Глава 15

Возвращаясь из города, я снова ощутила неприятный взгляд в спину. Дежавю, однако. Я зябко передёрнула плечами и обернулась, посмотрев туда, откуда по моим ощущениям, на меня смотрели. Ничего, как и ожидалось. Только деревья шелестят листвой, и какой-то неосторожный кролик выпрыгнул на дорогу. Был бы здесь Сяо Ма — был бы нам ужин, а так пусть живёт ушастый.

Может быть, это тот тип, которого я встретила у дядюшки? Почему-то мне казалось, что это не так. Слишком тот казался джентльменом. Почему-то мне не верилось, что именно этот практик опустится до слежки за девицей. Неприятное чувство буквально кричало в голос, что у меня очередные неприятности. Я ещё несколько раз оборачивалась, прислушивалась и понимала, что ничего не слышу и не вижу. Это настораживало ещё сильнее. В то, что у меня просто паранойя, я уже не верила. Кажется, надо ещё раз напомнить дядюшке, что мне необходим защитный артефакт, а то с присутствием Бай Шаня в моей жизни я несколько подрасслабилась. Да и самой, наверное, стоит немного больше внимания уделить овладению мечом: больше навыков — больше шанс на выживание. Разумеется, с той же старательностью, как Сяо Ма, я заниматься не буду, я это прекрасно понимала. Но хоть какой-то результат всё же лучше, чем отсутствие вообще какого бы то ни было. К тому же, если я не могу защитить себя собственными силами, стоит подумать о других вариантах. Например, о каких-нибудь ловушках. Невольно в голову приходили варианты, показанные в фильме «Один дома». Вот только мой дом меньше всего подходил для реализации придумок Кевина. Мне нужно что-то другое, не просто защитить дом, но и территорию вокруг. Почему-то в голове всплыли купюры, которые взорвались краской. Может, изобразить нечто подобное, только заменить краску на что-то посерьёзней? Интересный вариант. Надо обдумать его ещё немного, хотя бы понять, что именно можно использовать и не приведёт ли это к ещё большим проблемам, если вдруг какой-нибудь нарушитель частной собственности слегка испачкается и откинет копыта. Я искренне надеялась, что нет: благо в этом мире кто сильнее — тот и прав, и вообще, нет тела — нет дела. Любой ребёнок знает!

И да, если кто-то хочет прийти и пообщаться со мной, я практически всегда открыта к диалогу. А случай с Бай Шанем, когда он получил метлой по хребту, мы оставим за скобками — сам виноват, не надо было лезть под горячую руку. Тем более не надо было обижать куста и мышей. Они маленькие.

Когда я уже окончательно накрутила себя, из-за зарослей показалась крыша домика. Меня резко отпустило, словно повернули переключатель. Проблемы будем решать по мере поступления, а пока меня ждали, и мне были рады. Даже если одна конкретная ослиная морда делает вид, что ей всё равно.

Я честно собиралась почитать ещё немного книг по алхимии, пока Сяо Ма готовил обед, но подумала, что неплохо будет разобраться, что там с паутиной. Раз уж я пообещала любимому дядюшке вышивку на этом распроклятом паучьем шёлке. В голове не было ни одной здравой мысли на тему, как с ней работать, поэтому всё туда же — будем экспериментировать. А про ингредиенты и алхимию я, так и быть, перед сном почитаю. Очень успокаивающее, убаюкивающее чтение, скажу я вам. И да, таблицу для ингредиентов я всё равно попробую составить.

Достав из подвески хранения полотна паутины, я несколько поморщилась от её липкости. Вообще непонятно было, как она так спокойно доставалась из подвески именно теми полотнами, которыми я её собирала, и ведь не слиплась же в один ком. Липкость — это то, что мне не нравилось на момент сбора, не нравилось это и сейчас. Впрочем, нравится — не нравится, это дело десятое. Сейчас надо разобраться, как бы это убрать. Постирать, что ли? И если стирать, то чем? Некоторое время потупив, решила, что надо пробовать разные варианты. С трудом разделив паутину на три части, решительно утащила с кухни три больших миски, предварительно убедившись, что Сяо Ма всё ещё занят тренировками, и принялась за эксперименты.

