.
Рая с отвращением отложила траву, даже Лёне стало не по себе. Мы ж не китайцы, и не вьетнамцы.
- Я что-то не так сказала? – спросила женщина, подвинув ко мне корзинку, в которую я тут же заглянула.
- Понимаете, у нас кошки – домашние любимицы. Мы их не едим, мы им имя даем, спим с ними, гладим, любим, целуем. Они снимают стресс и дарят мур-муряшечки. Кошек есть, ну… неправильно как-то. Это как съесть свою младшую сестру или брата.
- Верно Зорин в ваш мир ходил. Удивительная эта ваша Земля. Удивительная, - мечтательно повторила она. – Вы смотрите, девочки, кухня в вашем распоряжении. Если что нужно – складывайте. А я поскачу в огород, там дел невпроворот. Капуста никак вянуть не хочет, уж не знаю, что с ней и делать…
Радоваться, например? Это ж хорошо, когда не вянет. Странный какой-то мир. Странный и неправильный. Все тут у них не по-человечески.
Открыв корзинку, обнаружила кругляш колбасы, ворох травы, три мешочка с какими-то зернами, верно кашами, две буханки хлеба и бутылку молока.
- Мда, - глубокомысленно изрекли мы с ребятами и принялись за настоящие сборы.
Люблю я читать фэнтези, но меня всегда поражало, как герои, измученные долгим путешествием, умудряются найти в себе сил, чтобы разбив лагерь, бегать по лесам в поисках кого сытного. Ладно, пристрелить полдела, так ведь еще встретить надо! Сколько по земным лесам ни шаталась – ни разу никого не встречала. А тут, конечно же, шайтаны сами из кустов повыскакивают и на вертел запрыгнут. Хорошо, допустим, выскочил он рогатый и красноглазый, так ведь сам себя не разделает и не пожарит! Это час на разделать, полтора на пожарить. Два с половиной часа… шутка ли? С голода умереть можно за это время! Нет. Вёрджилу определенно не хватало сосисок, консервы и старой доброй тушенки. Ясное дело, что ничего подобного мы не обнаружили. Зато взяли побольше воды, бог его знает, как земной, так и иноземный, есть ли у них ключи в лесах. А, если эти ключи загажены так же, как и наши, то в них я даже руки помыть не рискну. Дифтерия, тиф, столбняк, холера… Как доктор я еще с десятка три могу назвать заразы, которая там может обитать. В общем, с водой – это Лёнькина похвальная инициатива, он выводы из прошлого раза сделал. Взяли салфетки и даже приборы. Кроме того, ту же крупу где-то варить надо. В итоге набралось шесть внушительных корзинок и одна сумка. Чай не одного человека кормить! Точно! Чай надо взять…
- Вот вы где! – воскликнул незнакомый мужик. – Мы уже вас заждались. Идемте.
И вдруг понимаю, что мы упустили кое-что важное. Самое важное!
- А ночи у вас холодные? А комары, а дожди?
В итоге, сумок увеличилось еще на шесть штук. Никто не подумал ни о палатках, ни об одеялах. Никто, кроме нас. В итоге на поляну отправления мы выходили порядком нагруженные. Я едва тащила два тюфяка, Лёнька нагрузил на себя с пяток, парочку тащила Рая, остальное – незнакомый мужик, который за нами пришел.
Вот ты какая – улица!
С неба светило вполне привычное земное солнце, вот только само небо не лазурного, а лилово-серебристого оттенка. Кожу ласкал приятный мягкий ветерок. Единственное, что насторожило – вялая трава. То есть деревья, странноватые, желто-фиолетовые, синие и красные, тянулись к солнцу и цвели, на некоторых даже непонятные плоды имелись, а трава, зеленая, кстати, вся повяла. Мы с ребятами синхронно опустили головы и хмыкнули.
- Что у вас с травой? Радиация, что ли? Чего вялая такая?
- Так дождь прошел, - как само собой разумеющееся, пояснил незнакомый мужик, который даже не соизволил представиться. Но не до этого стало, когда поляну сотряс возмущенный вопль магала.
- Стоять!
Как были, так и встали все. Даже сайнары. Красивые, кстати, огромные, крылатые, с мощным львиным телом и гигантской орлиной мордой. Магал преодолел расстояние до нас в считанные секунды.
- Чего не так?
- Сумки.
- Ну… да, - спасибо, капитан очевидность. Что-то еще?
- Ты женщина, алави. Для того чтобы носить тяжести, есть мужчины.
Нет, ну я понимаю, он бы взял у меня сумки, а я бы такая мечтательно вздохнула и глядела вслед удаляющейся мощной фигуре и вздыхала. Ага. Он поднял на руки меня, вместе с сумками, и к сайнарам поволок.
