Глава 13

В ситуации ужасающей безвыходности мне бывать уже приходилось. И в те страшные моменты мне помогала только молитва – единственное, чего меня не могли лишить. Вот только на этот раз у меня не было времени даже на молитву.

Ребенок наконец-то замолчал. Видимо, не до конца оправился от болезни и от усталости заснул. На этот раз я его слабости обрадовалась – истошный вопль долгое время мешал сосредоточиться. Потом его отваром отпою – старуха крынку не прихватила в свой побег. Если будет еще кого отпаивать. Но и теперь, в блаженной тишине, я все равно пока не нащупала так необходимый нам обоим внутренний резерв. Вспотела от нескольких попыток сесть, из открытой двери по полу тянуло сквозняком, но я не отвлекалась на неприятные ощущения – знала, что время на исходе. Пришептывала, обращаясь к самой себе:

– Разворачивайся ты, чертово нутро… Где-то же ты есть, мы когда-то с тобой сумели договориться… Но сейчас мне нужно, чтобы ты развернулось и осветило весь мир – хоть ослепи этих клятых демонов, если на ноги меня поднять не способно!

Все, чего я добилась: смогла увереннее махать руками, но этого было катастрофически мало. Зельтина сорока или сама Зельта ошиблась в предположении. Я расслышала приближающиеся звуки раньше, чем через пару часов. Хотя могла и ошибаться, поскольку все мои попытки серьезно влияли на сознание – время в любом случае казалось недостаточным, пройди хоть два дня до появления врагов.

Стук, топот, ржание лошадей, хруст старых досок крыльца. Конец попыткам. Увидев край тяжелого кожаного сапога, я закрыла глаза и окончательно успокоилась.

– Здесь, она здесь! – прозвучал низкий мужской голос. – На полу валяется. Но вроде бы это она!

Я не реагировала, осознав, что теперь у меня на подготовку любого маневра остались считанные мгновения. К первому демону подошел еще один или даже двое. Ближайший со всего размаха пнул меня в бок. Я даже не поморщилась, да и парализованное тело боль не выдало. Один из мужчин ужаснулся:

– Сдохла? Государь Рокка будет в ярости!

Я без каких-либо эмоций отметила, что солдаты называют великого князя уже не сударем, а государем. Интересно, они действительно рассчитывают на победу в этой неравной войне и в итоге воцарение Зохара на центринский престол? Мне стало бы смешно, будь для того хоть какие-то силы. Мертвой я притворяться не собиралась, но и демоны не спешили наклоняться ко мне и проверять. Я расслышала голос третьего от двери:

– Забираем ее с собой в любом случае – он должен лично убедиться. Но ты прав, государь будет рвать и метать. Эта сука должна была поплатиться, если уж не остановить центринскую армию. А там что еще за выродок? Тоже дохлый? А, нет, вроде дергается.

Его приятель гоготнул:

– Имельская княжна нагуляла этого уродца? Забавная она – вроде замуж за дракона выходила. То-то паскуда шелле удивился бы!

Друзья его веселья не поддержали, а тот, что был ближе остальных, подался ко мне – вот-вот ощутит дыхание. Но он повернулся к двери – вероятно, там стоял главный их отряда:

– Инташ, а может, мы пока ее того… ну, пока теплая?

Демоны есть демоны. А я даже не содрогнулась, мысленно сжимая концентрацию драконовой магии всеми своими мыслями.

– Некогда! – рявкнул командир. – Надо возвращаться, мы и так с плохими новостями. Бери тело, Рантар, потом с живыми девками развлечешься.

– А с выродком что делать? – поинтересовались у него.

– Да ничего, оставляйте тут. Хотя нет, подожгите занавески – эту хижину местные могут использовать, чтобы прятаться от наших. И мы бы не нашли, не указывай поисковое заклинание примерного направления.

