ГЛАВА 11
Домой ушла пораньше. Мысль о том, что сегодня Рус останется у меня… Ох, эта мысль! Она заставляла сердце колотиться, щеки гореть, дыхание сбиваться.
Почему-то, я была уверена, что раньше завтрашнего дня никакую справку Руслан не достанет, а он… А он, как всегда, сумел провернуть все по-своему. И теперь, Маруся, ждет тебя ночь страстная, в объятиях партнерских. Законных, между прочим. Контрактом оговоренных.
Знать бы еще, к чему готовиться?
Хотя, чего тут знать? И ежу ясно, что Рус постарается обойти все мои условия. Я это сразу, по его наглючим глазам, поняла. И по хитрому прищуру. И по предвкушающей улыбке…
Не, не надо про улыбку. И про крепкие руки… И про горячие поцелуи…
Уже нынешней ночью мне предстоит вспомнить все это достаточно предметно.
Еще решить бы, как себя вести. А то… Чувствую, сдамся без боя. Сразу.
Как партнера увижу, так и выдам: — «Руслан, я ваша навеки!». Или что там героини романов говорят?
Но ведь это неправильно! Должна же у нас быть хоть какая-то линия обороны, а, Марусь? Стратегия там… Тактика.
Ага. Тактика. Походу, стоит Руслану ко мне прикоснуться, и вся моя тактика полетит к черту. И я сама на Берцева накинусь.
А что? Может, на это и сделать ставку?
Вот наброшусь на партнера, испугается он такой страсти неподдельной, да и ринется к двери!
И то, кому охота с озабоченной девицей связываться?
А можно еще попросить его жениться на мне. Тоже действенное средство. Любой мужик, как о женитьбе услышит, тут же норовит бесследно испариться! Никакой контракт не удержит!
Я иронизировала, пытаясь побороть накатывающий мандраж, ерничала, прикалывалась… Делала вид, что совсем не волнуюсь. Но в глубине души отчаянно трусила. И ждала наступающей ночи.
Звонок в дверь, возвестивший о приходе партнера, прозвучал громко и неожиданно.
Неужели уже девять?!
Поспешно поправила перед зеркалом волосы, глубоко вздохнула и пошла открывать.
— Здравствуй, Мари.
Рус, с несколькими пакетами и большой коробкой в руках, лыбился во все тридцать два.
Ишь, довольный. Добился своего.
— Здравствуй, Руслан, — отступив в сторону, позволила гостю войти. Хотя какому уж гостю? Квартиранту, скорее.
— Я тут ужин захватил, — не переставая улыбаться, доложил Берцев. — Не против?
— Вообще-то, я уже поужинала, — с сомнением посмотрела на картонную коробку. Логотип одного из лучших ресторанов города заставил желудок предательски заурчать.
Да чтоб тебя! В кого ж ты такой прожорливый?!
— Надеюсь, меня ты покормить не откажешься? — хитро усмехнулся Рус.
— Проходи, — вздохнув, посмотрела в наглые серые глаза, со смеющимися золотистыми искорками, и поняла, что линия обороны только что рухнула. С треском. Погребая под собой и стратегию, и тактику… И здравый смысл. Что ж, вечная им память, как говорится.
Берцев спокойно направился на кухню, выгрузил пакеты и принялся их опустошать. Бутылка итальянского шампанского, какие-то контейнеры с салатами, баночки с икрой, запечатанный графин с ярко-оранжевым соком. Надо же! Не забыл, что я люблю фреш.
Очередь дошла до коробки. Партнер поднял крышку, и умопомрачительный аромат шашлыка едва не заставил меня застонать. У-ум… Вкусняшечка…
Странно. Никогда не была такой фанаткой мяса. Эта беременность… Она как-то странно на меня влияет. Уже не раз ловила себя на мысли, что с удовольствием съела бы почти не прожаренный стейк. Не дотягивающий даже до обычного «медиума». Практически, с кровью.