- А я как же? – возмутилась Рая. – Я тоже женщина. Меня кто на ручки возьмет?
К счастью, мелькнули тени, видимо те самые гадхары, и выхватили из ее рук сумки. На ручки, конечно, не взяли, но тоже помощь.
- Я привыкла тяжести носить, не стоило, - заявила, обнимая сумки и удобно устроившись в сильных руках, как в автокресле.
- Дурная привычка. Отвыкай.
А ведь от такого отношения и замурлыкать недолго…
Вот только, чем ближе мы подходили к сайнарам, тем больше я понимала, что не хочу на них лететь. Не могу я. И вообще, у меня, кажется, аэрофобия начинается. Когда меня мягко опустили на землю, а сумки передали тому самому незнакомому мужику, который, видимо, выполняет роль потаскуна, потому что грузил на одного из самых мощных сайнаров все наши пожитки, Ноэль произнес.
- Это Гордон.
Мое лицо сейчас очень напоминало начинающийся приступ инсульта… А уж когда Гордон изволил чихнуть, я и вовсе завизжала, попятилась, запнулась за корягу и не свалилась только потому, что Ноэль удержал. Прижалась к нему, не в силах посмотреть на огромного монстра. Нет, ну шутка ли! Размером с одноэтажный дом, глаза, что колеса двадцать пятого радиуса, а зубам любой мегалодон позавидует. И вот на это, с позволения сказать, средство передвижения я должна взобраться? Да оно ж меня проглотит!
- Такая взрослая девочка, а испугалась маленькой птички.
- Эта маленькая птичка меня сожрет за десять секунд!
- Семь, - поправила Рая, тоже отступив на шаг назад.
- Полторы. – Со знанием дела выдал Лёнька, подходя ближе к своему сайнару и осторожно протягивая руку. Огромное животное опустило голову, понюхало протянутую конечность друга и, сочтя ее не интересной, отвернулось. – И сапоги выплюнуть успеет, - добавил он.
Обожаю его обнадеживающий оптимизм.
- Сайнары питаются магией, алави.
- А они об этом знают?
- А ты даже миленькая, когда боишься, - неожиданно мягко произнес Ноэль, бережно погладив меня по щеке. И я поплыла, и мир поплыл… И хорошо так стало – не передать.
- Ты тоже, когда не пытаешься меня напугать. В смысле, - осознала, что сказала и попыталась быстренько заговорить зубы, но магал бессовестно накрыл мой рот ладонью.
- На этом и остановимся.
А потом меня подхватили на руки и донесли до птички. Но ведь я и сама дойти могла! Или не могла?
Это хорошо, что он меня на руки взял, иначе бы я наотрез отказалась от такого издевательства. Сайнар, конечно, послушно опустился перед нами на траву и склонил голову, позволив пройти по ней, словно по ступенькам и удобно устроиться в устройствах, отдаленно напоминавших седла. Удобно-то оно удобно, вот только никаких тебе ремней безопасности, парашютов или еще чего. Определенно, у меня аэрофобия. Никогда так остро не хочется жить, как перед лицом неминуемой смерти!
- Ноэль, - осторожно позвала елейным голоском. – Ноэлюшка, а тут… тут страховка-то хоть какая-то есть?
Рая, устроившись на своем сайнаре, вовсю обнимала второго неизвестного мне мужика и наотрез отказывалась от него отлепиться. Похоже, страховкой выступает впередисидящий…
Лёня, ясное дело, с мужиками не обнимался и страха не показывал. Я же глянула на нечто, напоминающее поручни, справа и слева от седла, но понимала, что это как еноту хомут. Можно, но нафига?
- Я твоя страховка.
Немедленно вцепилась в магала, обвив руками за крепкий торс и сцепив ладони замочком на его животе, решив, что это было предложение.
- Я не это имел в виду, но, если тебе так спокойней…
А потом сайнар изволил встать и я… ну, пусть будет завизжала. И пусть будет, что Рая тоже это сделала. Бледные, как привидения, мы вцепились в своих мужчин, как в последнюю надежду. Не знаю, какой мир я должна спасти, но, похоже, загробный. Если мы и долетим до места назначения живыми, то вряд ли здоровыми. И уж точно вряд ли я буду способна кого-нибудь спасать.
- Расслабься. Тебе понравится. Просто доверься ему.
- Довериться ему? Он же, блин, птица! – вместо того, чтобы расслабиться, я сильнее сжала Ноэля.
- Тогда доверься мне.
- В моем мире говорят: доверяй, но проверяй.
