38

Космическая станция Эбрела, станция-дворец, вытянутый эллипс, окруженный металлическим кружевом солнечных батарей, сияла на фоне медного диска Венеры. Мы с Максом летели на маленьком космическом такси, станция приближалась, заслоняя собой всё вокруг, сердце моё замирало. Не знаю, чего я больше боялась, вновь увидеть Эбрела, или уже не увидеть его, потому что Бэзил его убил? На подлете к станции стало понятно, что даже если Эбрел мёртв — полиция об этом пока не знает. Вокруг станции было пусто. Ни полицейских космолётов, но вездесущих журналистов — никого. Такси остановилось у причала, пристыковалось к шлюзу.

— Что, выходим? — спросил Макс.

Я кивнула. Макс нажал на кнопку вызова… и ничего не произошло. Макс нажал ещё раз — и тишина. Никто не спросил «кто там», никто ни человек, ни робот, как будто, даже не заметили сигнал звонка.

— Может, Эбрела нет дома? — предположил Макс. — А где тогда Бэзил? — Максим Миронов, к Эбрелу Доньярту, — произнёс Макс, нажимая кнопку вызова, — Я Максим Миронов, господин Доньярт, пожалуйста…

И тут замок шлюза щелкнул. Он щёлкнул, шлюз открылся — и за шлюзом была тьма. А потом в луч света, падавшем из такси, шагнул человек, и это был Бэзил. Живой и здоровый. Не в крови.

— Бэзил, где Эбрел? Что ты с ним сделал? — вцепилась я в Бэзила.

— Ничего. Тише, Алесия, ничего я с ним не сделал… Алесия, перестань! — Бэзил спихнул с себя мою руку, — Макс закрой, наконец, шлюз!

Макс вытащил из кармана фонарь, высветил кнопки шлюза, провёл по ним пальцами — и шлюз закрылся. Стало ещё темнее.

— Ты не убил Эбрела? — Повернулась я к Бэзилу, — ты его не убил?

— Нет, нет, Алесия, никого я не убил!

— А где Эбрел? — спросил Бэзила Макс, водя фонарём по пустому холлу.

— Его здесь нет. И, наверное, никогда не было.

— Не было?

Я огляделась — и поняла, что имел в виду Бэзил. Холл выглядел нежилым, свет фонаря выхватывал из тьмы пыльный пол, мебель в чехлах, горку отключенных роботов-убощиков, сложенных прямо в углу. Лежавшую на боку вазу.

— Это точно дом Эбрела? — удивилась я. — Да, точно.

— А как ты сюда попал? — прищурившись, спросил Макс Бэзила. — Я… Я кое-что умею. Риол…ты помнишь Риола Талека? — спросил мен Бэзил, — Риол занимается системами безопасности. То есть, электронными замками, системами распознавания лиц, видеокамерами и всем таким прочим. Естественно, он многое знал про то, как можно обойти все эти системы… А я… Я просто интересовался.

— Хорошо интересовался, как я погляжу, — ухмыльнулся Макс, — значит, ты взломал замок на этой станции, и вошёл?

— Я звонил, мне никто не ответил. И я подумал, вдруг Эбрел… Ну спит, допустим. Или его нет. Тогда я смогу войти и его подкараулить. Я собирался отключить системы наблюдения, я такое уже как-то делал… Но не пришлось. Здесь и так ничего не работает, здесь всё отключено. Даже воздух не генерируется, мы дышим тем, что остался, благо станция большая. Даже цветы завяли — им отключили систему полива. Рыбки в аквариуме умерли, в оранжерее высохшие бабочки. Здесь работает только маленькая батарейка, которая питает шлюз, и всё.

— О, Бэзил, как я рада, что ты никого не убил! — воскликнула я.

— Но если здесь нет Эбрела, то где он? — спросил Макс.

— Видимо, в другом месте. Я нашёл счета за обслуживание станции. Последний раз счёт был оплачен через несколько дней после взрыва «Валькирии», и, видимо, с тех пор тут никто не жил.

— Странно, что Эбрел даже не позаботился о своих растениях. О рыбках. Это странно. — Может, он чего-то боялся и очень быстро уехал? — предположила я, — ну, или он так спешил заняться нами, что…

— Он ведь не нищий, — заметил Макс, — я много читал про него, и у него всё в порядке с финансами, он очень богат. Оставить на станции минимум энергии чтобы питать цветы и аквариум ему ничего не стоило.

— Я думаю, нам надо осмотреть родовую станцию Севелена, — сказал Бэзил.

— Севелена? Но почему? — удивилась я. — Не знаю, но чувствую, что нам надо на станцию Севелена. Эбрел и Севелен связны, один убил другого. На этой станции нет ничего, что пролило бы свет на произошедшее. Поэтому поищем на станции Севелена.

— Хорошо, — кивнул Макс, — полетели.

Родовое гнездо Севелена выглядело немного иначе, чем станция-дорец Эбрела — но не менее помпезно. Это был шар, окруженный сияющими лентами и полосами, у которых, едва ли, было какое-то техническое назначение. Скорее все эти украшения были лишь для того, чтобы показать, что владелец данного сооружения может занять столько пространства в космосе, сколько пожелает. И эта станция не выглядела безжизненной, отнюдь нет. У причала висело с полдюжины космолётов.

— Нам надо быть готовым к тому, что Эбрел там, на станции, — сказал Бэзил, поворачиваясь ко мне и Максу, — и он не один. Ведите себя естественно.

И мне сразу сделалось нехорошо. Мне сразу показалось, что нет ничего более неправильного, чем вот так завалиться всем вместе к Эбрелу. Что мы ему скажем? Какова вообще наша цель? Узнать правду? Но что нам это даст? И, это наверное глупо, но особенно неуместным мне показалось моё платье. Ведь я я до сих пор была в минималистичном земном сарафанчике, очень тонком, однослойном, хлопковом. И Бэзил в своей клетчатой рубашке выглядел не лучше, не говоря уже о Максе. А на станции Севелена явно были гости!

— Бэзил Бибиан, Алесия Уителл и Макс Миронов к Эбрелу Доньярту, — сказал Бэзил, когда такси пришвартовалось к шлюзу. — Входите, — услышала я голос Эбрела, — добро пожаловать.