Он пошел на улицу, а ближайший все-таки наклонился ко мне, вздернул резко на руки и тотчас заметил с надеждой:

– Кажется, она еще живая! Еле дышит, не шевелится, но…

Демон наклонился к самому моему лицу и принюхался, улавливая дыхание или пытаясь понять, что со мной происходит. И в этот момент я распахнула глаза. Вскинула руку, выпуская черную петлю – плашмя пустила под его подбородком, рассекая глотку. Он успел что-то прорычать, но я уже падала обратно на пол вместе с ним. Смогла приподняться над телом, раскинула обе руки в стороны, создавая две стены драконьего огня и с напряжением хлопнула. Второй демон целых пару мгновений пялился на меня и даже не сообразил ничего сделать, чтобы прикрыться.

– Что, мразь, не ожидал? – поинтересовалась я за миг до того, как сжала его пламенем.

Две победы меня здорово ободрили, да и магия начала разворачиваться в полную силу, призванная мною для спасения. Или это все-таки сработало заклинание ведьмы на увеличение, я потом смогу осознать. А пока на улице есть еще один демон – и он отчего-то не спешит возвращаться, хотя должен быть привлечен шумом.

Сила струилась по моим рукам, черные петли из пальцев расползались в разные стороны, заполняя пространство небольшого домика. Но ноги не держали, их я вообще не чувствовала. Я била дымом по полу, вздергивая себя таким образом все выше и выше – и в итоге практически криво повисла в воздухе, сосредоточенно глядя на дверной проем и наращивая внутри мощь для единственного удара.

Но демон там не появился. Через мучительные несколько секунд раздался страшный скрежет – и целая часть стены отлетела в сторону. Врага я разглядела в круге огня, он смотрел на меня исподлобья багровыми глазами, а в руках сжимал два длинных меча. Мы, не отрывая друг от друга цепких взглядов, синхронно вдохнули, выдохнули – и сорвались навстречу. Я ударила обеими руками, поднимая себя петлями еще выше, отпустила дым и занесла руку для удара – оранжевые круги полетели в стороны еще до того, как мой кулак соприкоснулся с его черепом. Но и демон не мешкал: он всадил оба меча мне в живот наперекрест. Чуть успел бы развести в стороны – и я развалилась бы на две неровные половины. Но я смогла опередить его на тысячную долю мгновения, потому рухнула уже после того, как полетело вниз его мертвое тело.

Кажется, больше никого не было, но я от ужасающей боли не могла ни оглядеться, ни даже простонать. Хотя знала, что следует делать – во мне сейчас заложено три чертовых магии, и уж такая сила меня излечит, если я все еще не мертва. Но для начала придется вытащить из себя лезвия. Я лежала на спине, и вжимала до крови пальцы в сталь, чтобы получше ухватиться. Первое вышло запросто, хотя и отправило меня в недолгий обморок. Когда очнулась – взялась за второе. Остатки жизни во мне однозначно подтверждали, что силы внутри меня накопилось больше, чем когда-либо было в смертном человеке.

Теперь можно и поспать. И плевать, что нет никакой уверенности, что смогу проснуться. Где-то далеко-далеко заплакал ребенок, а я, уже погружаясь в бессознательность, шептала:

– Тихо, Сегор, тихо… Я сейчас совсем немного полежу… а потом тебя кормить будем…

Это был самый глубокий сон, похожий на бездонную яму, в которую можно бесконечно проваливаться. Но и из него я смогла выкарабкаться, когда ухо уловило новые шумы из мира смертных. Сглотнула, сжала окровавленным кулаком рукоять меча, открыла глаза и приготовилась убивать еще хоть десяток врагов. Однако разглядеть я смогла кривое и носатое лицо зверолюда, который огромными глазами пялился на меня:

– Тут девочка какая-то! Ребят, быстрее, она ранена! Эх, не зря мы за демонами решили проследить – вот ведь изверги!

Я улыбалась ему как сумасшедшая дура – и не могла ничего поделать с этим безумным счастьем. На нем – военная форма и нашивка с изображением зеленого солнца. Шестиокраинские вояки наткнулись на меня, как же богиня добра! Другой зверолюд изумлялся:

– Так это девочка извергов пришила? Ее, может, к нам в батальон записать? О боги, тут ее ребеночек – хорошенький-то какой, весь в маму! Давайте скорее их в деревню, раны нужно перевязать!

