Глава 15. Схватка и её последствия

София.

Лекс? Лекс? Тот самый свободолюбивый и независимый Лекс, который умопомрачительно трахает Аманду и не поддаётся на её уловки? Чееерт! Её любовник? Правда, что ли? Хахааа! Твою же мать! Софья, вот же ты дурррра! Вляпалась, как шестнадцатилетняя девочка, угодив в лапы к похотливому Серому Волчаре! Щедрый на «Тампакс» и брокколи… мать его! Паршивец! Гад! Ходячий СЕКС! Чтоб его! Гррр!

— Foda-se! Merda! — с губ срывается внезапное грубое ругательство, привлекая внимание озадаченной троицы.

Это чёртово «Лекс» колоколом гремит в висках! Боже! Как же мне в голову не пришло ещё утром сложить два и два?! В панике достаю телефон. Не могу решить: вызвать такси сходу или звонить Андрею. Чертов засранец! Пусть забирает свой блондинистый «договор» вместе с лыжами и валит развлекаться на все четыре стороны!

— Телефон вредным девочкам не полагается! Теперь я рядом и прослежу за тем, чтобы ты была паинькой! — гаркнув над ухом, вырывает девайс из руки и прячет в карман своей куртки.

Пока искала номер Андрея, не заметила. В два шага неожиданно подлетел, словно вихрь, сгрёб в охапку, заявляя на меня права. Что?

— Черта с два! — рычу на русском, утыкаясь носом в яремную ямку на мускулистой шее. Ладони упираются в каменную грудь. Пусть злится от того, что не понимает моих слов. Пытаюсь вырваться из крепких оков, но видимо зря! Сильные руки намертво вжали в его разгоряченное тело. С таким быком мне не тягаться, а запах Алекса кружит голову настолько мощно, что я теряю контроль над разумом, превращаясь в тягучую карамель. Сдаюсь на мгновение, скрипя зубами и тяжело дыша.

— Ты им сегодня изрядно помотала мои нервы! — будто констатирует факт. — Хватит, Со! Придётся отвечать за свои глупые поступки.

— Я?! — деланно удивляюсь. — Да неужели? С чего бы это? — чуть приподнимаясь на носочках, пытаюсь разглядеть под солнцезащитными очками его бесстыжие глаза на фоне плотно сжатых губ. Высокий гад, точно орангутанг! Красивый. Статный. В приталенном горнолыжном костюме чёрного цвета выглядит слишком сексуально, как для любителя экстремального спорта. Такими мужиками не разбрасываются, только меня, почему-то, вся эта ситуация злит до колик в печёнках! Хочется некоторым дамам повыдёргивать волоски на милых головках.

— Может быть у тебя сотня непринятых звонков? А? Десяток любовных эсэмэсок от меня? И ты задолбался их перечитывать, потому как терпеть не можешь романтическую чушь! Таким как ты намного проще соблюдать негласный кодекс мужественного поведения. Не дай бог, проявить слабость и расплыться в нежности или в банальной радости до слёз. Чтобы сохранить достоинство, нужно прятать правду за семью печатями даже тогда, когда женщина тебе глубоко небезразлична. Ты — материалист и пока не убедишься в истинности собственных чувств, хрен отважишься на объяснения! Отдай мне мобильник, Акела! Сейчас же! И не ври мне, что я тебя достала молчанием!

— Акела? — девушка обводит непонимающим взглядом нашу застывшую фигуру. С виду ошеломлённая, но внутри, скорее всего, фурия. Только горящую спичку поднеси. Ох…

— Двадцать один непринятый звонок, Со! — цедит сквозь зубы, не замечая никого вокруг. Я сглатываю. Вот дерьмо! Где ж столько терпения взял наяривать?

— Ну не сотня же? — выпаливаю, виновато прикусывая губу. Лучше бы молчала! Потому что руки гневного ревнивца сжимаются на мне, как ладони Отелло на шее Дездемоны. Хруст моих косточек приводит в ужас. Неужели дышит прохладно к Аманде? Черт! Так и хочется завопить: «Не виноватая я! Он сам пришёл зуб лечить! Вот честное слово…»

— Алехандро? — наконец-то очнулся Бето. Тоже мне летающий горный орёл. — А-а… Давно вы знакомы? София, ты с ним в отношениях? — интересуется, отряхивая налипший повсюду снег. Прошло каких-то пару минут, а кажется, что вечность застыла вокруг нас.

