Глава 5

Алдрак

Сейдрак не стал дожидаться руны вызова, а сам отправился в его кабинет. Когда Алдрак поднялся на преподавательский этаж, то сын с пофигистичным выражением лица подпирал плечом стену. Другие, зная, что им предстоит разнос от вожака, дергались бы, а этот вон улыбается своим мыслям.

Совсем его не боится.

Да Алдрак и не хотел, чтобы Сейдрак испытывал страх. Ему нужно было от сына другое. Поэтому он назначил его куратором приюта.

— Сейдрак, хорошо, что зашел. Надеюсь, ты подготовил отчет?

Дерзкое выражение лица сына сменилось растерянной миной, а Алдрак уже приглашающе распахнул перед Сейдраком дверь.

Заходи, мальчик. Буду учить тебя жизни.

— Отчет… Ты вообще о чем? — хмуро бросил Сейдрак, видя, что ему не спешат что-то объяснять.

— Как куратор приюта ты обязан отчитываться обо всех успехах, если таковые будут, и фиксировать неудачи. Предыдущий куратор Хлобс должен был передать тебе все бумаги.

— Ага. Передал, — Сейдрак задумчиво поскреб затылок.

Видимо пытался вспомнить, куда засунул папку. Алдрак точно знал, в какой овраг Сейдрак ее закинул, потому что тайно наблюдал за разговором Сейдрака и Хлобса.

Хлобс сам был найденышем, ставшим достойным магом-артефактором. Но он по натуре не был лидером и не смог найти подход к детям, поэтому и попросил освободить его от этой повинности. А у Алдрака как раз был на примете один заигравшийся ребенок, вот он и решил выбить клин клином.

Время показало, что с одного удара ничего не из кого выбить не получится, а стучать придется долго и упорно, но у дракона было запредельное терпение.

— Твои документы. — Алдрак с усмешкой выложил перед Сейдраком папку.

Прыть, с которой сын сцапал папку, заставил Алдрака удивленно вскинуть брови. Решил даже, что Сейдарк обрадовался, что пропажа нашлась, а ее не сожрали хищные растения, облюбовавшие тенистый овраг.

Сейдрак бегло изучил листы.

— Так, а где информация по новенькой? Ты забыл вложить в папку личное дело Алоры.

— Не забыл. Информация по Алоре Брют проверяется и дополняется. Но уже сейчас могу сказать, что она вряд ли станет твоей подопечной.

— Значит, отправишь в академию на первый курс? А когда распределение?

— Сейдрак, ты думаешь не о том. Твоя забота — найденыши, уже проживающие в приюте.

— Меня, как ответственного куратора, волнуют все новенькие!

— Личные дела малышки Малики и Иоры найдешь в этой папке, — оскалился в улыбке Алдрак. — Насчет отчетов понял? Ты не просто следишь за магией найденышей, а должен фиксировать ее динамику.

— Да что там фиксировать-то… Мелочь сбрасывает магию в поле и растит тыквы. Старшие зубрят теорию, потому что им нельзя магичить.

— А приют?.. — вкрадчиво уточнил Алдрак.

— Приют превращается в клоаку, потому что я не Хлобс и не собираюсь вычищать последствия стычек между детьми и взрослыми! Я куратор, а не уборщик!

— И ты отвечаешь за все, происходящее в приюте. За здание, за имущество, за территорию вблизи приюта, и даже за отношение между обитателями. И про свою учебу не забывай.

— Нет проблем у меня с учебой! Никогда не было! А вот с практиками сейчас накладка. Ты лишил меня рейдов!

Алдрак с удовлетворением откинулся на спинку кресла.

— Рейды в Пустошь — дополнительная соревновательная нагрузка, не имеющая отношения к основной учебе.

— Но у меня учебный рейтинг просядет! Как мне набирать баллы без рейдов и команды? Да меня алые драконы обставят, еще и ржать будут!

— Сейдрак учеба это не баллы или рейтинг, а то, что ты вынесешь из академии Эльгара.

— Чесотку и нервный тик! Дети вконец задолбали!

