Глава 5

Пятница

К детям своим мир наш очень жесток,

Мне мысль одну он внушить быстро смог:

Выживет в мире, где зло правит бал,

Тот, кто жестокость в себе воспитал.

…Сон. В этот раз он начался резко, как будто кто-то включил в темном сознании свет. Я стояла посредине огромного помещения, а два ряда готических колонн в шахматном порядке окружали площадку, залитую тусклым красным светом. Подняв взор вверх, я увидела овальный купол, испещренный мозаикой из маленьких красных стекляшек – именно проникая через них, свет приобретал кровавый отлив. Медленно поворачиваясь, я пыталась рассмотреть, что же происходит там, за колоннами, но кроме ощущения, что на меня смотрит несколько пар глаз, больше ничего не чувствовала.

– Светлая Алена Игоревна, ведите себя прилично, вы в зале суда! – раздался звонкий мужской голос, исходящий, казалось, от стен со всех сторон.

– Суда? – искренне удивилась я, замирая и почему-то смотря в наиболее темный угол.

– Именно! Суд! Вы призваны в качестве ответчика! – продолжал вещать неизвестный.

С каждой произнесенной репликой я ощущала злобу, что проникала в мое тело, выжигая на душе букву за буквой: «жестокость».

– Вы допускаете мысль, что ад жесток, – меж тем, словно находясь у меня в голове, произнес голос. – Вы позволяете этим мыслям свободно блуждать по вашему сознанию.

– Интересно, а разве можно запретить себе думать, если при этом я нахожусь в состоянии бодрствования? – изумилась я, все еще смотря в темный угол.

– Не стоит недооценивать себя, – раздался голос именно оттуда, куда я таращилась, что заставило меня вздрогнуть и подобраться.

Прищурив глаза, я пыталась расщепить темноту на молекулы, чтобы увидеть очертания плаща, который чувствовала. Жадно принюхивалась, надеясь уловить запах хвои и чернослива, но ноздри трепыхались от пыли и затхлости помещения, в котором я находилась.

– Что именно вы понимаете под жестокостью? – поинтересовался прежний голос.

Обреченно сомкнув веки, я шумно выдохнула, делая вид, что сдаюсь, и, глядя на собственные, почему-то босые ноги, произнесла:

– Во всем… – и, прежде чем мне задали уточняющий вопрос, продолжила: – Каждый атеркар утверждал, что они излечивают, очищают души, хотя по факту они перемалывают их.

– Бред! – резонно парировал голос. – Когда вы подпаливаете кастрюлю, забывая вовремя выключить огонь, как именно вы придаете ей первоначальный вид, при условии, что желание выкинуть ее вы пока отметаете?

– Тру, – осторожно ответила я.

– Чем? – уточнил мужской голос.

– Щеткой, наждачной, металлической губкой, тем, что может отодрать пригоревший налет… – произнесла я, медленно втягивая голову в плечи.

– То есть по факту вы причиняете кастрюле боль. Вы с силой отдираете от нее то, что уже стало частью милой кухонной утвари.

– Но души не утварь! – взвилась я.

– Для вас – нет, для нас… – голос затих, но, когда я потеряла терпение, продолжил: – Милая Алена, по скудоумию тех, кто распределял, именуемая «светлой», мы – не люди. Наша задача получить души после использования их на Земле и провести чистку. Вы даже не представляете, сколько ржавчины, налета и гари имеет каждая использованная душа. Если бы мы их не вычищали, то с каждой новой жизнью человек становился бы более… грязным… Нет, не физически, но духовно!

– То есть то, что сначала ваши прихвостни…

– Стоп! Я требую уважения к суду! – раздался другой мужской голос справа, и я, вздрогнув, невольно сделал шаг влево.

– Простите… – пролепетала, опуская взгляд в пол. – Я хотела сказать, что возмущена тем, что именно те, кто служит, ну… или работает на атеркаров, делает все, чтобы души запачкались, а уже потом вы проводите чистку. Может быть, если вы не будете их искушать… – попыталась продолжить я, но меня перебили:

– Это не искушение! Все ваше существование на Земле – это преодоление этапов, вы либо справляетесь с ними, и тогда меньше времени проведете в аду, или не справляетесь, и тогда будете в аду столько, сколько понадобится, чтобы при следующем перерождении не допускать этих ошибок.

– И все-таки в чем суть? – не унималась я.

– Энергия, перерождение, очищение… все это звенья цепи, которая является частью вечного двигателя существования и вашего, видимого мира, и нашего, невидимого. Без душ нет потребности ни в аде и атеркарах, ни в рае и его служителях.

– А зачем это мне? – обреченно спросила я.

– А вот это ты скоро узнаешь… – раздался знакомый голос из темноты.

Блеснул зеленый свет, скорее всего, созданный взглядом атеркара, и раздалось уже привычное:

– Пора… Зачтено… Просыпайся…

* * *

Возмущенно сопя, я лежала на кровати и таращилась в белый потолок. Тоже мне, преподаватели-любители! Сначала испытание, затем экзамен и лишь потом это их «зачтено». Да идите вы куда…

– Можно? – в дверь раздался робкий стук, и в щелку просунулась мордашка Милы. – Как ты?

– Нормально! – недовольно буркнула я.

Откинув одеяло и поставив босые ноги на пол, забавно пошевелила пальцами, будто перебирая и проверяя их на функциональность.

– Угу, я прям вижу то, как ты… нормально, – поддела ведьма, бесцеремонно проникая в мою комнату.

– Хочешь быть полезной? – заломив бровь, уточнила я. – Приготовь поесть, а я в душ, – проинформировала и, не обращая внимания на изумленно поднятую бровь рыжей, прошлепала мимо нее. – Ванька встал? – крикнула, не оборачиваясь.

– А он и не ложился, – донеслось мне вслед.

– Это как?! – опешила я, замирая напротив комнаты брата.

Мила не успела ответить, дверь медленно распахнулась, и я тут же сложилась пополам от хохота. Рога радовали не только своим наличием, но и изысканной ветвистостью.

– Лепота! – констатировала я и, не скрывая довольного выражения лица, продолжила путь в ванную.

– Смешно ей… – буркнул братик.

Я же, захлопнув за собой дверь и скрывшись от Ваньки с его зазнобой, пыталась избавиться от остатков сна, а также решить, как бы не сойти с ума и назло всем дожить до понедельника. Спустя минут двадцать я царственно явилась на кухню и, обвив пальцами горячую чашку с черным напитком внутри, глубоко вдохнула манящий кофейный аромат.

– Мм…

– Завтрак в микроволновке, – проинформировала Милена, занимая место напротив меня. – Рассказывай…

Спустя два с половиной часа и несколько чашек кофе, перекочевавших из кофеварки в мой желудок, я блаженно вытянула ноги под столом и, закрыв глаза, восстанавливала дыхание.

– Хм, – глубокомысленно произнесла Мила. – Забавно… Интересно, для чего все это? На банальную отработку не похоже… Ален, ну неужели они ничего тебе не говорят?!

– Почему? – удивилась я. – Они все время что-то говорят, только я устала разгадывать их ребус. Мне все равно!

– Врешь! – прищурилась ведьма. – Во-первых, тебе не все равно, а во-вторых, ты запала на атеркара… Ох и дура же ты! – констатировала Мила, не дождавшись моей реакции. – Молчишь?!

– Думаешь, я вижу смысл убеждать тебя в том, что ты не права? – поинтересовалась я. – Мил, подумай сама, разве можно влюбиться в того, кого ты толком даже не знаешь?

– Я не сказала, что ты влюбилась, для этого надо куда больше времени, я сказала, что ты запала!

– Запала, поплыла… Да, возможно… – я поставила чашку, отодвинув ее на середину стола. – Каждый раз, когда я вспоминаю о нем, просто думаю о нем, вижу его, и не важно – наяву или во сне, меня преследует аромат, – тихо пожаловалась я. – Он навязчиво щекочет мое обоняние, и знаешь что?

– Что?.. – осторожно переспросила девушка, подавшись вперед и положив подбородок на переплетенные пальцы.

– Более желанного запаха я не встречала… – тяжело призналась, сама понимая, что это глупо.

– М-да… – протянула Милена.

– Угу, – кивнула я в ответ, разворачиваясь к окну.

День уже давно перевалил за середину. Солнца видно не было. Тяжелые тучи, гонимые ветром по небосклону, доподлинно отражали мое душевное состояние.