Во-первых, спирт — натуральный растворитель. У меня его ещё, конечно, не так уж и много, чтобы залить всю отложенную под него паутину, значит, будем разбавлять водой, в соотношении на глаз, и так сойдёт. Залив первую партию водой, открыла бутылёк с перегнанным спиртом, немного поморщилась от запаха и собиралась немного накапать. То ли от того, что я слишком была сосредоточена на том, чтобы залить буквально пару капель, то ли ещё по какой-то причине — рука дрогнула, и в таз вылилось полфлакона. Ладно, будем считать, что так и было задумано.

Во второй таз залила воды и добавила мыльного корня, помешала и решила забыть на время. Оставалась третья часть, и её я собиралась сварить в алхимическом котле. Из тех описаний, которые я читала, паутину можно было отнести к субстанциям с сильной энергией инь, то есть для баланса мне нужно что-то с энергией ян. Например, пепел сандала подойдёт. И ещё можно остатки от одуванчика, которые не совсем кубики. В общем, есть идея, будем реализовывать.

Запихав паутину в котёл, так же на глаз щедро насыпала пепла, потом свалила все оставшиеся кусочки корня и залила холодной водой. И поставила на огонь. Чтобы лучше контролировать процесс, уселась рядом с книжкой, предварительно отломав от дерева какую-то сухую ветку вместо щипцов для выковыривания, и погрузилась в попытки разобраться с классификацией ингредиентов, хотя бы теоретически.

Самым ужасным оказалось даже не то, что следует запомнить множество свойств каждого ингредиента и то, как его использовать, или какие энергии и стихии в нем преобладают, а попытки прорваться через философствование о бытии каждого этого ингредиента и его месте в природе мира. Нельзя было написать: «Подорожник обыкновенный: использовать там-то, там-то, имеет такую-то энергию, относится к такому-то разделу». Нет, про этот подорожник надо было написать целую оду, практически «Войну и мир», посвящённую только одному ингредиенту. Разумеется, я слегка преувеличивала масштаб трагедии. Или преуменьшала. Вот что этим абзацем хотели сказать? «Син лу цао — есть трава, рождённая на стыке Неба и Земли. Его лист, приникший к дорожной пыли, являет собой образ смирения. Не потому ли он так мягок под пальцами, что научился прощать каждую наступившую на него ногу? Тысячи колёс и тысячи подошв — но лист не ропщет, ибо знает: его корни уходят в Изначальную Землю, а значит, он вечен». Ничего. Я справлюсь. Но кажется, для удобства систематизации мне придётся всё это выписать и адаптировать под себя. Потому что запомнить философские размышления о природе условного подорожника я не смогла. Нет, лирические отступления — это, конечно, полезно, но когда тебе надо запомнить полтора десятка ингредиентов, а потом как-то уместить их в своей голове… Теперь я понимаю, почему обычно учеников берут маленькими. Чем меньше ребёнок, тем больше свободная оперативная память в его голове. Так что завтра откладываем все дела с брагой, и едем покупать еще бумаги. Писать кистью я точно не буду, обойдёмся угольками. Сообразить какое-нибудь подобие карандаша, думаю, я сумею. Было бы ещё неплохо какие-нибудь стикеры и тетрадку на кольцах. Интересно, а можно здесь получить разъёмные кольца? Вроде не самая сложная конструкция. А если ещё и скрепку? Дядюшке любимому подсказать. Хотя я не уверена, что такие канцелярские принадлежности найдут здесь своё место. Кстати, если нет разъёмного кольца — то хватит просто нитки на узелочке. Тоже работать будет. В общем, что-нибудь да придумаем. Если не дядюшка, то уж контакты Сяо Ма тоже подойдут. С дыроколом, правда, будет сложно. Ну ничего. Как говорится, вижу цель, не вижу препятствий.

