Глава 7

Наши вопли нарушили возникшую паузу. Выкрикнувший про деньги парень распахнул глаза так, словно туда блюдца вставили. Кажется, до него дошло, что он ляпнул, и шок сменился обречённостью. Он медленно перевёл взгляд на дознавателя в бесплодной надежде, что у того в этот момент случился временный приступ глухоты. Но нет — судя по лёгкой улыбке господина Лу Чэна, он всё прекрасно слышал, а возможно, даже записал. И возможно, даже с картинкой.

Я довольно усмехнулась. Это было признание в том, что меня оболгали. Впрочем, парень не собирался сдаваться просто так — к нему вернулась некоторая уверенность:

— То, что мне заплатили, не значит, что госпожа Лу Шиань не списывала! Я видел!

Я покачала головой и не удержалась:

— Вы как свидетель дискредитированы и являетесь участником другого преступления — клеветы и ложных обвинений.

— Ой, — нахмурился не-Красавчик, — да что вы мне сделаете?

Начал было он, а потом посмотрел мне за спину и побледнел. Я обернулась. Бай Шань насвистывал что-то и рассматривал угол стены с таким невинным видом, что сразу стало понятно: ещё немного — и его обвинят в запугивании свидетеля.

Впрочем, дальше запугивать Бай Шаню не-Красавчика не дали — того увели под охраной, нацепив на руки какие-то светящиеся кандалы.

— Ци со, — поморщился Бай Шань, — мерзкая штука. Заставляет чувствовать себя полутрупом. Полностью блокирует движение ци. Жуткая вещь.

Я покосилась на своего спутника и не стала уточнять, где, когда и почему на него надевали такие наручники, потому что, судя по интонациям, он не просто описание с инструкцией читал — он ощутил это на своей шкуре.

— Да как так-то? — возмущался Красавчик, глядя, как уводят его напарника. — Су Лэн же не совсем идиот. Знает, когда надо молчать, а когда говорить…

Он поперхнулся и тяжело вздохнул под заинтересованным взглядом господина дознавателя — кажется, он и себе наговорил на интересную беседу в специфических украшениях. Не то чтобы мне было его жалко, но смотрелось это всё равно очень забавно.

— Ну, может быть, мне просто повезло, — пожала я плечами, — и он не выдержал напора моего интеллекта.

Красавчик вздохнул.

— Да, возможно, тебе действительно повезло в этот момент. Или просто Су Лэну не хватило выдержки.

Расстройство Красавчика было понятно — его напарник, ну, как выяснилось, не напарник, а подельник, сидел в кандалах и, судя по всему, ничего хорошего его не ждало. Красавчика, если его сдадут, тоже.

Мастер-дознаватель перевёл взгляд на меня.

— Госпожа Лу Шиань, к вам вопросов больше нет, — сказал он. — И вы можете продолжать сдавать экзамен на общих основаниях.

Я довольно улыбнулась — ну хоть что-то хорошее. Теперь, когда угроза отчисления не висела надо мной тяжёлым грузом, можно было расслабиться.

— А кто хоть подкупил? — не удержалась я.

Красавчик посмотрел на меня и уставился в окно.

— Мы не спрашиваем имён заказчиков, и принадлежность к секте не уточняем. Заплатили неплохо.

— Может быть, какие-то отличительные знаки? — продолжала настаивать я, хотя понимала, что ответ мне, скорее всего, не понравится, и была права.

Красавчик окинул меня раздражённым взглядом и как-то устало объяснил:

— Не надо всех считать за дураков. Никто не будет вести сомнительные дела от лица секты или рода. Для этого либо выбирают специальных людей, которые совершенно непримечательны. К тому же, как правило, стараются не оставлять ничего, что могло бы указать на личность нанимателя. Типовой кошелёк, купленный где-нибудь на рынке, одежда максимально непонятная, шляпа, вуаль. Помимо этого есть маски, которые меняют твоё лицо, эликсиры, полностью перекраивающие силуэт, ну и, в конце концов, иллюзии, за которые не каждый может заглянуть. Всё же интересно, кому ты настолько перешла дорогу, что ради этого решили так заморочиться? Проще было бы убить.