Кажется, их тоже было трое. Но эта троица принципиально отличалась от предыдущей.

А в деревне мы по наводке сельчан попали в тот же дом, богами посланный и в первый раз.

Сегор после двух капель отвара снова начал розоветь. Крепкий мужик мне в спутники достался. Хотя мы друг друга стоим. Солдаты меня в лицо не узнали, потому я представилась, вот только никак не могла объяснить, как оказалась одна в глухом лесу.

– Подождите, сударыня, вы ведь вроде почти жена драк-шелле? – припомнил самый горбатый из них, поразив хозяйку дома до такой степени, что она рухнула на скамью с коротким охом. – Потому мы должны доставить вас к центринским подразделениям, пусть они обеспечат вашу охрану. Таких мелких отрядов демонов еще очень много – мы трое не можем гарантировать, что довезем вас живой до имельцев. Вы нас тоже поймите – не хотелось бы разрушить новый союз с Центриной из-за того, что мы откусили кусок, который не можем проглотить.

Я кивнула и глубоко задумалась. Их беспокойство я понимала. Они и так храбрецы – втроем отправились следить за демонами в лес, хотя при прямом столкновении скорее всего были бы обречены. Я могла бы теперь вернуться к Майеру в храм, но не знала наверняка, ищут ли меня другие демоны. Да и выдавать его местоположение, как и причину нахождения там, я права не имела. Потому после размышлений приняла их план: сначала до подразделений, а потом уж можно и домой заглянуть, матушку красавчиком Сегором до смерти перепугать и сочинять, что случайно такое народилось.

* * *

Ближайшее военное командование сейчас остановилось в замке великого князя Шестой Окраины, туда мы попали через два дня. Зверолюды откуда-то добыли открытую повозку, набрали у сельчан теплых одеял, чтобы как можно меньше трясти нас с ребенком в дороге, а к прибытию на место я уже могла переворачиваться с бока на бок. Паралич, кажется, уже полностью прошел, встать я не могла пока из-за ран – смертельных для человека, но, судя по всему, я о них через несколько недель и не вспомню. Малыш Сегор елозил у меня под боком, заметно окрепший. Он смешно кривился, если надавить на носик в форме круглейшей картошки, а голосом обладал крепким и зычным для такого тщедушного тельца.

Я почти сразу разглядела знакомое лицо в группе встречающих. Аштар изумился посильнее моего – я-то предполагала, что он где-то здесь:

– Айса? Какими судьбами?

Мне пришлось сочинять сказки и для него, и для остальных, среди которых главным оказался верховный колдун империи герцог Кеймар.

– Я сопровождала Майера в его поездке… в дипломатической миссии в Четвертую Окраину. Лошадь понесла, я слишком далеко ускакала, а потом увидела этих демонов – пыталась спрятаться от них в лесной хижинке, но пришлось отбиваться. Ребенка там и нашла – видно, мать где-то неподалеку погибла.

Один из командиров скептически изогнул бровь:

– И ваш жених просто так поскакал дальше по своим дипломатическим делам? Милорд Сао потерял нюх на возлюбленную или вообще не был заинтересован в ее спасении?

Шутка была слишком грубой и отчетливо оскорбительной – лишь для солдат и сойдет. Многие в центральном зале заухмылялись. Ничего не меняется, меня как не считали равной дракону, так никогда и не начнут, хоть я по десять демонов из стана врага в день убивать буду. Я в ответ развела руками – дескать, думайте что хотите, сама не понимаю. Но Кеймар отмахнулся, не посчитав вопрос слишком важным для обсуждения среди всех:

– Пусть девушка отдохнет и излечится, отнесите ее в свободную спальню. К ребенку пристройте няньку. Зато у нас наконец-то созрел дельный план, как все закончить быстро и с минимальными жертвами…

Про план лично мне сообщить не захотели – вернее, потащили носилки из зала до того, как я успела услышать подробности.

