Глава 11. Катализаторы страсти

Черника Господин Ромуш оказался своеобразным управляющим, очень умелым, но излишне радеющим за своего хозяина. Пока он провожал меня в гостевую спальню, я успела узнать о Минте многое, чего предпочла бы не знать. Например, что я первая женщина, проведшая под крышей знаменитой аптеки больше, чем пару часов, а еще его лаборатория считается одной из лучших в рейтинге всех алхимических лабораторий по версии газетчиков. В высказываниях управляющего слышалась прямо-таки отцовская гордость за Минта, и я нашла это немного забавным. А дальше мысли понеслись вперед, закручиваясь вокруг статьи, отвратительного высказывания Каштана в мою сторону и собственной реакции на его слова. Может, зря я огрызалась на Дэниэла? Стоило вспомнить, как колючки нерациональной ревности ожили, едва я увидела ту грудастую продавщицу на первом этаже. Но при дальнейшем изучении Маришки показалось, что Минта и ее связывают исключительно деловые отношения. Ни мимика, ни жесты не выдавали в них любовников. Похоже, сексуальный зеленоволосый алхимик не обременял себя долгосрочным отношениями. В его аптеке не было магснимков в рамочках, которые привычно украшают дома семейных людей. Кажется, его единственным близкими существами были растения, коих здесь имелось великое множество. Даже моя лавочка не могла соперничать с этим домом, больше походящим на теплицу. Что ж, я другого и не ожидала. По мере увещеваний Ромуша я все сильнее мрачнела. Интервью Каштана в газете всколыхнуло все то плохое к мужчинам, что я привыкла прятать за семью печатями в душе, и невольно оно выплеснулось на Минта. Честно говоря, я уже начинала жалеть о своих словах. Гостевая комната приятно удивила. Скромная и опрятная, здесь находилось много кашпо и стоек с горшочками, некоторые из них активно цвели, наделяя воздух приятным, легкими нотками нежных ароматов. Очень уютно и так по-аптекарски. – Оставляю вас, леди Черника. Завтра утром привезут свежую одежду, обувь и белье для вас, я всегда заказываю для господина все в одном проверенном месте. А также зачарованный рабочий фартук. До этого момента вам придется воспользоваться одеждой господина или… – Я останусь в своем, спасибо. Когда Ромуш вышел, оставив меня одну, растерянно опустилась на гостевую кровать. Сколько еще я буду страдать от Каштана и своего отказа? На секунду представилось, что, если бы я тогда согласилась, все было бы гораздо проще. «Любовница Лучшего Аптекаря» – звучит лучше, чем те нелестные эпитеты, которыми меня награждала пресса каждый день. Но стоило вспомнить грубые руки, бесцеремонно шарящие по телу, его горячее дыхание, пыхтение на ухо и боль… Потерла левую руку в месте перелома, кожа все еще иногда зудела, воскрешая старые болезненные воспоминания. Устала. Как же я устала за эти полгода, постоянно ощущая давление окружающих, отбиваясь от приставаний, стараясь выправить свою репутацию. Я готовила лучшие мази и эффективнейшие эликсиры, порой себе в убыток, лишь бы люди в моем маленьком городке перестали плохо реагировать на продукцию аптеки. Потихоньку дело налаживалось, косые взгляды сменялись благодарными, покупателей становилось все больше и больше, а некоторые, узнав, что я еду на Игры Алхимиков, старались подбодрить словами искренней поддержки. И вот, стоило пойти на поводу у своего мимолетного увлечения Минтом, как все покатилось по наклонной, обесценив все усилия. Скинула туфли, каблуки громко ударились о пол, заползла под одеяло прямо в платье, свернулась калачиком и стала дышать, разгоняя свою природную магию. Знакомое покалывание внизу живота означало ее приход. Я уже поняла, почему здесь так много растений: хозяин поддерживал дар, контактируя с растительностью днем и