Глава тридцать шестая

Принц привел меня в круглый зал без окон, но… Стены зала отделаны кристаллами? Очень похоже, что огромные розовые и фиолетовые кристаллы просто запихали в стены, хотя… в этом видится смысл.

Под ногами тянутся тонкие розовые жилы. Они соединяются в причудливый узор прямо в центре зала. У дальней стены – механизм, похожий на рычаг. У рычага стоит мужчина в довольно простой одежде. Рубашка и брюки. Волосы тёмные, собранные в короткий хвост, а на узком лице – небольшая щетина.

– Приветствую вас, Алиса, – почтенно произнёс мужчина, чуть склонив голову. Бес недовольно заёрзал на руках. – Рад, наконец, встретиться с вами.

Растерянно обернулась на принца и на всякий случай исполнила реверанс.

– Добрый день… – получилось смущённо и на меня непохоже. Просто от мужчины тянет… силой. Такого уровня, что воздух потрескивает.

Принц сжал мою руку. Почти до хруста…

– Айсек Мору – Старейшина Ковена Прорицателей, – ровно произнёс он, но руку не перестал сжимать. Боится? Волнуется? Не могу понять чувства принца, но… мне хочется.

Сердце пропустило удар…

– Можно просто, Айсек, – улыбнулся Старейшина. – Эдриан попросил открыть для вас портал ненадолго. С удовольствием это сделаю. Пройдите в центр пожалуйста и встаньте в круг.

– Благодарим за оказанную услугу, – безэмоционально произнёс принц и потянул меня в круг. Чувствую себя жутко беспомощной. Неужели только Старейшина может запускать портал?

Мужчина опустил рычаг без видимых на то усилий, хотя он очень большой. По залу разнёсся гул, кристаллы вспыхивали один за другим.

Айсек опустил ладонь в отверстие механизма, и вокруг нас вспыхнуло сверкающее кольцо света.

Принц обнял меня, почти раздавив демона, прижимая мою голову к груди.

– Закрой глаза, – нежно прошептал он, заставляя пульс сбиться… – Считай до пяти. Немного укачает…

Меня и правда качало. Нет, сначала появилось ощущение невесомости, будто все внутренности вместе с тобой поднимаются вверх. Потом резко вниз, а вот уже стоя на земле, появилась тошнота.

Ноздрей коснулся свежий морозный воздух. Бес тут же спрыгнул и утонул в снегу…

Смешок вырвался непроизвольно. Столько снега… Невероятно!.. набрала полные ладони пушистых снежинок и подбросила, подставляя лицо и высовывая язык. Совсем как в девстве…

– Алиса, – осуждающе произнёс принц.

Обернулась, хитро сверкнув глазами, и загребла охапку снега.

– Ты не посмеешь… – предупреждающе прошипел он.

Дёрнула бровями и рассыпала снег над головой принца. Снежинки покрыли его белоснежные волосы, заставляя меня умиляться.

Эдриан флегматично стряхнул снег с плеча и… подхватил меня на руки.

– Уиии!.. – испуганно взвизгнула и тут же рассмеялась.

– Вздумала хулиганить?! – деланно угрожающе воскликнул он и уронил меня в сугроб, навалившись сверху. Бес урчал где-то рядом, но я тонула в притягательных прозрачно-серых глазах и не могла ни о чём больше думать.

– Алиса… – ласково протянул принц и коснулся моих разметавшихся волос. – Ты заболеешь, – с сожалением произнёс он и поднялся, тут же помогая мне встать.

– А где мы, кстати? – заозиралась и с удивлением обнаружила на холме дом. Деревянный дом, как в горах Швейцарии, например. – Ваш?

Принц взял меня за руку.