Сама не могу понять, откуда такие предпочтения. Не иначе, сынуля старается.
В том, что у меня будет мальчик, я даже не сомневалась. Безо всякого УЗИ знала.
— Подожди, — отодвинув Руслана, принялась перекладывать принесенную им еду на тарелки.
Мясной рулет, запеченная на углях семга, какой-то сложный салат из морепродуктов и зелени, соленья и нарезки… А вы знаете толк в еде, Руслан Александрович!
— Не думал, что ты такой эстет, — хмыкнул Берцев, наблюдая, как я расставляю посуду и раскладываю приборы и салфетки.
Не думал он… А вот и зря. Люблю, когда все красиво.
Спустя несколько минут стол был сервирован, и Руслан, впервые проявив галантность, отодвинул для меня стул.
— Спасибо, — удивленно кивнула партнеру.
Надо же, какая предупредительность!
— Вина? — откупоривая бутылку, поинтересовался Рус, а я зависла, наблюдая за движениями уверенных рук.
Как-то не так я реагирую на партнера. Слишком сильно. Остро. Неправильно.
— Нет, лучше сока, — поспешно отказалась, хватаясь за свой бокал.
— Мари, я ведь обещал найти вино, которое тебе понравится, — усмехнулся Берцев. — Думаю, Мондоро — именно то, что нужно. Оно достаточно легкое, нежное, сладкое. С медовым послевкусием. И такое же искристое, как и ты. Практически твое отражение.
— Прости, Рус, но я не хочу.
Что ж ты упрямый такой, партнер?
Ну не пьет девушка. Беременная она. Неужели нужно все объяснять дословно?
— Да? — задумчиво посмотрел на меня мужчина. — Ладно. Похоже, ты действительно любишь только фреш, — наполняя мой стакан соком, признал он.
Вот и славно! Вот и закрыли тему алкоголя! Молодец, партнер. Быстро до тебя дошло.
— Мне только интересно, — отпивая глоток шампанского, уточнил Рус. — Ты совсем не пьешь? Или нужен особый повод?
Нет. Не молодец. Рано мы, Маруся, обрадовались…
— Иногда могу пригубить немного, за компанию, — решила пояснить свою жизненную позицию. — Но особого удовольствия от этого не испытываю.
— Ясно, — кивнул Руслан.
В его глазах мелькнуло сомнение, но он не стал ничего говорить.
Ну, ясно, так ясно. Надеюсь, больше мы к этой теме возвращаться не будем.
Берцев положил на свою тарелку салат и потянулся за моей.
— Нет, я не хочу, — остановила партнера. — Не люблю поздние ужины.
Ага. Рассказывай, Машенька… Главное, не забудь голодный блеск из глаз убрать.
— А что еще ты не любишь? — словно невзначай, поинтересовался Рус, с аппетитом уничтожая закуску.
— Что еще? — вопрос заставил меня задуматься. — Трудно сказать. В еде я не привередлива.
— А в жизни? — невозмутимо уточнил Руслан.
— Да и в жизни, в общем-то, тоже. Хотя… — усмехнулась, посмотрев на мужчину. — Пожалуй, есть пара вещей, которые мне не очень нравятся. Никогда не любила ранние подъемы и долгие выяснения отношений.
— Да, я помню, — хмыкнул Берцев. — Заметил тогда…
Еще бы ты не заметил, партнер! Ты у меня, вообще, наблюдательный.
— И все же, попробуй салат, Мари, — не позволяя надолго погрузиться в размышления, предложил Руслан. — Как ни странно, он достаточно неплох. Даже не ожидал от провинциального ресторана.
Я покачала головой. Сноб.
— Да ладно, Мари, — понял мое неодобрение Берцев. — Ну не привык я к хорошему обслуживанию в глубинке. А тут… Приятное удивление.
— Не такая уж у нас и глубинка, Рус, — вступилась я за свою малую родину. — До Москвы — рукой подать.
