Глава 12

Утром, когда рассвело и запели птички — громко и натужно, крайне раздражающе, сказала бы, — я заставила себя с трудом встать. И не потому, что мне было лениво, а потому что спать на каменном полу, укрывшись плащом, — не самая хорошая идея. Жёстко, неудобно, ну и, как ни странно, прохладно. Надо будет на следующую ночь каких-нибудь листьев натаскать, помягче будет. Ну и да, не выспалась я совсем — всё же это была не самая комфортная постель в моей жизни.

Позавтракав клубничным вареньем с паровой булочкой, я вышла осматриваться. Всё такой же тропический лес, только днём. Вот этот грибочек, который растёт на стволе какого-то дерева, выглядит очень знакомо. Кажется, он входит в состав некоторых эликсиров. Точно — я видела его, когда искала рецепт благовония кошмаров. Полезная штука, кстати. Надо будет собрать немного.

Как там они собираются? — очесала я в затылке. Но по счастью, всё-таки вспомнила. Грибочек неважно было, как собирать — чем срезать и в какой период. Главное — не руками. И желательно в плотненькой маске, потому что он при срезании источал галлюциногенную жидкость, которая на воздухе мгновенно испарялась, превращаясь в газ. Жертва его вдыхала, впадала в коматозное состояние, тихонечко умирала и становилась удобрением для дерева. Симбиоз, однако. Грибочек тянул соки дерева, дерево получало удобрение. Все в выигрыше. Разумеется, в основном жертвами Хуэй чжи становились лесные животные, для которых он пах очень привлекательно, либо неразумные алхимики и практики, которые решили пренебречь техникой безопасности. Хотя, если я правильно помню по описанию, то опасен он всё-таки только для очень слабеньких алхимиков. Для меня, например.

Я серьёзно задумалась, как его сбить. Он плотный, такое переживёт. Вот только делать это желательно издалека и с наветренной стороны, чтоб не надышаться. Газ хоть и распадался очень быстро, всё равно было бы неприятно, если я им надышусь. Ну, не уверена я, что смогу нейтрализовать его свойства. В некоторой степени очень обидно, что я не могу культивировать как все нормальные практики, потому что на каком-то этапе развития яды им становятся не страшны. Я прикидывала варианты добыть Хуэй чжи и так, и этак, но по-любому выходило, что лучший способ сбора — это защитный костюм с противогазом, которого у меня, разумеется, не было. Возможно, было бы неплохо найти какую-нибудь палку и просто сбить гриб, как я сначала и думала. Технически гриб для зелья мне, конечно, был не нужен, но оставить его здесь, когда он растёт буквально под моим носом, я не могла. Жадность требовала.

Так что следующие полчаса я изгалялась над бедным деревом и бедным грибом, пытаясь их отделить друг от друга ну хоть как-нибудь. На какую-то тридцатую попытку у меня получилось. В воздух взметнулось облачко пара, место слома там, где был гриб, мгновенно затвердело, словно покрывшись какой-то смолой. Кажется, так грибница защищается от повреждений. В конце концов, здесь вырастут новые грибы, а их соберут уже какие-нибудь новые практики. Присмотревшись, я увидела на дереве десятки таких наростов. Похоже, это почти плантация. И не я одна такая жадная.

Убрав свой урожай в хранилище, я на некоторое время задумалась: не стоит ли мне обобрать другие деревья? Но потом подумала, что жадность сгубила кошку. Ещё парочка грибочков будет в тему, но обирать все остальные деревья явно не стоит. Хозяева не оценят.

И только потом, когда я уже с чистой совестью оглядела обобранную плантацию, до меня дошло, что вместо палки можно было использовать технику «вуали тысячи ножей». Захотелось побиться головой о стену, но стены не было. Пришлось признать, что я всё ещё не научилась использовать вновь появившиеся возможности, но мы будем двигаться в этом направлении. В конце концов, зачем изобретать велосипед, если есть ци.