- Тогда сейчас и проверим.
На миг прижавшись к земле, сайнар резко оттолкнулся и рванул вверх, мощно вспорол крыльями воздух и понес нас к небесам. Я забыла как дышать и, зажмурив глаза, стиснула Ноэля так, что у него едва ребра не затрещали. Но он и слова не сказал. Даже умудрился накрыть мои ладони своими и погладить, успокаивая, поддерживая. Вот только как-то не успокаивалось, учитывая, что он теперь поводья не удерживал. Да он, блин, вообще не держался! А я ведь за него держусь!
- Открой глаза, - голос его звучал тихо, но слышен был отчетливо, несмотря на завывание ветра и мощные взмахи крыльев. – Смелей, трусишка.
- Я не трусиш… ка, - закончила едва слышно, потому что открыла глаза и замерла от удивительной картины.
Я понимала, что Вёрджил уникальная планета, но чтобы настолько!
Замок, где мы остановились, удивительно красивый, кстати, чем-то напоминающий немецкий Нойшванштайн, остался далеко позади, на огромном острове, окруженном плотными клочьями лилово-сизого тумана. Под нами не было ничего, кроме этого самого тумана. Это как лететь на самолете над облаками. Вот только иногда облака расступаются, и ты видишь землю-матушку. А тут, когда рассыпалась туманная дымка, я видела лишь нечто огромное, черное, далеко-далеко внизу, которое вспыхивало красными вспышками, выплевывая наружу черные щупальца. Редко мы пролетали мимо других островов, плавающих в таком же липком, словно сладкая вата, тумане.
Конечно, это было страшно, но здесь, сейчас, когда сайнар летел так легко и уверенно, лишь изредка взмахивая мощными крыльями, а Ноэль сидел расслабленный и спокойный, я больше испытывала восторг, нежели ужас. Глянула вниз и снова увидела черное щупальце. Нет, пожалуй, ужас никуда не делся! Но красиво-то как!
- Нравится?
Ноэль повернул голову, и его волосы защекотали мое лицо. Чихнула, фыркнула, пошатнулась и крепче схватилась за своего мужчину. В смысле, не своего мужчину, а… Пусть будет своего. Такого мужика грех не присвоить!
- Не то слово!
- Смотри.
Он показал куда-то впереди и справа, но из-за плотного тумана ничего не было видно.
- Сейчас. Дельсоль, не вредничай! – крикнул магал, и я открыла рот.
Там, где он показал, клочья тумана расступились, а шелковые солнечные лучи, заигрывая с дрожащими в воздухе каплями, сотворили какую-то невероятную магию. Пожалуй, впереди был остров из островков. Мелкие обрывки земли с зелено-желтыми или фиолетово-красными шапками блестели голубыми стекляшками не то лужиц, не то маленьких прудов. Из одного в другой под разными углами и на разных уровнях, причудливо изламываясь и даже где-то вверх тормашками, мерцали радуги. Но не такие, как на земле, более широкие и яркие, из одиннадцати цветов. И вокруг этого божественного безобразия – в том, что здесь боги начудили, я даже не сомневалась – серебрились лилово-золотистые облака, мерцающие мелкими блестками.
У меня дух захватило, а потом сайнар резко взял вниз, но на этот раз я не визжала, а смеялась. Восторг покрывал кожу мурашками, а объятия из необходимости стали жестом благодарности. А говорил, что не романтик! Еще какой романтик. Как Вёрджил, так и Ноэль стали открываться для меня с удивительных сторон.
Мы ворвались прямо в лилово-золотое облако, которое оказалось влажным и пахло сладкими цветами. А искрилось оно не только от росы. От одного цветущего островка к другому порхало множество бабочек с прозрачно-серебристыми крылышками. Вот они-то и блестели, создавая ощущение сверкающих облаков.
Сайнар взмахнул крылом, вспугнул бабочек, рассыпавшихся в стороны столпом разноцветных искорок, и задел несколько радуг, по которым прошлась рябь, и они, словно ягодное желе, бултыхнулись, медленно возвращая прежнюю форму. Сделав круг над этим удивительным местом, сайнар набрал высоту и вернулся к остальной стае. Хотя, я бы, пожалуй, назвала ее косяком. Летели мы клином – наш сайнар спереди, а остальные – буквой V за нами. В глазах Райки читался такой же восторг и даже немножечко зависть. Уверена, она тоже хотела бы окунуться в лиловое облако, от которого на моей коже до сих пор поблескивали золотистые капельки, источая умопомрачительный аромат. Наверное, ум и правда помрачился, потому что мне показалось, словно Ноэль произнес:
- Мы побываем здесь позднее. Если захочешь.