– Значит, так, – произнесла ведьма, резко поднимаясь из-за стола. – Я в магазин, надо кое-что подготовить к ритуалу. Раз они разрешили и, по твоим словам, приняли условия, я попробую тебе помочь.

– Угу, – как совенок, ответила я.

– Ален, не отчаивайся, – подбодрила рыжая. – Может, войну мы и не выиграем, но в сражении точно победим.

– Угу, – кивнула я.

– Позволь мне дать совет, – понизив голос до шепота, произнесла Милена.

Я перевела на девушку заинтересованный взгляд, невольно отмечая, что без косметики, во-первых, выглядит она значительно моложе, а во-вторых, как бы глупо это ни звучало, но чем-то ведьма была мне симпатична.

– Каждый раз, приходя в ад, ты играешь по их сценарию, – усмехнулась рыжая. – Молча выполняя то, что от тебя требуют. Ты не задаешь вопросов.

– Задаю! – перебила я.

– Ты не поняла, – усмехнулась Мила. – Ты спрашиваешь лишь то, что имеет отношение к происходящему здесь и сейчас, но не задаешься вопросами о будущем.

– А меня их будущее не интересует, – огрызнулась я, обиженно поджав губу.

– Не дури, – миролюбиво продолжила Милена. – Попробуй играть по своим правилам. Если они будут совпадать с их, что же, пусть так, но если пойдут вразрез… Просто попробуй, а вдруг что-то изменится?

Ведьма замолчала, выразительно смотря на меня, я же отвернулась и, устремив взгляд в окно, задумалась. А что, собственно, я теряю? Ну не убьют же они меня?! Не имеют права, по договору запрещено.

– Хорошо, – кивнула я после нескольких минут созерцания качающегося за окном дерева. – Я попробую…

– Ну вот и замечательно, – улыбнулась ведьма, хлопнув ладошкой по столешнице. – Не уходи без меня, дождись, я постараюсь побыстрее вернуться.

Рыжая упорхнула в комнату брата, а спустя полчаса, крикнув, чтобы мы не скучали и что она принесет что-нибудь вкусненькое, захлопнула входную дверь, громко звякнув связкой ключей. Интересно, чьи именно ключики она прихватила?

– Она тебе нравится? – спустя некоторое время от двери раздался тихий голос брата.

Подняв взгляд и с минуту полюбовавшись на развесистое чудо, я медленно кивнула.

– Это хорошо, – произнес Ванька, повернув голову и боком втиснувшись в дверной проем. – Растут окаянные…

– Рыжей своей спасибо скажи, – беззлобно буркнула я.

– Уже сказал, и, поверь, не раз, – пожаловался брат. – Я спать не могу.

– Совесть мучает? – заломила бровь я.

– Нет, – отмахнулся братик. – Рога мешают. Не могу голову на подушку положить. Милка всю ночь со мной сидела, пока я пытался примоститься. Видимо, сегодня сидя спать буду.

– Стоя! – рявкнула я. – Как козел!

– Козлы и то ноги подгибают, – пробубнил мелкий.

– А ты на карачки встань, – посоветовала я, окончательно обидевшись.

– Ален, ты чего такая злая?! – возмущенно поинтересовался Ванька.

– Тебе как, всю историю с подробностями, краткую выдержку или сам догадаешься? – сквозь зубы процедила я. – Ах, прости, весь мозг, наверное, в рога вытек.

– Алена! – возмутился братик.

– Я за нее! – буркнула, обиженно сложив руки на груди. – Вань, я устала… Правда, устала… И самое главное, я не понимаю, за что мне все это? Вроде не успела еще нагрешить так, чтобы по полной в это дерьмо нырять!

– Я слышал все, что ты рассказала Миле, – тихо произнес Ванька.

Вздрогнув, резко отвернулась к окну, украдкой смахнув слезу. Мелкий не виноват, что моя нервная система оказалась не готова к таким испытаниям. Он – мой брат, родное существо, и я не дам его в обиду. Поэтому, что бы там ни выдавала моя психика, а ровно в двадцать один ноль-ноль я открою эту чертову дверь и проживу еще одну ночь в аду, а потом еще одну и еще… И вот тогда я растворю содержимое склянки, что дала мне Злата, в стакане воды и забуду все, как страшный сон…

Тишина угнетала, поэтому, сославшись на желание подремать, я покинула кухню, юркнув в свою комнату. До назначенного времени оставалась еще пара часов, которые я провела, лежа на кровати и обдумывая слова Милы.

– Хм, – прошептала я. – Стоит попробовать…

Распахнув дверцы шкафа, я долго смотрела в нутро, набитое одеждой. До сих пор мне не удавалось угадать с нарядом. Каждый раз, словно вопреки моим желаниям упростить и облегчить свое пребывание в потустороннем мире, кто-то заведомо усложнял мне его. Разозлившись на себя и долгие раздумья, я закрыла глаза и сунула руку в шкаф. Пальцы нащупали гладкую ткань, и пока мозг не успел идентифицировать содержимое, пальцы проворно ухватили вешалку.

– М-да… На авось больше не полагаюсь, – после скептического рассматривания длинной темно-синей юбки констатировала я.

Натянув на плечи голубой бадлон и поправив широкий черный ремень на юбке, я заплела волосы в косу, густо накрасила глаза и, отодвинув помаду, сунула ноги в черные балетки.

– Если и сейчас не угадаю, завтра напялю саван, – прошептала я.

Бросив взгляд на часы и отметив, что еще без пятнадцати девять, подошла к двери и со словами: «Быстрее начнем – быстрее кончим» – дернула дверную ручку. Вопреки ожиданиям преграда поддалась, и на меня дыхнуло затхлым болотным ароматом.

* * *

– Злата?! – осторожно позвала я.

Отдернув руками качающиеся перед носом лианы, я сделала робкий шаг вперед. Дверь за спиной захлопнулась, ощутимо наподдав мне по пятой точке. Ойкнув, я подпрыгнула и, резко обернувшись, возмущенно уставилась на лианы, что, заняв свое место, скрыли от моего взора наглую преграду. Рука сама потянулась нащупать дверь, но предсказуемо прошлась по шершавой, холодной и влажной стене.

Подхватив полы юбки, я на цыпочках подошла к столу жабоподобной. Самой же хозяйки помещения не наблюдалось, а значит, можно было сунуть свой любопытный нос в те бумаги, что она каждый раз перебирала, не скрывая озадаченного выражения морды. Вздох разочарования сдержать не смогла.

– Что за ерунда?! – возмутилась я, рассматривая абсолютно чистые листочки. – Разве можно с такой физиономией смотреть на белую бумагу?! Нет! Тут должен быть какой-то секрет…

В этот момент раздался щелчок, и лианы, что до сих пор неподвижно свисали справа от стола, медленно качнулись. Мое обоняние уловило запах костра, и, прежде чем поняла, что делаю, я уже отодвигала зеленую завесу, с любопытством всматриваясь в темноту небольшого коридора.

– Я не буду тебе помогать! – раздался жесткий голос Златы.

– Тебе виднее, – донесся до меня не менее знакомый, но более ненавистный мужской голос. – У тебя есть шанс прекратить свою вечность, – насмешливо произнес вампир. – Что для тебя судьба одной человечки? Она ведь даже не ведьма!

– Влад, до общения с тобой я была уверена в том, что вампиры одни из умнейших обитателей ада, но ты развеял этот миф. С каких пор похоть лишила тебя мозгов? – прошипела Злата. – Ты знаешь, кто такая Алена?! Нет?! Вот и соси свою кровь в сторонке, а от нее держись подальше, или моя вечность тебе покажется лучшим времяпрепровождением по сравнению с тем, что будет ждать тебя.

– Я тебе не верю, – прошипел Влад.

– Ха, тоже мне устроил… Верю, не верю… Я тебе не ромашка! Ты лучше хотелку свою в кулачок зажми, может, кровь к мозгам вернется, и ты поймешь, что договор девчонки – это прикрытие. Атеркары нашли игрушку и развлекаются. И если ты, клыкастик недоношенный, перебежишь кому-то из них дорогу, то вспоминать тебя будут только администраторши, и то лишь потому, что ты им должен, – ехидно произнесла жабоподобная.

– И кто из высших присмотрел себе девку? – глухо уточнил вампир.

– А тебе-то не все равно?! – искренне удивилась Злата.

– Да вот пытаюсь понять, кто из атеркаров так низко пал, – процедил мужчина.