А потом я увидела кустик с ягодами, потом ещё один, и ещё. В итоге к вечеру первого дня я поняла, что я слишком увлекающаяся натура. Как будто это раньше было незаметно? И собрала всё, что угодно, кроме того, что мне на самом деле было нужно. Хотя нет. Среди моей добычи всё-таки оказался нужный мне ингредиент — цветок Цзинь байхэ. Он шёл в этом эликсире как стабилизатор. И вот им надо было заняться в первую очередь, потому что даже в хранилище он имел неприятное свойство потихоньку лишаться своих свойств. Вот такой вот странный каламбур.

Так что, вернувшись в пещеру, я развела духовный огонь и принялась разделывать листья цветка. В первую очередь надо было аккуратно отделить верхние лепестки — в этом зелье они не нужны. Из-за того что у «Золотой многоуровневой лилии» только внешние лепестки накапливали и выделяли приятный сладковатый аромат, их часто использовали в благовониях. В травниках, которые я читала, их рекомендуют сушить на солнце, переворачивая каждые пять-десять минут. Обычно такой рутинной работой занимаются ученики, которых не жалко чем-нибудь занять. Это не я такая, это в травнике так сказано. Описан был, правда, ещё один способ подготовки листьев, который редко использовался — вымачивание в воде. В идеале вода должна была быть из источников, полных ци, но в крайнем случае могла подойти вода, которая била ключом над элементным огнём древесного типа. Я такой раньше не использовала. И честно говоря, сейчас экспериментировать было как-то неохота, да и просто некогда, поэтому пока лепестки будут упакованы в рисовую бумагу и вернутся в хранилище. Думаю, за то время, что я буду находиться здесь, они не сильно испортятся, отделённые от основного цветка.

Дальше при подготовке Цзинь байхэ следовало аккуратно удалить тычинки. Я посмотрела на них — жёлтые, в мой палец толщиной, намертво прикреплённые к основанию цветка — и вздохнула. При удалении тех самых тычинок нельзя было повредить цветок. И достать их надо было целиком и полностью, не оставив ни единой части в цветке. Здесь бы очень пригодилась переносная алхимическая лаборатория. Но у меня её не было. И подозреваю, стоила она, как весь мой домик с мышами, вместе взятыми. Хотя, если вспомнить, чем нас мыши отпаивали после нападения демонического практика, возможно, без мышей…

В общем, так или иначе, с собой переносной лаборатории у меня не было, приходилось изворачиваться. На подходящей досочке из набора алхимика, который я выкупила своим собственным трудом, занимаясь уборкой в старой лавке, и который я, естественно, прихватила с собой. Так что всё, что мне требовалось, — это побольше света и поменьше дрожи в руках. Свет обеспечила духовным огнём, а вот дрожь в руках всё ещё присутствовала — что поделать, я волновалась. Я очень надеялась, что с первого раза ничего не запорю. До этого я никогда раньше сама ингредиенты не заготавливала, и от этого было ещё волнительнее. Ну вот, действительно, нельзя же сравнить нарезку картошки и цветка, который стоит двадцать духовных камней. Впрочем, тут я на секунду задумалась, вспомнила, во сколько мне обошлась картошка, и решила, что не так уж сильно это отличается.

Как только я перестала воспринимать цветок как бесценный ингредиент и разглядела в нём основу для салата, руки неожиданно стали уже не так сильно трястись, когда я аккуратно вырезала эти разнесчастные тычинки, измазанные пыльцой. Попадание которой на нижние лепестки цветка допустить было никак нельзя. В какой-то момент я даже почувствовала себя не столько поваром, сколько хирургом на операции. Не хватало слаженной команды. Я вдруг истерично хихикнула, представив мышей в хирургических шапочках и масках, которые на моё «скальпель» подают мне нужный нож или пытаются вытереть пот со лба.