— Сама хотела бы знать, — отмахнулась я, хотя подозрения всё же были. Из всех, кто имел на меня зуб, на ум эта секта приходила первой.

Красавчик вздохнул.

— Как правило, в любой секте есть свои нужные люди. И если к их услугам не хотели прибегать, значит, это конкретный человек, который решил, что твои проблемы стоят некоторых лишних телодвижений. Ну, я бы на твоём месте не надеялся отследить заказчиков, даже если тебе везёт. Ты можешь влезть туда, куда не стоило бы влезать.

Я согласилась с его доводами. Тем более что доказательства мне были не так уж и нужны. Я была уверена, что эта подстава — дело рук Фу Дай.

С учётом того, что они уже натравили на меня демонического практика, это было почти очевидно. Я не понимала одного — чего им не живётся спокойно? Чего они ко мне прицепились? Не так уж и сильно я принцессу обидела. И сколько бы я ни думала, я подозревала, что дело было уже не столько в Мяо-Мяо, сколько в экзальтированном старейшине. Или дедушке, или кем там он ей приходится? Думаю, больше старейшине не понравилась моя наглость. Не думаю, что он, конечно, сам убрал бы меня или наказал, но, думаю, найдётся кому-нибудь заступиться за честь учителя.

Я тяжело вздохнула.

— Ты расстроена? — раздался за спиной голос Бай Шаня.

— Да нет,— пождала я плечами и призналась. — просто думаю, как всё сложно. Вот так вот — хочешь тихонько сидеть где-нибудь в стороне, а приходят какие-то серьёзные люди — и ты уже в центре заварушки. Сама не желала, но просто не суждено отсиживаться, — улыбнулась я.

— Отсиживается тот, у кого ничего нет, таланта в том числе, — заметил Бай Шань. — А ты талантлива во многом и весьма интересна — не только алхимией и вышивкой, но и сама по себе. Но самый большой твой талант и твоё самое большое проклятье — везение.

Я настороженно посмотрела на Бай Шаня — уж очень он был серьёзен, а я не рассматривала везение в таком ключе. Приняв мой взгляд за интерес, впрочем, не особо ошибаясь, Бай Шань продолжил:

— Любой талант должен проявляться, а значит, Небесное Дао сделает всё, чтобы он проявился. Поэтому чтобы проявилось твоё везение, у тебя должна быть ситуация, в которой тебе должно повезти.

— Чудесно, — вздохнула я, с трудом сдерживая чертыханье и понимая, что судя по всему, я регулярно буду оказываться в неприятных ситуациях, всегда, до тех пор, пока не появится кто-то более везучий.

Смириться с этим оказалось довольно просто. Может, сработало извечное русское «авось, небось пронесёт как-нибудь». Хотя надо будет подстелить соломку где-нибудь, осталось понять где.

— Да не расстраивайся, — постарался утешить меня Бай Шань. — У тебя всё получится. Возможно, судьба ведёт тебя к великим свершениям.

— А если я их не жаждала? — уточнила я.

Бай Шань рассмеялся и потрепал меня по волосам, за что заработал злобный зырк.

— Понятно — усмехнулась я— Моего мнения не спрашивали.

Когда я вернулась в свою комнату и расслабленно упала на кровать, то подумала: что ж, просто примем как факт — Небесное Дао будет посылать мне проблемы, которые надо как-то решать. Если подумать, это логично. Как и сказал Бай Шань: талант должен проявляться. Не хочешь проявлять сама — так мы поможем проявить. Не то чтобы мне это нравилось, я просто начинала принимать правила игры.

Больше всего меня радовало то, что официально с меня сняты все обвинения. И важно теперь не только то, что меня обвинили огульно, а то, что повторно такой вариант не сработает. Это значит, что мои противники теперь будут искать другие варианты вывести меня из игры. Думаю, их бы абсолютно устроило, если бы я не высовывалась. Но не судьба.

