Глава 5

Конечно, он тоже здесь. В этом шикарном холле, которым я успела полюбоваться вчера вечером. В месте, которое должно было стать моим идеальным отпуском.

Но идеальный здесь только Муромский. Он так вальяжно и расслабленно опирается на стойку в своей гавайской рубашке, что выглядит как тот самый парень из ромкома, с которым девушка обязательно закрутит роман в отпуске. И, кстати, желающие уже появляются – все представительницы женского пола, оказывающиеся в лобби, не упускают возможности пробежать по Яше взглядом.

Муромский же с того момента, как я вошла, смотрит только на меня. Он повернулся сразу же, и я бы поверила в то, что он почувствовал, если бы не знала, что единственное, что может вызвать в нем искренние эмоции – это хоккей.

Под его пристальным вниманием каждое движение кажется резким, рваным. Я будто не уверенная в себе молодая женщина, а неуклюжий угловатый подросток. И платье словно с чужого плеча.

– Добрый вечер, – привлекаю внимание администратора, останавливаясь прямо у стойки. Муромский – меньше, чем в полуметре от меня. Это я так близко к нему присоседилась или он подошел, пока я не заметила? И вообще, кто делает такие маленькие окошки у администраторов? Огромный отель, и так неприлично мало места перед стойкой!

– Лилия, еще раз здравствуйте, – парень за стойкой дежурно улыбается. – Подождите минуту, пожалуйста.

Я киваю и опускаю взгляд на свои пальцы со свежим летним маникюром. К отпуску подготовилась на ура, правда, вчера мои ногти совершенно не подходили к тону рабочего мероприятия.

– Милое платьице, – комментирует Муромский, не скрывая откровенного любования и бессовестно вторгаясь в мои так и не успевшие оформиться мысли. – Но прошлый наряд вне всяких похвал, – слишком явно намекает на мой купальник.

– Иди в жопу! – рявкаю и перевожу взгляд на администратора, потому что смотреть на Муромского слишком опасно – во рту скапливается так много слюны, что можно захлебнуться.

Но я не попадусь больше на эту удочку.

– Надо же, ты научилась ругаться, – он улыбается, но уже не по-голливудски – именно так, как делал это раньше, когда я была по уши влюблена в него.

А бабочки в моем животе настолько старые, что вспархивают крыльями. Спасибо, что их мало и это последние старушки, на которых я могу не обращать внимание. Точнее, они не будут властвовать над моими мыслями и желаниями.

– Я пошлю тебя еще дальше, если ты немедленно не заткнешься.

Муромский придвигается. Опускает локоть на стойку и подается вперед. Мои рецепторы улавливают аромат его одеколона – что-то легкое, но при этом с терпкими нотками. Я не разбираюсь в мужской парфюмерии, но точно могу сказать, что Яше он подходит. Мы смотрим друг другу в глаза, оказавшись на одном уровне. Когда Муромский не возвышается надо мной, делать это невероятно легко. Так же, как и тонуть в его светло-голубом взгляде.

По спине и рукам бегут мурашки. Я списываю это на порыв холодного воздуха кондиционера и игнорирую причину, стоящую напротив меня в считанных сантиметрах.

– Знаешь, я бы с удовольствием послушал, – произносит настолько соблазнительно, что за ребрами все сжимается.

Господи, Лиля, он предложил тебе ругнуться, а ты готова закапать слюной пол! И не только ею…

Внутри все закипает от злости. Да как он вообще смеет так расслабленно разговаривать со мной и даже флиртовать! Мне ведь не показалось, да?

После всего, что между нами было, ему еще хватает наглости вести себя подобным образом? Можно подумать, я его фанатка или хоккейная зайка, готовая запрыгнуть в его постель, потому что он хорошо стоит на коньках и умеет орудовать клюшкой! Да пошел он к черту!

Возразить Муромскому я не успеваю – администратор наконец обращает на нас свое внимание.

– Извините за задержку. Обсудим вашу ситуацию?

– Нашу? – мои брови взлетают вверх. – Как мы могли оказаться в одном номере? – перехожу в режим стервы. Обычно в нем все проблемы решаются очень и очень быстро.

– Простите, это какая-то ошибка, – администратор сосредоточенно смотрит в монитор. – Я не знаю, как так получилось…

– Да неважно, как это получилось! Решите проблему! – терпение лопается, а Муромский усмехается, стоя за моей спиной. Когда он там вообще оказался? Не успеваю за ним следить. Дурацкий призрак из прошлого.

– Скорее всего возник системный сбой во время бронирования, – продолжает администратор, не понимая сути проблемы, – вы оформляли в одно время, в системе что-то сработало не так, и…

– Я не собираюсь жить с ним в одном номере! – перебиваю его, едва не топая ногой.

– Простите, Лилия, у нас нет свободных номеров, отель заселен полностью, и мы… – администратор делает паузу. – Можем предложить вам скидку и бесплатную трехчасовую прогулку на катере в открытое море, – он поднимает глаза и тяжело сглатывает. – И персональный ужин в беседке на берегу моря. Разумеется, бесплатный.

– Если это распространяется на нас двоих, я за, – вдруг вступает в диалог Муромский и опускает свою лапищу мне на плечо. – Хватит всех тиранить, Лилит, мы спали вместе два года. Десять дней как-нибудь переживем.

– Как-нибудь? Это мой отпуск, я не собираюсь проводить его как-нибудь!

Беспомощно всплескиваю руками. Надежды на счастливое времяпровождение сыплются песком сквозь пальцы. Муромский же моего хмурого настроения не разделяет. Весело встряхнув меня, он наклоняется и говорит тихо, так, чтобы услышала только я:

– Тогда давай проведем его охуенно. Обещаю быть паинькой и свалить от тебя, как только освободится номер.