Глава тридцать первая

Оставшись наедине с собой, я переоделась в более удобное платье, черное, попросила камеристку накормить Беса: всё-таки он потерял много сил, кусая принца, и велела подать пропущенный обед. Есть хотелось страшно. Всё ещё ощущалась слабость.

Сидя в кресле-качалке, отталкиваясь от пола ногой, я раз за разом прокручивала в голове всё, что сегодня произошло. Моё так удачно пройденное испытание, все эти разговоры принца о доверии, его внезапная реакции на мои эмоции…

И мне уже не кажется, что снеговик меня перенёс в этот мир, только потому, что я носительница дара Жизни. Всё может быть, что это его хорошо продуманный и далеко идущий план. Его слова, едва уловимая ревность к Денису… Не удивлюсь, если отношение принца ко мне с самого начала лишь проверка. Проверка меня на «вшивость», на преданность. Не знаю, на что там проверяют своих избранниц настоящие принцы, но меня не покидает чувство, будто меня провели.

Бесу принесли мясо. Не до конца проваренное, на огромной кости. Я подозрительно косилась, гадая, как демон справится с ней. Но стоило ему вгрызться зубами, как все подозрения отпали.

Официант выставлял на стол блюда, а камеристка укоризненно сверкала пронзительными тёмными глазами.

– Миледи следовало подождать до ужина, – всё же осмелилась высказаться она.

– Благодарю, – вежливо улыбнулась в ответ, снимая металлическую крышку. Понюхала дивно пахнущую рыбу с овощами, зажмурившись от удовольствия. – Но ждать я не в силах. Умру от голода. Тогда его высочество не простит мне подобной наглости, – взяла приборы и приступила.

Камеристка поджала губы, вежливо поклонилась и удалилась.

Я почти закончила, когда в дверь вежливо постучали. Ричар встрепенулся.

Наверное, учитель по музыки явился меня мучить. Но, после небольшой заминки, в комнату нерешительно скользнул… писарь?

Мальчишка прижимал к себе подозрительного вида деревянную коробку.

– Вам тут… я дико извиняюсь… – он несмело ступил, протягивая коробку так, словно боится меня коснуться.

Нахмурено вскинул бровь и покосилась на телохранителя, но он был совершенно спокоен.

– От кого это? – ровно спросила, поднимаясь.

Бес настороженно зарычал, готовясь в любой момент обратиться.

– Не могу знать, миледи… – затравленно пролепетал писарь, поправляя очки на остром носу.

– А принц? – спросила, не спеша брать то, что мне так отчаянно пытаются впихнуть.

Писарь шагнул ко мне и буквально сунул коробку в руки, задевая мои пальцы своими…

– Возьми, – твёрдо произнёс он.

От его голоса по телу разбежались мурашки. Клянусь, что не хотела брать коробку, но рука потянулась сама…

Хотела отдёрнуть или закричать, но… Ричар стоял каменный изваянием и только сейчас заметила, что его глаза непривычно стеклянные.

Бес дёрнулся, но писарь испарился, словно его и не было.

…

Потрясла головой, сбрасывая наваждение.

– Кто приходил? – спросила сипло: в голове гулял туман.

– Посланник, – ровно отозвался Ричар.

Я попыталась вспомнить его приход, но… провал. Бес обеспокоенно ёрзал у ног.

– Как странно… – пробормотала и погладила деревянную коробку. Выдвинула отделение и замерла.

Письмо. В жёлтом потёртом конверте.

Мне не следовало его открывать, но… неведомая сила, будто заставила меня это сделать.

«Три Священных Дара… – так начиналось письмо, от которого холодок пробежал по спине. – То, что нельзя унести в руках – это надежда. Подумай, Алиса… что помогает тебе сохранить надежду? Именно надежда, заставляет тебя двигаться дальше и не сдаваться. Расскажи Ковену об этом.

То, что нельзя взять обратно. Слово. Ты должна дать Ковену обещание. Любое, какое сможешь выполнить.

И последнее… То, что лежит на сердце. Тоска. Можешь поплакать… – мне кажется или надо мной насмехаются?

Ты должна добиться у Ковена аудиенции, преподнести дары и попросить, ты имеешь право просить всё, что пожелаешь. По древнему обычаю Саллоса, ты в своём праве. А Ковен не может отказать. Это необычный ритуал, он обладает неким магическим свойством. И если Ковен нарушит своё слово, то… Как хорошо, что все забыли об этом древнем обычаи…

Но попросить ты должна вот что.

Признать Лаина Элоста – законным наследником, первым сыном покойного императора Федерика Морока, и возвести его на престол. Назначить Императором великой империи Саллос.

А если ты вдруг вздумаешь, проболтаться кому-нибудь или попытаешься меня обмануть… Я накажу не только тебя, но и всех, кто тебе дорог. Даже в другом мире…»

И тут я вспомнила. Приход писаря, его затравленный вид и резкую перемену, его влияние и на меня, и на Ричара…

Менталист.

Выходит… Дэлиан и Иркец старались не для себя. Но какая с этого выгода им? Что такого Лаин пообещал? Награду? Хорошую должность?

Меня потряхивало. Признаться, даже принц со своими угрозами и обещаниями просто ребёнок по сравнению с этим…

Братом?

Снова схватила письмо и перечитала. Выходит, отец Эдриана согрешил ещё до его рождения? Но почему Лаин так озлобился? Почему не попытался решить всё мирным путём?