Как же в теплой постели было хорошо после стылых лесов, даже боль заметно поутихла от того, что я надолго погрузилась в полный покой. Сегора нянька расхваливала так, будто краше младенцев никогда не встречала, она же и откармливала его будто на убой. Детские крики даже посреди ночи отчего-то никого не раздражали – наоборот: розовощекие служанки-зверолюдки улыбались от уха до уха, а служанки человеческой расы недоуменно поглядывали на малюсенького уродца, но почему-то тоже счастливо улыбались. Я услышала объяснение в их разговорах:

– Будто ожил замок, надежда сюда вернулась. Не оставит ли княжна Имельская малыша нам? Или этот добрый знак захочет к своим увезти?

Разумеется, не оставлю. Няньки здесь хорошие, люди вокруг добрые, но все же спокойнее, если ребенок останется под моим присмотром.

Уже наутро я смогла встать, хоть и с помощью служанок, и выйти на улицу – подышать свежим воздухом и проверить свои силы. Нянька и Сегора укутала в теплое одеяло, положила в корзинку и поставила на лавку рядом со мной – мол, тоже пусть погуляет немного. Раз его холод в наше путешествие не прикончил, то лучше и не разнеживаться в полном тепле. Я вытянула ноги, запахнула зимний плащ поглубже и натянула капюшон, закрывая голову от пронизывающего ветра. Но капюшон не помешал мне уловить до дрожи знакомое чувство – от центральных каменных ворот, подняв меховой воротник до самых ушей, ко мне шагал Элвин Ео. И отчего-то это не стало никакой неожиданностью.

– А вот и вы, милорд, – я не сдержала улыбки. – Мне сегодня ночью вдруг подумалось: как странно, меня мечами вдоль и поперек изрезали, а вас все нет и нет.

Он тоже широко улыбался, остановившись передо мной. Как же на сердце сразу стало жарко, и все раны показались чудными царапинами, и все испытания – лишь предисловиями к нашим взаимным взглядам. Элвин не обнял и не поцеловал, что было бы крайне неуместно, он выбрал самый нейтральный и беззаботный тон, как если бы здесь, в военной крепости, просто встретилась пара хороших знакомых:

– Тебя так быстро ими изрезали, что я просто не успел бы даже на крыльях долететь из Сердцевины. Но все же не выдержал и запряг коня. Направление пути, как понимаешь, пришлось менять, потому и явился с опозданием. Сильно еще болит? Выглядишь плохо.

– Я выгляжу намного лучше, чем вчера. А про боль не спрашивайте – вы ведь и так знаете.

– Знаю. Айса, почему ты не осталась с Майером на всю зиму? Решила вернуться домой? Самое время, надо заметить. Ты бы еще подождала лютых морозов и шагала прямо через главный лагерь Зохара Рокка.

– К Майеру надеюсь еще вернуться, милорд. Так получилось…

Я подумала и честно пересказала ему все, что произошло, от Элвина подробности скрывать не было никакого смысла. Хотя про дыхание старой ведьмы опустила – побоялась, что это может стать для него последним аргументом. Он слушал молча и разглядывал малыша, я заканчивала свой рассказ приятными вещами:

– Пока не знаю, где осяду, еще не решила. Но уверена, что если там найдется место для меня, то и для ребенка отыщется. Какая теперь уж разница?

Элвин покосился на мое лицо весело:

– А вот и инстинкт. Не думал, что это случится именно так, но почти в точности предсказал его появление.

– Какой еще инстинкт? – я нахмурилась. – Просто скажу прямо – если бы не Сегор, я бы не выжила. Я поднималась, сквозь боль и отплевываясь кровью, не из-за себя. На себя никакой воли бы не хватило.

Элвин тихо смеялся:

– Сегор? А разве не так зовут твоего близкого приятеля из университета? Того самого, за которого ты вышла бы замуж, если бы мир был справедлив.

– А разве я знаю много имен зверолюдов, милорд? Или вы предпочли бы для него драконье имя?

– Драконье? Наподобие Элвина? – он снова чуть склонился, рассматривая ребенка. – Нет, это определенно Сегор, а не Элвин. Носяра у него вырастет с мой кулак. Симпатичный паренек, вылитый дракон!