Впрочем, запорола я только один цветок. Когда пыльца попала на нежные лепестки, те тут же скукожились, почернели и стали совершенно непригодными к использованию. Ладно, я же не ожидала, что у меня с первого раза всё идеально получится. Нет, ожидала, конечно. Но не так чтобы уж сильно. Я разделяла талант алхимика и талант заготовщика. Вполне могло получиться так, что к последнему у меня вообще руки не лежат. Учтя ошибки прошлого безвинно погибшего цветка, я занялась оставшимися двумя. И в итоге получила ингредиенты для нужного мне зелья, которые, правда, ещё стоило до конца обработать. И тычинки — тоже алхимический ингредиент. В алхимии вообще редко что выбрасывают. Всему находится применение. Эти, например, основа для мощнейшего афродизиака — Цзинь хуа фэнь. При правильном приготовлении его, для того чтобы действие лекарства сошло на нет, одурманенный должен предаваться плотским утехам восемь дней и восемь ночей. А иначе изойдёт кровью из всех возможных отверстий. В случае, если необходимые условия будут выполнены, есть шанс продвинуться на две-три ступени в культивации. Думаю, кто-то да когда-то это пробовал. Интересно, получилось продвинуться или всё-таки нет? Ну, опять же с учётом того, что мы знаем и те и другие свойства — у кого-то получилось, у кого-то нет.

Живот неприятно заныл — хотелось кушать. От мысли о том, что придётся снова ужинать паровой булочкой, живот скрутило ещё сильнее. Ладно, пока потерпим, потом вопрос нахождения приличной еды станет особенно острым. Кстати, а водится ли здесь батат? Насколько я помнила, батат произрастал в древнем Китае и оттуда уже пришёл во все другие места. Я, разумеется, могла ошибаться, но, возможно, его стоило поискать, тем более что это лиана, а значит, должен водиться в тропическом лесу. Запечённый батат ничуть не хуже запечённого картофеля, разве что немножко слаще. А ещё, например, батат можно потушить или пожарить соломкой — тоже неплохой вариант. Мысли о пюре из батата, батате фри и других вариантах приготовления условной сладкой картошки пронеслись перед глазами, заставляя желудок урчать. Паровая булочка в руках стала ещё менее аппетитной. Кстати, о фри! Надо будет по возвращении попробовать приготовить куриные стрипсы, луковые кольца или чуррос. Сяо Ма, конечно, ворчать будет о нецелевом расходе масла, но недолго — пока не попробует.

Ладно, мы сильные, мы справимся. В конце концов, булочка с вареньем из клубники — не такая уж и гадость. Варенье вообще великолепно. Как я и думала, судя по всему, У Син Тан оставила пропитание на втором этапе на ответственность самих голодающих, потому что за прошедшее время никакой корзинки с ужином перед носом не появилось. Обидно, конечно, но да ладно. Уверена, что у многих с собой есть достаточный запас корма. У меня, между прочим, тоже была баночка тушёнки, но, так сказать, на крайний случай, когда совсем припрёт. А куда делась ещё одна порция тушёнки, я спрошу у мышей, когда вернусь. Когда-нибудь я обязательно залезу в их запасы и выясню, что же у них там такого интересного. И раскулачу, обязательно раскулачу.

Я прикрыла глаза и помечтала о том, как вытрясаю из пушистых воришек всё их добро, а оно сыпется и сыпется, сыпется и сыпется, а потом я почему-то превращаюсь в Скруджа Макдака, прыгаю в эту груду алхимического богатства и плаваю в ней. Я тряхнула головой и поняла, что я, кажется, чем-то надышалась. А что, могла — я много чего насобирала, начиная от грибов и заканчивая цветами, травками и даже пару мхов поснимала. Я, конечно, и повязку на нос сообразила из влажной ткани, и потом додумалась её ци усилить, но всё равно.

В общем, помечтав ещё немного и об этом, я залезла в хранилище, нашла бутылочку с универсальным антидотом и, запивая им, доела булочку, устроившись на охапке пальмовых листьев — действительно стало немного мягче. Прошёл один день. У меня осталось не так много времени. С другой стороны, один ингредиент из нужных у меня уже есть. Теперь мне следовало направиться в другую локацию. Вот только никакой информации о том, куда, как и прочее, не было. Развлекайтесь, уважаемые сдающие, как хотите.