— Не знаю. Слишком тут тихо, — не согласился партнер. Он пристально посмотрел на меня и вновь отпил глоток вина, а я невольно задержала взгляд на его губах. Влажные… Так и тянет прикоснуться!
Руслан, словно почувствовав мой интерес, вольготно откинулся на спинку дивана и расстегнул воротник рубашки.
Зар-р-раза… Что ж он со мной делает, а?!
Отведя взгляд, отрезала кусок шашлыка и принялась его жевать.
Нужно чем-то себя занять. Срочно. Иначе накинусь я на этого наглеца… Сама. А он не засчитает это за тот самый один оговоренный контакт и потребует реванша. А я, к своему позору, и не подумаю отказываться!
Черт! И почему меня к нему так тянет?
Так. Не отвлекаемся, Машенька. Жуем. Жуем, я сказала…
А вкусно… Нет, действительно вкусно!
Даже аппетит проснулся.
Я цапнула с блюда еще пару кусочков и довольно улыбнулась. Похоже, я нашла, чем себя отвлечь!
— Мари, а у тебя здесь есть кто-нибудь из родных? — негромко спросил Руслан.
Да ладно! Партнер, ну, не надо прикидываться! А то я не догадываюсь, что твои люди на меня уже полное досье собрали.
— Сестра, — коротко ответила продуманному мужчине.
— А родители?
— Отец давно уже переехал. У него другая семья. А мама… Ее не стало пять лет назад.
— Прости, — тихо сказал Руслан, коснувшись моей руки.
— Да ничего, — мотнув головой, улыбнулась.
Я уже давно свыклась с болью утраты.
Берцев едва заметно сжал мою ладонь и погладил запястье.
— Ты почему свой сок не пьешь? — уточнил он. — Кто-то уверял меня, что без фреша жить не может, не помнишь, кто это был?
Рус усмехнулся и поднес мою руку к своим губам.
Не, ну так не честно! Это запрещенный прием!
Легкое прикосновение к бьющейся жилке… И я не смогла сдержать довольный вздох.
Все, Маруся, выдала себя с головой. Сейчас партнер отыграется на тебе, по полной. И за побег, и за обман… И за справку.
Но Руслан удивил. Он нежно поцеловал пульсирующую точку и отпустил ладонь.
А… Ничего не понимаю…
— Мясо понравилось? — как ни в чем не бывало, спросил мужчина.
— Да. Вкусно.
— Приятно, когда у девушки хороший аппетит, — словно вскользь, заметил Берцев, а меня от этих слов жаром обдало.
Понял… Все он заметил и понял. И мой изголодавшийся совсем не по еде взгляд, и участившееся дыхание, и яркий румянец.
— Даже не знаю, расценивать ли это, как комплимент, — хмыкнула я. — Учитывая, что девушки сейчас сплошь на диетах сидят.
— Надеюсь, ты не страдаешь подобной ерундой? — небрежно поинтересовался Рус. Он незаметно придвинулся ближе и положил руку на спинку моего стула. — Мне кажется, глупо себя ограничивать.
Ага. Ограничивать. Это мы сейчас о чем? Сдается мне, что речь уже совсем не о еде.
— Да нет, — качнула головой и незаметно отодвинулась подальше от горячей руки партнера. — Не люблю диеты.
— В этом мы похожи, — задумчиво протянул Берцев.
Он чуть наклонился вперед, оказавшись ко мне неожиданно близко, и добавил:
— Очень похожи, Мари. Я тоже не люблю… диеты.
Ответить я не успела. Требовательные губы накрыли мои и заставили забыть и о еде, и о закипающем чайнике, и о собственных установках.
Рус…
Руки партнера прошлись по груди, смяли ее, потеребили проступившие сквозь тонкую ткань блузки соски…
— Мари, — хриплый шепот заставил задрожать от предвкушения. — Детка…
Одним рывком Руслан усадил меня к себе на колени и зарылся лицом в мои волосы.