– А может, она подарок для Лиона, – лукаво произнесла жабоподобная. – Забыл?! Сегодня возвращается седьмой.

– Вот черт! – выдохнул вампир. – Ладно, пусть подавятся этой тщедушной.

– Не скажи, – усмехнулась Злата. – Задела она тебя… Влюбился, что ли?

– Спятила?! – рявкнул мужчина. – Чур меня… Я же работать не смогу, если во мне чувства проявятся. Не-не… Пойду к Экару, пусть дает дозу…

– Да уж, пусть…

– Злат, – неожиданно в голосе Влада промелькнуло что-то не похожее на вампира. – А ты все еще его любишь? Поэтому тут остаешься?

– А вот это тебя, клыкастое ты отродье, не касается! – прорычала женщина.

– Любишь! – констатировал вампир. – Твой пример – предупреждение всем нам. Любить нельзя! А уж влюбляться в высших… Злат, а может, отдашь мне девчонку? А я…

– Нет! – глухо произнесла женщина. – Даже если ты для нее – это спасение, все равно – нет! У каждого свой путь. У нее был выбор, но она пошла другой дорогой, так что… Нет!

– Хм, вот она, бабская логика, – усмехнулся Влад. – Раз мне плохо, пусть и всем будет. Ну, трахнул бы я ее, ну, может, попробовал бы, но она же все равно через пару дней все забыла бы. А так… Она же не забудет!

– Тебя это не касается! И… – Злата замялась, еле слышно добавив: – Захочет – забудет…

– Атеркара?! – искренне удивился вампир. – Ну-ну…

Дальше слушать не стала. Весь разговор произвел на меня неоднозначное впечатление. Мила говорила, что в аду никому доверять нельзя, но до сих пор к Злате я относилась без предубеждений. Мне казалось, что странная, познавшая на своей шкуре все прелести внимания атеркара женщина желала мне помочь. Оказывается, я ошибалась. Судя по тому, что я услышала, жабоподобная, наоборот, хотела меня проучить. Вот только за что?! Нет, ведьма определенно права, хватит плыть по течению, тем более в аду, пора прокладывать свой путь наружу.

Окинув взором пустое помещение, я кивнула собственным мыслям и решительно направилась к двери, что вела к лифту. В очередной раз удивившись причудливой архитектуре главного офиса ада, я с прищуром рассматривала длинный и смутно знакомый коридор. Дверь за спиной медленно закрылась, озвучив свои намерения глухим щелчком, а тусклый свет многодверного пространства предательски мигнул. Поспешив к ближайшей деревянной преграде, я ухватилась за дверную ручку, которая походила на морду оскалившегося зверя, и, с силой повернув ее, толкнула дверь плечом.

Непроглядная тьма больно ударила по глазам. По инерции сделав шаг вперед, я зажмурилась от вспыхнувшего под потолком света. Медленно оглянувшись, с удивлением уставилась на треногую вешалку, на которой висел длинный серый балахон.

– Хм, а почему бы нет… – осторожно произнесла я, прихватив накидку.

Замотавшись в серую ткань, я накинула капюшон на голову и, улыбнувшись собственным мыслям, которые в панике выкрикивали, мол, я не только украла чью-то одежду, но еще и выгляжу как вор, направилась дальше. Вернувшись в коридор, я постаралась сильно не удивляться тому, что, пока я была в комнате, он успел преобразиться. Дверей стало меньше, тогда как само пространство увеличилось почти в три раза. Не здание, а лего-конструктор какой-то!

Однако стоило сделать несколько шагов, как я с удивлением уставилась на дверь, которую отлично запомнила. Именно за ней скрывался странный кабинет, разделенный то ли стеклом, то ли непроницаемой преградой, за которой я видела Аркерона. Правда, никто не подтвердил, что за столом, перебирая бумаги, был именно он. Но чутье, интуиция, а быть может, и сердце были уверены, что там, без маски, был именно он.

Поколебавшись ровно мгновение, я мысленно решилась и, нажав на ручку, осторожно потянула дверь. Она не поддалась. С другой стороны коридора раздались голоса. Я тут же напряглась и, отскочив от двери, прижалась спиной к противоположной стене коридора. Из-за поворота появились фигуры в таких же серых плащах, как и тот, что был на мне. Одновременно девушки, а это были именно они, накинули на головы капюшоны, превращаясь в безликих. Обмениваясь едва различимыми фразами и полностью игнорируя меня, они подошли к двери, которую еще мгновение назад я пыталась открыть. Та, что стояла впереди, подняв руку, постучала. Раздался щелчок и дверь распахнулась. По полу заструился едва заметный дым. Девушки выстроились в очередь и, склонив головы так, что лица полностью скрывали капюшоны, прошли друг за другом в помещение. В последний момент я ринулась за ними.

– Займите свои места! – раздался жесткий приказ, отданный мужским голосом.

Фигуры медленно прошли вдоль стен и остановились, практически касаясь спинами неровной поверхности в паре метров друг от друга. Стараясь не сильно выделяться, я заняла отведенное мне место.

– Руки!

Девушки тут же развели конечности в стороны и, едва касаясь друг друга, замерли. Чужие пальцы соприкоснулись с моими. Все тело тут же онемело, а перед глазами померк свет. Безумно хотелось отдернуть ладони, но интуиция верещала, чтобы я не двигалась, ибо предстояло узнать что-то крайне интересное. Не доверять сознанию повода не видела, а потому, медленно выдыхая и вдыхая густой воздух, старалась не реагировать на холод, сковывающий мое тело.

– В чем суть сбора? – раздался знакомый голос, в котором я без колебаний узнала Экара.

– Все спешишь, – ответил другой, правда, незнакомый, с хриплыми нотками.

– Спешу?! Ты шутишь? – парировал Экар. – Когда за плечами вечность, а впереди бесконечность, спешить бесполезно. Итак, Омон, в чем повод сборища? Я, между прочим, по вас всем не соскучился.

– Сегодня возвращается Лионард, – произнес другой голос. – По традиции нас ждет бал, на котором все мы должны присутствовать в человеческом облике и со спутницами.

– Не вижу проблем, – в голосе Экара послышалась едва заметная усмешка. – У всех у нас есть те, кому мы можем доверять настолько, чтобы показать свои лица.

– Не у всех, – произнес Омон. – По закону Судья не имеет права показывать свой лик.

– Неужели Аркерон так жаждет присутствовать на мероприятии? – последовал вопрос, голос был новым, и его я тоже узнала, выгоняя образ дракона из сознания.

– Ракер! – в голосе Омона явственно слышалось предостережение. – Видимо, стоит начать с другого, и тогда ваши эмоции будут более уместны.

– Кто следующий? – раздался глухой вопрос.

– Вот именно, Аркерон, как всегда, прав, – усмехнулся Экар. – Кто следующий?

– Вопрос, как всегда, будет решен тайным голосованием. За вашими спинами жрицы правды, хотя вы и так это знаете. Выходя из помещения каждый из вас должен дотронуться до руки девушки и произнести имя того, кто следующий отправится…

– В ссылку? – ехидно уточнил Ракер.

– У тебя есть все шансы понять это. Напоминаю, что по нашим законам нельзя дважды подряд уходить на Землю и нельзя покидать пост, если у вас нет преемника на время вашего отсутствия. Срок – одна земная жизнь в возрасте принятия решений.

– Исключения есть? – хрипло спросил Ивадон.

– В этот раз… – Омон помедлил, – нет. В этот раз исключение лишь Лион.

– Что же, а это может быть интересно, – помедлив, произнес Экар. – Омон, а если участь изгнанного достанется Судье, то как быть с его обязанностями?

– Неужели нашелся тот, кто готов меня заменить? – не скрывая иронии, спросил Аркер.

– Если возникнет такая ситуация, значит, мы опять воспользуемся услугами жриц и решим, кто заменит Аркера, пока наш брат будет приобщаться к земной жизни и наслаждаться отпуском.

– Сомнительное наслаждение, – обронил Ракер.

– Для кого как, – мечтательно произнес Экар.

– Хочешь погрузить весь мир в разврат? – усмехнулся Валион.

– Да уж не помешало бы, а то что твоя зависть, что алчность Ракера лишили меня вкусных душ.

– Так, может, вызовешься добровольно? – поддел атеркара Ивадон.

– Вот уж нет, целая скучная, ограниченная в возможностях человеческая жизнь… – протянул Повелитель похоти.