Алдрак

— Поздравляю, Сейдрак. Теперь ты примерно представляешь, что думают об адептах наставники, когда они проявляют неуемную инициативу в Пустоши! — голос Алдрака тоже сорвался на крик.

— Минуточку! — Сейдрак подхватил магией стул и с грохотом поставил его напротив отцовского письменного стола. — А теперь можно подробнее про инициативы и прочее дерьмо, из-за которого меня сбросили в приют?

— Ты уничтожал “Яростных”.

— Я создал эту команду! Лучшую команду Альгара!

— Верно. Создал. А потом начал постоянно повышать планку. Ты требовал от них все больше охотничьих трофеев, больше уничтоженной нежити. Рдан подсел на вытяжку из агоры, чтобы его резерв соответствовал драконьему. Лорс после каждого рейда отлеживался в каменной капсуле лазарета, запуская выжженную регенерацию. А ты сам? Ты превратился в механизм для добычи трофеев, забыв истинную причину рейдов в Пустошь. Мы туда летаем не ради черепов или фиалов с искрами костяных драконов. Мы защищаем свой дом! Мы все сражаемся ради мира в нашем доме.

— Да я жизнь готов отдать за Эльгар!

— Достаточно, если ты послужишь жизни в Эльгаре. Слышал, как люди говорят? Дети — цветы жизни.

— Да эти цветы надо сажать вниз головами!

Вместо ответа Алдрак свел пальцы и улыбнулся. Едко улыбнулся и многозначительно.

— Я тебе не сын, — тихо фыркнул Сейдрак.

Алдрак молчал.

— Как Рдан сейчас? Я не знал о его проблемах. И Лорс мне ничего не говорил…

— Лидер команды отвечает за каждого ее члена.

— Примерно как куратор приюта за его жильцов?

— Примерно. Наладишь жизнь найденышей в приюте — вернешься к рейдам. И кстати, за любую дополнительную учебную нагрузку полагаются рейтинговые баллы.

Глаза Сейдрака инициативно сверкнули. По крайней мере, теперь он действительно будет стараться. А если совершит ошибку, Алдрак будет рядом, чтобы подстраховать. Что бы ни утверждал Сейдрак, Алдрак всегда будет его отцом.

   Алора

“Ты правда будешь моей мамой?”

Этот вопрос все звенел и звенел в моих ушах, пока я передвигалась по Драконьему приюту.

Почему я назвалась мамой? Не сестрой или тетей, а именно мамой? Слова сорвались с моих губ интуитивно, но  по тому, как восторженной сверкнули глаза Малики, я поняла, что угадала с ответом. Теперь девочка счастливой козой скакала позади меня. Ей было все равно, куда идти, лишь бы я рядом.

Но смогу ли я? Позволят ли драконы?

Да пусть только посмеют нас разлучить!

Полная мрачной решимости я сначала спустилась в подвал, чтобы проверить, на чем держится приютский дом. Не подтапливают ли его грунтовые воды, нет ли плесени или еще какой напасти. Вместо плесени обнаружила классную комнату с партами. Над книгами, захлебываясь кашлем, сидели возрастные школьники, которым никто не рассказал, что чахоточным в непроветриваемом подвале не место.

Я замерла перед приоткрытой дверью, стараясь ничем не выдать свое появление. За первой партой сидели Ким и Оллин и напару изучали длиннющий свиток, конец которого свисал аж до пола. У книжного шкафа с растерянным видом топталась Иора. Неужели ее сразу потащили на занятия? Или она просто спустилась, чтобы познакомиться с другими найденышами?

“Других” было всего двое, причем оба примерно моего возраста.

Рослый, явно привычный к физическому труду темноволосый парень сначала мне показался абсолютно нормальным, пока Малика не толкнула дверь посильнее, чтобы рассмотреть, что же находится за ней. Тогда-то парень поднял голову на скрип, и я увидела бесцветные, как у слепых, глаза.

