Глава 2

Как ответственный опекун, я постаралась вытрясти с Бай Шаня, что же такое формы и что Сяо Ма следует ожидать на пути их освоения. Оказалось, на пути меча есть так называемые три ступени: форма, где ученик познаёт базу; дух — работа с ци; и пустота — вот этого я не поняла из путаного объяснения Бай Шаня ничего. Он даже на дороге палочкой пытался нарисовать что-то, но в его каракулях я ничего разобрать толком не смогла, получалось, что это почти предвидение боя и окончание его одним ударом. Думаю, на такие высоты, как дух и пустота, нам замахиваться пока рано, поэтому даже хорошо, что обучать Сяо Ма будут только форме. Вот только обучать его, как оказалось, будут настоящим боевым мечом, что уже заставляло меня нервно передёргивать плечами и принудительно душить орущую благим матом внутреннюю тревожницу.

И да, первая мысль, которая пришла мне в голову после того, как Бай Шань, неспешно прогуливаясь со мной по рынку, заметил:

— Нам нужно ещё меч купить, —

Была «ты сдурел», а вторая — «где мы этот меч купим?» В конце концов, это ж меч, а не редиска, которую в каждой лавке по три пучка за вэнь. Что-то я не припомню оружейных магазинов в городе, хотя, конечно, есть подозрение, что я плохо искала, так как никогда не интересовалась подобным. И меня все еще смущала мысль о том, что покупать по умолчанию предполагалось боевой меч. В моей голове это не укладывалось, а путь освоения меча начинался с заботливо вырезанной деревянной болванки. Может, это все-таки слишком для того, кто только начинает этот путь? Я прямо представила, как мелкий, не удержав меч, роняет его и в итоге остаётся без ноги. Волосы дыбом не встали, что уже хорошо.

— Может, всё-таки деревянный меч или что-то подобное? — уточнила я с некоторым сомнением. В ответ на меня посмотрели как на идиотку, но всё же любезно разъяснили один важный и, как оказалось, принципиальный момент.

— Меня учили с настоящим мечом. И я не представляю, как надо учить с его заменителем. Но если госпожа Лу Шиань так обеспокоена, то мы можем оставить эту затею.

Я отрицательно замотала головой. Кто я такая, чтобы спорить с мастером? Ученику нужен меч — значит, покупаем меч. Благо, кажется, мне не придётся задумываться о том, где его искать. Бай Шань очень уверенно вёл нас в сторону казармы. И что удивительно — с ним даже здоровались, кажется, в городе его знали. Интересно, он реально рассматривает оружейную городской стражи как оружейный магазин? Я некоторое время была уверена, что эта моя мысль — просто бредовая идея. Но, как оказалось, нет. Бай Шань действительно так думал.

Начальник стражи встретил нас, в отличие от своих подопечных, неласково. Он был хмур и чем-то явно очень недоволен. Действительно, чем бы он мог быть недоволен? Например, неожиданным визитом практика со мной на буксире, остановить которого стража даже не пыталась, пока тот уверенно шёл по ямэню к нужному ему кабинету.

— Мне нужен меч, — сходу начал Бай Шань, даже не поздоровавшись.

Начальник стражи едва поднял на нас взгляд и снова уткнулся в документы. После некоторого молчания дал ответ, не отрываясь от горы бумаг, которые перед ним лежали:

— Так купи. Или ты забыл, где оружейные магазины находятся?

О, так в городе всё-таки есть оружейные магазины. Впрочем, чего это я удивляюсь? Город-то портовый, должны быть. Впрочем, больше, чем место продажи разного колющего и рубящего, меня занимали взаимоотношения Бай Шаня и начальника стражи. Кажется, эти двое были давними знакомцами, и у меня закралось подозрение, что если бы ученики секты Фу Дай всё-таки — ну, вдруг, дуракам везёт — сумели бы поймать Бай Шаня, они могли бы столкнуться с некоторым количеством проблем, когда в его защиту выступил бы начальник стражи.

— Мне нужен простой меч, — уточнил Бай Шань с лёгкой улыбкой, опираясь на стол, а я постаралась слиться со стеной, чтобы не отсвечивать. Из того, что я уже поняла, столь неформальное общение — это либо высочайшая наглость, либо проявление глубоких дружеских чувств, либо и того, и другого.