— Сладкая, — искушающе произнес он. — Какая же ты сладкая! Настоящий десерт…
Его ладони легли мне на бедра, оглаживая ягодицы, сдвигая юбку, проходясь по кружеву чулок. Да-да. Я не удержалась и надела давнее приобретение, несколько месяцев пролежавшее на полке без надобности.
— Мари…
Пальцы партнера задели стринги, отодвинули их в сторону и скользнули во влажную глубину, заставив меня застонать от неожиданно острого удовольствия.
— Рус…
— Да, детка, — чуть насмешливо произнес Берцев. — Я тоже по тебе скучал.
Он слегка прикусил мою губу и тут же приласкал ее своим языком.
— Рус…
Я потянулась за поцелуем, но коварный партнер отстранился и невозмутимо посмотрел в глаза.
— Не нальешь мне чаю, Мари? — невозмутимо спросил он.
— Что? — не успев прийти в себя, переспросила у Берцева.
— Чаю, Мари, — усмехнулся он.
Ах, ты ж… Ну, партнер! Ну, зар-р-раза… Ладно. Мы тоже кое на что способны.
— А… Да, сейчас, — собрав волю в кулак, соскользнула с колен мужчины. — Черный, без добавок? — Я потянулась за банкой и привстала на цыпочки, позволив юбке задраться чуть выше кружева чулок.
Не услышав ответа, обернулась и увидела, как потемнели серые глаза Руслана.
— Черный, — невнятно ответил он.
— Отлично, — улыбнулась, как можно беззаботнее, и достала заварку. — Ой, сахар закончился, — сокрушенно покачав головой, покрутила в руках наполовину полную сахарницу. — Надо насыпать.
Я наклонилась к нижнему шкафу, неторопливо достала коробку и медленно распрямилась.
Сзади послышался прерывистый вздох.
Ага. Сработало. Похоже, моя провокация не осталась без внимания. Недаром я все-таки короткую юбку надела.
— Рус, а ты…
— Если ты попытаешься еще хоть что-нибудь достать из этого гребанного шкафа, — предупреждающе посмотрел на меня партнер. — Чая мы не дождемся, Мари.
— Но я всего лишь…
— Мари, — в голосе Руслана прозвучали рычащие нотки.
— Хорошо-хорошо. Чай.
Я примирительно улыбнулась и засыпала заварку в чайник.
Ух, какие мы строгие…
Поставила перед партнером чашку, села напротив и внимательно посмотрела на мужчину.
Темные волосы небрежно растрепаны, рубашка расстегнута, на лице застыла напряженная улыбка.
— Попробуешь брауни? — вкрадчиво спросил Руслан, потянувшись за блюдом с десертом.
— Если угостишь, — усмехнулась, наблюдая, как Берцев нарезает шоколадное лакомство.
— С удовольствием, Мари, — предвкушающе протянул Рус. — Ну-ка…
Кусочек пирожного оказался у меня во рту.
М-мм… Вкусно. Нет, не так. Бесподобно вкусно!
Руслан, посмотрев на мое довольное лицо, тут же вынудил поделиться угощением, и я не смогла отказать наглому партнеру. Его губы… Их ласка оказалась так упоительна… Так желанна… Так нежна…
Я забыла про закипевший чайник, про банку с заваркой, сиротливо стоящую на краю стола, про восхитительно-нежное шоколадное брауни…
Не прерывая поцелуя, Рус подхватил меня на руки и понес в спальню.
— Я скучал, Мари, — прошептал он, укладывая меня на постель. — Очень скучал.
И, словно в подтверждение своих слов, принялся раздевать меня, глядя потемневшими, грозовыми глазами. Этот взгляд… Мне даже страшно стало, столько в нем было жажды и нужды.
— Мари, — жадно накрывая мою грудь ладонями, прошептал Руслан.
Его губы коснулись моих, и я выгнулась от удовольствия.