— Нет! — рявкаю я, желая поскорее убраться восвояси. Причём одна!

— Да! — отрубил, противореча моему слову. Охренеть, произвол… — Она со мной в отношениях! Тебя что-то смущает, Норберто?

— Хахааа! — наконец-таки оживилась Аманда, разбавляя наш спор нервным смешком. — Лекс? А у нас тогда что?

— У нас был отличный секс и ничего личного.

— Это ложь! Люди не могут ошеломительно трахаться, не испытывая никаких чувств.

— Может отпустишь? — негодуя шиплю, ощущая, как щёки окутывает жар. — Я не хочу слушать ваши откровения!

— Представь себе, у меня до тебя были женщины! Или я в свои тридцать пять показался тебе девственником, Со?

— «Трудовая» книжка у тебя тоже имеется с галочками?

Алекс игнорирует сарказм, прижимая мой живот к своему вздыбленному паху. Не смотря на то, что пальто у меня нараспашку, я не чувствую холода. Мне слишком жарко в его объятиях. Я бы сказала — непристойно жарко!

— Прости, Аманда, но мы с тобой оговорили с самого начала наши отношения. Я запланировал разговор после праздников, но раз так вышло, то наверное и к лучшему.

— Лекс? Ты что? Влюбился? — девушка опешила ещё больше, а я затаила дыхание. Чем черт не шутит? — Давно у тебя это помешательство?

***

Алекс.

Вопрос Аманды словно обухом по голове ударил. Я слишком напрягся, ещё крепче вжимая в себя Софию в защитном жесте. Она замерла, будто мышь, нуждаясь в моих объяснениях, ведь всё, что до этого девчонка вытворяла, было её маленьким протестом против «свободной» любви. Я понял это. Не дурак. Ведь точно такую же ситуацию наблюдал у Гаура с его сумасшедшей, бескорыстной Еленой. Черт бы побрал этих женщин! С какого хрена я должен отвечать? Лишь потому, что одна возомнила себя незаменимой, а вторая добивается стабильных отношений? Реакция Аманды меня нисколько не удивила. Девушка лишилась не только сексуального партнёра, но и дополнительного дохода. Она прекрасно баловала себя подарками за мой счёт. Но всему когда-то приходит конец. Для наших потребительских отношений он настал. Причём быстро и неожиданно. А вот с Софией вопрос остался открытым. Кто она для меня? Девчонка однозначно не такая, как другие женщины. С ней абсолютно всё по-другому: дерзко, увлекательно до невозможности, слишком уютно, волнительно, и это не громкие слова, а скорее уверенность в правильности выбора. София держит на расстоянии, но с каждой минутой становится всё ближе. Я хочу её так, как до этого не хотел ни одну женщину. Разве мог я предположить о таком забавном стечении обстоятельств? Да такое, разве что в сказках бывает!

Не дождавшись девчонку к обеду, плюнул и решил отправиться на лыжную трассу спускать пар, заодно пощекотать нервы. Уже после двадцать первого неотвеченного вызова пропала охота тупо сидеть и ждать у моря погоды. Психанул. Решил получить массу неизгладимых впечатлений от лыжного спорта. Получил, блять! После пройденных двух кругов впечатлился на несколько месяцев вперёд, да так, что до сих пор меня потряхивает нервной дрожью! Вот за что она мне попалась? За какие такие грехи с лёгкостью выносит мозг и заставляет ревновать до помутнения рассудка? Придушил бы, да жаль хрупкую заразу, самому нужна. Мне ж теперь жизнь без Софии покажется слишком скучной. Черт! Влип по самое не хочу…

— Лекс? Ты не ответил на вопрос. Что у тебя с ней? Не хочешь объясниться? — сквозь мысли доносится голос Аманды, возвращая меня в реальность. — Тебе не кажется, что по отношению ко мне ты повёл себя как последний мудак?!

Бывшая несдержанно повышает голос, привлекая внимание посторонних прохожих. Раньше она никогда не позволяла себе такого, была тихой и покладистой. Умная девушка за считанные секунды превращается в ревнивую фурию.

— Аманда, давай поговорим об этом в другой раз, — придерживаюсь ровного тона, хоть и хочется гаркнуть, чтобы заткнулась. Сейчас явно не до неё. — Не самое подходящее место и время для выяснения несложившихся отношений.