— Ну так купи, — повторил начальник стражи, всё ещё не отрываясь от своих бумажек. — У тебя явно есть способы купить и простой меч. Более того, я уверен, что тебе даже его покупать не надо — где-нибудь в твоих закромах обязательно что-нибудь заваляется. У тебя арсенал едва ли не больше императорского.

— Откуда у меня детский обычный меч? — возмутился Бай Шань. — Я учеников никогда в жизни не брал. А у вас точно есть.

Глава стражи закатил глаза, перевёл на меня взгляд, в котором прочиталось некоторое сочувствие, смешанное с раздражением. Я демонстративно поклонилась: с такими людьми неплохо придерживаться хоть какого-то этикета. Возможно, он даже потом сделает вид, что меня не было в тот момент, когда он потерял лицо из-за этого наглеца. А потом уточнил:

— Тебе же проще дать, чем объяснить, что нельзя?

— Ага, — усмехнулся Бай Шань. — Тогда я тихонечко уйду, и не буду стоять у тебя над ухом и ныть о том, что мне нужен детский меч. А идти куда-нибудь в другое место мне лень, потому что я уже здесь, и я точно знаю, что у тебя он тоже есть. Если я получу эту пару мечей, то несколько недель вот точно не буду появляться в городе. Надеюсь, это условие устроит многоуважаемого Ху Вэя?

Я с трудом сдержала истеричный смешок. Кажется, родители многоуважаемого начальника стражи обладали даром провидения и несколько изощрённым чувством юмора. Назвать ребёнка Ху Вэй, что мой встроенный переводчик обозначил как «начальник стражи» или «тигриный страж», надо было постараться. Вот уж действительно: как лодку назовёшь…

— Откуда взялась пара мечей? — насторожился начальник стражи, а потом, увидев что-то в глазах Бай Шаня, тяжело вздохнул и устало потёр переносицу, затем резко встал и вышел. Даже удивительно, что он так спокойно реагировал на моё присутствие. Точнее, не реагировал — словно меня и не было. Кажется, раздражение от присутствия Бай Шаня перекрывало всё остальное, даже присутствие постороннего человека. Впрочем, учитывая статус обычных женщин, ничего удивительного в этом не было. Мне же проще.

Через некоторое время он вернулся и швырнул на стол небольшой свёрток, который тихо звякнул. Ткань развернулась, и там оказалось два меча.

— А второй зачем? — заинтересовалась я, чувствуя, как по спине пробежал холодок.

— Ну, я подумал, — усмехнулся Бай Шань, — что вам тоже неплохо бы познать форму. Ну хотя бы основы.

Со стороны начальника стражи раздался тихий смешок. Я увидела в глазах господина Ху Вэя сочувствие, смешанное со злорадством.

— Я не планировала, — попыталась отбрехаться я. — Мне это даже никогда не было интересно.

— Основы нужны всем, — усмехнулся Бай Шань и провёл рукой над мечом. Я с интересом увидела, как тот исчез.

Так, а можно с этого места поподробней? Допрашивать моего недавно назначенного телохранителя (о чём он, естественно, ещё не знал) в присутствии стражи я не стала, но зарубочку себе сделала. Кажется, это было то самое пространственное кольцо, о которых я читала в новеллах и манхвах. И мне очень хотелось получить его себе. В конце концов, не ослом же единым. На него много не нагрузишь, а если нагрузишь, то не сядешь. А мне иногда хотелось использовать его и как ездовое животное. Ну или проложить нормальную дорогу от домика до города. И непонятно, что в итоге будет проще, дешевле и менее затратно для моих нервов.

Когда мы покинули ямэнь, то некоторое время шли молча. Я не хотела напоминать Бай Шаню о его не самой хорошей для меня идее научить меня владеть мечом, но сама в итоге нет-нет да и поглядывала на него, пытаясь понять, куда он там засунул мечи.

— Заинтересовались? — провокационно улыбнулся Бай Шань, покручивая нефритовую подвеску, висящую у него на поясе. — Возможно, вы хотите такую же?

Я буквально слышала в его интонациях голос змея-искусителя, предлагающего Еве яблоко.