Его соседа явно колотил озноб, поэтому даже в помещении, он был укутан в шарф и держал руки в перчатках. Причем это были не обычные вязаные и защищающие от холода, а перчатки мага-артефактора, способные защитить как от ледяных ожогов, так и тех, которые могут оставить огонь с кислотой. Сама о таких всю жизнь мечтала!

Заметив меня с Маликой, найденыши с удивлением подскочили со своих мест. Даже Ким и Оллин выглядели как кувалдой стукнутые. Неужели сочли, раз Сейдрак меня утащил, то я уже не появлюсь в приюте?

Пришлось всех позвать на кухню. Точнее, я потребовала показать мне кухню. Кухня в доме — самое важное после подпола. И таковая нашлась, а вместе с ней и мой потерянный сундук. Он обнаружился на столе, как раз под настенным шкафом, на дверце которого кто-то выжег надпись “Алора Брют”.

— Алора, что это? — тихо спросила Малика, хвостиком следовавшая за мной повсюду.

— А это, Тыковка моя, разрешение на ведение зельеварской практики, — удовлетворенно объявила я и раскрыла шкаф.

Потом заглянула в соседние.

Хм…

Нет, пустота полок в моем шкафчике меня не смутила. Для запасливого травника и активного зельевара пустые полки вообще не проблема, как раз наоборот свободных вечно не хватает. Озадачивало другое.

У меня не было котла, а с кастрюлями на этой кухне было негусто. Мой взгляд устремился к очагу. Вряд ли жители приюта обрадуются, если я начну варить зелья там же, где они кашу.

И все-таки у меня был шкаф. Да не простой, а именной.

А ведь я боялась, что лорд Алдрак сочтет мои ведьминские знания и зельеварные умения неуместными в драконьем крае. Заявит, раз Алора Брют получила драконий дар — обязана его развивать.

Но разве можно отказаться от одного дара ради другого?

А тут и кашляющие из подвала подоспели. Они ввалились на кухню, четыре тела разной степени болезненности. Последней на кухню робко ступила Иора. Я бегло оценила ауру ушастенькой и с облегчением убедилась, что хотя бы ей от кашля травы можно не заваривать.

— Давайте знакомиться! Я Алора Брют, найденыш. И я буду здесь жить!

Мой оптимизм заставил прибывших скорчить такие морды, что к травкам от кашля захотелось добавить порошок  от непроходимости кишечника.

Пока мужчины переглядывались да таращились на меня, я изучала их в ответ. Если бы не знала о скверне и побочных эффектах драконьего дара, сочла бы, что до такого состояние всех довел разгульный образ жизни, плохое питание и дефицит свежего воздуха. Мужчины были тощие, бледные, с синяками под глазами. В общем, сразу видно, что о минимальных физических нагрузках они даже не помышляли и самым сложным занятием для них было перетаскивание собственных тел вверх и вниз по лестнице. По сравнению с ними Иора казалась цветущей розой. И я собиралась сделать все, чтобы эта розочка ушастенькая и дальше выглядела прелестно.

— Хочешь остаться в приюте? — прохрипел парень в объемном шарфе.

— Зак, мы с Кимом уже объяснили, что драконы заберут ее в академию Эльгара, — с раздражением произнес Оллин.

— А давайте представим, что я не захочу забираться? Ким, дорогой, можешь поставить чайник на решетку? Иора, солнышко, нам нужны чашки.

Я замерла, прислушиваясь к шороху в коридоре.

Ага. Значит, мне не показалось. Помимо злюки Шелы и ее брата Дхора, в доме были еще дети. А все дети по своей природе любопытны. Но конкретно эти явно не ладили со взрослыми найденышами. И я намеревалась докопаться до причины. Да и в негласном противостоянии принимать участие не собиралась, поэтому просто посмотрела на количество чашек, добытых Иорой из шкафчика, и улыбнулась Киму:

— Поставь чашки и остальным.

— А мы не будем пить с вами чай! — донесся из коридора голос Шелы.

— Сейчас наша очередь пользоваться кухней! — подхватил другой незнакомый голос.

— Ого… Как все запущено, — я решительно направилась в коридор, мысленно призывая все свое самообладание.