– Не скажи, пару раз ты хорошо порезвился, – поддел Экара Ракер. – Тебе напомнить, что о твоих развлечениях в образе Казановы до сих пор небылицы рассказывают?

– Ну почему же небылицы, – усмехнулся Экар. – Не завидуй, о тебе тоже не забывают. Как только спускаешься на Землю, так минус цивилизация. Все разграблено и уничтожено.

– Но-но, я ведь тоже могу Содом и Гоморру вспомнить, – парировал Повелитель алчности.

– Хватит! – раздался громкий окрик Даомона.

Сквозь меня прошла волна гнева, заставляя сжаться. Следом вернулось ощущение холода, дыхание было размеренным и едва заметным, если в ближайшее время все не закончится, я заболею.

– Ивадон, жрицы ждут тебя, ты первый, – приказал Омон.

Я все еще была слепа, а потому не столько видела, сколько слышала, как раздались шаги.

– Аркерон… – раздался тихий шепот.

Звук шагов стих, и я услышала, как открылась, а потом захлопнулась дверь.

– Экарион, вперед, – приказал Омон.

И опять шаги, шепот, шаги и звук захлопывающейся двери.

– Ракерион… Валион… Аркерон…

Спустя какое-то время до моей руки дотронулись мужские пальцы, обдавая жаром и мгновенно согревая все тело.

– Аркерон… – произнес Омон. – Ну же, девочка, не подведи меня, пришел его черед…

Сказав это, мужчина также удалился, как и все остальные. Медленно зрение возвращалось. Во все глаза я рассматривала небольшое круглое помещение, поражающее полным отсутствием мебели, окон, да и вообще хоть чего-то, за что цеплялся бы взгляд. Лишь стоящие вдоль стен серые изваяния приковывали взор. Девушки словно отмерли и, резко развернувшись, друг за другом направились к выходу. Поняв, что тут делать больше нечего, я последовала за ними.

Стоило вернуться в коридор, как кто-то бесцеремонно схватил меня за локоть и рванул в сторону.

– С ума сошла?! – над ухом раздалось грозное рычание.

Сглотнув, я дернулась, отчего капюшон упал с головы, позволяя не только повернуться, но и увидеть того, кто, сверкая глазами, пытался просверлить во мне дыру.

– Ой! – пискнула я, непроизвольно вжимая голову в плечи.

– Об этом советую молчать, если хочешь сохранить свою никчемную жизнь и после того, как твой контракт закончится, – процедил Волк.

Развернувшись, мужчина поволок меня в другую от жриц сторону. По пути он сорвал с меня плащ и, открыв одну из дверей, мимо которой мы проходили, бесцеремонно зашвырнул серую ткань внутрь.

– Что стоило ждать у Златы? – бурчал мужчина. – Алена, тебе не раз говорили, ад – это не место для затей и приключений.

– А что, собственно, такого произошло?! – искренне возмутилась я и даже попыталась затормозить.

– Ты выдала себя за жрицу правды! – обвиняющим тоном изрек Волк. – И будет очень хорошо, если никто об этом не узнает.

О том, что, скорее всего, как минимум один атеркар об этом прекрасно знал, я решила промолчать. В сознании металась мысль, что неспроста я зашла в комнату с плащом, не от большого ума его надела и уж точно не разумом руководствовалась, когда нырнула за безликими в комнату. Но озадачивало другое. Вроде бы и информации получила много, а что с ней делать, так и не поняла. И самое главное: что значит – не подведи?!

Да, номинально я была под покровительством Аркерона и, судя по тому, что я услышала, пятеро из шестерых назвали его имя. Это значит, что именно он будет следующим? Аркер окажется на Земле… На одну человеческую жизнь.

Не подведи!..

– Алена, спишь, что ли? – из раздумий меня выдернул Волк.

Мы стояли возле внушительных по размеру дверей. За спиной шумел холл ада. Я боялась обернуться и посмотреть, как высоко мы забрались, но то, что это не тот же этаж, на котором располагался кабинет Златы, я отчетливо ощущала.

– Готова? – тихо уточнил Волк.

– К чему? – так же тихо спросила я.

– Сейчас узнаешь, – оскалился зверь.

Прежде чем я успела отреагировать, распахнул дверь и впихнул меня внутрь. Предательская преграда захлопнулась за спиной, отрезая пути к отступлению. Вопреки ожиданиям передо мной была небольшая комната с пушистым ковром на полу. Сделав робкий шажок, я замерла, осторожно оглядываясь.

– Ты любишь играть в шахматы?

Раздавшийся голос тут же привлек мое внимание. Возле узкого, но высокого окна, через которое проникал свет в помещение, стоял спиной ко мне мужчина. Сама не знаю почему, я тут же втянула в легкие воздух. А уловив знакомый аромат, сразу расслабилась.

– Любишь? – мужчина обернулся, и я с замиранием уставилась на его лицо.

Нет, рассмотреть черты не получалось, ибо пол-лица все так же скрывала серебристая маска, но губы и подбородок не давали оторвать взор. А пальцы так и чесались сорвать личину и наконец-то увидеть того, кто будоражит мое сознание.

– Люблю, – меж тем отозвалась я. – Только играю плохо.

– В любой игре, где правит логика, всегда есть риск недооценить соперника, – произнес атеркар, теряя ко мне интерес и устремляя взор в окно. – Казалось бы, ты все просчитал и в выигрыше не сомневаешься, ведь соперник может поступить только так, как уготовано, но что-то происходит… Неучтенный внешний фактор, и игра приобретает новый накал. И каково же твое удивление, когда в середине партии ты понимаешь, что королева, которую ты защищал и тратил массу сил, оберегая ее, на самом деле совсем другая фигура. И ладно бы пешка. Такую не жаль потерять. Но ей, этой самой фигуре, уготовано нечто иное. И тут… Ты задаешься вопросом, а в шахматы ли ты играешь? Ведь не может быть на доске сразу две уязвимые фигуры.

– Игра может быть той же, – тихо произнесла я, – а вот правила иными.

– Определенно, – усмехнулся мужчина. – Они тебя недооценивают. Ну что же… Пора сыграть, и ты права, в этой игре правила можно менять, и не только им, но и… мне…

– В какой игре? – осторожно уточнила я, боясь, что главное от меня ускользает.

– Скоро узнаешь, – произнес Аркерон, и на губах мужчины мелькнула улыбка, на которую я засмотрелась как завороженная. – Волк! – громче крикнул атеркар. – Проводи Алену к Злате, пусть переоденет. И передай ей, что если рядом с девушкой увижу вампира, то Экар потеряет ценного сотрудника. Пора Злате пообщаться со своим бывшим…

Когда в помещении появился Волк, я не поняла, но стоило атеркару отдать распоряжение, как вокруг локтя сомкнулись стальные пальцы и меня потянули на выход. Я, словно в трансе, передвигала ноги за мужчиной, прокручивая в голове монолог Аркерона. При чем тут шахматы, королева и пешка? Странно, раньше в тугодумии не была замечена, а вот сейчас четко знаю, что вся информация под носом, а сложить ее в единую картину не могу. Господи, да что же это со мной?!

– Злата! – рявкнул Волк, ногой распахивая дверь.

Жабоподобная медленно поднялась из-за стола и, уперев руки в бока, выплыла на середину комнаты.

– Переодеть! – приказал мужчина, выталкивая меня вперед. – И…

– Про вампира знаю, – огрызнулась женщина. – Передавать ничего не надо, разберусь.

– Смотри… – прошипел Волк, развернулся и покинул хоромы Златы.

Сама же женщина оплыла меня по неровному кругу и, зависнув аккурат напротив, пару раз моргнула круглыми глазами.

– Значит, решила поспорить с уготованной участью? – разделяя слова, поинтересовалась хозяйка. – Не скажу, что умно, но уж точно не глупо. Хотя вампир был не слишком плохим вариантом. Ну да ладно, теперь уже поздно. Значит, на бал собралась…

– На какой бал? – изумилась я.

– На самый что ни на есть настоящий. Будем из тебя принцессу делать, – оскалилась Злата, и я невольно сделала шаг назад, пугаясь острых зубов. – Ален, – женщина убрала улыбку с морды и подалась вперед, – глупостей не наделай. Несмотря на то что идешь с ним, – она выразительно качнула головой на дверь, – держись от него подальше. Помни… Вампир лучше.