– Да, личиком не вышел, – и я тоже с нежностью уставилась на младенца. – Но среди зверолюдов он будет, как вы – среди драконов.

– Самый красивый?

– Самый… заносчивый. Ну да, из-за того, что самый красивый. Прекратите искать в моих словах двойное дно – хотя бы пока я сижу тут смертельно раненая!

– Понял, подожду, когда ты сможешь отбиваться и огрызаться как раньше. Айса, – он посмотрел пристально внезапно посерьезневшим взглядом. – Я очень зол, что ты уехала. Зол из-за недомолвок, из-за того, что ты даже не посчитала себя обязанной мне сообщить. Это не потому ли, что императрица очень заинтересована в нашем с тобой браке?

Я воскликнула удивленно:

– Вы уже знаете?!

– Ругаю себя за то, что сразу не догадался – это ведь было очевидно. Но Анабель подавится злостью, когда увидит – ребенок-то у тебя так или иначе появился.

Я поправила одеяльце и вздохнула:

– Не шутите так. Это на самом деле совсем не весело. Анабель пойдет на все, чтобы защитить свою корону, уж поверьте. Я даже мечтаю, чтобы у вас родился сын-дракон как можно скорее, тогда ее величество захлебнется своим ядом. Вон нянька уже бежит… Да и мне пора в спальню. Лекарь разрешил выходить лишь на несколько минут.

Я с кряхтением встала, бездумно держась за перебинтованный живот, сделала пару шагов, но обернулась, не выдержав:

– Мы так давно не виделись, милорд… Я правда очень рада. Вы за это время не женились, случайно?

– Не успел даже помолвиться, – он смотрел на меня серьезными глазами. – Мы, драконы, с подобными вещами редко спешим. Но остановил свой выбор на Кайтане.

В груди кольнуло, а я сделала вид, что этого не заметила – пусть не заметит и он.

– Это очень здорово. Я хочу, чтобы вы были счастливы. Вы здесь из-за меня, но надолго ли задержитесь?

– Не хочешь отпускать? Тогда останусь.

– Нет, просто интересуюсь, – я покривила душой. – Не начинайте сейчас, прошу.

– Не собирался, оно непроизвольно вырывается. Мне нужно уехать, генералов и военных командиров хватит и без меня, а в империи сейчас море вопросов, которые Тирий в одиночку не решит, – он смотрел так, будто извинялся за то, что должен меня оставить, хотя это именно я оставила его первой.

Нянька уже унесла ребенка в тепло, а мне, как обычно, каждый шаг от Элвина давался очень сложно – и придумывалась тысяча поводов, чтобы его не делать:

– Все постепенно наладится, когда Зохара и его прихвостней уничтожат. Интересно, а какой план у герцога Кеймара?

– Могу догадаться, исходя из твоего рассказа, – Элвин отвел от меня задумчивый взгляд и тоже уставился на каменные стены. – Если Рокка ищет именно тебя каким-то заклинанием, то рано или поздно он или его демоны окажутся там, где ты. Здесь, как вижу, плохое место для засады – мелким отрядом сюда не двинешься, потому лучше найти что-то менее громоздкое, но такое, где можно спрятать много наших солдат.

– Я приманка? – у меня вырвался нервный смешок.

– Ну… я бы на месте герцога сделал именно так. Империя огромна, Зохар может укрываться и вредить Центрине десятилетиями, а без него все его демоны за месяцы будут истреблены.

– Как душевно прозвучало, – я продолжала смеяться. – Но я одобряю этот план – зря мне не сообщили, я бы согласилась. Ведь смерти ему желаю побольше прочих. Значит, мне нужно выздоравливать еще быстрее. Я пойду.

Элвин промолчал. Я просто почувствовала мимолетное его стремление догнать, проводить или отнести на руках. Прикоснуться. Или хотя бы еще о чем-нибудь поговорить. Но он остался на месте и ничего не произнес. Из него вышел бы прекрасный правитель – такой, который может все свои чувства держать в узде, если так сейчас лучше. Иногда сдается – и свидетельницей этих поражений только я и была. Но я никому не о том не расскажу.