— Если вы согласитесь учиться формам, я так и быть, подарю вам её.

Желание иметь пространственное кольцо (в данном случае пространственную подвеску) мучительно боролось с желанием не изучать искусство меча. Я для этого была слишком ленива. Я не горела желанием держать в руках железку больше и тяжелее ножа. Это было поистине эпическое противостояние.

— Вам же надо как-то себя защищать, — продолжал соблазнять меня Бай Шань.

— У меня есть куст, осёл и вы, а потом будет Сяо Ма, — отмахнулась я. — В конце концов, я собираюсь сдавать экзамен на алхимика, а не становиться мечником.

— Мечником быть тоже неплохо, — как-то даже обиделся Бай Шань.

— Да я даже как-то не спорю, — согласилась я, которая изначально в своих мечтах и мыслях видела себя с крутым мечом наперевес, разрубающей врагов одним движением. — Но у меня лучше всего получается тюлениться на шезлонге, поедая фрукты. А это не та физическая нагрузка, которая нужна для овладения мечом.

— Как-как ты сказала? — недоумённо посмотрел на меня Бай Шань. — Тюлениться? Интересное слово, никогда такого не слышал.

Я вздрогнула, поняв, что опять ляпнула что-то из своего прошлого мира, и решила уточнить:

— Заниматься ничегонеделанием. Лежать на солнышке, возможно, читать книжку, есть фрукты.

На некоторое время я задумалась, пытаясь подобрать подходящую аналогию из животного мира. Сначала подумала про кошек, но у кошек здесь чисто утилитарная роль — ловить мышей. Никто не будет просто так кормить пушистиков. О, вспомнила.

— Наверное, ближе всего быть пандой. То есть пандиться.

Бай Шань долго-долго молчал, а потом рассмеялся.

— Ну, в принципе, это вам подходит. Так что — будете изучать формы?

Перед моими глазами снова блеснула подвеска. Я почувствовала себя котом, перед которым машут блестящим конфетным фантиком. Руки сами собой потянулись к блестящему нефриту. В конце концов, ну выучу я пару базовых стоек, что в этом сложного? Это же не будет проблемой, правда? Заодно и фигуру поправлю, а то последнее время у меня щёчки округлились.

Холодный нефрит приятно холодил пальцы. Я рассматривала его на просвет, любовалась прозрачным зелёным цветом и млела от того, насколько приятным ощущался нефрит в моей руке. Кажется, я начинала понимать, почему его так ценят и любят украшения из этого материала. Да что там украшения. В магазине любимого дядюшки продавалась нефритовая подушка! Кстати, а сколько всего может влезть в эту подвеску хранения? Корзина овощей, скорее всего, точно влезет. А если, например, осёл? Не уверена. Надо ещё выяснить, а не портятся ли продукты, находящиеся в ней. Если не портятся, то у меня появился портативный холодильник. Поглощённая любованием нефритовой подвеской, я совершенно не обращала внимания на своего спутника, и как потом оказалось, зря. Есть у меня подозрение, что если бы я хоть на мгновение отвлеклась и посмотрела в глаза Бай Шаню, то увидела бы некоторое злорадство, смешанное с чувством удовлетворения. Тогда я ещё не понимала, какого рода проблемы себе создала. Мне не надо было слушать его уверенное заявление: «Да это не сложно». Ага, как же!

Меч я взяла крайне неудачно, едва не уронив. Хотя стоило признать, он был легче, чем я предполагала. Что, впрочем, не мешало мне начать ныть, что он тяжелый.Чуть в стороне ехидно заржал осёл. Вот уж кому развлечение, потому что у него даже не лапки, а копыта. И только поэтому он не присоединился к нашим дружным рядам. Даже мыши в порыве вдохновения вырезали маленькие мечи, о которые они сейчас с удовольствием стачивали зубы.

— Правда? — удивлённо посмотрел на меня Бай Шань. Потом легко поднял его, как пушинку, подкинул и поймал за рукоять, несколько раз прокрутив. Бай Шань с мечом — это совершенно другой Бай Шань, чем без меча. В его руках неподъёмная для меня железка была не просто невесомой пушинкой, она была воздушным, невесомым продолжением его руки. Каждый выпад, каждое движение больше напоминали танец, он буквально перетекал из одного положения в другое. В какой-то момент я поняла, что просто не различаю меч в его руке, лишь остаточное движение. Это было завораживающе. Сяо Ма на это смотрел буквально сияющими от восторга глазами, ещё больше проникаясь восхищением к Бай Шаню.