ночью. Прикрыв глаза, мысленно потянулась к ближайшим цветам. Вездесущий плющ, увивший собой почти весь угол, откликнулся на призыв, забирая печаль и давая мне чистую энергию. Зеленые искорки перелетели по воздуху, тихо мерцая, опустились на постель и потерялись где-то в моем теле, стало немного легче. Дальше пришла очередь симпатичной герани на подоконнике и большой комнатной розы в другом углу, орхидеи в прозрачном кашпо, из которого торчали голые корни цветка, но на самой красавице не было ни одного бутона. «Нужно это исправить», – сонно подумала я, посылая ей импульс, чтобы стимулировать цветение. Мне вернулось ощущение благодарности и… любви. Как это мило. Орхидеи всегда такие забавные. Не дело, когда такой красивый цветок скучает, спрятав бутоны глубоко внутри. За это я любила свой дар. Общаясь с зелеными друзьями, ощущала себя не такой одинокой, как обычно. Разгадывая характер того или иного цветка, можно было потратить целый день и так и не найти ключика к его успешному культивированию. Я еще долго размышляла о даре, его применении и зельях, которые сварю, когда немного высплюсь. Так и провалилась в сон. Деликатный стук меня разбудил. Дверь приоткрылась, и кто-то оставил стопку вещей у входа. «Пора», – сказала самой себе, поднимаясь. Сейчас меня уже не терзали беспокойные мысли, ночь оставила их далеко позади, теперь в груди вместе с гулкими ударами сердца клокотала только решимость добиться своего. Пусть пояс разбит, но я не сдамся, просто не могу позволить Каштану или его друзьям занять первое место. Сделаю новые эликсиры и воспользуюсь удачной помощью Минта. Все же в случившемся я видела часть его вины. Быстро собравшись, нашла комнату хозяина аптеки, постучала и распахнула дверь. – Минт! Нам по… Почему-то я была уверена, что он не спит, но совсем не ожидала увидеть открывшуюся мне картину. Дэниэл стоял возле подоконника, что-то увлеченно рассматривая. Абсолютно нагой мужчина шептался с цветком, на него из окна лился мягкий дневной свет, подчеркивая идеальный рельеф. Широкий разлет плеч с разметавшимися по нему зелеными прядями волос, полоска позвоночника, провалившаяся в мышцы, узкие бедра, такие по-мужски красивые. Я нервно вздохнула. Он повернулся. Не зная, куда деть глаза, быстро окинула взглядом подоконник, выцепив несколько интересных деталей, но потом все равно устремилась к Минту, совершенно бессовестно изучая его сухой живот, мысленно обводя пальчиком каждый кубик пресса, устремляясь ниже. Тут он словно что-то почувствовал, его мужское естество, прежде спокойное, дернулось, начиная напрягаться и активно увеличиваясь в размерах. Дура! Резко отвернулась, тяжело дыша. Кажется, пока я рассматривала его, забыла, как вообще делать вдох. – Надень что-нибудь! – требовательно пискнула, не узнавая собственный голос. В него откуда ни возьмись добавилась эротическая хрипотца. Мужчина подошел к шкафу и начал шуршать одеждой. Но мое воображение активно подкидывало картины происходящего за спиной. Как медленно он натягивает брюки, ткань обхватывает сильные узкие бедра, как вторая кожа, заправляет белье, попутно успокаивая возникшую эрекцию. От этих мыслей стало жарко, я начала пыхтеть, как ежик, но ничего не могла с собой поделать. Чтобы хоть как-то успокоиться, решила с ним поговорить, рассказав о моем способе подпитывать дар. Удивительно, но Минт не счел его странным, наоборот, как мне показалось, одобрительно усмехнулся и пообещал взять его на вооружение. Потом разрешил поворачиваться. Я сглотнула и подошла к подоконнику. Тогда гормоны пустились в пляс, стоило аромату мужчины окутать меня. Сжав кулаки, рассматривала растение и удивилась настолько, что даже все мысли романтические из головы вылетели. – Огневка? Смело… Мне