В общем, решено: сегодня последняя ночь, которую я провожу в этой пещерке, а дальше направлюсь куда-нибудь, куда глаза глядят. В надежде, что организаторы не могли сделать экзамен настолько сложным, чтобы его было не сдать без какой-либо дополнительной помощи. Скорее всего, подобные локации не очень большие, чтобы можно было быстро через них пройти, не привлекая особого внимания и не создавая проблемы. Нам выделили неделю, а значит, за этот промежуток времени найти все ингредиенты и с ними что-то сделать, вполне реально. Они же проверяли это на реальность, правда? Впрочем, я утешала себя тем, что даже если не сдам, у меня будет ещё одна попытка. Единственное, что меня расстраивало, — это то, что в случае, если я провалю этот этап, в следующий раз экзамен я смогу сдавать только через два года. С другой стороны, у меня будет целых два года на подготовку. Вот только стоило мне представить выражение лица новообъявившейся матушки или той же принцессы Мяо-Мяо, когда они узнают о моём провале, сразу повышался уровень мотивации и жажды победы.

С этими оптимистичными мыслями я уснула и снова проснулась под раздражающее пение птичек. Никогда бы не подумала, что пение может так раздражать. Кстати, о пении. Я залезла в список ингредиентов, которые мне нужны, и усмехнулась. Кажется, у меня действительно есть один ингредиент, который я упустила. А точнее, птица Чэнь цюэ, которая обитает в нескольких регионах, в том числе и тропических лесах. Тот, кто назвал её «утренней зарёй», возможно, тоже не раз просыпался под её немелодичные вопли, в которых можно было услышать и вопль кота, которому прищемили хвост, и раскатистый гул заведённого мотоцикла без глушителя. Так что пением это называлось весьма условно.

Я вышла из пещеры и постаралась рассмотреть, где там в листьях поёт птичка. Ведь поёт мой завтрак. Чэнь цюэ — съедобная. Охотиться я, естественно, не умела. Я вообще слабо представляла себе этот процесс. Ну, техника нарезания кубиком ингредиентов, разумеется, не алхимических — мы же помним о том, что энергии не сталкиваются, точнее, не должны сталкиваться. Это как в охотниках за привидениями — в теории скрещивать лучи нельзя, но если очень надо… В общем, думаю, в принципе, очень даже подойдёт для попытки нарезать ещё немножко живой ингредиент. Я собралась было запустить технику в поющие кусты, и замерла. Рука не поднималась. Я понимала, что это завтрак, что это не так сложно, что я даже не знакома с этой птицей. Но где-то в глубине души поднималось дикое негодование из разряда: «Ну как так можно-то? Она же живая!» Потомственная горожанка, ни разу не убивавшая и даже не видевшая, как убивают курицу, забивала все. Я не понимала, как это работает. То есть сражаться с демоническим практиком — всё ок. Ладно, не всё, я изначально пыталась договориться. А птицу прибить?

Я развеяла технику. Приходилось признать, что я буду голодной. Рука на живое существо у меня пока не поднималась. Возможно, я не так много живу в этом мире. Сколько времени-то прошло? Даже года, наверное, нет. А если подумать, то почти вечность. Лу Шиань, кстати, изначальная владелица этого тела, тоже никогда курицу в жизни не убивала.

Пока я размышляла и предавалась рефлексии: убить — не убить, птица вылетела из кустов, взмахнула крыльями, перемахнула через меня и буквально оставила у меня в руке, когда я попыталась её схватить, половину своего хвоста. Красивые пёрышки. Если не в эликсир, то в какое-нибудь украшение. У меня давно руки зудят что-нибудь подобное попробовать. Вдруг, кроме вышивки, я ещё и украшения артефактные делать смогу? Будет неплохо. Проследив направление полёта птицы, я решила, что это указующий перст судьбы, и направилась туда. Возможно, куда-то да выведет.