Значит, ко второму этапу надо подготовиться поосновательнее. Тут я истерично хихикнула: а может забить на всё и посмотреть, будут ли у моих противников взрываться котлы и портиться в руках ингредиенты, только чтобы я таки получила заветный статус. Нет, с одной стороны, это было бы забавно. С другой — полагаться на талант такая себе идея в мире, где каждого второго готовы провозгласить если не талантом, то гением, рождённым раз в столетие, тысячелетие и так далее. В конце концов, талант надо развивать. Как развивать везение — я не представляла, но другие таланты тоже нуждались в обрамлении. Вот их и будем развивать, и делать более заметными и яркими.

Я невольно хихикнула — кажется, такие мысли меня уже посещали, но я, как правило, откладывала их на потом. Всё же в суете рутины, как бы странно это ни звучало, многое забывалось и откладывалось. Дневник, что ли, вести? Но этот вариант мне откровенно не нравился — не хотелось лишаться беззаботности и ленивости. Для этого мира подобное, наверно, не подходило, но мне нравилось жить именно так.

У обвинения меня в мошенничестве были и другие последствия, которые в некотором роде заставили беззвучно восклицать: «Что? А че — так можно было?» Красавчика все-таки взяли в секту на постоянную основу — внутренним учеником по поручительству какого-то большого чиновника. Я, грешным делом, подумала было на мастера дознавателя, но потом отмахнулась от этой мысли: кого-то крупного разбирать заурядное дело о мошенничестве вряд ли бы поставили. Менее симпатичного и более несдержанного на язык парня тоже оставили в секте — внешним учеником, уже под поручительство Красавчика, потому что у него были какие-то свои таланты, которые жаль терять. Я в это особо не влезала.

Но парням даже немного позавидовала — такой стремительный карьерный рост. Впрочем, с учётом тех неприятностей, которые они мне доставили, пусть радуются, что всё обошлось малой кровью. Я их запомнила и когда-нибудь обязательно угощу — печеньками со снотворным пополам со слабительным.

Эта мысль меня вернула к тому, что было бы неплохо обзавестись какими-нибудь колбочками, которые помогли бы в случае нападения. Особенно остро вспомнился демонический практик, который едва не убил нас всех. Конечно, в секте в процессе экзаменов мне мало что грозит. Но экзамены закончатся. А поэтому было бы неплохо запастись чем-то, что могло бы мне помочь в дальнейшем. Конечно, я начала уделять внимание тренировкам с мечом, но всё равно чувствовала, что это не моё. Насколько естественно смотрелся Сяо Ма во время тренировок, настолько же нелепо себя чувствовала я — как новичок, который решил станцевать балет, ничего не зная о балете. Даже Бай Шань признавал, что мои таланты в освоении меча крайне посредственны. Так что помимо того, что я учу, надо озадачиться чем-то, что мне поможет. Возможно, стоит попросить Бай Шаня обучить меня работе с ножом. Хотя я слабо представляла себя в ближнем бою. Где-то там, в подкорке головного мозга, до сих пор сидело осознание того, что человек не может, точнее, не должен причинять боль другому человеку. Что это наказуемо. Некоторые установки, полученные нами в жизни, очень сложно выбиваются. Это должна быть либо ситуация жизни и смерти, как было у меня, либо годы психотерапии, на что времени у меня, естественно, не было.

Из того, что приходило в голову, — это что-то вроде перцового баллончика. Что-то, что даст мне возможность сбежать. В конце концов, это тоже способ выжить. Правда, было у меня подозрение, что какую бы фору мне не дал условный перцовый баллончик, с моей нынешней физической формой догонят меня очень быстро. В общем, в планах появилось начать бегать и так повышать выносливость. Когда я озвучила это Бай Шаню, он посмотрел на меня с некоторым сомнением. Даже мыши, которые присутствовали при этом разговоре, всем своим видом показывали, что скорее рак на горе свистнет, чем я займусь хоть чем-то, требующим физического усилия. Меня подмывало желание заключить пари и доказать, что я всё могу. Останавливало трезвое понимание, что они правы: моей упёртости хватит ненадолго. Но тем не менее, Бай Шань хоть и выразил сомнения в моём желании и плане, но некоторые упражнения всё-таки посоветовал — которые как раз должны развивать гибкость и выносливость. Ну а бегать, как он оптимистично заметил, мы тебя в секте научим. Горы там высокие, будет, где развернуться. В этот момент мне сильно захотелось передумать насчёт поступления в секту.