– Лучше? – вопросительно пискнула я. – Для чего?!

– Для всего! – рявкнула Злата.

В это же мгновение лианы по всей комнаты качнулись, из темных провалов подул ветер и за моей спиной что-то упало.

– Все, молчу! – крикнула жабоподобная, подняв голову к потолку. – Молчу… – тише повторила она, развернувшись и проследовав к одному из проходов. – Жди тут, сейчас все принесу.

Легко сказать – жди. Мозг разрывало от бурлящих мыслей и отсутствия умозаключений. В ушах все еще звенели слова атеркара о шахматной партии, а перед глазами стоял скалящийся вампир, за спиной которого ухмылялся Экар – Повелитель похоти. Но апофеозом сумбура в голове, как удаленный колокол, звенело: «Не подведи!»

– Думаю, это подойдет, – озадаченный голос Златы выдернул меня из раздумий.

Переведя взор на ворох ткани, что покоился на руках жабоподобной, я чуть нахмурилась.

– Это что? – поинтересовалась я.

– Платье.

Пожав плечами, женщина подплыла ко мне и, подкинув наряд в воздухе, чтобы тут же ухватить его за верхнюю часть, встряхнула, продемонстрировав платье во всей красе.

– Ого… – пораженно выдохнула я.

Серебристая ткань, едва заметно мерцала в отблесках фонарей. Лишь в разрезе, что по замыслу дизайнера был как раз по всей длине ноги, просматривался черный шифон. Более чем скромное спереди, оно струилось по фигуре, оголяя спину до неприличия. Ни о каком нижнем белье речи быть не могло. Такой наряд не подразумевал ни бюстгальтера, ни трусиков, ибо даже стринги выразительно просматривались бы на талии. Сглотнув, я оценила все коварство ситуации.

– Раздевайся! – скомандовала Злата, и я тут же начала стягивать юбку и бадлон.

Как только жабоподобная надела на меня наряд, она приступила к прическе, затем поправила макияж и лишь после этого заставила встать ровно, выпрямить спину и медленно повернуться вокруг своей оси.

– То, что надо, – вынесла вердикт женщина.

Я же, словно Золушка из сказки, приподняла подол платья, уставившись на черные балетки, в которых явилась сегодня в ад.

– Думаешь, стоит поменять на каблуки? – поинтересовалась Злата. – Хм, а убегать как будешь? Ну, в случае чего?

– Не знаю, – пожала я плечами.

– Знаешь ли, босиком не вариант, а так… Нет уж, под подолом не видно, так что оставайся в них, – решила женщина.

– А почему вчера меня магией переодели, а сегодня я сама раздевалась? – решилась поинтересоваться я.

– Вот же глупая! – воскликнула Злата. – Вчера была иллюзия. Ты оставалась в своей же одежде, но сама себя ощущала в другой. Экар и его подручные – мастера в этом деле. Ведь домой ты явилась в своем?

– Да, – кивнула я.

– Во-о-т… – протянула женщина. – А сегодня мероприятие особенное. Все высшие будут там, и раз он, – Злата качнула головой в сторону двери, – решился взять тебя с собой, да еще и переодеть, значит, играть будут по-крупному.

– А во что играют? – поспешила уточнить я. – И что будет призом? Ну, в случае выигрыша.

– Хм… Вы только посмотрите, шустрая какая… – откровенно рассмеялась хозяйка кабинета, опустившись на стул. – Я не помню, когда игра началась и не знаю, когда она закончится. Но каждый кон имеет своего, пусть и временного победителя. Когда-то и я была фигурой на этой доске, но мой хозяин слишком быстро проиграл, а может, и не хотел выиграть… Но об этом в следующий раз. Тебе пора!

Только Злата произнесла эту фразу, как дверь за моей спиной распахнулась, и в комнату вошел Лис. Мужчина присвистнул, окинув меня хитрым, но явно оценивающим взглядом, и, протянув руку к моим волосам, выдернул шпильки, удерживающие прическу. Пряди рассыпались по спине и плечам, неприятно щекоча кожу. Я передернулась и возмущенно уставилась на виновника хаоса, ибо Злата потратила не менее получаса на сооружение этой красоты.

– Это лишнее, – жестко произнес Лис, откидывая ненужные заколки. – Не стоит привлекать внимание к оголенной спине. Не с Экарионом идешь, чтобы собой торговать. Наш босс любит сдержанность… Во всем.

– Идите уже, – возмущенно произнесла Злата.

Слева от меня качнулись лианы, и Лис, подхватив меня под локоть, потянул к темному проему.

* * *

Сделав шаг, мы оказались в огромном холле перед резными дверьми, за которыми сновали не только люди, но и, судя по мелькающим рогам, иные представители ада. Хитрый сопровождающий, пожелав мне удачи, исчез, но его место занял другой мужчина.

Вдохнув знакомый аромат, я тут же повернула голову, чтобы в очередной раз рассмотреть маску, скрывающую пол-лица, чувственный изгиб губ и волевой подбородок с едва заметной щетиной. Мужчина, облаченный во все черное от ботинок до брюк и рубашки, был на голову выше меня. И я бы даже предположила, что мы идем не на бал, а на похороны, если бы не жилет из точно такой же серебристой ткани, что и мое платье.

– Держись рядом, если хочешь вернуться домой, – глухо произнес он, не обращая на меня внимания.

Я робко кивнула. Атеркар согнул руку в локте, и я осторожно примостила свою ладонь на изгибе. Двери тут же распахнулись, и меня оглушили шум голосов, музыка и звон бокалов, заглушающийся смехом. Казалось, на нас никто не обратил внимания. Не было прямых взглядов, лишь веселящиеся гости невзначай расступались, давая нам возможность пройти.

Мы миновали первый ряд колонн. Он отделял тех, кто хотел уединения рядышком со столами, ломившимися от обилия закусок, от тех, кто, держа в руках бокалы с разноцветными напитками, не переставая, вел светские беседы. Да, возможно, на самом деле все было не так, но я с упорством вьючного животного желала видеть именно это.

Следующий ряд колонн окружал овальную площадку, на которой кружились разномастные пары в танце, больше похожем на польку с элементами эротических па, чем на приличный вальс. Забавно было наблюдать, как хвост одной весьма рогатой особы не только обвился вокруг ноги партнера, но и подбирался к ремню на его брюках. Мужчину сие не только не смущало, а скорее, наоборот, возбуждало до такой степени, что глаза красавца, также не обделенного витыми рожками, практически блуждали по не слишком прикрытому телу партнерши.

Сглотнув, я отвела взгляд, чтобы тут же во все глаза уставиться на другую, не менее колоритную парочку. Уже знакомый мне Тигр, что во вторую ночь моего пребывания в аду был частью отряда в пустыне, зажимал бледную девушку возле колонны. Одной рукой он бесцеремонно задирал подол ее платья, а другой стягивал полупрозрачный рукав с плеча. Сама же красотка, если можно было так назвать то бледное существо, что вздрагивало от прикосновений, закрыв глаза, стонала, да так, что голос был слышен даже сквозь шум праздника. К моему немому стыду, атеркар двигался как раз к ним. Положив руку на плечо Тигра, он заставил последнего рыкнуть и обернуться, чтобы пронзить нас свирепым взором. Однако стоило полосатому увидеть моего сопровождающего, как бледная нимфа была отодвинута за колонну, а сам несостоявшийся мачо выглядел так, как будто ничего и не происходило.

– Следи! – приказал атеркар, перехватил мою руку и передал ее Тигру, а сам тут же поспешил удалиться.

Проводив Аркерона взглядом, я тут же ощутила себя не в своей тарелке. Желание развернуться и покинуть бал было непреодолимым, но полосатый поспешил выполнить приказ высшего. Через пару минут я сидела в глубоком кресле возле стены, а в руках у меня был бокал, наполненный ярко-голубой жидкостью, и, судя по запаху, с внушительным содержанием алкоголя.

– Посиди тут полчасика, я закончу с Фи и займусь тобой, – произнес Тигр, с прищуром рассматривая что-то в зале.

Уж не знаю, ждал ли полосатый от меня ответа, но исчез он раньше, чем я успела покладисто кивнуть. В сознании зрел вопрос: встать и уйти или все-таки подождать? Что именно собирался закончить или – уж если быть справедливой – именно кончить Тигр, для меня секретом не было, а вот чем он собирался заняться со мной? Мысли лениво цеплялись друг за друга, а я так же лениво попивала вполне приличный коктейль, не замечая, как алкоголь впитывается в кровь, игнорируя пустой желудок. Чем больше я пила, тем сильнее ощущала чей-то пристальный и явно недовольный взгляд. Когда бокал опустел и я собралась подняться в поисках другого, не менее вкусного напитка, около меня возник мужчина. Подняв взор, я с удивлением узнала в нем Кара.