Да… Я тоже соскучилась, партнер. Очень…
Дыхание сбивалось, внутри зарождалась привычная уже волна, тело плавилось в сильных руках. Его пальцы безошибочно нашли пульсирующую сладкой болью точку и принялись терзать ее, заставляя меня сдаться.
А я и не противилась. Я уже сдалась. Добровольно.
Руслан… Как же я скучала! Как мечтала еще хоть раз… А-а…
Движения становились все настойчивее, поцелуи — глубже и коварнее, а ощущения — сильнее.
— Давай, детка, — хрипло прошептал партнер, и все мои мысли растворились, сметенные нахлынувшим оргазмом.
— Умница, — довольно выдохнул Рус, нежно касаясь моих губ своими. — Отдыхай, Мари, — тихо добавил он.
Только потом, придя в себя и отдышавшись, поняла, что партнер так и не воспользовался своим правом.
Странно. Я ведь чувствовала, как Рус возбужден. Так чего же он ждет?
— Спи, Мари, — обняв меня крепче, прошептал он.
— А…
— Спи, — твердо повторил Берцев, и у меня отпало всякое желание что-либо выяснять.
Проснулась под утро, от жаркого поцелуя.
— Рус…
— Тш-ш… Тихо, детка, — прямо в губы, прошептал Руслан. — Я тоже хочу получить свою часть удовольствия.
Его руки оказались у меня между бедер и прошлись по повлажневшим складкам.
— Долго же ты ждал! — усмехнулась, избавляясь от остатков сна.
Тело мгновенно отозвалось на прикосновения партнера. Надо же… Приручил.
— Ничего, — Берцев загадочно улыбнулся. — Иногда ожидание того стоит.
Он легко прикусил чувствительное местечко под ключицей и спустился ниже, захватывая в плен мою грудь.
— Мари…
Звук хриплого голоса отозвался знакомым жаром. Как же я скучала по тебе, партнер…
— Мари…
Прикосновения обжигали, становясь все откровеннее. Тело горело, подаваясь требовательным рукам Руслана.
— Мари…
Одно движение — и я всхлипнула от резкого вторжения, плотнее прижимаясь к партнеру и сдаваясь на его милость. Я была согласна на все, только бы он не отпускал меня. Только бы не уходил.
Прерывистые вздохи, стоны, горячечные поцелуи…
Рай… Мой персональный рай. Сладкий, манящий, дурманящий.
Он был все ближе, расцветая тысячами искр.
Руслан…
Его губы… Его руки… Его страсть…
Они покоряли, властвовали, держали в напряжении… И они же подарили мне блаженство, заставив глухо застонать от сладкого удовольствия.
Уже позже, лежа на груди партнера, я невольно отметила, что Рус был удивительно осторожен. Ни резких движений, ни неудобных поз. Странно. Ни за что бы не поверила, что он может быть настолько нежен.
Резкий звук мобильного заставил меня приподнять голову.
— Извини, Мари, — тихо сказал Руслан, поднимаясь с постели. — Мне нужно ответить.
Ну конечно. Я ведь помню — трудоголик!
Кивнула, удобно устроилась в постели и прикрыла глаза.
— Да, Леха, я слушаю, — негромко произнес Рус, выходя в коридор и закрывая за собой дверь.
Интересно, какие дела можно решать в пять утра?
До меня долетали лишь короткие отрывистые ответы Берцева, а потом надолго наступила тишина. Не знаю, почему, но мне стало не по себе.
Странно. Никогда не отличалась особой мнительностью. Опять бабы-Катины гены расстарались? Ох уж эта бабуля… Похоже, вместе с квартирой она осчастливила меня и своей странной наследственностью. Ну что такого в этом звонке? Чего я всполошилась? Меня-то он не касается. Или касается?
Наконец, когда я уже успела напридумывать себе кучу всяких глупостей, Руслан вернулся в спальню. Правда, ложиться не стал.
— Рус?
Партнер подошел к окну и замер, никак не реагируя на мой возглас.
