Глава двадцать шестая
Чего я точно не ожидала, так это того, что Сайнак теперь должен находиться со мной неотлучно. В одной комнате. На вопрос: «Почему?», он бесстрастно ответил: «Приказ Его Высочества». Хотя, чего я ещё ожидала от этого отморо… женного человека.
Переодеваться пришлось в ванной, в то время, как Бес уже развалился на подушке. Он решил, что место в ногах не для его королевской персоны.
Села на кровать и повернулась к телохранителю.
– Ты, правда, будешь стоять у дверей всю ночь? – если честно, мне просто неудобно спать в чужом присутствии.
– К сожалению, миледи, – бесстрастно отозвался Сайнак. – Я не могу ослушаться Его Высочество и оставить вас.
– Ты так предан ему… – констатировала поражённо и забралась под пуховое одеяло. Признаться, эта кровать намного уютнее чем та, в пансионате. Но ни одна кровать не заставит меня задержаться во дворце ещё хоть на один день.
– Принц дал мне дом и будущее, – внезапно произнёс Сайнак, хотя я никак не ожидала ответа.
Приподнялась на локтях, удивлённо вскинув брови.
– В каком смысле?
Сайнак, судя по лицу, уже сам пожалел, что заговорил, но всё же ответил.
– Я сирота. Как и Ричар. Все воины императорской стражи и большинство воинов Саллоской армии выходцы из сиротского Дома.
…притянула к себе Беса и погладила.
– Сирот в Саллосе было слишком… много. После войны, после мора, что косил людей деревнями… Управляющий у нас был человек нечистой совести. Премерзкий, скажу я вам. Если бы не его высочество… Мальчишек от шестнадцати сразу определили в военные школы, да академии. Девочек распределили по приходским школам, а малышей оставили. Но для них принц нанял новых нянек и учителей, а прежнего управляющего… Был суд. Повеселили на площади… Не его одного. Ещё парочку из других домов…
Этот рассказ был просто отличным завершением отвратительного вечера.
Тяжело вздохнула, закуталась в одеяло и повернулась набок. Думать о том, какой снеговик благородный и доблестный не хотелось, но думалось… Мысли назойливо лезли в голову, а я лишь больше раздражалась.
Уснула внезапно. Просто в какой-то момент мысли оборвались и сразу начался сон. Я даже до конца не уверена, что спала в этот момент, а не галлюцинировала. Всё может быть…
Играла музыка. Отовсюду лился смех, какофония голосов… чувство, что звук доносится через толстый слой ваты. В танце кружатся пары…
Она стоит у окна с бордовыми портьерами, на фоне которых выделяется жемчужного цвета платье. Невероятной красоты девушка смотрит прямо на Эдриана. Повзрослевшего и возмужавшего.
Она прекрасна. Зелёные глаза искрятся нежностью, полные губы чуть приоткрыты, а по обнажённым плечикам струятся светлые шёлковые локоны…
Эдриана трудно узнать. Точнее не его самого, его взгляд. Ласковый, безмятежный и предвкушающий одновременно. В светло-серых глазах плещется любовь.
Эдриан кланяется девушке, она в ответ исполняет реверанс и вкладывает свою руку в раскрытую ладонь принца.
Начинает играть новая мелодию, не совсем подходящая для парного танца, но Эдриана это мало волнует. Он очарован. Ослеплён. Он наконец-то научился сдерживать силу. Теперь не страшно. Не страшно причинить вред тому, кто дорог…
Сквозь сон чувство, что кто-то наблюдает. Алиса даже поморщилась и натянула одеяло повыше, будто желая укрыться от пристального взгляда.
Эдриан счастлив. Он почти готов признаться в своих чувствах. Сегодня, после бала, непременно всё скажет и сделает предложение…
Танец заканчивает. Девушка тяжело дышит и смущённо улыбается. Правда… Алисе чудится в этой улыбке притворство, которое принц не замечает. Он берёт с подноса официанта два бокала с вином и один протягивает спутнице.
Девушка не перестаёт смотреть принцу в глаза. Пригубила напиток и что-то шепнула. Слов не разобрать…
Эдриан улыбается в ответ, ставит свой бокал на стол и куда-то уходит. За пределы зала. За пределы сна…
Счастливая улыбка сползает с лица девушки. Взгляд становится мрачным и решительным.
Алиса чувствует неладное и пытается проснуться.