Именно сейчас решалось, в каких условиях мы будем жить с Маликой. Нет, то что в доме велась война, я уже поняла, но примыкать ни к одному лагерю я не собиралась — значит, их придется объединить. А ничто не объединяет лучше, чем общий враг. И вот тут-то я пока пребывала в глубокой растерянности. Становиться тем самым врагом я не хотела, у меня здесь были другие задачи. Сугубо благородные и спасительные. А вот опыта общения с детьми у меня было не так много, поэтому, увидев шесть хмурых детских физиономий, я была предельно откровенна:

— Верзилы считают, что меня скоро заберут в замок, и поэтому я им не нравлюсь. Вам я не нравлюсь по этой же причине?

— Ты уничтожила тыкву Шелы и Дхора! — с возмущением воскликнула темноволосая девчушка лет десяти.

Вокруг ее талии непрерывно раскручивался едва заметный воздушный вихрь, из-за чего волосы и юбка платья постоянно шевелились.

— Шела решила использовать ее как оружие и высвободила скрытую в тыкве магию. Это же какой-то природный накопитель? Так?

— Дети сбрасывают лишнюю магию в поле, — донеслось из кухни.

— А еще любят играть со спорами хрипящего папоротника, — проскрежетал тот, кого называли Заком.

Теперь взрослые прислушивались к нашему разговору. Я же усиленно сопоставляла факты и делала выводы:

— Споры растения — плохая игрушка. Они могут прорасти внутри организма и нанести ему серьезный вред.

— За два дня выкашляют. Первый раз, что ли, — безразлично пожал плечами самый рослый и довольно-таки симпатичный мальчик.

Я оценила и его манеру говорить и выправку. Значит, тут не только Малика — найденыш благородный кровей.

— Неужели драконий дар порождает не только скрытые способности, но и жестокость? Вы мстите не тем. Те взрослые на кухне, такие же заложники ситуации, как и вы. Они не желали магических даров, их, как и вас, притащили сюда драконы.

— Да мы всего лишь сражаемся за наш дом! Это наше место! — выпалила Шела.

Бледное лицо девочки раскраснелось, а аура искрила так, что казалось, между пальцев вот-вот зазмеится заклинание.

“Дети сбрасывают магию в поле…” — вспомнила я.

Не сплетают заклинания, не активируют руны, а просто сбрасывают силу в землю. Неужели их здесь ничему не учат?

— У взрослых есть драконы, вот пусть к ним и валят, — хмуро подхватил мальчик с огненными волосами. — Это наш дом. И взрослые нам в нем не нужны. К тебе, если что, это тоже относится.

Дети слаженно закивали и ждали моей реакции. Наверное, они привыкли, что их постоянно ругают и отчитывают. Мне же ругаться совсем не хотелось. Сложно думать и психовать одновременно.

Значит, пока дети сливали магию в поле, взрослые проводили время за книгами. От Кима и Оллина я уже знала, что найденыши, чьи тела разрушались драконьей магией, старались ее не использовать, и в академию их не принимали.

А у детей еще был шанс.

Им надо было только подрасти и при этом не подцепить побочный эффект драконьего дара. Но при этом жилось детям явно несладко в доме на отшибе, отделенном от замка непролазной чащей. Кто о них заботился? Явно не взрослые найденыши, которых они обзывали верзилами.

 У каждой группы были свои цели и проблемы и они недолюбливали друг друга. Мне же не хватало связующего элемента, ответственного за весь этот балаган.

— И что здесь происходит? Почему никто не занят делом?!

Услышав грозный рык, я медленно повернулась, чувствуя, как губы расползаются в едкой улыбке. Кажется, я нашла главного виноватого.

— Приветствую куратора Драконьего приюта! Сейдрак, а мы тут чай пить собираемся. Хочешь присоединиться?

***

лорд Алдрак

— Чистый, незапятнанный скверной дар. Подумать только! Не ожидал, что доживу до появления в Эльгаре такого таланта!

Восторг директора Удрака был столь же незамутненным, как и наглость Алоры Брют. Девчонка раздражала Алдрака с первых минут знакомства уже тем, что она оказалась… девчонкой.