— Руслан…
Я попыталась понять, что случилось, но не смогла добиться от мужчины ни слова.
Берцев напряженно застыл, глядя на меня каким-то нечитаемым взглядом, и я растерялась. Что происходит? Что не так?
Партнер молчал. Наконец, он повернулся, постоял еще немного, рассматривая темный двор, и устало уперся руками в подоконник.
— Руслан, с тобой все в порядке?
Глядя, как сгорбились его плечи, не смогла удержаться от вопроса. В душе шевельнулась тревога.
— Все нормально, — неохотно ответил мужчина. — Ты извини, Мари, мне нужно идти, — словно через силу, добавил он. — Провожать меня не надо. Спи.
Да, что происходит? Что не так? Почему он уходит?
Берцев поднял с пола свою одежду и тихо вышел из комнаты.
Вот так, Маруся. Ни почему, ни отчего… Понимай, как знаешь.
Ушел и даже не оглянулся.
Отчего-то мне показалось, что он больше не придет. Было что-то в его лице… Какая-то странная растерянность и безнадежность. И я поняла, что это напрямую касается меня. Вот, прям, почувствовала…
Неужели опять из-за Федора? Может, узнал, что тот меня подвозил? Или выяснил, что бывший постоянно возле меня крутится?
Почему он ушел?
Глаза подозрительно защипало. Э, нет… Только рыданий нам и не хватало! Не сметь.
Ушел? Ну и ладно. Не очень-то и хотелось. Проживем и без него. И нечего сырость разводить. Подумаешь, не понравилось… Мы тоже не в особом восторге…
Договоры он подписывает. Сделки заключает…
Вот и нечего. Жили без него, и дальше проживем.
И вообще… До рассвета еще пара часов есть, хватит в потолок смотреть. Закрывай, Маруся, глаза, и спи.
Тем более, партнер напоследок посоветовал. Вот и выполним последнее законное распоряжение. А с завтрашнего дня… С завтрашнего дня выкинем все из головы и заживем привычной размеренной жизнью. Безо всяких там партнеров и безумных сделок.
{Руслан}
С трудом выбрался из квартиры Маши и добрел до своей. Не знаю, как не разнес все вокруг. Голова была, как в тумане.
Мари…
То, что я почувствовал, когда Леха рассказал, отчего Мари зачастила в клинику…
До сих пор трясет от бешенства. Беременна… Она беременна! Носит под сердцем ребенка. Чужого ребенка!
Проклятье!
Захлопнул дверь, прошел на кухню и рухнул на стул. Мозг отказывался принимать тот факт, что Маша… Нет. Я не хочу этого знать. Не хочу.
Как же гадко на душе…
Черт!
Сама мысль о том, что Мари… Что она…
Нет. Не могу. Не могу понять. Неужели сразу после меня, она вернулась к своему придурку-мужу?! Спала с ним. Стонала под его руками. Кричала его имя…
Убью… Я убью этого недоумка.
Интересно, он уже знает о ребенке?
Бля… Похоже, все человеческие суки одинаковы! Им неизвестно такое понятие, как верность!
Какую невинность разыгрывала! А сама… Интересно, она ему рассказала? Или ждет подходящего момента?
Да что ж так хреново-то?
А ведь это мог бы быть мой ребенок. Мог бы… Если бы Маша не была человеком. От этой мысли на душе стало еще пакостнее. Как и при мысли о том, что я лишен возможности увидеть свое продолжение. Дети… Потомство… За столько лет ни одна из наших женщин так и не понесла от меня. Ни одна. Все-таки прав был отец. Победа над волком далась мне слишком дорогой ценой. Нельзя безнаказанно идти против природы. Она отомстит. Обязательно. Отберет то, что является самым важным и значимым. Поставит на колени. Лишит будущего.
Что ж, так и оказалось. Приобретя власть над собственной жизнью, я потерял то, что является смыслом и продолжением этой самой жизни.
А ведь мог бы… Нет. Лучше не думать об этом.