– Наш, – серьёзно поправил он и повёл меня, краснеющую, наверх. Нет, этот снеговик с ума меня сведёт! Я должна злиться за то, что он заставляет биться моё сердце чаще. Что привязывает меня к себе. Приручает. Но я не могу…

Эдриан поднёс мою ладонь к губам и поцеловал. Веки затрепетали, желая закрыться, а дыхание перехватило. Мне уже страшно заходить в дом…

Зря. В доме царила потрясающе уютная атмосфера. Эдриан помог мне снять накидку, сапоги, а сам развёл камин. Постелил мне шкуру на полу, накидал мягкие подушки, а сам куда-то удалился, пообещав, что скоро вернётся.

Бес остался резвиться на улице. Кажется, снег пришёлся ему по душе.

– Держи, – принц протянул мне кружку, опускаясь рядом со мной на колени.

– Что это? – подозрительно понюхала содержимое и вскинула брови. – Глинтвейн?

Принц непонимающе нахмурился.

– Тёплое вино со специями, – пояснил он, заставив меня улыбнуться.

– Глинтвейн, – повторила я. – Не знала, что у вас его готовят. Пахнет обалденно.

– Ты должна согреться, – произнёс Эдриан, убирая мне прядь волос за ухо. – Здесь можно свободно говорить… Я чувствовал в твоей комнате постороннего. И мне доложили, что Лаин приходил к тебе. Сайнак и Ричар ничего по этому поводу не помнят, тогда я обратился к Дарилу. Он хороший Дознаватель и сразу заподозрил неладное: попросил императорского менталиста покопаться у него в голове. Удалось выяснить, что на сознание Дарила очень умело воздействовали, так что наш менталист не смог восстановить стёртые воспоминания…

Я так и думала… Принц всегда на шаг впереди. Пока я терзаюсь сомнениями, он действует.

– Лаин… тот самый менталист. Я видела, как без труда воздействовал на телохранителей, – тихо произнесла я и сделала глоток. – Но это не самое страшное.

Принц склонил голову, внимательно глядя мне в глаза.

Я сглотнула.

– Лаин… ваш брат. По отцу. Его первенец. И…

Принц как всегда был внешне спокоен и ничем не выдавал эмоций. А мне так хотелось знать, что он чувствует.

– И? Что ещё? – холодно спросил он и отпил из кружки. Неужели, новость о брате его совсем не тронула?

– Он угрожал мне.

Принц дёрнулся, расплескав вино.

– Извини, – торопливо произнёс он и стал отряхивать мои запачканные штаны.

– Да бог с ними… – отмахнулась я, остановив руку принца. – Он прислал письмо, в котором рассказал, какие Дары требуется преподнести Ковену, чтобы тот исполнил любое моё желание. Лаин хочет, чтобы я загадала признать его первым сыном императора и возвели на престол.

Эдриан осторожно высвободил свою руку и потёр переносицу.

– Я думаю, это убил ваших родителей… – тихо произнесла, ощущая холод, хотя от камина исходит сильный жар. – Я видела сон… в котором ваш отец отказался от Лаина. Он так и сказал: «Ты мне не сын. У меня уже есть сын. Его зовут Эдриан…»

Принц внезапно подался ко мне и обнял.

– Мне так жаль… – глухо прошептал он.

– Что? – опешила я, замерев.

– Так жаль, что втянул тебя в это. Что постоянно подвергаю опасности. Что… Я был слишком самонадеян и глуп.

Я не могла поверить в то, что слышу.

Эдриан отстранился, заглядывая мне в глаза.

– Когда я смотрел на тебя… наблюдал через кристаллический шар, то думал о том, что ты прекрасно подходишь на роль императрицы и матери моего сына… Я видел тебя разную: и когда ты хитрила, и когда проявляла мудрость, доброту и милосердие, когда помогала бескорыстно, и когда бесилась, как сумасшедшая. И… ты мне нравилась. Уже тогда, – он поморщился и тяжело выдохнул. – Ненавижу говорить о чувствах.