Пока я отвлекалась, в алхимическом котле продолжала булькать паутина. Тихонечко так. О том, что в нём что-то варится, не говорило практически ничего, даже запаха не было. Интереса ради я подошла и потыкала палочкой. Вроде бы большое полотно разделилось на более мелкие. В принципе, это мне и было нужно. Осторожно подцепила, потрогала. Горячая паутина вроде не была такой липкой. Хотя на пальцах ещё что-то оставалось. А ещё мне показалось, что из серовато-белой она стала более золотистого оттенка. Одуванчики, что ли, так сработали? Пока отвлеклась от учебы, надо пойти посмотреть, что там с другими образцами.

В тазу с мыльным корнем паутина всё ещё оставалась липкой и не собиралась делиться на тонкие полотна, но кажется, по ощущениям она стала плотнее. В тазу со спиртом уже прекрасно плавали отдельные куски паучьего шёлка, и вообще не липкие. Наверное, можно было доставать, хотя пусть полежит ещё немного. С котлом закончу — и тогда будем смотреть, что вообще получилось.

Я периодически доставала из котла вываренный шёлк, пробовала на липкость. Совершенно не липким и хорошо разделяющимся на отдельные полотна и кажется, даже нити, он стал, по ощущениям, только часа через два. К этому моменту я уже вся измучилась ожиданием и уже раз десять пожалела, что начала столь долгий эксперимент вместо того, чтобы занять котёл чем-то более полезным. Когда, наконец, я решила, что паутина уже достаточно сварилась, воды в котле оставалось на самом донышке, и, как ни странно, она была почти прозрачной — вся муть, как и с прошлым эликсиром, осела на дне. Некоторое время я рассматривала получившиеся полотна и раздумывала: повесить сушиться сразу или что-то ещё с ними сделать. В итоге склонилась ко второму варианту, решив, что дополнительно будет неплохо шелк прополоскать.

Все более-менее глубокие миски, которые можно было утащить с кухни без вопросов со стороны Сяо Ма, «куда я собираюсь девать посуду», я уже использовала, да и воды для полоскания требовалось больше, чем можно было набрать в миску. Единственным вариантом была ванна. Не откладывая дело в долгий ящик, я принялась выполаскивать паутину. Это оказалось ещё той задачкой. После алхимического эксперимента паучий шёлк расслоился на настолько тонкие полотна, в мокром виде полупрозрачные и такие невесомые, что я иногда боялась упустить их и потерять в воде. Единственное, что радовало: найти их в воде было всё-таки можно — выдавала некоторая матовость с золотистым мерцанием. Надо бы сравнить с другими результатами, но, судя по всему, это можно назвать эталонным паучьим шёлком. Не забыть купить кусок у кого-нибудь другого, чтобы можно было сравнить.

Ополаскивала трижды. Я все куски полоскала долго, особенно те, которые вымачивала в спирте, запах которого почти не вымывался — словно он впитался в волокна. Эта паутина хоть тоже расслоилась на отдельные полотна, была плотнее, не такая прозрачная и, естественно, лишённая золотистого мерцания. Но тоже очень приятная на ощупь — вот выветрить запах, и будет шикарно. Я уже начинала прикидывать, на что можно пустить такое богатство, уж явно не на ленточки. Наверно, как раз на веера и пойдёт. Интересно, а покрасить ткань я смогу или нет? Впрочем, это дело десятое.

У меня остался третий экземпляр, и вот он не радовал. Судя по всему, этот вариант был из разряда «а потом доработайте напильником». Пласты паутины, которые я залила мыльным корнем, дополнительно пришлось кипятить. На них это подобие мыла вообще не подействовало, и как была липкая тряпка, так и осталась. Кипятить паутину на обычном огне, не духовном, оказалось ещё той задачкой. Во-первых, она пахла. И пахла отвратительно, что мгновенно привело к тому, что из-под пола донёсся недовольный писк.

— Госпожа Лу Шиань! — я вздрогнула и обернулась. Вспомни солнце, вот и лучик. Сяо Ма пытался нависать надо мной и внушать трепет и ужас. А неплохо так у него получалось. Даже какие-то нотки торговца Ли начали проскальзывать. Странно, он вроде с Бай Шанем больше общается.