никогда не доводилось культивировать данное растение, но я сразу осознала перспективы. В том числе и коммерческие. Провела ладонью над милым, едва проклюнувшимся семечком, подпитывая его своим даром, оно было радостно и сыто, но его эмоции мне не понравились. За показным довольством скрывалась глубокая грусть. Я обещала себе подумать, как решить эту сложную задачку. – Ей так грустно… надо подумать, – озвучила свои мысли. – Где у тебя тут лаборатория, мне не терпится приступить к работе. Я следовала за широкой спиной Минта, привычно сжимая напряженными пальцами рабочий фартук. После того как Каштан сломал мне руку, нервное состояние редко меня покидало. Передник нашелся среди вещей, заботливо оставленных управляющим у двери. Между прочим, первоклассный инвентарь, зачарованный стихийными магами, предназначенный для защиты во время опытов и сложной алхимической работы. Мы спускались по очень длинной лестнице в подвал. Широкую каменную лестницу окружали с двух сторон стены без окон, но зато они были оснащены магическими светильниками, рассеивающими пугающую тьму. Странный выбор места для лаборатории, но не мне здесь командовать. Высокие ступеньки делали спуск довольно сложным, а некоторые из них местами стесались от постоянной беготни вверх-вниз. Я снова надела привычные каблучки. Цепляясь за стену, осторожно делала шаг за шагом. – Прости за вчерашние слова, не знаю, что на меня нашло. Я вовсе не хотела… – начала сбивчиво лепетать, ставя ногу под правильным углом и стараясь изо всех сил не упасть. – Выставить меня неразборчивым любителем женщин? – усмехнулся Минт в темноту. Он вроде перестал спускаться, а значит, эта проклятая лестница скоро закончится. – Не волнуйся, я слышу это по пять раз на дню. Он, конечно, кичился. По голосу я поняла: Дэниэла глубоко задели мои слова и опрометчивая вера в высказывания не самого надежного алхимика. Каштан ненавидел Минта, о чем я была прекрасно осведомлена. Теперь я чувствовала невероятную вину за свою глупую веру, но одновременно частично списывала это на недосып и ворох эмоциональных событий ночи. – Да… То есть нет. У меня проблемы с доверием, и эти слухи, к моему стыду, нашли отклик в сердце… – Вдруг нога подвернулась, и я начала скатываться вниз, испуганно пискнув. – Ягодка! Минт быстро взлетел вверх на несколько ступеней и успел подхватить меня в начале глупого падения. Запоздало отметила, что у Дэниэла отличная реакция. В крови все еще кипел адреналин, сердце колотилось испуганным зайцем, я застыла, не веря в чудесное спасение. Уверенные горячие руки быстро ощупали на предмет целостности, а я… Нервно облизнула губы. Нет, я хочу совсем не этого, не таких пресных деловых прикосновений жаждет все внутри меня, вот если бы… В голове пронеслась сцена из больничного душа, как Минт стоял сзади, ласкал меня и казался таким родным и близким в тот момент. Что изменилось? Я просто вру сама себе, чтобы успокоить совесть вечной недотроги. Или чтобы притупить чувство стыда за тот самый плохой первый раз. Но почему-то именно сейчас, стоя напротив такого большого и красивого мужчины, мое сердце отказывается принимать мнение мозга, оно просто хочет его, абсолютно нерационально, несется вскачь, за секунду меняя ритм от испуганно кролика до страстной кошки в майский период. Вместе с его ритмом все вокруг приходит в движение. Воздух, дыхание, сбивчивое мерцание света. Все вдруг становится интимным, дела, зелья, эликсиры отступают куда-то на дальний план вместе с Соревнованием. Он помог подняться и встать ровно, оставаясь скрытой в полумраке опорой. От Минта исходили странные вибрации природной магии, казалось, он изо всех сил сдерживает себя, не приближаясь ко мне, но зачем? Магические кристаллы на