Но Мари… Как же больно от ее предательства.
Странно, что волк молчит. Затаился и носа не высовывает. Что? Не ожидал? Вот она, твоя обожаемая самка! Смотри.
Рывком распахнув дверцы кухонного шкафа, достал початую бутылку коньяка и налил его в стакан.
Сейчас бы водки…
Коньяк не поможет. Его на радостях пить нужно, а мне сейчас в самый раз что-нибудь безвкусное и забористое. Чтобы мозги отключить. Не думать. Не вспоминать, как же офигенно все было до…
Твою м…ть!
Почему так хреново? И откуда это мерзкое ощущение предательства? Она ведь мне никто. Так… Случайная девчонка.
Обычная, ничем не примечательная.
Ага. Себе-то хоть не ври…
Была бы непримечательная, ты бы так не бесился…
Какое все-таки пойло этот «Леро»! Двадцать пять лет выдержки… Подделка. Где его парни достали? Лучше бы обычной водки купили.
Вот и объяснились все эти участившиеся визиты в клинику. Молодцы, ребята. Быстро все выяснили. Сергей поручил Лехе закрутить с этой медсестричкой, а тот и рад стараться. Вон, среди ночи не поленился позвонить, доложить о результатах.
Бля…
Деньги ей нужны… Договор… Ясно теперь, на что они понадобились!
Ладно. Будут ей деньги. Завтра же переведу всю сумму и уеду. Нечего здесь сидеть. Хватит. Пусть возвращается к своему мужу и плодит с ним хоть целый выводок, мне все равно.
Когда бутылка успела закончиться? Дерьмо…
Слишком быстро… А толку…
Хотя… С чего я, вообще, завелся? Что такого произошло?
Бред какой-то. Я, Руслан Берцев, расклеился из-за того, что какая-то сучка залетела… Да плевать мне на нее! И на мужа ее плевать! Не хватало еще завидовать этому недоумку!
Решено. Завтра с утра уеду. Подурил — и хватит. Пора возвращаться к привычной жизни. Без ненужных чувств и нелепых страданий. Меньше проблем будет. Для всех.
Нужно уезжать. И лучше сделать это прямо сейчас, пока я не натворил глупостей. Не хватало еще разборки устроить. А ведь хочется… Очень хочется. Посмотреть в глаза и спросить: — «Почему, Мари? Как ты могла… С ним…».
Проклятье!
Зачем я, вообще, этот коньяк пил? Все равно не действует…
Да где этот гребанный телефон?
Ага. Вот он. Так. Номер Сергея…
— Да, босс?
Ты гляди, не спит… Какое рвение!
— Бери машину и приезжай.
— Руслан Александрович, что-то случилось?
Надо же, сколько напряжения в голосе. Что? Не привык к такому? Не видел еще своего альфу слетевшим с катушек? Ну-ну. Я тоже от себя подобного не ожидал.
— Нет, Сергей, ничего не случилось, — постарался говорить, как обычно. Незачем охраннику знать, что его босс мозгами тронулся. — Просто, ты мне нужен.
— Хорошо, — коротко ответил Стрельцов. — Сейчас буду.
А настороженность никуда не делась. Не поверил. Ну и ладно. Плевать.
Серый появился через пять минут. Видно, где-то неподалеку околачивался. Знаю я его привычки. Ни за что не оставит без присмотра, даже если в шею гнать буду.
— Руслан Александрович, что-то нужно?
А смотрит как напряженно… Что, такой страшный? Ха! Это ты меня полчаса назад не видел.
— Я уезжаю. Утром отдашь Марии двести тысяч. Еще передашь вот эту папку и скажешь, что она свободна от всех условий договора. (3303c)
— А охрана? — осторожно поинтересовался Стрельцов. — Им оставаться, или тоже уезжать?
— Они здесь больше не нужны.
Да. Правильно. Пусть Мари живет своей обычной жизнью. Так будет лучше для всех. И для нее — в первую очередь.