«Не хочу знать продолжение…», но веки свинцовые. Не поднять. Неведомая сила мешает проснуться, а лица касаются ледяные пальцы. И это прикосновение болью отдаёт в сердце…
Девушка снимает с шеи кулон в виде капли, раскрывает его и сыплет неизвестный порошок в бокал принца. Вино шипит, но быстро угасает и становится обычным. Кулон возвращается на шею…
В зале появляется Эдриан. Он по-прежнему сияет, не зная, что для него приготовила любимая… Приближается, набрасывает ей на плечи меховую накидку, берёт свой бокал и подаёт девушке руку.
Вместе они выходят на заснеженный балкон. Здесь тихо. Лишь ветер поёт свою унылую зимнюю песню…
Алиса хочет предупредить.
«Не пей…» – но с губ срывается лишь стон.
– Я люблю тебя, – невинно шепчет девушка. – Давай выпьем за наше будущее…
Эдриан улыбается и подносит бокал к губам.
Сердце разрывает боль… Хочется крикнуть. Вмешаться. Вырвать яд из рук принца. Макнуть эту девицу головой в сугроб. По щекам бегут обжигающие слёзы…
– Алиса… Алиса. Ты меня слышишь?
Алиса слышит, но проснуться не может. Принц делает глоток…
– Это лишь сон. Проснись! Я прошу тебя…
Распахиваю глаза, совершая безумный вдох. Лёгкие горят огнём, будто это я отведала яд из рук любимого. В ужасе перевожу взгляд на принца и не узнаю его. Не узнаю его испуганный взгляд. Настороженный. И внимательный одновременно.
– Что вы тут… – слова застревают в горле.
– Воды, – рыкнул принц в сторону, обеспокоенно бегая по моему лицу ясными светло-серыми глазами.
– Красивые… – выдыхаю вслух, точно спятив.
– Сайнак позвал меня, – будто оправдываясь произнёс он и стремительно поднялся. Служанка подала мне стакан и, кланяясь, удалилась. – Сказал, ты металась… Он не смог тебя разбудить…
Жадно осушила стакан и бесцеремонно вытерла рот ладонью. Выдохнула и откинулась на подушки. В висках пульсировала боль. Бес обеспокоенно курлыкал на ухо, вызывая улыбку.
– А мне казалось, вы с самого начала здесь… – выдавила сипло, криво усмехнувшись.
– Нет, – голос принца звучал глухо. Волнуется? – Как ты себя чувствуешь?
Махнула рукой и прикрыла глаза.
– Бывало и хуже. Вот помню я как-то подцепила ротовирус…
Послышался смешок. Не веря распахнула глаза, и уставилась на принца. Очень слабо, но он улыбался.
– Сейчас придёт целитель и осмотрит тебя. А я… найду способ, чтобы тебе больше ничего не снилось. Не понимаю, почему это происходит…
– Не нужно, – тихо произнесла я, глядя на свои подрагивающие руки. – Думаю, это был последний сон.
– Уверена? – скептически поинтересовался снеговик. – Я бы настоятельно рекомендовал тебе остаться во дворце. Хотя бы ещё на пару дней, чтобы понаблюдать…
Усмехнулась, хитро выгнув бровь.
– Ищите способ удержать меня? Так сильно понравилось моё общество?
Принц переменился в лице. Я даже успела пожалеть и отругать себя за свой болтливый язык, как неожиданно раздался смешок.
– Отдыхай. Сейчас тебя осмотрят, а утром доставят в пансионат, – он учтиво поклонился и спешно покинул покои, оставляя после себя аромат морозной свежести.
Целитель был груб, но мне показалось, что толковый. Мне дали какую-то настойку, Бесу налили воды, а потом я просто отключилась. И на этот раз уже ничего не снилось…
Завтрак подали в покои. Я только вышла из ванной, в огромном махровом халате, вытирая волосы полотенцем, а официант вкатывал тележку. Слуги накрывали стол. Камеристка уже капалась в шкафу, выбирая мне платье.
У дверей стоял Ричар. А рядом с ним скакал Бес, приставая к его штанам, пытаясь их ухватить. Выдержки телохранителя можно только позавидовать.
– Миледи, – поклонилась камеристка, протягивая мне ярко-зелёное платье на завязках и капюшоном.
– Ужас, – честно выдохнула я, но наряд всё же взяла. Сил сопротивляться не было. После такой «жаркой» ночи всё ещё мучила слабость.
Переодевалась в ванной, отказавшись от помощи камеристки. Когда вышла, в покоях царила тишина. Ричар всё также стоял у дверей, Бес сидел рядом, вывалив язык, а за накрытым столом сидел принц и невозмутимо раскладывал на коленях салфетку.
– Присаживайся, – любезно предложил он, беря в руки приборы.