Может, это он убил императора и императрицу? Почему?

Голова закружилась резко.

Письмо надо спрятать, а ещё лучше уничтожить. Перечитала ещё раз, запоминая всё, что мне нужно сделать и бросила письмо в камин. Огонь тут же уничтожил пожелтевшую бумагу…

Интересно, Ричар доложит об этом или Лаин что-то ему внушил? Как он ловко работает. Поразительный дар!..

Я должна всё обдумать.

Добрела до кровати и упала на живот. Сунула руку под подушку, всё ещё ощущая, как грохочет сердце. Я не хочу вредить Эдриану, но не знаю, что делать. Не хочу рисковать родителями. Сколько у меня есть времени? День? Два? Я должна что-то придумать, как-то рассказать обо всём принцу. Он сможет найти выход. Он сможет…

На этой мысли, я погрузилась в сон. И сон мне не понравился…

________________________________________

Алиса парила над полом, а неведомая сила тащила её по коридорам дворца. Прямо сквозь стены и двери. Сопротивляться не было возможности, оставалось лишь растерянно озираться по сторонам и гадать, чем обернётся этот странный сон.

Окружающая обстановка мало напоминала реальность. Полупрозрачная мебель, серость…

Сила пихнула Алису и та, пролетев стену, замерла.

За широким столом из тёмного дерева сидел… Эдриан?

Алиса потрясла головой и подлетела чуть ближе.

Нет. Не Эдриан. Этот мужчина определённо старше. И взгляд иной. Жёстче. Глаза чёрные… Губы сжаты в тонкую линию, волевой подбородок.

За спиной открылась дверь. В кабинет вошла женщина, вида…

О, господи! Всё лицо в язвах. Голову покрывает выцветший платок. Сухие, покрытые корками руки вцепились в кривую клюку.

За юбку женщины держится мальчик. Лет, может, двенадцати. Светловолосый, темноглазый, затравленный…

– Ваше Величество, – голос женщины доносится, словно через пелену тумана. Алиса подлетела ближе.

– Я просил не приходить сюда, и если что-то нужно, то…

– Ты не отвечал на письма… – слабым голосом вымолвила женщина и кашлянула в кулак. На ладони остались капли крови, которые она быстро стёрла о подол. – Умоляю…

– Я уже достаточно помог, – холодно перебил Император, всем видом показывая, как ему противна бывшая любовница.

– Прими мальчика, – смиренно закончила женщина. – Он же твой сын. Твой первенец… Подожди! – женщина упала на колени, не давая императору позвать стражу. Мальчик отшатнулся, обхватив себя тонкими ручонками. – Я умираю. Ещё неделя, может две и всё. Прошу… Позаботься о сыне. Не дай ему пропасть…

Император перевёл суровый взгляд на ребёнка, и ребёнок смело его выдержал.

– Как тебя зовут?

– Лаин…

Император поднялся из-за стола.

– Подойди ко мне, Лаин.

Мальчик сделал несколько робких шагов, смотря на своего отца со смесью страха и восхищения.

– Я не твой отец. Запомни это, Лаин. У меня уже есть сын, и его зовут Эдриан. Ты понял?

– Да, Выше Величество, – послушно отозвался Лаин, а блеск в его глазах погас, сменившись чем-то иным…

– С этого дня ты будешь учиться и жить в пансионате под моим присмотром, а после служить при дворе. Я дам тебе хорошую должность…

Алису разрывали эмоции. Очень жаль, что она всего лишь бестелесный дух. Жаль, что это всего лишь прошлое и его нельзя изменить…

Неведомая сила снова потянула, не дав досмотреть, что стало с матерью Лаина. Хотя… и так понятно.

На это раз Алиса оказалась в комнате. Комнате, совсем не похожей на покои принца. Мрачная, маленькая… Пространство давит. Коричневые стены, безвкусные тяжёлые портьеры, закрываю единственное окно…

Кровать идеально застелена. А за ней сидит юноша. Прямо на полу. Согнув одну ногу в колене и привалившись к стене. Его взгляд устремлён в книгу и сосредоточен.

Эдриан.

Алиса улыбнулась и подлетела ближе.

Без стука, в комнату вошёл… император. А с ним повзрослевший Лаин. Сейчас ему лет восемнадцать… Значит, Эдриану меньше? Но выглядит он гораздо старше и серьёзней.

Эдриан поднялся, откладывая книгу, и низко поклонился.

– Отец, – голос бесстрастный. Совсем как сейчас…

– Эдриан, – ровно произнёс император, подавляя своим величием. – Это Лаин. Он будет твоим секретарём.

Эдриан перевёл взгляд на Лаина, даже не догадываясь, что это его брат… Всё-таки Лаин больше пошёл в мать и мало, что унаследовал от отца. А вот Эдриан… Эдриан вобрал в себя слишком много…

– Приятно познакомиться, Лаин, – безэмоционально произнёс принц. – Тебе уже выделили покои?

– Да, Ваше Высочество.

– Хорошо, – кивнул Эдриан и направился к выходу. – Я объясню тебе твои обязанности. Надеюсь, ты справишься.

– Да, Ваше Высочество, – покорно произнёс Лаин, наверное, уже тогда притворяясь. Было в его глазах что-то… что заставило Алису насторожиться.

Сила грубо вытолкала Алису в реальность, заставляя хватать ртом воздух…