Насколько позднее? Если мне не грозит на Землю вернуться, видимо, у меня есть все время этого мира. Впрочем, портить настроение и момент разборками не хотелось. Этот разговор вполне потерпит. Сейчас мне просто было хорошо, и я намеревалась наслаждаться этим чувством. Когда в последний раз я чувствовала такую легкость и безмятежность? Когда позволяла себе просто быть… Какой? Счастливой? Только когда не стало…
- Не думай о нем, - резко отрезал магал, повернув голову, так, что я могла наслаждаться его прекрасным профилем и чернотой, разлившейся в глазах.
Мне и не хотелось о нем думать. Прижалась щекой к широкой спине и смотрела по сторонам, понимая, что от дикого страха перед полетом не осталось и напоминания. Напротив, по телу разливалась какая-то странная, томительная дрожь, а близость Ноэля стала невыносимой. В том смысле, что мне казалось – мы слишком далеко. Хотелось развернуть его, погладить по лицу, поцеловать… Сама не поняла, как случилось, что мои пальчики ловко расстегнули пуговичку на его рубашке и коснулись горячей кожи живота. Золотой рисунок словно горел огнем. Я чувствовала, что и мой живот полыхал ровно по контуру знаков.
Мало. Как же было мало этого касания! И душно стало невыносимо, хоть ветер и свистел в ушах, пытаясь сбить нас с насиженных мест.
- Алави, - Ноэль накрыл мою ладонь, ту, что бесчинствовала под тканью его рубашки, своей и замер.
- Если ты скажешь сейчас, что это нормально, я тебя скину, - сама понимала, что нифига не нормально руки распускать, более того – я же не такая, но поделать с собой ничего не могла. Или могла, но не хотела? Ох, как же счастлива будет Райка узнать, что оказалась права! Кажется, у меня начинается бешенство матки. Попробовала высвободить свою руку, да только кто мне дал!
- Я хотел сказать, что тоже это чувствую…
Уж лучше бы сказал, что это нормально!
- Магия алавиата. Шадиса обещала, что заверит алавиат лишь визуально. Чтобы никто не смел покушаться на твою честь, но оказалось, что ты равна мне по силе и…
- Боги решили пошутить?
- Куда больше... Временами будет происходить то, что происходит сейчас. И это продлится до тех пор, пока ты не зачнешь ребенка.
- Охренеть! – я резко убрала руки от Ноэля и отстранилась, но тут же потеряла равновесие и рухнула бы вниз дрожащим осенним листочком, если бы меня вовремя не подхватили и ловко не усадили перед собой. Так, что теперь все было, как мне хотелось еще пару минут назад. Вот он – мужчина моих магических грез – прямо передо мной. Лицом к лицу. Бери и делай ребенка. Вот только одно «но». Я не хочу ребенка. Ну, когда-нибудь потом, когда у меня будет образование, карьера, стабильная зарплата, муж, домик в деревне или пригороде, озеро, карасями зарыбленное… Но не сейчас. Не здесь. Не так же! По магическому принуждению, по придури богов!
- Ты справишься. Просто представь…
- Гангрену? – усмехнулась я, отводя взгляд, потому что смотреть в его глаза оказалось выше моих сил. Меня словно в бездну затягивало их карее золото, сияющее сейчас, почти прозрачным медовым оттенком. – Мы уже выяснили, что это не помогает. Научи. Ты, похоже, мастер игнорировать все, что касается чувств.
- У тебя сложилось обо мне ложное представление, - спокойно произнес он. И понимай, как хочешь. Это же Ноэль. Душечка магал с плеткой наперевес и сияющими тьмой глазами. – Просто помни, что это всего лишь последствия магии.
Класс. Будь ты на земле, чувак, обычным парнем, тебе бы ни одна девчонка не дала! Ну кто такое говорит? Вот кто, скажите мне? По моей самооценке словно кувалдой прошлись.
- А давай я полечу с лори Радгалом? – насупилась, отвернувшись в сторону.
- Нет.
- Тогда верни меня на место.
Он немного подумал, затем медленно провел ладонью по моей спине и остановился на талии.
- Нет.
Все, что мне оставалось – гневно сопеть и надеяться, что обещанный привал уже скоро. Хотя никто не мешает мне устроить разборки прямо здесь и сейчас, раз уж мы такие невыносимые стали. Момент все равно уже испорчен.
- Когда мы с ребятами снимем проклятье, я вернусь на Землю.
На губах магала мелькнула какая-то злорадная улыбка:
- Хорошо.
- Это как-то связано с тем, что в Вёрджиле я не встречу честности?