– Не говори… – тихо вымолвила, опуская взгляд. Сердце бьётся, как умалишённое. Такое чувство, что я вот-вот умру…

– Нужно, – сухо произнёс Эдриан и поднял мою голову за подбородок, вынуждая смотреть ему в глаза. – Я думал, что справлюсь. Что могу контролировать свои чувства. Думал, что смогу тебя защитить и приручить тебя. Я не хотел… испытывать к тебе больше, чем уважение. Не хотел давать понять, что ты значишь для меня. Как действуешь на меня, но…

– Может, всё-таки не надо? – жалобно спросила, ощущая, как пылают щёки и бросает в жар.

– Я не справляюсь, – ровно произнёс Эдриан, выпуская меня из плена своих глаз. – Раньше, мысль о том, что твоя сила может истощиться во время беременности, что ты будешь плохо себя чувствовать, что есть минимальный риск плохого исхода не доставляла мне неудобств. Теперь я постоянно об этом думаю. Я не хочу тебя принуждать к чему-либо…

Я сглотнула, пытаясь сделать вдох.

– Что это значит? – голос предательски сел.

– Я бы рад тебя отпустить… – Эриан криво усмехнулся. – Но я хочу позаботиться о тебе. Я не привык отступать. И… я хочу предоставить тебе выбор.

– Выбор? – схватила кружку и допила остатки глинтвейна. В висках пульсировала боль.

Эдриан стиснул зубы.

– Да. Ты можешь вернуться домой, если действительно этого хочешь. Дары… ты можешь их преподнести в любое время, а с Лаином… я разберусь, раньше, чем он поймёт, что его провели. Он не сможет ничего сделать, даже если угрожал твоим родителям. Силёнок не хватит…

– То есть… я могу попросить Ковен вернуть меня в мой мир? – в услышанное не верилось. Но вместо ожидаемой радости, в груди разлилось непонятное гнетущие чувство.

Эдриан поджал губы и шумно выдохнул сквозь зубы. Видно же, что он борется с собой!.. видно, что не желает меня отпускать, но предоставляет мне выбор, потому что… любит? Он меня любит?

Обречённо прикрыла глаза, ощущая, как подступили слёзы.

Домой. Я могу вернуться домой. Это же так здорово…

– А как же ты? – распахнула глаза и шмыгнула носом, не дав слезам пролиться. – Тебе же нужно на этот свой престол, а значит – жениться. А наследник?

Эдриан отвернулся к огню.

– Придумаю что-нибудь. Всегда придумывал. Тебя это не должно волновать.

… не должно, но меня волнует.

– А Лаин? Что будет с ним? Его казнят?

Эдриан повернулся, сверкнув глазами.

– Ты переживаешь за него?

– Ну не то, чтобы… – замялась в ответ и виновато улыбнулась. – Я просто видела его умирающую больную мать, видела его маленьким мальчиком, который хотел любви отца. Как и ты…

Эдриан дёрнулся, как от удара, и выдохнул.

– Я не знаю, насколько он одержим идеей стать императором. Не понимаю, почему он просто мне всё не рассказал? Почему зашёл так далеко, и кто всё-таки убрал императора? Он или Иркец? Вопросов много и, пока я не разберусь во всём, Лаину придётся посидеть в изолированной камере. Там, где он не сможет использовать свой дар. Вообще… было бы неплохо его использовать, но в других целях…

Я улыбнулась. Мозг снеговика поразительно работает, а сам он, и правда, испытывает так мало эмоций. Кажется, он всегда спокоен и может здраво рассуждать в любой ситуации. Уверенна, он примет правильное решение относительно Лаина.

– Ладно, – Эдриан поднялся, подавая мне руку. – Пора возвращаться. Не хочу заставлять своего… братца нервничать, – издевательски усмехнулся он. И эта усмешка предвещала Лаину тяжёлый разговор.

Я же чувствовала себя так, словно меня сначала опустошили, а потом набили песком. Тяжело. Не единой связной мысли в голове. Сплошная неразбериха. И я, вместо того, чтобы бежать с Дарами к Ковену и умолять их вернуть меня домой, почему-то… чувствую только усталость и желание забраться в тёплую ванну…