— Нет уж, Лекс! — безапелляционно заявляет, плавной поступью сокращая дистанцию. — Я хочу услышать сейчас! Как давно ты с ней трахаешься за моей спиной?

— Норберто, — делаю глубокий вдох, — уведи сестру отсюда. Пусть остынет, иначе я за себя не ручаюсь.

Несмотря на то, что мой голос уже начинает звучать резко, выдавая раздражения и злость, она не унимается, взвинчивая мои нервы на максимум.

— Так давно это у вас, Лекс? — Аманда смотрит на меня в упор, и кажется в её глазах горит огонь, только это все мелочи по сравнению с тем, с каким презрением София сейчас сверлит моё лицо.

— Не твоё дело, — парирую.

— Аманда, хватит, пошли домой. Обсудите в спокойной обстановке.

— Не трогай меня, Берт! Пока не выскажусь, никуда не уйду. У нас с ним был уговор: никаких других партнёров пока мы вместе! Обычно мужчина вкладывает в женщину, если она этого достойна. Ты в меня «вбухал» кучу бабла и вдруг решил отказаться? Такие одинокие волки, как ты, не могут влюбляться за пару дней! Это же абсурд! «Акела»… хахааа! Она, что ли, придумала для тебя такое забавное прозвище? Боже! — не верящим тоном проговаривает оторопевшая пассия. — Влюбился, да? Какая ирония судьбы. А девчонка-то не промах, прикинулась невинной овечкой. Чем она тебя зацепила?

Софию задевают колкие слова соперницы. Сила мышц в её руках начинает возрастать, и мне приходиться рычать, чтобы унять её шальной и вместе с тем отчаянный порыв к свободе.

— Отпусти меня! — вскрикивает Со из-за хруста костей.

— Хватит, Софи! Даже не подумаю. Будешь брыкаться — станет больнее. Я сделал свой выбор и ты прекрасно слышала, в чью пользу я его озвучил, — твёрдо отсекаю её попытку к бегству и перевожу взгляд на любовницу. — Я всегда заботился финансово о своих женщинах, Аманда, но на стабильные отношения не был готов и ты это отчётливо понимала.

— А сейчас, значит, готов?

Отвечать на такой провокационный вопрос даже не пытаюсь, ибо сам не знаю на него определённого ответа. Любая выплеснутая желчь со стороны Аманды приводит в бешенство.

— Берти! Уведи её отсюда! — рычу, разжимая объятия и перехватывая Софию за запястье.

— Ну и хрен с тобой, Лекс! — напоследок выплюнула Аманда. — Завтра ты всё это провернёшь с ней! В тебе нет ничего человеческого. Ты не способен испытывать чувства, только пользоваться!

— Даже не вздумай бежать, Софи! Иначе доставлю в бунгало на плече, — всем своим гневным видом даю понять, что не шучу.

— Я сегодня же уезжаю домой, — ворчит, позволяя подобрать с дороги спортивный инвентарь. — И хрена лысого ты меня остановишь!

Последнее цедит на своём, непонятном мне языке, чтобы окончательно меня завести…

***

София.

— Сволочь! Бессовестный хамелеон! Ненавижу! — рычу себе под нос, быстро семеня по скользкой дороге, едва успевая за его широким шагом. — Как же он меня бесит! Ну просто северный песец-дебошир!!!

Пытаюсь выдернуть руку, но цепкие пальцы стальным браслетом вьются вокруг моего запястья и уверенно тянут за собой.

— Ещё скажи — рогатый рождественский олень! — недовольно бурчит. — В самый раз перед праздником, — резко останавливается на полпути и дёргает меня на себя. Как результат: впечатываюсь в каменную грудь и оказываюсь в захвате сильной руки, располагающейся на моей талии.

— Что?! — удивлённо выпаливаю, снимая с его лица тёмные очки, чтобы попасть под прицел гневного взора. Лучше бы я этого не делала. — Опять услышал знакомую фразу? Да?

— Память у меня хорошая, — чеканит твёрдым голосом, да так, что аж в голове гудит эхо его грозного баритона. — Запомни, Софи, я не белый и пушистый, я слишком хреновый, но когда я хорош, я хорош дьявольски! — растягивает хищный оскал, демонстрируя ряд белоснежных зубов. — Скоро сама узнаешь.