Дар Алоры сиял так ярко на поисковой карте, что дракон рассчитывал повстречать опытную даму, поэтому и собирался сделать ей предложение, от которого она не сможет отказаться. Но Алоре Брют он мог предложить только стопку учебников и носовой платок.

А Удрак не унимался.

— Как же тебе повезло, дружище. После стольких лет ожидания встретить пару с черным огнем.

— Она мне не подходит.

— В смысле? — директор Удрак изумленно раскрыл рот.

— Ты ее личное дело видел? Ей всего двадцать!

— Так молодость — недостаток, который быстро проходит, — отмахнулся Удрак. — Это даже хорошо, что она досталась тебе птенцом, сможешь воспитать под себя. Через сколько ты поставишь ей метку? Сколько тебе нужно времени? Месяц? Два?

— Нисколько.

— Кхм… Ты так торопишься?

— Я вообще не собираюсь объявлять ее своей! Пусть живет своей жизнью! Потом встретит какого-нибудь сопляка.

Или уже встретила.

Алдрак подошел к окну.

Из директорского кабинета открывался вид на весь замок, можно было даже рассмотреть кусок тыквенного поля, на котором в тени деревьев находился небольшой домик.

И раньше его точно было видно! Весь приют был как на ладони, а сейчас зарос.

— Удрак, когда мы в последний раз наводили порядок на холме?

— Порядок? — директор задумчиво поскреб затылок. — А зачем его наводить? Хороший же холм. Неприступный.

— Запущенный. Мы живем как дикари посреди бурьяна. Завтра же прикажу первому курсу проредить чащобу.

— Пожалей ребят, хищные деревья будут стоять не на жизнь, а на смерть, чтобы не стать сухим бревном.

Да, именно сухим бесчувственным чурбаном Алдрак себя и ощущал. Последние несколько лет только и делал лишь то, что от него все ждут. Ничего не желал от судьбы, ни на что особо не надеялся. Но эта стерва умеет удивлять. Вот только сюрпризы подкидывает порой слишком… юные.

— Нам нужно расчистить приют. Как мы может следить за найденышами, если даже их не видим?

— Так настрой следящие артефакты. Зачем усложнять? В приюте есть куратор, вот пусть им и займется. Или думаешь Сейдрак не справится?

— Сейдрак тот еще умелец. Ему проще что-то сломать…

— Тогда пусть хищные деревья и выкорчевывает. А первогодок от учебы не отвлекай. И найденышам проблемы не создавай. Им и так несладко живется. Или доживается.

Удрак с тоской уставился в окно. Друг винил себя из-за того, что происходило там, где виднелось тыквенное поле.

Изначально считалось, что найденыши будут жить в приюте некоторое время, пока их магические дары не адаптируются к близости истинных драконов. Месяц-другой карантина — и представителей иных рас собирались зачислять в академию на специально отведенный для них факультет.

План был хорош. Реализация подкачала.

Потому что принесенные в драконий край найденыши погибали. Из десяти переселенцев адаптироваться к драконьему дару удавалось двум. Остальных пожирала их же магия. Лечение не помогало. Даже целители изумрудной стаи, самые сильные драконьи лекари, не смогли понять, как уменьшить разрушительный эффект пробуждающегося дара.

Драконы уже хотели отказаться от идеи переселения представителей иных рас в Альгар, когда Алдрак изобрел особую метку, которая привязывала найденыша к истинному дракону и не давала ему погибнуть. Чтобы подать пример другим, он сам лично провел первые ритуалы и вырвал из лап смерти несколько магов.

Сейчас на его попечении находились двое.

Кима и Оллина драконы алой стаи подбросили в Эльгар умирать, их тела были сильно разрушены скверной. Алдрак видел, что время упущено, и все равно решил рискнуть. А теперь выжившие вопреки всему не упускали возможности продемонстрировать, как их тяготит нынешнее положение.

С детьми было проще. Выросшие в драконьем крае дети были способны пережить активацию дара.