– Привет, – ласково произнес прихвостень Экара.

– Привет… – ответила, испытывая странное раздражение от ноток заигрывания в собственном голосе.

– Ты выглядишь, как изысканный десерт, который хочется попробовать, но страшно испортить фигуру, – лукаво улыбаясь, молвил блондин.

– Сомнительный комплимент, – попыталась нахмуриться я, но вместо этого губы расплылись в улыбке.

– И все-таки это комплимент, – прошептал Кар, наклоняясь к моему уху, чтобы заправить прядь волос. – Потанцуем?

Разум верещал, что надо отказаться, а голова, проигнорировав посыл мозга, кивнула. Довольно оскалившись, блондин выдернул неподчиняющееся мне тело из кресла и повел в ту часть зала, где все располагало к «грязным» танцам. Я пыталась озираться, чтобы привлечь внимание Тигра, но похотливый самец у дальней колонны продолжал соблазнять бледную Фи. Увы, в этом случае похоть явно торжествовала, празднуя победу. Резко крутанув меня вокруг своей оси, Кар привлек мое тело к себе и, отодвинув волосы, что закрывали спину, провел пальцами по оголенной коже. Не сдержавшись, резко выдохнула, едва заметно простонав, и выгнулась от возбуждающего жеста.

– Хорошая девушка, послушная… – мурлыкнул Кар, губами касаясь ушной раковины. – И Злата умничка, идеальный наряд подобрала…

Кто бы знал, как я хотела вырваться, влепить ему пощечину и гордо удалиться из этого вертепа, но пора было признать очевидное: мое тело, возликовав от буйства гормонов, предало свою хозяйку, млея от пошловатой ласки. Музыка то набирала обороты, заставляя двигаться быстрее, то затихала, призывая пары замирать в интимной близости, позволяя друг другу дофантазировать все то, что пока не случилось на этом паркете. Сквозь безумно тонкое платье я ощущала, как Кар был возбужден. Мужчина ни на миг не отпускал мое тело, заставляя распаляться от предвкушения. Сознание уплывало, позволяя организму самому решать, чем должен закончиться этот танец. И в тот момент, когда я была готова сдаться, спину пронзил холодный взгляд. Я вздрогнула, дернулась в руках соблазнителя, резко заморгала и уже куда более осмысленным, а главное, возмущенным взором уставилась на ухмыляющегося блондина.

– Отпусти! – процедила я.

– Хм… рановато, – мурлыкнул Кар, но ослабил хватку, дав мне возможность перевести дух.

– Хочу воды! – капризно произнесла я, желая тем самым прекратить гормональное мучение.

– Боюсь, моя страстная, воды в этом зале просто нет, но я подберу тебе напиток, что усмирит твое негодование.

– Спасибо, не надо, – резко ответила я. – Воздержусь.

– Отпусти ее! – раздался глухой голос за спиной.

Кар тут же отошел, злобно смотря мне за спину.

– Держись от нее подальше, если не хочешь отправиться на перерождение, – продолжил мужчина смутно знакомым голосом. – Алена, все в порядке?

Я обернулась, с удивлением обнаружив бледного помощника Аркерона, которого за глаза прозвала Смертью. Робко кивнув, я нервно одернула платье.

– Идем! – приказал Смерть, протянув руку.

– Ты думаешь, мне самому нравится? – злобно поинтересовался Кар нам в спину. – Это работа! Только работа!

– Считай, что свою часть ты уже сделал, – усмехнулся бледнолицый, даже не обернувшись.

Спустя несколько минут я оказалась в том же кресле, в котором ранее меня оставил Тигр. В моих руках оказался стакан со льдом.

– Это единственный аналог воды, – глухо произнес мужчина. – Растает, выпьешь. Постарайся больше ничего не пить, для тебя тут нет ничего, что было бы безобидно… Ну, может быть, сок… И то не весь. Я не могу с тобой остаться. Сиди тут, тебя заберут, когда все закончится и можно будет уйти. Поняла?

Я молча кивнула, вцепившись в стакан двумя руками.

– Это радует, – усмехнулся Смерть и поспешил удалиться.

Спустя несколько минут я перестала различать его фигуру в толпе собравшихся, а еще через мгновение раздался звук гонга под потолком и зал огласил рев голосов. Невольно отставив стакан на близстоящий столик, я поднялась и сделала пару шагов, заинтересовавшись тем, что происходило в центре зала.

Танцующие пары исчезли, их место заняли шесть атеркаров, облаченных в темно-серые плащи. Понять, в каком порядке они стояли, было невозможно, так как их головы укрывали капюшоны. Синхронно сделав шаг в сторону, мужчины образовали ровный круг. Подняв руки вверх, они еще ниже опустили головы. Зал погрузился в звенящую тишину, а само помещение медленно поглощала тьма. В тот момент, когда, казалось, даже последние лучики света исчезнут, яркая вспышка озарила центр зала, и там появилось кресло с сидящим стариком. Голова мужчины была низко опущена, отросшие седые волосы закрывали лицо, а морщинистые пальцы до побелевших костяшек впились в подлокотники.

– Вернись! – раздался многоголосый приказ атеркаров.

– Очнись! – через мгновение последовал следующий приказ.

– Возродись!

– Да вернется в тебя сила, ответственность и обязанности… – произнес одинокий тихий голос.

Трое из атеркаров упали на колени, будто кто-то с силой ударил им по ногам. А сам старик резко выгнулся в кресле, оглашая зал нечеловеческим криком.

Свет погас. Мгновение превратилось в вечность. Я нервно сглотнула, до боли сжимая пальцы, но по-настоящему испугаться не успела. С каждой секундой светильники разгорались, возвращая праздничному залу былой облик. В центре помещения никого не было. Музыка набирала обороты, а пары заполняли паркет, как будто ничего не произошло.

Вернувшись в кресло, я протянула руку к стакану и сделала жадный глоток. Привкус напитка показался горьковатым, но точно не алкогольным. Прислушавшись к себе, я не заметила видимых изменений, поэтому, расслабившись, допила воду. Минуты тянулись, праздник набирал прежние обороты, и вопреки здравому смыслу мне тоже захотелось веселиться. Вот только увидев того, кто, отделившись от толпы, медленно направился в мою сторону, я пожалела, что допустила подобные мысли.

– Ну здравствуй, красавица, – оскалился вампир, ухватив мою ладонь и запечатлев на ней поцелуй. – Потанцуем?

– Нет, – тут же ответила я, для убедительности еще и покачав головой.

– Тогда прогуляемся? – заломил бровь клыкастый.

– Не-е-ет… – осторожно протянула я.

– Интересно, кого именно ты боишься? Если меня, то глупо. Среди всех этих, – мужчина качнул головой в сторону зала, – я самый безопасный для тебя. Если своих желаний, то поверь, я способен их удовлетворить… Любые… Даже самые невероятные… А вот если боишься гнева атеркара… – я нервно выдохнула, но вампир этого не заметил. – Насколько я понял, несмотря на то что тебя ему подарили, ты до сих пор не его.

– Что значит подарили?! – искренне возмутилась я, стараясь не думать об остальной части монолога.

– Ох, какая экспрессия! Да ты горячая как никогда, – усмехнулся клыкастый.

Вампир, уперся руками о подлокотники и подался вперед так близко, что мне пришлось вжаться в спинку кресла, чтобы избежать слишком напористого контакта.

– Ну же, милая, подари моим устам вкус своих губ… – прошептал клыкастый, медленно, но слишком плотоядно облизнувшись.

– Отпусти… – едва слышно прошептала я.

– Так и не держу же… – коварно усмехнулся соблазнитель.

Кровь застыла в венах, в глазах все поплыло, тело погружалось в лаву, а дышать было так сложно, что, не сдержавшись, я облизнула пересохшие губы. В глазах вампира вспыхнул красный свет, и он резко подался вперед. Я зажмурилась, но его губы успели лишь смазанно коснуться моих, обжигая, словно ядом, а клыкастый соблазнитель отлетел в сторону и бесформенным кулем заскользил по полу.