— Вы же не любите ферментированную еду, — сказал он.

— Не люблю, — осторожно подтвердила я. — А что?

— А то, что этот запах может перебить только вонючий тофу. Я его приготовлю, если вы продолжите пропитывать кухню этой вонью.

Я выгнула бровь. Ну надо же, угрозы пошли. Серьёзные, кстати. С мелкого станется сбегать в город за этой гадостью. Я один раз понюхала — больше не хочу.

— Поняла, — я мило улыбнулась, пытаясь задобрить мальчишку. — Сейчас перееду. Только давай без тофу. Или что там ещё так же отвратительно пахнет.

— Пока отвратительно пахнет только ваше варево. А нам, похоже, нужна новая посуда, потому что есть из этой будет проблематично.

Я только вздохнула.

— Вам костёр развести? — сменил гнев на милость Сяо Ма. — Или вы на своём духовном попробуете?

Я задумалась. Просто кипятить к этому моменту мне уже было не интересно. Сначала я по привычке развела под глиняной миской духовный огонь — авось не треснет сразу, — а потом в голову закралась замечательная идея: мне нужен не духовный, а элементный огонь — пока самого простого для освоения, древесного типа. В конце концов, а почему бы и нет? С духовным огнём я уже освоилась, так что точно готова к переходу на новую ступень.

— Да нет, не надо, я тут новую штуку решила попробовать, — усмехнулась я. А Сяо Ма мгновенно насторожился.

— Только давайте подальше от дома, — почти умоляюще попросил он. — И желательно с подветренной стороны, а то запах как в доках, где сгнил весь улов рыбы.

— Ага, — пообещала я и поспешила утащить миску подальше, пока ещё какие-нибудь условия не поставили. А мне уже ну очень хотелось попробовать новый вид пламени. Такая талантливая, я была готова к своему великому прорыву и триумфу. Морально так уж точно.

Но как оказалось, морально я, может быть, и была готова, а вот контролировать преобразование не просто в энергию, а в энергию определённого типа — это пока ещё мне не по плечу. Пламя-то то вспыхивало, то угасало, и почему-то получалось не чисто зелёным, как должно было быть, судя по описанию в книге, а каким-то серо-буро-коричневым. И горело так минут пятнадцать, может, двадцать. И как ни странно, эти попытки вымотали меня так, словно я в очередной раз пыталась перестроить дом.

Так что всё, что мне осталось, — принять поражение и посмотреть, что там у меня с паучьим шёлком. А оказалось, у меня там всё не очень хорошо. Липкость, конечно, пропала, вот только материал, который плавал в этом тазу, был гораздо жёстче и уже совершенно мне не напоминал не то что паутину, а даже ткань. Это было скорее ближе к замше или даже к коже — я не могла определиться. Причём слои, которые я надеялась отделить друг от друга, слиплись ещё сильнее.

В итоге я получила один пласт паучьего шёлка, хотя шёлком это назвать было уже нельзя. Отдельные нити напоминали леску, или может, струну. Ладно, покажу Бай Шаню, когда он вернётся, может быть, он что-то подскажет. А пока пойдём полоскать, развешивать на верёвке — как в детстве мама развешивала пододеяльники и простыни во дворе. Хорошо, что никто не видит.

Лёжа на шезлонге, я наблюдала, как ветер колышет лоскуты паучьего шёлка. Некоторые действительно колыхались, а некоторые практически не шевелились. И всё равно результатами эксперимента я была довольна. Осталось понять, что и как из них шить. Почему-то шить обычными нитками мне казалось кощунством. За ночь паучий шёлк высох, и можно было уже собирать. В итоге тот, который был выварен в алхимическом котле, действительно был очень тонким, уже не таким прозрачным, но очень мягким. Тот, который в спирту, больше напоминал скорее не шёлк, а лён, но тоже был приятен телу.

Я даже прикидывала, что из него уже можно сшить, например, новый костюм для Сяо Ма, и тоже дополнить вышивкой, обязательно защитной. Ну так, на всякий случай. Потому что враги у меня уже есть, а средства противостоять — пока нет. так что в ход пойдет все.