Алдраку казалось, что за последнюю сотню лет он выяснил все, что можно о потерянных дарах и их сосудах. Придумал, как беречь найденышей, как сделать так, чтобы их недолгая жизнь была не такой безрадостной. Но тут появилась Алора Брют и заявила, что у нее есть зелье, способное замораживать драконий дар. Человеческая девчонка владела секретом, который не смогли обнаружить драконы!

— Слушай, ты так смотришь на эти деревья, словно хочешь их испепелить. Если боишься, что Сейдрак не справляется — слетай с проверкой.

— Сейдрак справляется! Он отличный лидер! — тоном, не терпящим возражений, рыкнул Алдрак.

— Ну-ну… — от директора Удрака так и веяло скепсисом. — Хм! Кого это еще принесло?

Мужчина всмотрелся туда, где на горизонте обозначилась алая точка.

— Сешара… — Алдарк скривился, когда произносил имя драконицы.

— А она ответственная дама. Подкинула нам полукровок, а все равно прилетает посмотреть как они там…

Алдрак промолчал. Как настоящий мужчина он не стал раскрывать секрет дамы и говорить, что она прилетает не ради найденышей.

Как их там?

Шела и Дхор. Дроу с примесью человеческой крови.

— Ты все-таки подумай насчет девчонки. Она тебе подходит. Всё-таки ее огонь черный, значит, и основной дар будет созвучен твоему.

— Дракон любит один раз.

— Слушай, Алдрак, ну что ты как маленький. Я же не влюбляться тебе в нее предлагаю, — под взглядом друга мужчина кивнул. — Хорошо. Это не мое дело. А вот метка Алоре Брют нужна. Иначе у нас тут из-за нее начнутся драконьи игры. Этого я не могу допустить.

— Хорошо. Я найду того, кто поставит ей метку и подстрахует. Доволен?

— Не особо. Но тебя же не переубедить?

Вместо ответа Алдрак просто взял и вышел из кабинета Удрака.

***

Алдрак все-таки нашел башню, с которой можно было рассмотреть небольшой двухэтажный домик, окруженный тыквенным полем. И это поле не было простым.

Чтобы избежать магического перегрева, одаренные дети должны были куда-то выплескивать лишнюю магию. Заклинания мелкие найденыши сплетать пока не умели, вот и направляли силу в землю. Точнее, им было предложено питать ею саженцы. Но вот незадача — плодовые деревья от такой заботы чахли, кусты сохли, даже хищные деревья (истинная флора драконьего мира) в ужасе отползла от такой заботы. И это когда нормальные деревья в принципе ползать не должны.

Зато тыквы прижились, укоренились, а некоторые еще и начали проявлять недетскую активность. Да, плоды трудов найденышей теперь регулярно портили интерьер и экстерьер замка, а самые злостные экземпляры покушались и на личные вещи его обитателей.

Поэтому Алдрак и решил направить в Драконий приют Сейдрака. Рассчитывал, что сын поможет детям найти другое применение их пока что не оформившимся талантам…

Ибо задолбали.

Причем, сильнее демонстративно умирающих взрослых особей.

— Свидание на крыше? Ты оригинален.

Глубокий женский голос заставил дракона поморщиться. Он надеялся, что Сешара все поняла еще в прошлый раз, когда принесла в Эльгар своих найденышей. Точнее, дети были всего лишь поводом, чтобы увидеться с Алдраком и попытаться возобновить старые отношения.

— Я ждал здесь не тебя.

Стоящая за спиной женщина шумно втянула воздух, как если бы принюхивалась.

— Ты не пахнешь страстью, Черный дракон. У тебя давно никого не было.

— Я просто часто купаюсь в горном источнике, — насмешливо бросил Алдрак.

Адлрак намеренно не стал поворачиваться, хотя и знал, что Сешара подготовилась для этой встречи. И теперь, как и всякая драконица, хотела, чтобы ее старания оценили. Проблема в том, что он не мог ей дать то, что она так желала. Дракон любит один раз. В его гнезде уже не разжечь очаг, как не зажечь остывшее сердце. Исара, его пара, не смогла пройти через межмировой портал, а искра ее дара была утеряна.