– Влад! Я тебя предупреждал? – раздался глухой голос атеркара.

Я с ужасом озиралась по сторонам. Зал по-прежнему пребывал в эйфории праздника, но вокруг нас троих было пусто. Воздух колебался, и я вспомнила, что где-то читала про звуковые щиты. Да, там была сказка, но никто не поверит, что вокруг меня быль!

– Аркерон! – за спиной атеркара появился Экар, гаденько улыбаясь и подмигивая мне. – Если девушка твоя, так заклейми, а если нет, так любой может забрать ее себе. Не так ли?!

– На ней есть мое клеймо, – глухо произнес Аркер.

– Э-э-э, нет, – оскалился Экарион. – Алена склонна к похоти куда больше, чем к гордыне, а значит, она моя. А то, что ты перебил мое клеймо, потому что имеешь на это право, как Судья, так скорее именно ты нарушил этим закон.

– Нарушил закон? – в голосе Аркерона промелькнуло изумление. – Тебе напомнить, чей контракт она отрабатывает?

– Чей контракт, я знаю, а вот отработки что-то не вижу, – меж тем Экар приблизился ко мне и, приподняв рукой подбородок, пальцем провел по губам. – На ней яд Влада, через полчаса она будет выть от желания принадлежать ему…

С этими словами Повелитель похоти развернулся и покинул территорию тишины, прихватив с собой ухмыляющегося вампира. Меня бил озноб. На глазах навернулись слезы, готовые сорваться, словно в пропасть, по первому взмаху ресниц. С силой сжав зубы, я прошептала:

– Не хочу выть по вампиру.

– Сама виновата. Я же предупреждал, – глухо отозвался Аркерон.

Стоя ко мне вполоборота, мужчина кого-то высматривал среди гостей, но, судя по недовольно кривящимся губам, искомый объект не желал находиться. Не выдержав напряжения, я тихо всхлипнула, и первая слезинка, заскользив по щеке, упала на подол платья, оставляя неровное пятнышко. В ответ раздался рык. Мужчина вскинул руку, я сжалась, готовая получить удар, но вместо этого он ухватил меня за предплечье и дернул, заставляя встать. Пошатнувшись, я уткнулась атеркару в грудь, судорожно делая глубокий вдох, чтобы тут же задохнуться от знакомого аромата. Мучительно медленно его пальцы огладили мою щеку и приподняли подбородок. Сглотнув, я уставилась в темные провалы маски.

– Замри! – приказал Аркер.

Вдохнув, я лишь моргнула ресницами. Поцелуй стал неожиданностью, и в то же время он полностью парализовал как тело, так и сознание. Мои губы словно облизывали, не позволяя им раскрыться и добавить этому действу страсти, а когда, вопреки разуму, я издала стон, Аркерон резко отстранился и, недовольно поджав губы, крикнул:

– Тигр!

– Он пустой, – раздался голос Смерти.

– Идиот, сам виноват. Где Лис? – продолжая сверлить меня недовольным взглядом, под которым мне хотелось сжаться в комок, поинтересовался атеркар.

– Восполняет потери Тигру, они там с Волком, того тоже пытались вырубить.

– Значит, играют по-крупному. Ну что же, посмотрим, что у них получится. Эту, – Аркер кивнул на меня, – к двери, и чтобы до завтра я ее не видел.

И пискнуть не успела, как бледнолицый попытался меня перехватить, но тело отреагировало быстрее, и я прижалась к Аркерону, затравленно глядя на его помощника. Мужчина отстранился и, переведя взгляд на пустой стакан, в котором недавно была вода, протянул к нему руку. Понюхав, он рыкнул, швырнул его в стену. Проводив взглядом осколки, я опять попыталась прижаться к мужчине, но он опередил меня, оттолкнув в сторону поймавшего мое тело бледнолицего.

– Ты пила из этого стакана? – глухо спросил Аркерон, а увидев мой кивок, перевел взор на Смерть. – Там приворот на моей крови. Срок действия небольшой. Алена, – обратился атеркар ко мне, – тебе надо домой, понимаешь? На-до!.. Просто услышь меня и сделай, как я прошу. Завтра все будет как прежде.

Вот только мне было предельно ясно, что как прежде уже не будет. Смотря на то, как удаляется фигура Аркерона, я пару раз дернулась в стальных объятиях Смерти, но мужчина был сильным, а еще каким-то безэмоциональным, словно мертвым.

– Идем, – перехватив мою руку, он потянул меня к дверям, через которые мы вошли с атеркаром некоторое время назад. – Тебе пора.

В ушах набатом звучала фраза: «Не подведи!» Губы кололо от поцелуя, который вопреки всему хотелось повторить, притом немедленно, а тело ныло от желания. Только хотело оно не вампира, а несносного атеркара, который всем своим видом показывал, что не заинтересован во мне. Ну уж нет!..

Я быстро переставляла ноги практически за спиной Смерти к двери-переходу, а сама постоянно оглядывалась в поисках возможности для побега. То ли мне повезло, то ли все происходило по заранее согласованному кем-то плану, но когда до двери в абсолютно пустом холле оставалось не более десятка метров, прямо перед нами появились фигуры в белых плащах. Они преградили Смерти путь, неоднозначно давая понять, что до двери он просто так не доберется.

– Куда спешишь? – раздался голос Валиона.

Я обернулась, рассматривая, как атеркар в сопровождении группы в плащах подходит к нам.

– Алене пора домой, – глухо произнес мужчина, удерживающий меня. – Это приказ Аркерона.

– Приказ? – удивленно переспросил Валион. – Но праздник еще не закончился, да и время Алены еще не истекло. Иди, девочка, веселись.

– Аркерону это не понравится, – предупредил Смерть, сильнее сжимая мою ладонь.

– Напротив, я уверен, ему очень понравится. Все уже решено. Смирись. Твой хозяин следующий. А о тебе и твоих братьях мы позаботимся.

При этих словах фигуры в плащах сделали шаг вперед. Смерть выпустил мою ладонь, и в его руках тут же блеснули два меча, которыми он в опасной близости от меня резко крутанул.

– Алена, не слушай их, тебе надо домой! – крикнул мужчина, закрывая меня от фигур.

Кто-то дернул меня за руку и потянул в сторону. А спустя несколько мгновений я оказалась перед мужчиной в маске, который голосом Валиона приказал:

– Иди, он ждет! Иди же, у тебя мало времени. Иди!!!

Подпрыгнув и подхватив подол платья, я побежала. Полуприкрыв глаза, словно гончая, учуявшая зайца, я бежала по запаху, что вел меня к тому, кого сейчас хотела куда больше, чем жить. Все мои желания, все мои мечты сузились до одной точки, до одного мужчины, и имя его было – Аркерон…

Лифт. Пальцы замерли над кнопкой двадцать семь. Стоило створкам расползтись на нужном этаже, как я опять побежала. Коридор, лестница, еще один коридор…

Дверь… Остановившись, я глубоко вдохнула и, прикрыв глаза, медленно выдохнула, лбом прислоняясь к неровной поверхности. Казалось, я чувствовала его дыхание, если такие, как он, вообще дышат. Пальцы скользнули по металлической ручке, поражаясь тому, какая она теплая. Я замерла, решаясь на последний шаг, вот только мысли, словно маленькие птички, бившиеся в силках, не желали помогать своей хозяйке. Тело болело от нестерпимого желания, губы потрескались от нервных прикусываний, а кровь, разгоняемая гормонами, затмевала разум, окрашивая все красными сполохами. Медленно сомкнув пальцы, я нажала на дверную ручку. Преграда поддалась, и я сделала робкий шаг, затем еще один и еще.

В чернильно-черном помещении забрезжил свет. Раздался щелчок, и вспыхнуло несколько настенных светильников, не сильно освещая комнату. Я смогла разглядеть лишь то, что оказалась в спальне, а у окна стоял мужчина. Отдернув штору, он смотрел во тьму, что была за пределами этого странного здания. Мне не надо было принюхиваться, я и так знала, что это Аркерон, а, судя по его напряженной спине, он знал, что пришла я.

– Я просил тебя уйти домой, – глухо произнес атеркар.

Я молча сделала еще несколько шагов, не отрывая взгляда от его спины и руки, что сильнее сжала край шторы.

– Алена, я прошу тебя, уйди, пока не поздно. Мы обо всем поговорим в твоем сне, так безопаснее для тебя, – Аркерон обернулся, пронзив меня взглядом.