Так что мне нужно было что-то ещё. Коктейль Молотова смотрелся бы неплохо, вот только я упорно не помнила, что в него входило. Ещё вспоминался нитроглицерин — он вроде неплохо взрывался, вот только я помнила, что он был крайне нестабилен и мог взорваться от малейшего неосторожного движения. Теоретически можно было попробовать разработать какие-нибудь моментальные яды, но при этом о ядах я вообще ничего не знала, хотя, возможно, по рецепту смогу и сварить. Возможно, мне следовало посоветоваться с Ин Цзе, как у них решается данная проблема, и я не стала затягивать дело в долгий ящик, найдя её буквально в этот же день разглядывающей тонкий прутик с корнями, усыпанный крупными ягодами, в котором я, к своему изумлению узнала крыжовник. Интересно, если я попрошу мышей украсть эту палку, они смогут это сделать? Потому что ну это же крыжовник!

— Ин Цзе, тебя что-то беспокоит? — издалека начала я, не отрывая взгляда от палки.

Девушка, перехватив мой взгляд, как-то странно усмехнулась и подняла её повыше, потом зачем-то поводила влево и вправо. Я словила гиперфокус на налившейся соком прозрачной ягодке с красным бочком.

— Хочешь это? — неожиданно спросили меня.

Я кивнула и в шоке посмотрела на росток крыжовника, который мне сунули в руки.

— Ученики принесли откуда-то из Тайного царства на западе. У нас ими целую аллею засадили, правда, этот куст хоть и выглядит красиво, но ягоды кислые — аж зубы сводило.

Кажется, ели они незрелые ягоды. Я довольно улыбнулась и пообещала:

— Если приживётся, я тебя вареньем из этих ягод накормлю.

Ин Цзе усмехнулась и попросила:

— Ты только мастеру про варенье не говори, иначе он заставит нас осваивать процесс, а потом непонятно куда девать эти горшки. Хотя, признаюсь, клубничные уже растащили старейшины сект. Но подозреваю, госпожу Лу Шиань сюда привело не только желание получить отросток куста.

Я кивнула и уточнила:

— Ин Цзе, ты же алхимик. Если на тебя кто-то нападает, ты как защищаешься?

Девушка посмотрела на меня и перевела взгляд на меч, как бы намекая. А потом усмехнулась и обрадовала:

— В совсем опасные места мы ходим с охраной. Раньше у алхимика всегда был сопровождающий воин, сейчас такие связки реже встречаются, так как в У Син Тан уделяют внимание и развитию боевых навыков: меч, боевые заклинания, веера, использование амулетов и заклинаний. Пару приёмов осваивают все. Сдать экзамен, который позволит самостоятельно собирать ингредиенты за пределами секты, — та ещё задачка. Надо победить или сбежать от мастера меча, которых нам специально приглашают. Я, например, его так и не сдала.

Ин Цзе погрустнела, а я почувствовала некоторое облегчение, поняв, что я не одна такая — профессия сказывается. Было бы, конечно, неплохо озаботиться талисманами на всякий случай, но потом, когда я узнала, сколько стоит один талисман базового уровня, стало понятно, что это, так сказать, средство последнего шанса, потому что их реально не напасешься.

Ещё одним моментом, который нарушил мою спокойную жизнь, стал журавлик от юной госпожи Чжэн, которая хотела переговорить со мной о чём-то. Помнится, я обещала разговор, поэтому собиралась сдержать данное слово. Вот только на месте встречи меня ждала совершенно другая особа. И что примечательно — она была буквально моей взрослой копией. Так, как если бы у меня была старшая сестра. Слишком много копий и потенциальных родственников за последнее время. Я вздохнула и постаралась успокоиться.

Получилось так себе, потому что незнакомка неожиданно протянула ко мне руки, обняла, превратив меня в замершего столбиком суслика, и расплакалась.

— Милая, доченька, как давно я тебя не видела!

Приплыли, ёжики.