стенах мигнули, мой испуг ненадолго нарушил их энергетику, сбив режим работы. Тело алхимика источало жар, снова окутывая меня пряным мятным ароматом. Эта свежесть служила своего рода катализатором, я запомнила ее с нашего первого поцелуя, и теперь стоило почувствовать знакомый запах, как губы начинали зудеть от желания чужих прикосновений. Словно во сне, я нащупала его руки, по какой-то причине все еще сжимающие мою талию. Взяла их и переместила за спину, прямо на попку. Пальцы мужчины тут же требовательно сжали ягодицы, вызывая у меня затаенный вздох. – Элиза… – хрипло раздалось сверху. – Что ты делаешь?.. Я могла понять, почему он спрашивает, ведь и сама не знала, что со мной. – Ты говорил, у меня чудесная попка? Дэниэл застыл, кажется, ошарашенный моими словами. Они прозвучали как приглашение, и я давно покраснела до кончиков ушей. Кристаллы снова мигнули. Мне же хотелось ощущать его тяжелое тело ближе, слушать глубокое мужское дыхание, теряться в ощущениях мимолетной странной близости, но, конечно, Минту этого было мало. Он сделал решительный шаг вперед, вынуждая прижаться к стене. Как-то одним быстрым рывком подхватил на руки, заставляя обнять его бедра, резко врезавшиеся между моих ног. Кажется, платье не выдержало таких быстрых кощунственных действий и треснуло, задравшись в районе пояса. Мужские пальцы стиснули почти голые ягодицы. Прежде чем я бы могла что-либо возразить, губы накрыл глубокий яростный поцелуй. Он легко подчинил мои губы, язык грубо проник в рот, завоевывая малоизвестные территории. Жаркий выдох в его рот – и он сжал ягодицы сильнее. Я поздно поняла масштабы происходящего, лишь когда край трусиков отъехал в сторону и промежности коснулась горячая бархатная твердость, начала смутно подозревать, что на этот раз не смогу сбежать. Не очень-то и хотелось. К своему стыду, отчетливо почувствовала, как там все увлажнилось. – Минт! Что ты… – Но он не дал мне ничего сказать. Страстный поцелуй просто-напросто бесцеремонно заткнул рот. Загадочным образом мужчина умудрялся придерживать меня одной рукой, другой сжимал свой напряженный ствол и дразнил разгоряченное лоно, то раздвигая складочки, то отдаляясь. И все это успевая целовать! Одним словом – гений. Вовсе не только в алхимии. Несмотря на сдерживаемую страсть, он действовал осторожно, даже сейчас, на самом краю пропасти, Минт будто ждал моего разрешения. Внизу живота ощутимо потяжелело, мягкие настойчивые движения постепенно становились глубже. В какой-то момент я вся сжалась, ожидая боли, но ее не последовало. Дэн на миг прекратил терзать мои губы. – Ты этого хотела, верно? – и он сделал движение бедрами вперед, толкаясь на всю длину. Я потерялась, не зная, что ответить. Да? Пожалуй, ведь сама его спровоцировала. – Последнее, что я хочу сейчас делать, это разговаривать, – зло выдохнула и стиснула бедра, притягивая его к себе ближе. Ударила пятками, подгоняя мужчину. – Есть, моя леди, – отшутился аптекарь, но все же его поведение резко переменилось. Если прежде он сомневался, то теперь дал себе волю, поцелуи стали жестче, он иногда чувствительно прикусывал мою губу, переходил на шею и продолжал эту обжигающую пытку. Магические кристаллы в коридоре мигали теперь уже в такт нашим движениям. Наверное, алхимик был прав, и мне действительно необходимо было снять напряжение, ведь с каждым движением мужчины внутри мне становилось все легче, тревожные мысли ускользали, выбиваемые из головы резкими толчками, внимание сосредоточилось только на его дыхании, приятной истоме, постепенно разливающейся по всему телу. Не выдержав очередного толчка, я застонала, а потом испуганно ойкнула. Мне показалось, что мой стон не имел ничего общего с сексуальностью, но на Минта он