– Вам у себя не завтракается? – спросила со вздохом и нарочно скрипнула ножками стула, когда его отодвигала. Принц поморщился, а я получила эстетическое удовольствие.
– Пожалуй, сегодня я закрою глаза на твои ужасные манеры, – спокойно произнёс он, разрезая ножом омлет.
– Как любезно с вашей стороны, – отозвалась лениво и взяла чашку с чаем. – Что-то у меня нет аппетита.
– Это твои проблемы, – ровно произнёс принц. Удивлённо склонила голову, вопросительно вскинув бровь. – Тебе нужно восстанавливать силы. Не хочу ещё возиться, если вдруг потеряешь сознание.
Закатила глаза и придвинула к себе тарелку.
Нет, чтобы сказать, кушай, Алиса, я так за тебя переживаю. Обязательно нужно подчеркнуть своё безразличие. Хотя…
– Как её звали?
Принц замер и поднял взгляд. Думала спросит: «Кого?», но не спросил. Понял без слов. Вытер губы и взял гранатовый сок.
– Элизабет. Ей было восемнадцать.
– Как вы выжили? – спросила, не собираясь щадить чувства принца, раз он мои не щадит. На самом деле, меня просто разрывало любопытство.
Он глухо усмехнулся и провёл пальцами по скатерти, разглаживая невидимые складки.
– У отца был дар Смерти, если помнишь. Он удерживал мою душу на границе миров, пока мать огнём выжигала яд в моей крови. Вместе, они спасли меня, – абсолютно бесстрастно произнёс Эдриан, будто это не его пытались убить.
– Они… любили другу друга? Ваши родители, – мне было важно знать ответ на этот вопрос.
– Они… – принц впервые запнулся. – У них был договорной брак. Но не помню, что бы он или она об это жалели. Мои родители уважали друг друга и ценили, жили в гармонии.
– Ясно, – буркнула тихо и взяла приборы. – Спасибо, что ответили, а не отправили на виселицу.
– Много ты видела?.. в своих снах… – как бы между прочим спросил принц, но я отчётливо ощутила волнение.
– Достаточно, – отозвалась, не сумев скрыть сожаление, и приступила к трапезе…
Когда я почти закончила и была готова «упаковывать чемоданы» в покои, после стука, вошёл посланник. Низко поклонился, обеспокоенно глядя на принца.
– Ваше Высочество.
– Докладывай, – кивнул принц, несмотря на то, что я находилась рядом.
Посланник метнул в меня настороженный взгляд и быстро выпалил.
– Магистра Эриаха Яра нашли в подвале Игорного Дома.
Стакан в руках принца треснул и осыпался осколками. На белой скатерти расплылось гранатового цвета пятно…
– Что с ним?! Он жив? – вместо принца взвилась я. Сердце гулко забилось в груди. Я была готова подорваться и бежать спасать магистра.
– Он жив, миледи, – учтиво ответил посланник. А принц бросил на меня взгляд полный осуждения, который я с лёгкостью проигнорировала. – Но он без сознания. Кажется, его пытали…
Я бы хлопнулась в обморок, но нервная система ещё ни разу не подводила. Принц поднялся из-за стола, отбрасывая салфетку.
– Где он? В императорском госпитале?
Посланник спешно кивнул.
– Позови моего секретаря и Дознавателя. Я буду там…
– Эй?! – изумлённо воскликнула вслед. – А я?
– Вас отвезут в пансионат. Церемониймейстер позаботится, а Ричар сопроводит.
– Что? Ну уж нет! Я пойду с вами, – стремительно подскочила и бросилась за накидкой. – И Бес тоже.
– Алиса… – сквозь зубы процедил принц.
– Что Алиса? – отозвалась невозмутимо. – Или я иду с вами, или…
– Что «или»? – насмешливо протянул принц, откровенно веселясь.
Угрожающе потрясла указательным пальцем, спешно придумывая.
– Я подумаю, что «или»! И вам это не понравится… – бросила с вывозом и направилась к двери.
– Ты волнуешься за Эриха? – прилетело мне в спину. От ледяного тона по рукам поползли мурашки. – Влюбилась в него?
– Что?! – воскликнула, обернувшись. – Ну знаете… фантазии у вас, ваше высочество… Вы что-нибудь вообще слышали о сострадании? Магистр хороший и добрый. Мне чисто по-человечески жаль его. Хочу убедиться, что с ним всё в порядке и оказать свою поддержку.
Принц грозно сверкнул глазами, но всё же благосклонно кивнул и направился на выход, а я пристроилась чуть позади…