Я же застыла, рассматривая его лицо без маски. И с каждой секундой четко осознавала, что все, пропала. Окончательно и бесповоротно, как говорится, с первого взгляда влюбилась как кошка!

– Дурочка! – жестко произнес мужчина. – Это не твои чувства. Ты пожалеешь о том, что пришла. Очень пожалеешь.

– Нет! – резко ответила я, сделав еще один шаг. – А даже если да, это будут мои проблемы.

– Ты хоть понимаешь, что я не человек и все, что ты видишь, – это лишь один из тысячи обликов? Алена, это все приворот и вампирская магия. Мне не надо было тебя целовать! Они специально все подстроили, чтобы я сам усилил это влечение. Алена, уходи, это для твоего же блага.

– Нет! – упрямо повторила я, медленно подходя к Аркерону. – Пусть все это подстроено, пусть был приворот… Только я с ума схожу от твоего запаха!

– Какого запаха? – напрягся мужчина.

– Каждый раз, когда я думаю о тебе, вижу тебя и даже после того, как ты приходишь ко мне во сне, я ощущаю смесь ароматов чернослива и хвои, – медленно произнесла я, сокращая расстояние между нами. – Я и сейчас нашла тебя по запаху…

Аркерон, вскинув руки, перехватил меня за предплечья, не давая прислониться.

– Алена… Уйди… Ты пожалеешь…

– Поздно, – произнесла я. – Неужели я совсем не привлекаю тебя как женщина? Совсем-совсем?! – с нотками страха спросила я.

– Дурочка… – выдохнул атеркар. – Глупая человечка! Сгоришь же!

– Ну и пусть! Может, я хочу сгореть! Дотла! – резко произнесла я.

Вскинув руки, я расстегнула пуговицу над основанием шеи, удерживающую платье, и, проведя по наряду руками, помогла соскользнуть ткани к своим ногам. Я никогда не была такой смелой, никогда сама не раздевалась перед мужчиной и уж точно никогда не предлагала себя, но сейчас все это было не важно. Я горела от желания, сгорала от страсти, и единственный, кто мог утолить этот пожар, молча стоял передо мной. В его глазах разгоралось пламя, а я ликовала.

– Ты все еще хочешь, чтобы я ушла? – тихо прошептала я.

– Поздно! – рыкнул Аркерон.

Я очутилась у него на руках и, не скрывая победной ухмылки, прижалась к желанному мужчине. Балетки, так же, как и платье, остались на полу возле окна. Я очутилась на идеально ровном ложе, застеленном лишь алым покрывалом. Моя бледная кожа и разметавшиеся волосы создавали яркий контраст на этой кровати. Правда, все эти мысли лишь фоном брезжили вдалеке, так как мой взгляд блуждал по идеальной мужской фигуре, на которой по мановению рук владельца не осталось одежды.

Глупая! Я когда-то позавидовала Милене и своему брату, возжелав такого же. Дурочка! Сейчас я завидовала сама себе. Это был не секс… По крайней мере, уж для меня точно! Мужчина покрывал мое тело поцелуями, словно пробуя его на вкус, страсть, бурлящая под кожей, казалось, сосредотачивалась как раз там, где обжигающие губы касались моего тела. Я вздрагивала, стонала и, извиваясь, молила прекратить эти мучения. Впервые я просто хотела, чтобы он сделал то, ради чего я пришла. Я хотела, чтобы он овладел мной, здесь, сейчас, сию минуту. Поцелуи доводили меня до исступления, а Аркерон все медлил, еще больше разжигая во мне страсть. Искусав губы в кровь, я не выдержала. Ужом скользнув из-под мужчины, я встала на кровати и жестко приказала:

– Повернись!

Усмехнувшись, мужчина лег на спину и демонстративно закинул руки за голову. Порадовавшись тому, что степень его возбуждения меня полностью устраивает, я опустилась на колени и, дотронувшись пальцами до мужского достоинства, плотоядно облизнулась.

– Уверена? – уточнил Аркерон, не скрывая легкого ехидства, чем заводил меня еще больше.

– Сама разберусь! – резко выдохнула я, перекинула ногу и уселась мужчине на живот таким образом, что его достоинство скользнуло вдоль ягодиц. На губах атеркара мелькнула улыбка, тогда как глаза внимательно наблюдали за мной. Облокотившись руками по обе стороны от мужчины, я приподнялась, подавшись вперед. Возбужденные соски скользнули по безупречно накачанной груди, заставляя чуть прогнуться в спине, дабы продлить удовольствие. Я повела плечами, мурлыкнув вслух, рассматривая сквозь полуопущенные ресницы ухмыляющегося мужчину.

– Кошка? – удивленно уточнил Аркерон, продолжая принимать пассивное участие в процессе.

– Помолчи, – тягуче попросила я, едва касаясь его губ.

Целовать передумала, вместо этого резко опустилась на мужское достоинство, прогнувшись в спине и замерла, ощущая идеальную наполненность. Определенно этот мужчина был создан для меня, и я не желала так быстро его отпускать! Медленно приподнявшись, я стремительно опустилась, издав громкий всхлип. Никогда я не чувствовала такого восторга. Ни один мой партнер не был столь желанен и так соблазнительно хорош, что от простого взгляда кровь закипала в венах. Его глаза, губы, его руки – само совершенство. Приподняла руками волосы, чтобы не щекотали спину, опять устремилась вверх, а затем резко вниз. На этом игра в наездницу не закончилась. Мужские руки помогли мне поймать тот темп, что был приятен нам обоим. Я сорвала голос, взлетая, казалось бы, до самых звезд, цеплялась за удерживающие пальцы, искала опору, откидываясь назад, упираясь в его крепкие бедра. В тот момент, когда его семя ворвалось в мое нутро, я не сдержала победного стона, обессиленно падая на мужчину, слизывая собственные слезы, оказавшиеся на его груди.

Мне было хорошо… Волшебно… Нереально… Ровно до того момента, пока не пришло понимание, на ком я лежу, где нахожусь и что сейчас произошло.

– Прости… – зачем-то прошептала я, сползая с мужчины и ища чем прикрыть свое обнаженное тело.

Черт! Я пришла к атеркару! Сама предложила себя! И фактически сама все сделала… А ведь он просил меня уйти…

– Все? Дверь там, – глухо произнес мужчина.

Аркерон сел на кровати и протянул мне белую ткань, оказавшуюся простыней, в которую я тут же завернулась. Неуклюже встав, я обвела взором пол в поисках платья и обуви, но ничего не обнаружив, поспешила к двери. На мужчину смотреть боялась, так как стыд с головой окунул меня в реальность.

Дура! Какая же я дура! Что же я наделала?! Глаза застилали слезы.

* * *

Распахнув дверь, я, не глядя, сделала шаг вперед, чтобы тут же, опершись о стену, сползти на пол, тихонько подвывая. Я была дома. У себя дома, но лучше бы меня не было. Вообще не было!

В реальность вернул скрип двери. В коридор выглянула заспанная Мила и, увидев меня на полу, юркнула обратно, чтобы через мгновение, подбежав, припасть на колени и, прижав меня к себе, прошептать:

– Что случилось?

– Ничего… – глухо ответила я.

– Почему ты голая? – допытывалась рыжая.

– С бала, – произнесла я.

– Я ничего не понимаю, – пожаловалась ведьма. – Что случилось? Где твоя одежда и обувь, и почему ты в простыне?

– Давай все потом… – взмолилась я, неуклюже поднимаясь. – Мне нужен душ и сон, а потом… может быть… мы поговорим.

– Хорошо, иди, я разберу кровать, – кивнула Мила, помогая мне добраться до ванной.

После душа я погрузилась в странное состояние, которого раньше не испытывала. Я была, и меня не было. На душе словно огромная черная кошка лежала, периодически постукивая мощным хвостом так, что дыхание замирало, и казалось, что предыдущий глоток воздуха был последним.

Страх предстоящего сна, стыд от содеянного и подступающее раскаяние наперебой раздирали остатки разума. Я долго сидела на подоконнике, жадно всматриваясь в пасмурное утро, в то, как люди спешат к остановкам и припаркованным машинам, в надежде что там, за окном, есть ответы на сотни незаданных вопросов.

Усталость взяла свое, и сон сморил меня прямо тут, на широком подоконнике. Свернувшись калачиком и подложив руку под голову, я все-таки переместилась туда, где меня ждал очередной экзамен.