подействовал как катализатор на зелье. Он буквально вскипел и, нащупав чувствительное место, не собирался больше оставлять мне и шанса. Четкие выверенные движения быстро заставили меня забыть не только о мнимой боли, но и вообще о собственном существовании. Я потерялась. В его губах, прикосновениях, запахе, прерывистом дыхании, от которого становилось все жарче и жарче, а когда мне показалось, что я вот-вот сгорю в этом пламени страсти, окружающее пространство взорвалось ослепительными фейерверками. – Ягодка, – простонал Дэниэл с последним толчком. Мы застыли, не в силах отстраниться друг от друга. – Минт, но мы совсем забыли о… – замешкалась, резко осознавая произошедшее. – Спокойно, милая, я принимаю зелье. Сам изготовил, кстати, тоже бестселлер моего магазина. Назвал его довольно оригинально: «Мертвые головастики», – посмеялся мужчина, опуская меня на ступени. Несколько магических светильников безнадежно перегорели. Он потянулся ко мне поправить сбившийся рукав платья, нежно провел по щеке. – Ты как? – поинтересовался Минт. – Хорошо. – Я прислушалась к тебе. – Было почти не страшно. Между бедер стекала влага, пачкая одежду. – Мне бы в душ, – расстроенно протянула, уже заранее предполагая, что в лаборатории его не будет. – Без проблем, Ягодка. – Он тоже оправился, зачем-то подхватил меня на руки, наверное, боялся, что снова упаду, дошел до конца лестницы, и толкнул дверь ногой, открывая мне обзор на огромное светлое помещение. – Здесь у меня есть все. Буквально. В том числе и шикарная ванная комната, правда, с одеждой посложнее, рубашка сойдет? Такой коротышке она все равно будет до колена. – Ладно, – ворчливо отозвалась я. – Может, уже поставишь меня? – Еще чего. Я только что занялся сексом с женщиной моей мечты и теперь буду носить тебя на руках. Через порог своей вотчины уже перенес, не спальня, конечно, но тебе ли не знать, что такое лаборатория для алхимика. Святая святых, здесь, кроме строителей в свое время, больше ничьей ноги не было, ты первая из гильдии, кто увидит этот шедевр аптекарской мысли воочию. А я и правда вовсю смотрела по сторонам. Внутри лаборатории выстроились столы в количестве трех штук, насколько я могла судить, первый предназначался для экспериментов, он обуглился в нескольких местах и сейчас был абсолютно чист. Второй, наоборот, мог похвастаться горами стеклянных химических принадлежностей, покоящихся на нем, я безошибочно узнала рабочее место зельевара, а вот третий… Я вопросительно подняла бровь. – Его использовал для подготовки к турниру, – пожал плечами Минт, – ладно, осмотришься подробнее потом, сначала в душ. – Угу. Он, все еще держа меня на руках, добрался до шкафа, скомандовал взять нужную рубашку, донес до двери в ванную комнату и опустил. – Иди, милая. – Легкий поцелуй в щеку застал меня врасплох. – Я сейчас присоединюсь. А вот это уже звучало как угроза. Я быстро нырнула за дверь, да так и застыла, разглядывая чисто черный интерьер. Пол из черного мрамора, ванна, больше напоминавшая локальный водоем, трубы, тянущиеся вдоль потолка. И, конечно же, зеркало… огромное зеркало на полстены. Зачарованное от воды. Что-то мне это совсем не понравилось. Пока стягивала с себя порванное платье, мысленно плача от расточительности аптекаря, ведь я знала цену вещам и сколько тот отдал своей щедрой рукой за наряд, который носили меньше суток, задумалась и о его словах. Он обмолвился, что принимает зелье, но такие штуки нужно использовать регулярно, а это значит… – Ах ты негодяй! – Платье полетело в вошедшего в комнату Минта. Тот застыл с выражением полного непонимания на лице и с еще одной чистой рубашкой и штанами в руках. – Ты пил зелье! – обвинила его. – Значит, заранее знал, что это произойдет?