Не собирался Алдрак смотреть на Сешару, а когда до драконицы это дошло, её низкий красивый голос зашипел змеей:

— Тебе придется выбрать пару и жениться. Вожак не может быть один! Ты сам установил этот закон. Или ты готов передать власть другому?

— Если потребуется — передам. У меня есть сын.

— Да, брось, Алдрак. Я знаю, что Сейд приемный. А теперь и он знает.

Дракон повернулся так быстро, что Сешара неловко отпрянула и ударилась о стену башни. На голом плече появились глубокие царапины, драконица жалобного округлила вишневые глаза, вымазанные алой краской губы задрожали, но Алдрак подошел к ней вплотную и спросил:

— Так это ты прислала Сейдраку тот артефакт?

— Он уже большой мальчик и должен был узнать правду. И потом, он тебе не сын. Ты не можешь связывать свои надежды с неродной кровью. Тебе нужны твои дети. И я могу их тебе дать, Алдрак.

— Ты последняя драконица, которую я выбрал бы матерью своих детей.

Алдрак не хотел обижать Сешару откровенностью, но она не оставила ему выбора. Сешара зашла слишком далеко, пытаясь рассорить его с сыном. Понадеялась, что тогда Алдрак решит найти ему замену. Сешара не понимала, что один ребенок не может заменить другого. А Сейдрак был ему сыном.

— Так значит в матери я не гожусь, а детозачинательным процессом со мной заниматься было можно?!

— Тебе это тоже нравилось. Так давай сохраним воспоминания о приятных моментах…

Щеку черного дракона обожгла звонкая пощечина. Алдрак мог увернуться или выставить щит, но намеренно позволил себя ударить. Когда же драконица занесла руку снова, он перехватил тонкое запястье и твердо произнес:

— Один удар стерплю ради былого, но больше — не смей.

— Значит, отсылаешь? Меня драконицу с поисковым даром? Женщину, чей огонь горит так же жарко, как и твой? Чем я отличаюсь от Исары?

Черный дракон прикрыл глаза. Он и не подозревал о тайных желаниях женщины, которая никогда ничего не просила. Ему казалось, что они просто находят утешение в друг друге, заглушают боль потерь. А Сешара мечтала об общем гнезде…

— Я не ищу замену Исаре. И никогда не стану искать.

— Чудесно, — алые губы бывшей подруги искривила некрасивая гримаса. — Тогда верни мне мое! Дроу-найденыши. Они мои! Это я их нашла.

— И добровольно передала в приют, потому что знала, что детям лучше здесь.

— Да я на передержку их притащила! Хотела проверить, станут дохнуть или нет. Но скверна же их не тронула? Так ведь? Зато дар открылся. И какой!

— Их дар — не твоя забота.

— Дети чувствуют мертвых. Они нужны алой стае!

— Они дети, искалеченные нашими дарами.

— Ещё скажи, что мы виноваты, что эти низшие твари украли нашу магию.

— Никто не виноват в том, что случилось. Но только от нас зависит как с этим жить дальше. Я не отдам тебе детей.

— Они. Моя. Добыча. Я созову Драконий круг. Пусть вожаки рассудят.

— Твое право. А сейчас покинь Эльгар. Более ты нежеланная гостья.

— Будь ты проклят, Алдрак! Желаю тебе никогда не найти того, что ты ищешь!

Алдрак смотрел на искаженное от ярости лицо женщины и не узнавал в ней драконицу, которую считал своим другом. Огненное сердце благородной Сешары, точно окаменело. Почему же он не замечал этого раньше?

***

Сейдрак

где-то часом ранее

Взломать запирающее заклинание на двери директорского кабинета оказалось проще, чем снять печать с личных дел найденышей. Удрак опять сменил порядок рун. И тем приятнее было Сейдраку осуществить задуманное. Ему была нужна информация о девушке, которую притащил с собой Алдрак, потому что она оказалась совершенно не такой!

Не такой, как он себе представлял.

