38

Я с опаской осмотрела коробку и медленно развязала ленту. Подняла крышку и ахнула. Внутри скрывались плотно посаженные восхитительные пушистые пионы. Аромат вырвался наружу, окутав меня легким облачком, напомнившим о весне. Сердце затрепетало от волнения, когда я провела пальцами по нежным лепесткам. Живые цветы в это время года? И не просто цветы – мои любимые пионы! Руки дрожали, пока я разворачивала записку, а стоило мне пробежаться глазами по неровным строчкам, сердце рвануло к горлу. “Нисси, я лишь надеюсь, что ты сдержишь обещание и будешь осторожна с Трейдфелом”. Можно было не сомневаться, что это послание от Нейтана. Я опустилась на кровать, переводя взгляд то на цветы, то на записку, и не верила своим глазам. Нельзя сказать, что до этого я не получала цветов в подарок: отец каждый год в мой день рождения вручал мне большой букет. Но это был первый подарок от парня. Я вскочила и нервно заходила по комнате, расплетая и заплетая обратно цветные прядки. Нет, я не собиралась верить Нейтану. Один красивый жест не перечеркнет всего, что он сделал. Но в груди растекалось тепло, а сердце требовало смягчиться и не быть больше столь суровой к нему. Я снова вернулась к цветам и аккуратно достала их из коробки. Пятнадцать свежесрезанных благоухающих пионов рассыпались по кровати. Какие же красивые! Взяв с подоконника графин, я сходила в душевую и наполнила его, а потом поставила цветы в воду. Им больше подошла бы изящная ваза, но взять ее было неоткуда, так что пришлось обойтись тем, что есть. Я с трудом оторвала взгляд от пионов, и спрятав записку среди учебников, вышла из комнаты. Пора было идти в лабораторию – практика должна была начаться с минуты на минуту, но все время, что я спускалась в подвал, в голове вертелся вопрос: как Нейтан узнал? Почувствовал через нашу связь? Возможно ли такое? Это и другие вопросы насчет истинной связи мне только предстояло выяснить. Войдя в лабораторию, я заняла свое место за столом и, следуя указаниям профессора Трейдфела, приступила к созданию одного из самых сложных вариантов усилителя. Они нередко использовались в зельях и настоях, но именно этот вариант, с использованием пыльцы ночной фиалки и флорис магика, я еще ни разу не создавала самостоятельно. Из лекций профессора Марлоу я знала, что подобный усилитель добавляют исключительно в сложносоставные зелья, и без того обладающие мощным действием. И если правильно помнила – чаще всего эти зелья входят в разряд магических. Тех, в чьем производстве требуется немалая доля магии. Сбоку от меня что-то бормотала под нос Лайла. Позади слышалось недовольное шипение Джареда – сразу после громкого стука ножом о доску. Кажется, он порезался, пытаясь мелко нарезать лепестки магика. Я оглядела лабораторию: никому этот рецепт не давался легко. Даже Алика с Кэтти хмурились и постоянно сверялись с доской, на которой был расписан рецепт. Да и у меня самой не особо ладилось. Постоянно казалось, что все валится из рук. Вот только я не могла понять – это из-за сложности задачи или из-за того, что моя голова забита совершенно посторонними вещами. – Мэллорд, соберитесь! – Недовольный голос Трейдфела раздался над самым ухом, когда я слишком резко опрокинула в чашу над горелкой пыльцу фиалки, и вязкая жидкость забурлила слишком сильно, вырываясь брызгами наружу. – Вы сегодня совсем на себя непохожи. Я поджала губы и поспешила перемешать состав, пока все не стало совсем плохо. – И не забудьте, что через два дня у вас дополнительное занятие. Хотя мне начинает казаться, что я слишком многого от вас жду. – Добавил он уже тише и с каким-то разочарованием в голосе. – Простите, профессор Трейдфел, я сейчас все исправлю. – Я убавила огонь под горелкой и поймала на себе настороженный взгляд Лайлы. – Он знает? – Произнесла она одними губами. Я отрицательно покачала головой. Лайла сразу же отвернулась, но подошла ко мне сразу же после того, как профессор объявил занятие оконченным. Пока я убиралась на столе, она стояла рядом, как будто пытаясь помочь, но только еще больше мешала. – Лайла, если ты хотела что-то сказать, то говори! – О чем вы говорили с Райаном? – Выпалила она. – Я думала, ты полностью увлечена Нейтом. Или решила, что Нейт не такая важная птица, как племянник императора? – Боги, Лайла, что ты себе напридумывала? Мне стало смешно от обоих ее предположений. – Я говорю как есть. То ты страдаешь по Нейтану, то гуляешь под ручку с Райаном Танненбергом. Как это вообще понимать? – С чего ты вообще взяла, что я страдаю по Нейтану? Я поставила горелку на место, смахнула мелкий мусор в корзину и стала убирать тетрадь в сумку. – С той драматической сцены, что вы устроили в холле. Уже все говорят о том, что между вами что-то есть. А ты, мало того, что ничего мне не рассказала, так еще и Райана решила увести! – Если ты сама присутствовала при той сцене, то могла слышать, что я сказала Нейту, что между нами ничего нет и быть не может. А с Райаном у нас исключительно деловые отношения. Я хотела добавить, что Райану вообще вряд ли есть дело до Лайлы, учитывая, что ночью я встретила его с той девушкой с артефакторики, но не стала. – И что у вас за дела? – Лайла прищурилась и пристально посмотрела на меня. – Он попросить сделать ему на заказ один раствор. И все. Ничего личного. И уж точно ничего романтичного. – Правда? А зачем тебе брать заказы? – Затем, что у моей семьи проблемы с деньгами. – Я сорвалась и повысила голос. Почему я вообще перед ней оправдываюсь? – Ой, Нисси, прости. Я же не знала. – Лайла остановилась передо мной, перегородив дорогу, и потянулась к моей косичке. Я сдержала в себе порыв отклониться в сторону. – Просто я так хотела познакомиться с Райаном поближе, а когда вы сегодня вместе ушли… А потом об этом еще и все говорили… – Что? Кто говорил? Я все-таки высвободила косичку из пальцев Лайлы. – Ну… На выходе из столовой я слышала, как Мэдди назвала тебя бесстыжей стервой. А потом сказала подругам, что ты виснешь на каждом парне, который имеет хоть какое-то известное имя. Я едва не задохнулась от возмущения. Эта мерзавка не только постоянно говорит мне гадости лично, но еще и оскорбляет меня за спиной. Я стояла, глотая воздух, и чувствовала, как ногти впиваются в ладони. – Нет, я сейчас ей все выскажу! – Я отодвинула Лайлу в сторону и двинулась к лестнице из подвала. – Как она смеет! – Нисси, не надо! – Лайла побежала за мной, а я вдруг поняла, что ни разу не слышала от нее этот вариант моего имени. Так меня звал только Нейтан.