На этот раз тишина основательная. Вообще сделал вид, словно один летит. Ей богу, и нашему, и иномирному, проще скинуть вниз, чем добиться конструктивного диалога. Фиг поймешь, что творится в его голове. А еще нас, женщин, называют сложными и загадочными созданиями. Вот он – мой таинственный манускрипт Войнича. Такой же восхитительный и такой же необъяснимый. А еще таинственный, как бермудский треугольник. Все его боятся, но находятся идиоты, что ищут встречи.
И вдруг я четко поняла, что это действительно было похищение. Что на Землю меня правда-правда не отпустят. А еще вспомнила родителей, ЧУдО и… тоскливо так стало, горько так, что я прижалась щекой к груди Ноэля, обвила его руками и предупредила:
- Я сержусь на тебя. Очень и очень сильно. Но жить мне хочется больше, чем обижаться.
И мне снова не ответили, только прижали к себе. Бережно так, словно извиняясь. Вот только вряд ли магал извиняться умеет. Да и нужны ли мне его извинения, ведь они все равно ничего не изменят.
«Дом, милый дом», - подумала я, косясь краем глаза на лиловые облака и красоту под ними, а еще страшноту в виде черных щупалец. Нет. Одно дело – съездить в другой мир на недельку-две, другое – основаться на ПМЖ. Нет-нет! Где наша не пропадала? Найду я способ. И от алавиата избавиться, и от этого невыносимого магического притяжения, которое для меня болезненное, а для Ноэля в тягость, и от проклятия иномирского или я не Софья Фавина! К тому же, в книгах про попаданок обыкновенных и случайных всегда какая-нибудь страшная задница приключается, но находится выход, помимо того черного неприглядного тоннеля, где дурно пахнет. А я не обыкновенная, я обученная! К тому же, не попаданка, а путешественник. Более того, помимо внушительного багажа знаний со мной Рая и Кудрявый. Это непосвященному может показаться, словно первая нимфоманка, а второй – простачок. Хе-хе. Обманный маневр. На самом деле, мы действуем как единый слаженный механизм.
- Тебе нужно поесть, - магал прервал поток моих самовдохновляющих мыслей и направил сайнара вниз. И только сейчас до меня дошло, что он в моей голове разгуливает как у себя дома. – Когда ты даже не пытаешься прикрыть калитку, сложно там не разгуливать.
Еще и шутки отряжает!
- И… Как мне ее прикрыть?
- Научу. Позднее.
Мифическое «потом», о котором так часто говорят и самозабвенно забывают. Потом – это значит никогда. Я начну худеть когда-нибудь потом, потом начну новую жизнь, например, с понедельника, потом на работу устроюсь, говорил Толик, когда-нибудь потом перестану тебя бить… Потомы я ела на завтрак, обед и ужин долгие полтора года.
- Этого больше никогда не будет, алави. Обещаю.
Вроде радоваться должна, ан нет. Злилась. А вам бы понравилось, если бы кто-то отвечал на ваши мысли? Да ну не надо! Это со стороны может показаться – ути миленько-то как. Ага, так же миленько, как кормить львенка. Он, конечно, лапочка, но кормящую руку по локоть откусить для него ничего не стоит.
- Раз уж ты читаешь мои мысли, то хотя бы не отвечай на них. Это попросту неприлично.
- Хорошо.
Мы стремительно снижались, но я уже не смотрела по сторонам. Грустно было, а еще немного обидно. В общем, скверное настроение, не до красот местных. Когда летающая орясина, которая уже не столь пугала, как прежде, коснулась земли и покорно легла, сложив голову на желто-зеленую траву, меня бережно взяли на руки, донесли до ближайшего поваленного дерева, спугнули оттуда кого-то отдаленно похожего на лягушку, только с человеческими глазами и усадили на ее место.
- Когда все разберут, прогуляйся, чтобы размять ноги и спину.
- Я думала, ты сделаешь мне массаж, раз уж такой внимательный и заботливый? – разумеется, это был сарказм, да и сказано так, что никто из занятых разбором вещей, не услышал, но Ноэль хищно сверкнул глазами и прорычал.
- Не уверен, что это хорошая идея.
А потом швырнул в центр поляны искрящийся шар, да так, что тот полыхнул метра на три в высоту. Все шарахнулись, недобро покосились на магала, но слова, разумеется, не сказали. Огонь быстро скорректировали, оставив костерок из негаснущего красно-синего пламени, а мне запретили и близко к сумкам подходить. После того, как магал явил алчущим согреться и полакомиться огонь, с чувством выполненного долга развернулся и ушел с поляны.