Не ребенок, ясное дело, но и на умирающую не тянет. В этой девушке было чересчур много огня, а Сейдрак рассчитывал подружиться с глупышкой. Испуганной и растерянной, с такой было бы проще договориться. Такой было бы проще управлять. Короче, надо было хватать ушастую блондинку, но она так не вовремя упала в обморок да ещё и прямиком в объятия Оллина. Парень не промах, хоть и старик.

А вот какая птичка эта Алора, Сейдрак пока не понял. Рассевшись в директорском кресле, Сейдрак вчитался в аккуратные руны, выведенные Алдраком. Вожак всегда составлял характеристику каждому найденышу, которого переносил в Эльгар.

Итак, Алора из Рассветного дола. Двадцать лет. Жила в столице. Не работала, не училась, покровителей не завела, в поле зрения городской стражи не попадала, закон не нарушала. Совсем тоскливая жизнь была у этой Алоры. Ничего, Сейдрак уже настроился разнообразить серые будни этой красотки, которая, впрочем, на какие-то шиши все-таки жила, да не в деревне, а в столице королевства. Так что напротив графы “девственница” парень мысленно поставил жирный вопрос. Интерес этот был скорее этический, чем эротический. Для задуманного Сейдраком девственность была ни к чему. Куда сильнее его волновали магические способности его будущей помощницы.

Алора не обучалась магии. Это указывалось в досье предельно четко.

— Ну читать, писать и считать умеет — уже хорошо.

Вчитываться в убористый почерк Алдрака в полумраке кабинета было тяжело, но Сейдрак опасался задействовать магию, вот и приходилось ломать глаза и радоваться тому, что уродился драконом. А вот Алора оказалась человечкой без примеси крови древних рас. И все-таки умудрилась отхватить драконий дар. Повезло же! Или не повезло. Тут с какой стороны посмотреть. Если бы не дар, она бы и дальше жила себе припеваючи в столице, таскалась по магазинам и театрам, меняла бы любовников…

Сейдрак крепко стиснул зубы и мысленно отвесил себе пинка. Личная жизнь потеряшки не должна его интересовать.

Алора утверждала, что владеет драконьим огнем. Было немного забавно слышать подобное от девицы ее возраста. Обычно горячий огонь или ледяное пламя просыпалось у дракончиков до того, как они определялись с даром. Скрытая сила искала выход, поэтому и случались различные казусы: то дом подпалят, то в лед кого-нибудь вморозят. Основной дар проявлялся у драконов где-то к десяти годам, но Алоре было двадцать. Значит, наверстывать упущенное придется быстро, и хорошо, что Сейдрак сохранил свои первые учебники и тетради. Потрепанные жизнью раритеты лежали на почетном месте в личной сокровищнице, и точно пригодятся.

Хочешь получить толкового магического помощника — вырасти его сам.

О приближении владельца кабинета Сейдрака предупредило следящее око, предусмотрительно подвешенное над дверью кабинета. Пришлось вернуть папку на место и метнуться к окну. Директор не пожалел магии на внешнюю защиту, однако не стал запирать створки рамы изнутри. Такой промах в столь почтенном возрасте! Уже стоя на узком парапете, парень потянулся к оку и развеял его, после чего шагнул в пустоту.

Когда директор Ударк и Алдрак вошли в кабинет, Сейдрак был уже далеко. Он мчался к Драконьему приюту. Надо было представить Алору остальным, помочь ей осознать, как у них невесело и уговорить попытаться навести порядок. Потому что дети его ни во что не ставили! А великовозрастные потеряшки до того оборзели, что первым делом спросили, кому он проспорил, что теперь тут околачивается.

Обитатели Драконьего приюта Сейдраку не верили, не боялись и не уважали. Да они его даже слушать не хотели. А Алору послушают. Хорошенькие девчонки всегда умеют привлекать внимание. А уж он-то постарается, чтобы Алора ума набралась и другим найденышам, вроде Рдана, отпор дать смогла, если начнут важничать.

Алора помогает ему, а он ей. Идеальная комбинация.