Глава 44

– Когда ты улетаешь? – спрашиваю, устраиваясь на груди Муромского, который все еще пытается отдышаться после секса. Оказалось, мы слишком сильно соскучились, чтобы остановиться на одном разе. А после второго из постели выбираться не захотелось, будто стоит нам выйти за пределы спальни, как все разрушится.

– Послезавтра утром мне нужно быть у врача. Завтра вечером рейс до Адлера, – отвечает с тоской и прижимает меня крепче к своему боку. Яша только и делает, что зажимает меня любым удобным и не очень образом. Но сейчас я не сопротивляюсь, закидываю на него ногу и обнимаю одной рукой торс. Наслаждаясь стуком сердца. И это… вау. Становится спокойно и уютно, несмотря на то, что уже завтра мы снова окажемся порознь. Главное, что на несколько часов мы всецело принадлежим друг другу.

– А потом? – в моем голосе слышится надежда.

– Я вернусь к следующим выходным, – Яша целует меня в макушку, свободной рукой обхватывает мое запястье и нежно водит большим пальцем по коже. – А после… может, ты ненадолго прилетишь ко мне? – говорит осторожно, словно боится, что я в любой момент его прерву. – Или надолго.

– И что я буду делать в другой стране? – спрашиваю с усмешкой, прекрасно зная, что занятий там примерно ноль, особенно если учесть сумасшедший график тренировок Яши. Мы и раньше едва находили время друг на друга в перерывах между хоккеем, вряд ли в НХЛ ситуация как-то изменилась.

– Будешь моей девушкой, – спокойно отвечает Яша.

В комнате повисает напряженная тишина. Мы оба молчим. Мне, как окрыленной светлыми чувствами девушке, полагается растаять и броситься на шею возлюбленному, но я отчего-то медлю и кусаю губы. Яков тоже не спешит обрисовывать мне заманчивые перспективы, потому что прекрасно знает, что меня этим не подкупить.

– Этого мало, да? – хмыкает над моей головой и, словно напоследок, крепко сжимает меня в объятиях.

– Яш, я… дело не в тебе и не в том, что я не хочу быть с тобой. Хочу, пусть мне немного и страшно. Но я не только твое приложение. Не просто девушка известного спортсмена, – кутаясь в тонкое одеяло, сажусь в кровати. – У меня есть работа, я шла к своей должности долго и упорно. И я многого добилась. Слишком многого, чтобы все это променять на другую страну и неизвестность.

Муромский хмурится и тоже садится.

– Я понял, – он растерянно кивает и упирается ладонями в бедра. Смотрит прямо перед собой невидящим взглядом, и я ненавижу себя за то, что сказала несколько секунд назад. Ну зачем я все испортила? На один день ведь могла почувствовать себя счастливой и просто забыться. Муромский прилетел ко мне из другой части страны, а я не удержала язык за зубами.

– Это не отказ, – спешу пояснить, когда Яша обводит взглядом комнату, ища свои вещи. Он ведь не уйдет сейчас. Боже, как я дурочка! Конечно, уйдет, что ему еще делать? Радоваться, что я оставила его в подвешенном состоянии? – Мне просто нужно время. Сегодня был слишком эмоциональный день.

– Отдохни тогда, – выдавливает из себя улыбку и встает.

– Ты уедешь? – мой голос начинает дрожать. Не хватало еще расплакаться сейчас. Я как собака на сене: ни себе, ни ему. В итоге оба мучаемся.

– Не буду мешать, – соглашается.

Поднимаюсь с кровати, пока Муромский натягивает джинсы. Подойдя ближе, утыкаюсь лбом между его лопаток. Обнимаю, сцепляя руки на животе. Яша напряженно выдыхает, но не поворачивается и ничего не говорит.

А мне так много хочется сказать. Что я люблю его, но не могу больше очароваться на сто процентов и потерять себя. Что мне важно принять решение самостоятельно и с холодной головой. Что я хочу с ним всего, но ужасно боюсь. Что на самом деле я и сейчас готова идти за ним хоть на край света, лишь бы мы были вместе. Но я не стану хвататься за первую подвернувшуюся возможность и бросаться в нее как в омут.

– Прости, – наконец нарушаю гнетущее молчание. – Я не хотела тебя обидеть. Ты мне очень дорог, Яша, но я больше не та двадцатилетняя девочка, которая поставит парня выше себя.

– Тебе не за что извиняться, Лилит, – Муромский накрывает мои ладони своими и разъединяет замок. Развернувшись, по очереди целует каждый палец на моих руках, оставляя после прикосновений толпы мурашек. – Я понимаю, о чем ты. И я подожду столько, сколько нужно, даже если это займет еще шесть лет.

Все-таки всхлипываю. Яша заботливо стирает слезы со щек, и я расклеиваюсь еще больше.

– Тебе необязательно уходить, – произношу шепотом, это единственное, на что я сейчас способна.

Я ведь сама его оттолкнула, тогда почему так невыносимо больно? Внутри будто с десяток петард взрывается. Громко и страшно. Превращая душу в ошметки.

–– Мы оба знаем, что это не так, – Яша порывисто прижимается к моим губам, но не целует, даже не двигается. Просто стоит так несколько секунд, а после стремительно отстраняется, оставляя после себя жгучую боль. – Я буду ждать, – приподнимает уголок губ в слабой улыбке и ободряюще кивает, напоминая слова, которые произнес меньше минуты назад: – Столько, сколько нужно, Лилит.