Подозреваю, что если Бай Шань скажет Сяо Ма спрыгнуть с горы, он спрыгнет. Так что с выполнением требований временного наставника у мелкого не будет проблем, ну разве что физических — это я на ходу придумываю причины поотлынивать.

— Слишком лёгкий, надо было взять вам что-то посерьёзнее, — пробормотал он. И я, посмотрев на меч в его руке, сама невольно задалась вопросом, а не придумала ли я себе всё. Действительно, не такой уж и тяжёлый.

Вот только долго держать его на вытянутой руке, чтобы «почувствовать его как продолжение», я не смогла.

— Я его даже поднять не могу, — пыталась убедить я несговорчивого практика, в целом несколько преувеличивая масштаб проблемы. Поднять меч я могла и даже некоторое время держать его на вытянутой руке, но именно секунд двадцать. После этого рука начинала дрожать, и меч сам собой опускался. За что я получала крайне недовольный взгляд Бай Шаня, лежащего на шезлонге и читающего какой-то роман, купленный в книжном. Мой роман, купленный мною. Роман про лису и учёного, мои постыдные guilty pleasure.

— Ещё раз уронишь меч, я расскажу, чем роман закончится, — с усмешкой пообещал Бай Шань.

— Если ты мне расскажешь, чем этот роман закончится, я тебя без всякого владения мечом убью, — с такой же усмешкой пообещала я, но меч старалась больше не ронять, плавно опуская его вниз, когда держать становилось невмоготу.

И да, у Сяо Ма таких проблем не было. Может, он понимал, что лучшего учителя фехтования ему не найти, но от мальчишки я не слышала ни слова недовольства. Надо держать меч на вытянутых руках, пока горит зажжённая палочка благовоний, — будет держать. Протащить вёдра с водой до дома гусиным шагом — дотащит. Стоять в странной позе, названной лошадью, то ли чем-то с лошадьми связанной — будет стоять. Обливаясь потом, сцепив зубы, до дрожи в руках, но будет. Мальчишку мне было жалко, но если я могла себе позволить ныть и возмущаться, то в отношении тренировок Сяо Ма я молчала. Это был его путь. Всё, что я смогла сделать для него на этом пути, — найти учителя. Дальше он сам. Мне же оставалось надеяться на то, что Бай Шань умеет соизмерять и понимает, какие нагрузки можно давать на детский организм, чтобы в нём что-то не сломалось.

Когда я в очередной раз плавно опустила меч, не в состоянии удержать его в руках, Бай Шань вздохнул и отпустил меня заниматься своими делами, милостиво кивнув: «Завтра продолжим».

И эта фраза пугала меня до чёртиков. Я не хотела продолжать. Мне было достаточно. К тому же мне надо было готовиться к экзамену, а значит, начинать учиться. И вот с чего начинать, я не понимала. Ладно, проясним этот вопрос завтра, а пока стоит принять ванну. Заниматься чем-либо с дрожащими от напряжения мышцами — плохая идея.

— Вот, держи, — я с подозрением посмотрела на мешочек, который протягивал мне Бай Шань.

— Это что?

— Травы, — закатил он глаза, — добавишь в ванну, снять мышечное напряжение. Мальчишке тоже будет неплохо приготовить. Чтобы завтра он смог ходить и заниматься, а не просто лежать пластом. И ещё, он будет хотеть есть. Много есть.

Я даже растрогалась в моменте: надо же, заботливый. Хотя у меня не было причин подозревать Бай Шаня в обратном, его лёгкий характер невольно создавал ему в моих глазах образ ненадёжного и легкомысленного человека.

Да и его предупреждение о том, что Сяо Ма будет хотеть есть, было весьма кстати. Даже я хотела не то что есть — я хотела жрать. И это при том, что моя нагрузка была значительно меньше, чем у Сяо Ма. Так что приготовить плов — это действительно сам бог велел. Но сначала ванна