Нависает надо мной, заставляя прогнуться в спине и затаить дыхание, жжёт наглым взглядом, в котором пляшут дикие черти. Такое чувство, что он меня только что поимел. Жестко. Развратно. Во все сокровенные места. Я отчётливо чувствую сладостную дрожь в коленках, в груди разливается томление, а низ живота скручивает в тугие узлы. Чертов паршивец!

— И впредь, на русском будешь разговаривать у себя в квартире, а со мной общайся на португальском языке, если желаешь высказаться. Поняла?

Как же не понять, когда даже сквозь пальто, под рёбрами ощущается будоражащая сила его длинных красивых пальцев.

— Я вообще с тобой не хочу разговаривать! — огрызаюсь, до сих пор находясь в неком подобии боевого транса от нашей эпичной встречи. — Ты как петух в курятнике от одной курицы к другой скачешь, носишься то в одну, то в другую сторону! Не мог со своей любовницей выяснить отношения без меня?

Алекс хмыкает, иронично приподнимая бровь, чуть склоняя голову на бок.

— Оу-у… — обескураженно тянет. — Дай-ка спрошу: ты у нас «птица-мозгоклюй»? Что у тебя с твоим боссом? Такой же секс без обязательств? Или..?

— Не твоё дело, Леееекс, — передразниваю его имя словами Аманды, закипая новой порцией гнева.

Чееерт! Что это было сейчас? Я его действительно ревную? Это же ревность, блин. Самая настоящая гребаная ревность! И сейчас она меня накрывает по полной, потому что его возбуждение не схлынуло, наоборот, настойчиво даёт о себе знать, упираясь в низ чувствительного живота, заводит меня и провоцирует на сарказм.

— Ты с самого начала выбрал не тот домик. Число «13» не самое счастливое из чисел, — пытаюсь отодвинуться от его вздыбленного паха, но делаю только хуже обоим.

— Прекрати, — шипит, закатывая глаза и глубже вгоняя под мои рёбра пальцы, — ходить с эрекцией в тесных штанах ещё то удовольствие.

— Ну так отпусти меня и поправь! Что тебе мешает? Лыжи?

— Со, они отнюдь не дешёвые… не провоцируй мужчину, — как-то странно прищуривается, хмуря лоб.

Выражение его сосредоточенного на мне лица сулит скорую расправу. Знать бы, что он задумал.

— Если Хочешь, я договорюсь за «69» номер? Такое число тебя устроит?

— Если только ты возьмёшь в него свою Аманду! — цежу, возвращая очки на место. Смотреть в его завораживающие зелёные омуты нет больше сил.

Между нами на долю секунды повисает молчание. Лыжи с грохотом валятся на землю у обочины. Кажется, на них ему становится плевать, а вот на меня нет.

— Ты ревнуешь? — тёплые пальцы зарываются в моих волосах, перебирая пряди. Обхватывая ладонью затылок, Алекс притягивает мою голову к себе так близко, что я чувствую частое горячее дыхание мужчины на своих губах, по позвоночнику проходит ток, вынуждая кожу на спине покрываться мурашками.

— Это хорошо… — шепчет сексуальным голосом, касаясь кончиком языка моей нижней губы, затем и вовсе прикусывает, воруя предательский стон.

— Ещё чего… — прихожу в себя после оцепенения, ощущая ладонями ускоряющийся ритм его сердца.

— Ревнуешь, я же вижу, — с уверенностью в голосе заявляет, играя победной улыбкой на манящих губах, а я плыву, там внизу мне становится холодно от прилипших влажных трусиков. Чертов змей-искуситель!

— Отпусти меня и отдай телефон. Мне нужно позвонить!

— Своему горячо любимому боссу? — гневно цедит и морщится, словно от запаха тухлятины.

— Тебе-то какое до него дело? — тут же вспыхиваю под полоснувшим испепеляющим взглядом разъярённого мужчины и всхлипываю от внезапного рывка, опускаясь животом на крепкое плечо. Охренеть, произвол! Я же не мешок с картошкой в конце концов!

— Нет уж, Со! — рычит, срываясь с места в сторону бунгало. — Ты теперь моя! Пришла пора окончательно заявить на тебя права!

— Иди к черту, Алекс! — возмущаюсь, переставая что-либо соображать. — Отпусти! А как же лыжи? Ненормальный, ты лыжи бросил!